Гарри Поттер и Королевская Мантия

Следующий день прошел не намного лучше. С самого начала плохое настроение для Гарри предвещало повторение сна с платформой, с которой дети отправляются на поезде в школу. Некоторое время парень просто сидел с пустым взглядом на кровати, размышляя над всем этим. «Почему мне раз за разом снится одно и то же? Почему Кингс-Кросс? Это все из-за того, что это место для меня – особенное? И, к чертям, на кой на платформе Дамблдор!» – думал он, – «Может, мне просто его сильно не хватает? Или что?! Я же так много потерь пережил, почему он является, что он забыл мне передать?». Из душевных переживаний его вывел проснувшийся Невилл: – Ой, Гарри, а ты чего тут сидишь? Давно проснулся? – Нет-нет, только что. Глаза протираю. Пойду в гостиную что ли. В общем зале сидело пара гриффиндорцев, включаю одну из девушек с пятого курса. В ее руках Гарри заметил книгу в ярко розовом переплете, серебряные буквы которой было не разглядеть. На доске объявлений появилось несколько новых бумажек, включая просьбу о помощи найти чью-то мягкую игрушку. Прямо на одном из круглых столиков лежал кот Гермионы и громко сопел. Внимание мальчика привлекла небольшая, но яркая наклейка. Она гласила:   «ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ КУРСЫ ДЛЯ БУДУЩИХ МРАКОБОРЦЕВ   Все ученики седьмых и шестых курсов всех факультетов, которые желают в будущем поступить на мракоборца в ряды элитных волшебников Министерства, имеют возможность поступить на подготовительное обучение к профессору по ЗОТИ Бенедикту Расселу. Одно занятие в неделю (первый урок каждый понедельник) принесет вам массу новых, а главное полезных знаний о вашей будущей профессии. Для разрешения на курсы обращаться к декану своего факультета»   Главой Гриффиндора как раз был сам учитель Защиты от Темных Искусств, а это значило, что Гарри сможет получить разрешение сразу на следующем уроке с ним. Через некоторое время в гостиную спустились и Рон и Гермиона, но они не заинтересовались брошюрой и сразу потащили приятеля на завтрак. Большой зал постепенно наполнялся школьниками. Профессора ели за столом на небольшой возвышенности. За ним Гарри также заметил Хагрида, который помахал друзьям, но больше он вглядывался в лицо декана Гриффиндора. Оно было слегка жизнерадостным, хотя и серьезным, а острые скулы и длинная шевелюра делали его похожим на одного из бывших министров магии по фамилии Скримджер, только куда старше. Наверное, именно что-то общее в их атмосфере, виде, духе, сразу вызвало в парне необъяснимую подозрительность к этому человеку. Гарри невольно приписывал учителю качества эгоцентричного и самодовольного льва, который всем видом показывает, что сила на его сторон, хотя это не так. Вдруг Гермиона заговорила: – Надо же, какое счастье. В Визенгамоте было выдвинуто предложение уравнять в правах родителей маглорожденных с обычными магами. – То есть, теперь маглы, знающие о волшебном мире, будут равны с магами? – спросил Гарри. – Ничего это не значит, – покачала головой девушка. – Это предложение еще не приняли. И что-то мне подсказывает, что оно будет отклонено, даже не смотря на недавние перевыборы. Хотя, кто знает? Министерство же сократили имущественный ценз. Хотя те, кто не окончил школу, все равно не имеют права голоса на выборах. – Какая  ты хмурая, спорю на свою метлу, что адекватные маги проголосуют за, – сказал Рон. – Действительно? Что же, ну тогда готовься попрощаться со своими накоплениями, потому что я довольно часто права. – Посмотрим! – Рон, зачем ты влезаешь? Гермиона же каждый день читает газеты. –  И что? – усмехнулся парень. – Ты думаешь, что без метлы я не смогу тренироваться? – Да нет же, просто… – Что? – Хватит пререкаться, уже скоро урок. Доедайте. Второй день в Хогвартсе начался не только с завтрака, но и с учебы. Первым занятием стала травология, спаренная с седьмым A курсом Пуффендуя. Этому предмету, пожалуй, был рад только Невилл. Единственный плюс был в том, что на улице стояла хорошая погода, поэтому работать в теплицах было одно удовольствие. К месту урока школьники добирались группами друзей, а не колонной или толпой, как это обычно бывает перед зельеварением, трансфигурацией, заклинаниями или защитой от темных искусств. Когда все собрались, профессор Стебль велела ученикам встать дугой, чтобы все видели два табурета. – Доброе утро. Итак, дорогие мои, мы начинаем учебный год с небольшой и легенькой темы, вопросы по которой могут быть в ваших экзаменационных билетах. Посмотрите на этот табурет, – она показала рукой на деревяшку с тремя ножками, на которой лежал большой льняной мешок, после чего достала из него крупный боб древесного цвета, размером