Карта на Жизнь

      Обманывать близких людей, как всегда думала Эшли — худшее, что может сделать человек (если не брать в учёт убийства и всё тому подобное). Но разве так уж это плохо, если обман должен помочь вашей общей цели?       В тот вечер, когда Реддл сбежала из отеля под предлогом, что ей нужно в уборную, Вивьен всю ночь не смыкала глаз, переживая за подругу. Конечно, когда Эшли вернулась под утро без какой-либо полезной информации, она нашла оправдание своим поступкам, сказав, что она подумала, будто напала на след к разгадке, а после рассыпалась в извинениях. Но в тот вечер девушка твёрдо решила для себя, что теперь будет действовать намного осторожнее.       Именно поэтому она стала выбираться как только Вивьен засыпала, и возвращаться незадолго до рассвета. Благодаря зачарованной карте, подаренной ей Ноем, Эшли нашла новый, более короткий путь до леса и обратно, который не исчезал в полночь, чтобы появиться вновь с первыми лучами солнца.       А ещё девушке пришлось самой себе признаться в том, что компания одинокого юноши ей приятна. Эшли даже стала замечать, будто бы в его присутствии она становится мягче и теплее. Словно стены, которые она обычно выстраивает между собой и любым человеком, который подбирается к ней слишком близко, наотрез отказываются возводиться вновь, и Реддл не уверена, нравится ли ей это.       Сегодняшняя ночь не стала исключением. Эшли вновь дождалась когда Вивьен уснёт, а после прошмыгнула вниз по лестнице, мимо консьержки, сквозь лес и прямиком в уже ставший ей родным домик в лесу. Девушке безумно стыдно за то, как несправедливо она поступает с подругой, но у неё правда есть план. — Я жутко испугалась когда ты вдруг вернулся. Я уже подумала, что мне пришёл конец. — Ты не представляешь как я испугался, увидев, что в моём доме кто-то есть, — едва посмеиваясь отвечает юноша.       Эшли улыбается, переводя взгляд на бегущих впереди волков. Реддл рассказала юноше обо всём, что произошло с ней и её подругами с тех пор, как они попали в этот мир, и Ной — пускай и не сразу — согласился помочь девушке, чем сможет.       Юноша идёт подле Эшли вглубь леса, слушая хруст сухих ветвей и листвы под своей подошвой, и воцарившаяся между ними тишина — пускай и комфортная для него — кажется ему уж слишком тихой. — А какой была твоя жизнь в нашем мире? — осторожно спрашивает он, неуверенно взглянув на девушку. — В смысле, чем ты занималась до того, как попала сюда?       Эшли вздыхает, пряча руки в карманы тёплого пальто, которое ей любезно одолжил Ной. — Ну… я училась в университете и писала песни, пытаясь воплотить в жизнь свои детские мечты, — отвечает Реддл, перешагивая через толстое бревно, лежащее на их пути. — Искала группу, но так и не нашла ту, что была бы мне по душе.       Ной внимательно прислушивается к её словам, немного удивляясь: — Почему бы тебе тогда не создать свою группу?       Этот вопрос смешит Эшли. Девушка тихо посмеивается себе под нос, качая головой, словно юноша только что рассказал ей очень хорошую шутку. Вот только Ною, кажется, совсем не смешно, потому что на смех девушки он отвечает удивлением, а в его взгляде всё ещё читается то искреннее любопытство. — Не думаю, что это моё, — отвечает Эшли, заметив заинтересованность Ноя. — В плане… я — лидер? Это же смешно. Я совсем не гожусь на эту роль.       Ной задерживает внимательный взгляд на девушке и в лунном свете замечает россыпь редких веснушек на её лице. Юноша молчит с минуту и застенчиво отводит взгляд в сторону, словно решаясь что-то сказать. — Ну, знаешь, судя по тому, как ты ворвалась в мою жизнь и каким-то образом убедила тебе помочь… не такой уж и плохой из тебя бы вышел лидер, — парнишка украдкой смотрит на Реддл и замечает, как та тоже бросает на него короткий взгляд, а на её губах появляется благодарная улыбка.       Спустя ещё какое-то время они выходят на небольшую поляну. Земля здесь влажная от недавно прошедшего дождя, а в воздухе витает аромат опавшей осенней листвы. Посреди дороги виднеются ещё свежие следы от колёс кареты, которые привлекают внимание заурядной парочки. — Как часто они здесь ездят? — спрашивает Эшли, разглядывая растянувшиеся на земле следы. — Несколько раз в неделю, — отвечает Ной. — Обычно по пятницам и средам. Если проехала одна, то будут ещё.       