Пойми меня

      Парни стояли у «Кошкиного хвоста», незаметно оглядываясь по сторонам. Таинственного гостя не наблюдалось, поэтому они негромко переговаривались. — Мне, действительно, нужно пить? — Дилюк облокотился о перила, пытаясь придать себе более непринуждённый вид. — Закажешь вино, если он будет сидеть недалеко от нас. Придёт позже — можешь и дальше пить свой виноградный сок, — Кэйа приоткрыл дверь таверны, жестом приглашая Рагнвиндра внутрь.       «Кошкин хвост» был набит битком, что неудивительно, ведь сегодня на смену вышла Диона. Она недовольно посмотрела на капитана и более приветливо на Мастера. Парни сели за небольшой столик у окна, ожидая официантку. Дилюк затылком почувствовал чей-то взгляд и несильно кивнул головой в сторону, чтобы Кэйа посмотрел. — Ты привлекаешь внимание дам. Может пора найти себе кого-то? А то всё только о работе думаешь. — Капитан игриво подмигнул девушкам, которые сидели за спиной Мастера и бросали на него восторженные взгляды, перешёптываясь и изредка хихикая.       Рагнвиндр хотел что-то ответить, но одёрнул себя, когда в таверну вошёл светловолосый мужчина в тёмном плаще. Его одежду нельзя было сопоставить со стилем ни одного из семи государств Тейвата. Незнакомец искал кого-то взглядом и, остановившись на Кэйе, занял столик недалеко от них, который не попадал в поле зрения капитана. Дилюк узнал его. Этот человек иногда заходил в таверну и ничего, кроме выпивки, не заказывал. — Извини, но я женат на работе. Мне спокойнее, когда они бегают за тобой.       Альберих едва заметно кивнул и подпёр голову рукой, начиная строить из себя пьяного: — Уве-рен? — Для убедительности Кэйа икнул посреди вопроса. — Абсолютно.       Наконец-то официантка подошла к их столику. Парни заказали два бокала вина и продолжили беседу. — Если бы ты обращал внимание на нужных девушек, уже давно бы женился. Помнишь Гретту, у неё светлые волосы, не помню, откуда она, — Дилюк, не отрываясь, смотрел Кэйе в глаза. Он не знал ту, что описывал, но иначе донести до капитана информацию не получится. — Когда ты проходишь рядом, она следит за каждым твоим движением. Тебе стоит с ней поговорить, если выдастся возможность.       Два бокала с вином были поставлены на столик, и Кэйа поспешил отпить немного из одного. Рука его немного подрагивала, жесты были неуверенными и смазанными. — Думаешь? Я немного грубоват в общении, ты же знаешь, — Альберих прищурил глаз, наблюдая за тем, как Мастер пытается не кривиться, пробуя вино. — Лучше узнать, какие у неё планы в отношении тебя, а дальше действовать по ситуации. — Может ты и прав… Хотя лучше окунуться в работу и забыть об этом! Лягу сегодня пораньше. Надеюсь, ты не обидишься, если я оставлю тебя сегодня? — Кэйа осушил бокал и поспешил удалиться, немного покачиваясь и запинаясь. — Доброй ночи!       Мастер не смог и слова сказать перед тем, как капитан покинул его. «И зачем мы придумывали план, если ты ему не следуешь?!» — Дилюк нахмурился, чуть приподняв свой стакан, чтобы было удобнее наблюдать за гостем периферическим зрением. Долго ждать не пришлось: мужчина оставил пару монет на столе и вышел вслед за капитаном.       Рагнвиндр полез в сюртук, чтобы оплатить напитки, и, выждав несколько секунд, направился за ним. Мастер понимал, что скорее всего Кэйа поведёт незнакомца в подворотни через площадь с фонтаном, и был прав. Плащ мужчины мелькнул за углом, где находилась алхимическая лавка, и Дилюк поспешил за ними. Сейчас должна была проводиться смена караула, поэтому пост у восточных ворот пустовал. Неудивительно, что Кэйа попытается вывести гостя из города. — Господин Альберих, подождите! — Низкий мужской голос окликнул капитана, и тот остановился. — Вы мне?       Мастер остановился недалеко от них, спрятавшись за углом ближайшего дома, чтобы помочь Кэйе, если потребуется. — Вам следует пойти со мной. — Я никуда не хожу с незнакомцами, чьих имён и намерений я не знаю! — Кэйа демонстративно скрестил руки на груди, оперевшись о стойку с поручениями. Голос и внешность мужчины казались ему очень знакомыми, но сказать точно, встречал ли он этого человека раньше, Альберих не мог. — Разве Вы не помните меня? — Гость слегка нахмурился. — Я могу помочь, но сейчас Вы должны мне довериться. — Мужчина хотел взять Альбериха за руку, но был остановлен мечом, выставленным перед ним. — Не так быстро, господин. Невежливо разговаривать, не представившись. — Кэйа смотрел на него исподлобья, больше не притворяясь пьяным. — Извините, но так нужно. — Мужчина резко отпихнул меч и перехватил капитана за шею, оказываясь за ним и начиная душить, при этом стараясь уклоняться от рук Альбериха. — Отпусти. Живо. — Рагнвиндр, появившийся сзади, приставил клэймор к спине незнакомца, перекрывая пути к отступлению. — Я обязан обеспечить его безопасность, господин Рагнвиндр. — Гость чуть ослабил хватку, давая Альбериху сделать вдох, но не отпустил полностью. — Теперь это так называется? — Рагнвиндр чуть порыкивал, он был готов убить мужчину в любую секунду. — Мне повторить? — Дайнслейф, отпусти. — Кэйа подал голос, пытаясь отпихнуть руку гостя. В его памяти резко всплыло имя человека, который помогал им с отцом и, по всей видимости, дал клятву его семье. — Это приказ.       Дайнслейф послушно убрал руки и немного отступил от меча Дилюка, чтобы повернуться. — Уберите оружие, оно не понадобится, как и спектакль, который Вы разыграли сегодня. — Мужчина покосился на клэймор Рагнвиндра, и тот спрятал его за спину, готовый достать в любую минуту, если потребуется. — Зачем ты пришёл в город? — Господин, этот разговор не для посторонних ушей. — Дайнслейф обратился к Дилюку. — Не могли бы Вы нас оставить? — Не могу. — Можем выйти к причалу и продолжить там. Мастер будет наблюдать за нами, оставаясь у ворот. — Заметив недовольный взгляд Рагнвиндра, капитан кивнул ему.       Между ними состоялся молчаливый диалог, понятный только им самим.       «Это опасно, Кэйа.»       «Я справлюсь.»       Дилюк фыркнул и отошёл в сторону, пропуская Альбериха и Дайнслейфа к воротам. Мастер молча смотрел, как их спины отдаляются.       Забравшись на причал, Кэйа остановился почти у края, скрестив руки на груди. — По Ордену Бездны поползли слухи, что Вы выжили и можете использовать свои силы. Они ищут Вас и готовы бросить все ресурсы, если потребуется. — Пусть они находились довольно далеко от Дилюка, он следил за каждым движением Дайнслейфа, поэтому последний говорил тише, чем обычно, опасаясь того, что Рагнвиндр может услышать их разговор. — Но зачем им я? — Их цель — отомстить Селестии, но каким образом, я не знаю. — Ты сказал про мои силы… Знаешь что-то об этом? — Альберих надеялся, что человек, связанный с Каэнри’ах, сможет пролить свет на происходящее. — Нет. В подобные тонкости были посвящены только члены королевской семьи и некоторые знатные семьи. Я занимал должность главы стражи. — Вот как… Сообщи, если выяснишь что-то. — Конечно, господин. У меня есть кое-что для Вас… — Дайнслейф засунул руку под жилет и достал небольшую потрёпанную книжицу. — Это… — Дневник Вашего отца. Он просил меня отдать его Вам, когда придёт время. — Он… выжил? — Кэйа слегка подрагивающими руками взял дневник и провёл ладонью по его обложке. — Я не могу сказать… Нам пора идти. — Не нужно меня защищать, я могу постоять за себя. — Если я уйду, то не смогу гарантировать Вашу безопасность. — Я и не требую от тебя этого. Удачи, Дайнслейф…       