с человеческий глаз. – Кто может мне сказать, что я сейчас держу? Тут же руку поднял сначала Невилл, а потом и Гермиона. Стебль показала ладонью на мальчика, позволяя ответить. – Это, наверное, мешок бобов Colossici Caulis – очень большое растение. Однако его не советуют сажать на открытом пространстве, так как бесконтрольный его рост может привести к ужасным последствиям. – Молодец. Мисс Грейнджер, хотите что-то добавить? – Да. Профессор, я также читала, что это растение было открыто маглом Джеком Блэром, который, в силу своего незнания, посадил его в пределах полей своей деревни. Урожай сгнил, и та деревня оказалась бы на пороге голодной смерти, если бы Совет Волшебников не вмешался бы и не разрешил ситуацию. Из-за этого  на протяжении веков о нем писали не иначе, как вредоносном сорняке. – Абсолютно верно. Десять баллов Гриффиндору за оба ответа. Colossici Caulis (на нашем родном английском – Колоссальный Стебель) – самое большое волшебное растение в мире, которое впервые было найдено именно здесь, на Британских островах, предположительно в Англии. Иногда этот «сорняк» называют просто Колоссом. Colossici Caulis способен вырастать до невообразимых масштабов, благодаря плодородности почвы. Особенно этот гигант любит, когда почва полна слабыми растениями одного вида, однако его конкурентами являются деревья с их мощными корневыми системами, поэтому леса становятся непреодолимым препятствием для него. Иногда считают, что предела роста Колоссу вовсе не существует. Причиной тому – нашумевший инцидент в Ирландии в сороковых годах девятнадцатого века, когда сразу несколько таких растений превысили высоту в десять тысяч футов. Кто-то из девочек громко ахнул. Вся толпа примерно из двух дюжин человек увлеченно слушали рассказ профессора, что было редкостью. – Да, и остановить губительные последствия той катастрофы для Министерства оказалось очень не просто. Но не пугайтесь! Колосс не опасен, если держать его под контролем. Поэтому обычно Колоссальный Стебель выращивают в горшках или специально оборудованных теплицах. В остальных аспектах Колосс довольно полезен, так как является ингредиентом для массы зелий. Кроме того, он дает необычные плоды. Белые крошащиеся наросты, которые немного напоминают вареные куриные яйца, используют в процессе изготовления пергамента, которым все мы пользуемся, а также их иногда употребляют в пищу. Не бойтесь, эти плоды не являются носителями бобов Колосса, поэтому у вас в желудке он не вырастит. Эти, давайте будем называть их так, яички хранят в себе часть питательных веществ, которые растение получает из земли, чтобы пережить зиму, поэтому они еще и очень питательные для нас с вами. – То есть, вы хотите сказать, что мы будем выращивать опасный сорняк, чтобы есть наросты в виде яиц? – внезапно спросила пуффендуйка Ханна Аббот. – Что за глупость, милая. Конечно, нет. В горшках Хогвартса выращивают одни из лучших Колоссов в мире, поэтому их плоды пользуются большой популярностью среди крупнейших производителей пергамента. Это один из немногих самостоятельных доходов школы, благодаря которому все ученики могут не платить за обучение. Сегодня вы все поможете мне вырастить множество растений ограниченной высоты в тех сосудах, – профессор показала пальцем на огромные горшки, полные земли. Учащиеся потянулись в другую часть теплицы за глиняными горшками. В частности произошел забавный конфуз, когда Дин Томас, который был маглорожденным и привык к самостоятельности, попытался поднять сосуд руками, но уронил его себе на пятку, вскрикнув от боли. – Осторожнее, Дин. Если разобьешь горшок, Гриффиндору снимут балы, – пошутил Симус. – Милый мой, – подходя к ученикам, сказала Помона Стебль. – этот кусок глины весит фунтов сорок, а то и сорок пять, он может голову проломить, если упадет на тебя. А вы, Томас, в порядке? Помощь мадам Помфри не нужна? – Нет, спасибо, я в норме… – Хорошо. И все остальные, даже не пробуйте сами поднять горшки, только чарами и никак иначе! Мисс Боунс! Положите лишние бобы обратно в мешок, а не в свои карманы! Каждый студент может взять только одну штуку, этого достаточно. Урок прошел довольно быстро и легко, впрочем, ничего удивительного. Помона Стебль умела рассказами о невероятных растениях развлечь учеников, так что почти всегда скучать не приходилось. Однако следующим занятием значилась Защита от Темных Искусств с новым преподавателем. Из-за частного дела к нему, Гарри слегка волновался. Как мракоборец (уже исходя из названия сильный волшебник, элитный воин, один из лучших во всей Британии, а значит, и в мире) в отставке. Мракоборцы Его Величества имели репутацию магов высшей категории, наравне с