И правда, через некоторое время где-то вдалеке слышится стук колёс приближающейся кареты, и в голове Эшли внезапно назревает план. — Ты мне доверяешь? — спрашивает Реддл, резко оборачиваясь к Ною. — Да не особо, — с лёгкой ноткой сарказма отвечает юноша, обескураженный такой резкой переменой в настроении девушки.       Эшли вдруг хватает Ноя за руку и тянет его за собой, за широкий ствол старого дуба. Юноша будто бы хочет что-то возразить, но скрежет кареты становится всё громче, и он понимает, что ему сейчас стоит помолчать. Его волки сконфуженно останавливаются неподалёку, и парень командует им спрятаться и сохранять тишину.       Ной пообещал помочь Эшли, и что-то подсказывает ему, что у неё есть чёткий план.       Реддл украдкой высовывается из-за дерева и наблюдает за тем, как карета замедляет свой ход, увязнув в грязи. Движение экипажа становится всё медленнее и медленнее, до тех пор, пока не останавливается посреди лесной опушки, и кучер слезает со своего места, обходя карету кругом. — Что случилось, Роберт? — доносится из приоткрытого окна повозки ленивый, напыщенный мужской голос. — Колесо застряло, сэр, — отчитывается кучер, отвесив поклон своему господину. — Придётся толкать карету, но один я не справлюсь. — Ещё чего! — фыркает аристократ, самостоятельно открывая дверь и выбираясь наружу.       Несмотря на то, какой у мужчины глубокий голос, его обладатель оказывается полной противоположностью созданного голосом впечатления — низкий, рыжеватый мужчина в шикарном узорчатом костюме больше напоминает фарфорового садового гнома, чем статного господина.       Эшли и Ноя такой контраст забавляет, и они оба — сами того не осознавая — закрывают себе рты ладонями в попытке сдержать смех. — Пойдём пешком, — с чётким немецким акцентом заявляет мужчина. — Идти недалеко. Бери мои вещи!       Услышав эти слова, Реддл вдруг становится не до смеха. Её лицо приобретает серьёзное выражение, а взгляд становится сосредоточенным.       Девушка бросает взгляд на волков, притаившихся неподалёку, и замечает, что те заинтересованно смотрят на неё в ответ, словно понимая что она хочет сделать. Эшли плотно складывает ладони в замок и прижимает их к своим губам, а после, набрав полные лёгкие воздуха, дует в образовавшееся между ладонями отверстие. От таких её действий раздаётся громкий свист, и волки словно по щелчку пальцев бросаются в сторону кареты.       Прежде, чем господин и его подопечный успевают отреагировать, волки настигают их, и двое мужчин, сопровождаемые высокими, испуганными визгами, бросаются в бегство, удаляясь в сторону густого тумана, при этом прижимая к своим носам какие-то платки.       Карета переворачивается и с грохотом падает на бок, опрокидывая сундук с вещами бедного господина наземь.       Когда горизонт оказывается чист, а лес вновь погружается в тишину, Эшли вдруг расплывается в улыбке: — Кай, Найт, вы такие молодцы! — счастливо произносит девушка, с распахнутыми руками направляясь к зверям.       Реддл опускается перед волками на колени, заключая тех в объятия, а животные в ответ виляют хвостами, словно настоящие домашние питомцы.       Ной же, тем временем, наблюдает за развернувшейся картиной со смесью удивления и гордости на лице — это он научил Эшли трюку со свистом, но даже и не думал, что его волки действительно её послушают.       Когда юноша наконец покидает своё укрытие, Эшли уже кормит волков прихваченным с собой мясом с протянутой ладони. Глаза Ноя округляются в ответ на такое зрелище, а сердце в его груди почему-то начинает биться сильнее, и он, словно зачарованный, не может отвести взгляда от Эшли. — И что дальше? — спрашивает юноша, смущённо отвернувшись к перевёрнутой карете.       