Будь моими небесами

[есть курсивы] Ночь. Тёмное небо устлано тучами, но лунный свет изредка пробивался сквозь их тяжёлые бока. В воздухе ощущение тревоги. Вильгельм сжимал в исцарапаных руках прядь запачканных кровью русых волос. Окна заколочены, ни один луч света не попадал в комнату. Кроме себя демон не мог ничего видеть. Бескрайняя тьма. Ступая дрожащими ногами по полу, издающему отвратительный скрип, Вильгельм пытался понять, где он. И... чью прядь он сейчас ласкает рукой? Ответов не нужно было, архидемон боялся, что его догадки подтвердятся. Все либо погибли, либо бросили его. Снова. Он снова один. И теперь, как всегда, остался только он и тьма внутри него. Та самая, которая сейчас застелила его взор пеленой. Как вдруг, прошиб холод до самых костей. Пробежал по спине, поднялся к плечам... И Вильгельм проснулся. Намертво вцепившись в свои волосы, он лежал у себя в кровати. В комнате витал запах чьих-то духов и... благовоний. Их зажигали в клане Бесконечного Цветения. А на кровати сидел кто-то. Знакомая фигура. Человек протянул руку и с успокаивающим шёпотом погладил его по голове. Вильгельм стал чувствовать себя гораздо лучше рядом с этой личностью. Это был призрак, не иначе. Бледная рука нежно уложила его голову обратно на помятую подушку и укрыла одеялом. Демон хотел, чтобы этот неизвестный остался с ним всю ночь. Разум затуманила дрёма. Едва сомкнув веки, он сразу заснул, не видя снов. «Неужели это он?..» Утром Вильгельм не мог поверить тому, что случилось глубокой ночью. Кто-то развеял кошмары и помог ему заснуть. Такой техникой мог обладать лишь призрак. Не иначе, к нему кто-то привязан. Взгляд как-то сам падал на фотографию в рамке, лежащую на столе. Неужели человек, которого он потерял, теперь в Бесконечном Цветении? От этой мысли внутри всё застывало. Вильгельм знал только одну личность, которая могла бы ответить ему на все вопросы. Момент - и демон уже набрал его номер телефона. -Мэй, привет. -Мало того, что на часах пять утра, так ты ещё смеешь отрывать меня от медитации? -Да кто же знал, что ты в это время медитируешь?! -Говори, чего хотел. -Понимаешь, у меня к тебе деловой вопрос. - Пробормотал архидемон. -Что же это за вопрос жизни и смерти, если ты позвонил мне из-за него в такую рань? -Давай в полночь встретимся, и я всё тебе объясню. Днём у меня дел полно, а разговор долгий. Вильгельм почувствовал недовольство Мэя даже сквозь телефон. А теперь предстояло пережить ещё день. Но тяжело было не только ему. Виману тоже в последнее время приходилось нелегко. Президент открыто заявил архангелу о своих планах отказаться от нынешней религии. А всё из-за того, что верховный представитель Света в мире смертных отказался от свадьбы с его дочерью. Абсурд. Вильгельм не особо верил в то, что всё это случится. Может, правитель и правда задумал объявить другую веру в государстве. Но народ никогда не согласится на это. ┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈ Под серебристым светом луны тонкая фигура мерцала, как бриллиант. Безупречно белые одежды, ни разу не запятнанные, шлейфом развевались за призраком. Ветер, покачивающий ветки деревьев, теребил чёрные волосы. Бескровное холодное лицо... Вильгельм не мог смотреть на него без печали на душе. Один только облик Мэя напоминал ему ту самую потерю. Именно из-за смерти брата архидемон стал таким. В этой тонкой талии, элегантной походке, задумчивых глазах демон находил всё больше родного. Местами они даже были похожи друг на друга. -Мэй. -Хм? - Лагранж повернул к нему голову, залитую лунным светом. -Можно ли узнать, кто ко мне привязан? -В каком смысле? -Ну вы, из Бесконечного Цветения, привязаны к какому-либо близкому человеку. Вы оберегаете своих избранных, следите за ними иногда. Правильно? -Допустим. Правда, не каждый из нас имеет обладателя. - Призрачный глава посмотрел на него как-то странно. - И ты хочешь узнать, кто оберегает тебя? -Да. Это ведь можно как-то узнать? - Вильгельм с надеждой поднял голову на него. - Прошлой ночью мне приснился, эм, кошмар. Когда я резко проснулся и хотел вскочить с кровати, увидел чей-то силуэт. И этот человек определённо был призраком. Он что-то шептал, его слова были такими успокаивающими... У меня есть догадки, кто это. Я бы всё отдал, чтобы снова увидеть лицо этого человека. -Да, к тебе привязан кто-то. Если