***

— Ты его спокойно отпустил? — Дилюк шёл рядом с максимально недовольным лицом. — А что я должен был делать? — Кэйа устало вздохнул. Единственное, чего ему сейчас хотелось, — это лечь в кровать и забыться во сне. — Что ты должен был делать с человеком, который набросился на тебя и хотел забрать с собой? — Хватит меня отчитывать, я могу подумать, что ты заботишься обо мне.       Даже в подобном состоянии Альберих пытался отшутиться, что заставляло Мастера злиться ещё сильнее. Дилюк старался не выходить из себя, потому что состояние Кэйи в последние дни его настораживало. Если раньше он старался идти рядом, постоянно разговаривал обо всём, что его интересовало, то сейчас он скорее вяло плёлся и вёл себя слишком тихо. — Ты тоже защитник города. Было бы глупо тебя лишиться. — Мастер сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, и зашёл в дом Альбериха. — Что он сказал? — Орден Бездны меня ищет и хочет отомстить Селестии. — Кэйа сел за стол и уставился на дневник, не решаясь его открыть. — Значит, наши догадки подтвердились. Больше ничего? — Дилюк устроился в кресле, сверля спину капитана взглядом. — Ничего… — Альберих устало вздохнул и провёл ладонями по лицу. — Что там у тебя? — Дневник отца. Дайнслейф отдал его перед уходом. Если он что-то выяснит, то сообщит. — Не сиди долго. — Рагнвиндр поднялся и собрался идти патрулировать город, понимая, что Кэйа должен прочесть последнее, что оставил от себя его родитель, в одиночку. — И тебе доброй ночи, Дилюк.