Реддл отряхивает руки и возвращает своё внимание Ною. Девушка тяжело вздыхает, поставив руки на пояс, о чём-то размышляя. — Надо вскрыть этот ящик пандоры и посмотреть что у них там, — заявляет Эшли, в два шага настигая тяжёлый сундук в попытках его перевернуть. Ной поспешно двигается в её сторону, самостоятельно справляясь с ящиком. — Топор нужен, — рассуждает Реддл, разглядывая причудливый, запертый замок. — А ещё нам бы отсюда убраться, — продолжает юноша, скрестив руки на груди. — Я думаю, это не последняя карета за сегодня, и мне не очень хочется, чтобы нас застали на месте преступления.       Эшли соглашается со словами приятеля, кивая тому в ответ и, уже несколько минут спустя, они, водрузив сундук на сильные волчьи спины, спешат вернуться обратно в дом Ноя.       Когда Эшли и Ной приносят ящик в дом, комнату наполняет чувство предвкушения.       Сундук старинный и немного сколот в некоторых местах; покрыт замысловатой резьбой и украшен выцветшими золотыми вставками.       Ной осматривает замок при лучшем освещении, и с его губ слетает тяжёлый вздох. — С этим замком будет непросто, — хмурясь признаёт он. — Топор здесь не поможет.       Юноша направляется к ветхому шкафу в углу комнаты и ищет что-то в выдвижной полке, и возвращается к ящику с отмычками в руках.       Эшли внимательно наблюдает за тем, как Ной аккуратно манипулирует инструментами, решив не вмешиваться. Вместо этого она направляется на кухню — место, которое стало ей до боли знакомым за то короткое время, что они знакомы. Она достает пару кружек и начинает заваривать тёплый чай, мягкое позвякивание фарфора, звук закипающей воды и негромкий звон металла о металл, доносящийся из соседней комнаты, наполняют маленькую лачугу.       Пока Ной умело возится с замком, Эшли наливает горячую воду, добавляет чайные листья и наблюдает, как она превращается в ароматный напиток. Тихо возвращаясь со свежезаваренным чаем, Эшли тепло улыбается Ною, который всё ещё поглощен замысловатым замком, и ставит кружку на стол перед ним, мягко касаясь его плеча ободряющим жестом.       Через несколько мгновений, которые кажутся вечностью, они вдруг слышат долгожданный щелчок, и на губах обоих появляются довольные улыбки. — Я думала, так только в фильмах бывает, — с лёгкой, удовлетворённой усмешкой произносит Эшли. — Что я могу сказать, — начинает Ной, расплываясь в самодовольной ухмылкой. — Ловкость рук и годы тренировок, — юноша тянется за кружкой чая, а щёки Эшли от такого высказывания почему-то краснеют.       Но игривое настроение юноши вновь сменяется задумчивостью, как только он возвращает своё внимание на теперь уже взломанный замок. Парень кладёт руку на крышку сундука; ладонь Эшли ложится рядом, и Ной едва хмурится, оборачиваясь к девушке. — Ты готова? — спрашивает он, на его лбу проступают мелкие морщинки. Реддл уверенно кивает ему в ответ, и они оба — на счёт три — с замиранием сердца открывают старинный сундук.       Тяжёлая крышка с грохотом приземляется на деревянный стол, и завеса тайн спадает вместе с тихим, приглушённым вздохом, сорвавшимся с губ девушки. Среди пожелтевших листов бумаги и пыльных книг, лежащих на поверхности, Эшли и Ной замечают, элегантную, расшитую золотом одежду, серебряную посуду и блестящие, отполированные украшения. Реддл достаёт листы и книги, вчитывается в их тексты, но, похоже, что кроме местного фольклора и откровенных посланий от любимой женщины среди многочисленных бумаг найти вряд ли что-то получится.       Спустя пару минут сундук оказывается полностью пуст, а в голове Реддл всплывает ещё больше вопросов. — Ничего не понимаю… — бормочет девушка, бедром облокачиваясь на стол и пряча лицо в ладонях, устало вздыхая. — Не может же быть такого, что у них иммунитет к этому туману? Или они все — волшебники, и проходят сквозь него с помощью заклинаний?       Ной молчит, погружённый в размышления. В руках юноша вертит маленький мешочек, от которого исходит подозрительное, магическое свечение. — Что это? — удивляется Эшли, поднимая взгляд на юношу. — Есть предположение, — отвечает юноша, придвигая к себе одну из посеребрённых тарелок и высыпая содержимое мешочка в неглубокую ёмкость. Перед ними оказывается небольшое количество блестящего, красного порошка, от которого исходит лёгкий, ненавязчивый аромат. Ной вновь хмурится, а после поднимается с места. — Подожди здесь.       