этот неизвестный захочет, то он сам покажет тебе своё лицо. Ты ведь знаешь, мы берём себе псевдонимы как раз для того, чтобы никто не узнал нас. - Мэй отвёл взгляд. - И как думаешь, кто это может быть? -Брат всегда беспокоился обо мне. Я думаю, это он. После этой фразы Вильгельм мог наблюдать за тем, как привычно холодное лицо Мэя преображалось. Он мог видеть какую-то непонятную жалость в этих бледных очертаниях. В глазах что-то заискрилось. Архидемон, не зная зачем, взял руку Лагранжа и прижал к себе. «Этого не может быть» -Твой облик так напоминает мне его... Я вижу в тебе того самого человека. Сердце сжалось, а в единственном глазу мелькнула вся боль, которую он почувствовал четырнадцать лет назад. -И неспроста. - Странно, но Мэй не стал одёргивать руку. - Я понимаю, почему. -Ой! Прости. - Вильгельм вспомнил о фобии и хотел было высвободить кисть из своего плена. -Всё в порядке, я доверяю тебе. Мы ведь знакомы всю жизнь. Вильгельм застыл на месте. Всю жизнь? -В каком смысле "всю жизнь"? - Архидемон поднял взгляд на призрака с неведомым до этого отчаянием. «Скажи, что это ты...» -Как же ты не видишь? - Лагранж произнёс это с такой же тоской на сердце. - Ты ведь уже понял, кто я. Скажи же мне это в лицо. -Это ты умер четырнадцать лет назад под колёсами автомобиля? На аккуратную ухоженную руку упали несколько капель. Они были полны чувств. Кто бы мог подумать, что такое исчадье ада может испытывать боль? -Да. Это я. В душе появилась неведомая ему ранее истома. Внутри, где-то между сердцем и рёбрами, всё наполнилось теплом. Словно Вильгельм нашёл то, что все эти годы искал. Свободной рукой Мэй приподнял его голову. Заглянул в красную радужку и тихо прошептал: -Свою душу я отдал тебе. Я буду всегда с тобой, пока не умру. И даже когда настанет момент моей гибели, я вернусь к тебе дождём, радугой и снегопадом. Моя кровь вернётся тебе горстью рубинов, а слёзы мои станут звёздами, освещающими путь. -Т-ты... Почему ты не сказал мне об этом?! Вильгельм уткнулся в волосы Мэя и с мелкой дрожью повторял этот вопрос снова и снова. -Зато ты стал сильнее за время моего безмолвия. - Призрак прижал его к себе и обнял. - Мы оба очень изменились. Когда нам было по пятнадцать, даже во мне жило больше энергии. Сейчас я понимаю, что во мне уже почти нет жизни. Если бы кто-то разбудил меня от этого вечного сна... -... -Ну не хнычь. Ты архидемон или кто? -Или кто. -Да конечно. Сначала кое-кто выпускает наружу кишки врагам, вырывает им сердца, а затем ревёт из-за того, что его брат оказался жив. Давай без этого, ладно? -... -У меня там немного вишнёвого вина осталось, моего любимого. Допьём? -Пошли д-допьём. ══════ஜ▲ஜ══════ -Подумать только, ты скрывал это от меня все годы. Ну что за мразь... Я теперь тебя никогда не отпущу. -Мальчик вырос, разрешения на смерть не требует. Бутылка с алкоголем успешно была иссушена. Стрелки на часах исправно показывали два часа ночи. Вильгельм не мог оторвать взгляда от призрака. Мэю тоже было неловко, но хотя бы камень с его души упал. -Именно из-за нашего родства я всегда был на твоей стороне. Наблюдая за тобой со стороны, я восхищался. - При свечах Мэй разглядывал пустой бокал, погружаясь в мысли. - Что бы ты не делал, это выглядит эпично. Упал - красиво. Покрыл матом - бесподобно. -Я польщён, всегда стараюсь. Неудивительно, что многие девы считают меня своим идеалом. - Вильгельм откинул голову на спинку кресла и потянулся за бутылкой. -Сердцеед. Из всех прекрасных девушек, влюблённых в тебя, ты выбрал именно архангела. Ну что за человек, сколько помню, всё наперекор другим делает... -Да нахуя мне эти девки, есть проблема хуже! У нас кончилось вино. Лагранж посмотрел на него, как на истинного выпивоху, а позже посмотрел в пол: -Под нами архив. Тебя благословила судьба, если Жан сейчас работает. Я точно помню, у него есть тайник с коньяком. -Сходи к достопочтенному и попроси один пузырь. А в ответ недовольный взгляд. -Пожалуйста. -Уже лучше. Поработай над речью, а я пока уйду к Янли. Мэй вернулся не с пустыми руками. При виде живительного напитка лицо Вильгельма подало признаки жизни. Лагранж свысока посмотрел на него и поставил прямоугольную бутылку на стол. Глядя на своё отражение в стеклянном сосуде, архидемон ухмыльнулся: -Прекрасно. Живём.       -Ты довольный, а мне потом долг возвращать.