***

      Ночь была тихой. На улицах Мондштадта не было ни души, за исключением нескольких рыцарей, которые сонно передвигались по своему привычному маршруту. Мастер возвращался в дом Кэйи, когда первые лучи солнца показались за горизонтом.       Уже находясь на соседней крыше, Рагнвиндр заметил, что в не до конца зашторенном окне виднелся капитан, который перечитывал свои записи. Он надел повязку, чем ознаменовал окончание работы на сегодня. Краем глаза Кэйа заметил, что Дилюк наблюдает за ним, поэтому он кивнул ему, приглашая войти.       Полуночный герой перелез на дом Альбериха и прошмыгнул в свою комнату. Сняв с себя плащ и маску, он услышал тихий стук в дверь и голос Кэйи: — Можно? — Да, конечно. — Всё спокойно? — Вид Альбериха оставлял желать лучшего: растрёпанные волосы, осунувшиеся плечи, покрасневший глаз и опухшие веки. Он стоял и сжимал в руках дневник и свои записи. — В последние дни ничего не происходит, это радует. Есть что-то интересное? — Не совсем. Большую часть составляют его мысли. Следующие тридцать страниц пустые, а в самом конце он написал мне послание перед тем, как отдать дневник Дайнслейфу. Ещё под обложкой было это…       Кэйа протянул Дилюку небольшой, сложенный в несколько раз листок бумаги. Он пожелтел от времени и был немного помят, но даже при этом всём становилось ясно, что его хранили очень бережно. Рагнвиндр аккуратно развернул листок и впал в ступор, не зная, как реагировать. На нём были нарисованы три человечка, которые напоминали семью, и над каждым из них была небольшая надпись, но Мастер не мог их прочесть из-за того, что не знал языка. Знаки были кривыми, но, похоже, выводились очень старательно. — Что здесь написано? — Рагнвиндр сел на кровать, продолжая держать листок в руках. — Смотри, — Кэйа устроился на полу и, заглядывая в рисунок, указал на, по всей видимости, женщину в платье, которая пусть и стояла рядом, но была будто чужой, — это значит «мама», — Альберих указал на следующего человечка, который держал третьего за руку, — это — «папа»… — А по центру? — «Кэйа».       В комнате повисла тишина. Дилюк не знал, что сказать. «Ты так рано потерял семью. И тебе пришлось пережить это дважды», — Мастер крутил эти мысли у себя в голове, продолжая смотреть на маленького человечка в центре. — Расскажешь, что в дневнике? Если ты, конечно, хочешь об этом говорить… — Рагнвиндр вернул листок капитану и пересел к нему на пол. — С самого начала? — Как считаешь нужным. — Первые записи отец сделал, потому что ему об этом сказала мама: это помогало справляться со всем и сохранять рассудок. После он писал, как она слабела во время беременности. Чуть позже мама умерла во время родов. Отец думал, что я не выживу… На этом записи обрываются. — Кэйа крепче сжал дневник, чувствуя, как слёзы вновь собираются в глазах. — А в послании? — Дилюк не решался посмотреть на капитана, поэтому Рагнвиндр упёр взгляд в стену. В его голове непроизвольно начали всплывать воспоминания о смерти собственных родителей, из-за чего ему становилось тяжелее дышать.       Альберих открыл дневник, ища записи на тейватском, и, долистав до них, начал читать. — «Кэйа, если ты читаешь это, значит, Дайнслейф выполнил поручение и отдал мой дневник. Наверное, тебе было тяжело видеть первые записи. Извини меня за них. Ты замечаешь изменения в себе. Это значит, твой организм достаточно силён, чтобы использовать силу, дарованную землёй. Та легенда, которую я рассказал тебе в детстве, является пророчеством. В ней ответы на все твои вопросы. Извини, что оставил тебя и возложил на твои плечи столь тяжкое бремя. Дайнслейф рассказал, что ты попал к хорошим людям, которые смогут вырастить тебя и защитить. Смогут сделать то, на что не способен я. Мне пришлось так поступить, они подобрались к нам слишком близко. У меня почти не осталось времени. Сейчас я должен буду отдать дневник Дайнслейфу. Доверяй ему, он твой союзник. Извини, что не могу быть рядом и помочь пройти тебе через это. Ты справишься со всеми испытаниями. Борись за то, что считаешь правильным. Я люблю тебя. Твой отец».       На последних фразах голос Кэйи дрогнул. Он опустил голову и прикусил губу, стараясь не дать волю слезам вновь.       Дилюк резко притянул капитана к себе, прижав его голову к своей груди. Это нужно было им обоим. Они оба слишком много пережили за столь короткую жизнь. Рагнвиндр опёрся щекой о макушку Кэйи, чувствуя, как тот мелко вздрагивает и сжимает рубашку Мастера в своей руке. Весь мир будто сжался до размеров комнаты на втором этаже в доме Альбериха, где есть только они, их боль и лучи солнца, лениво ползущие по стенам.