Парень удаляется вглубь комнаты и из-за ветхого шкафа достаёт деревянную лестницу. Он фиксирует её у стены и взбирается вверх, а после скрывается за потрёпанным куском брезента, и какое-то время всё, что слышит Эшли кроме тишины — тихое шуршание и постукивание чего-то сверху.       Девушка ни разу не замечала этой комнатки, скрытой под потолком, и любопытство захватывает её.       Ной возвращается спустя пару считанных минут, держа в руках небольшой бутылёк с похожим порошком красного цвета внутри — разве что от него не исходит никакого свечения. — Что там? — с нескрываемым интересом спрашивает Реддл, наблюдая за тем, как юноша вновь устраивается рядом. — Это? Краска, — юноша пожимает плечами, откручивая крышку на стеклянной колбе. — Нет, — Эшли качает головой, — там, — девушка указывает пальцем на место под крышей, где ещё пару минут назад был Ной. — А, это… — чуть нахмурившись произносит парень, — просто кладовка. Я храню там всякое, — отмахивается он, высыпая будущую краску на поверхность небольшого блюдца, которое они также нашли на дне сундука.       После, Ной зачерпывает небольшое количество воды ложкой из стоящего неподалёку стакана, и заливает ей сначала порошок в блюдце, а затем — тот, что находится в миске. Как и ожидалось, на блюдце спустя пару секунд появилась краска насыщенно-яркого цвета. Но чего юноша совсем не мог предугадать, так это того, что смесь, найденная ими в сундуке, не потерпит совершенно никаких изменений: вступив в контакт с водой, порошок просто всплывает на её поверхность, и сколько бы Ной ни пытался его смешать, не происходит ровным счётом ничего. — Я не понимаю… — вздыхает парень, нахмурив брови. Он предпринимает ещё одну попытку смешивания незнакомого вещества, но всё тщетно. Вода отталкивает эту странную, необычную массу, словно два магнита с одинаковыми полюсами отталкивают друг друга, — никогда не видел ничего подобного.       На лице Эшли, до этого полном воодушевления и надежды вдруг проскакивает беспокойство при мысли о том, что она, подобравшись так близко к разгадке, в очередной раз попалась в сети этого проклятого города. — И что теперь? — аккуратно спрашивает девушка, нервно прикусывая нижнюю губу. Ной, не меньше Эшли находящийся в замешательстве, отклоняется на спинку стула, не отводя взгляда от неудавшегося эксперимента. — Я могу узнать из чего сделан этот порошок, но мне понадобится время, — произносит парень, взглянув на Реддл.       Девушка смотрит в тёмные глаза юноши напротив со смесью горечи и отчаяния, и не понимает, хочется ей сейчас рассмеяться, или расплакаться от осознания, что этого времени у неё может и не быть. — Сколько? — всё, что спрашивает Эшли, скрещивая руки на груди. — Пару дней, — так же коротко отвечает Ной, нотка сострадания виднеется на его лице. Реддл, кажется, собирается возразить, но сдаётся, кротко кивнув парню в ответ. Она знает, что юноша правда хочет ей помочь — хотя и не должен — и ей стоит быть благодарной за то, что тот вообще согласился на такую авантюру.       Ной потирает лицо ладонями, а после его взгляд опускается на линию горизонта за окном — бордовая ночь постепенно отступает, и тонкая нить розового, рассветного солнца пробирается на небосвод по ту сторону маленькой лачуги. — Тебе стоит вернуться в отель. Твоя подруга будет переживать, если ты опоздаешь, — говорит юноша немного неохотно, поднимаясь с места. Эшли выглядывает в окно и понимает, что тот прав, а потому и не спорит, молча направляясь к выходу.       Реддл открывает уже привычно скрипучую дверь, и снаружи её встречает новый день, зыбким холодом покалывая её кожу. Кай и Найт, что терпеливо охраняли «берлогу» их хозяина, тут же вскакивают на лапы и утыкаются мордами девушке в ноги. Эшли улыбается, склонившись к животным, и мягко проводит ладонями им по макушкам, а после поворачивается лицом к Ною с мягкой ухмылкой на губах и протягивает ему ладонь. — Ещё увидимся, напарник, — произносит она с небольшим ехидством, чуть склонив голову набок.       Ной качает головой, но посмеивается, пожимая ладонь девушки. — Я же говорил, что ты воровка, — он многозначительно приподнимает брови, а Эшли подмигивает ему в ответ и удаляется прочь, тихо напевая что-то себе под нос.