коллегами из Северной Америки, Германии, Франции, России. Вдруг Гарри покажет себя инфантильным подростком перед таким человеком? А если благодаря дружбе с ним его возьмут в мракоборцы и мечта осуществиться? Каково это работать на одной из самых престижных работ, ездить по Европе и по всему миру с важными делами от Министерства, может, даже повидать Чарли в Румынии, или где он сейчас разводит драконов. От размышлений его отвлек колокол. Мерлин! Только второй день в школе, а Гарри опять опаздывает на урок. Парень поспешил поскорее пересечь длинный коридор и оказаться за партой. В кабинете у доски уже стоял спокойный профессор в слегка приподнятом настроении, чего нельзя было сказать о Поттере. Он чуть не взорвался от ярости, увидев самодовольного Малфоя рядом с Паркинсон. Два урока за неделю с этим остролицым поклонником идеологии крови? Гарри готов был поклясться, что, не будь учителем мракоборец, у которого хотелось получить доверие, то он незамедлительно запустил бы в блондинистого ублюдка пару проклятий. Но вместо этого юноша лишь с тяжелым вздохом опустился на свое место и уставился на преподавателя. – Здравия детишкам, которых еще не видел, – начал профессор Рассел. – Хочу сразу вас заверить, что на первом семестре мы займемся наиболее важной частью программы седьмого курса – повторением важных пройденных тем, чтобы даже самые несносные бездари смогли перешагнуть порог ЖАБА. По крайней мере, я на то очень надеюсь. Особенно это важно потому, как вы получали крайне обрывочные знания о такой дисциплине как ЗОТИ в силу часто сменяющихся кадров… – Простите, профессор, а вы сами не боитесь состоять на этом посту? – внезапно перебила Парватил Патил. – Разве вы не боитесь проклятой должности? Столько людей сменяло друг друга каждый год. – Никто не имеет права говорить без разрешения, – похолодевшим тоном ответил Бенедикт. – Нет. Мне, как человеку, повидавшему всякое, не страшно мифическое проклятье. А даже если бы оно было, некоторые люди уже постарались убить одного нехорошего темного волшебника, поэтому больше никому не стоит ничего опасаться. Итак, продолжим. Первым, что вы будете повторять, это противодействие проклятью Империус. Посвятим несколько уроков важным лекциям, чтобы освежить память, – тут Гарри поднял руку, которую профессор усердно игнорировал. – Пожалуй, новые темы будем изучать только во втором семестре, чтобы не отвлекаться от главной задачи – сдачи экзаменов. Ох, Поттер, хватит пытаться дотянуться до потолка, говорите. – Профессор Рассел, но почему мы будем заниматься ближайшие уроки только лекциями? Я думал, что ЗОТИ – скорее практический предмет, на котором будут практические знания. – Вам бы поменьше думать, мистер Поттер, и побольше бы слушать преподавателей. Согласно моему плану, примерно месяц обязан уйти на вступительный курс лекций по повторению самых важных тем. – Извините, профессор Рассел, я тоже думаю, что практика не помешала бы нам, – высказался Блейз Забини. – …не помешала бы нам лучше бить друг другу морды, – шепотом договорил Рон за слизеринца. – Чудесно. Кто еще хочет, чтобы я сегодня отрабатывал на вас Империус? – саркастически произнес старик, в ответ на что неожиданно увидел с десяток поднятых рук. – Что ж, раз так, то давайте займемся практикой. Если вы настолько уверены в своих силах. Я даже пойду навстречу – тот, кто лучше всех справится с подчиняющим заклятьем заработает для своего факультета… Четверть сотни баллов. Проигравшие же лишатся такого же количества уже имеющихся драгоценных камнях в их песочных часах в Вестибюле. Все согласились со столь жесткими условиями, так как враждующие факультеты жаждали утереть друг другу нос. Каждый ученик стал выходить к доске и переживать опустошение сознания на себе. Первой стала Лаванда Браун, и не смогла сопротивляться ни секунды, начав кудахтать как истинная курица. Пэнси Паркинсон громко и противно захихикала, но, когда очередь дошла до нее, то профессор заставил ее каркать, словно ворона, и широко размахивать руками. Скучающий мракоборец лениво махнул палочкой, и Малфой тут же начал скакать по классу. Это повеселило Гарри, но одновременно он продолжал опасаться, на какую клоунаду заставит пойти неприятный профессор? Вскоре мистер Бенедикт Рассел назвал его фамилию, а мальчик неторопливо прошелся по душному классу. Водянистые глаза седого льва были наполнены чем-то отдаленно напоминавшим презрение. Однако Гарри внезапно почувствовал любой ценой отомстить этому невероятно гордому павлину, унизить перед всем классом. Профессор рассек осиновым изделие воздух, и парень ощутил, как будто его мышцы ослабели, голос парализовало, а в голову прокрался чей-то чужой голос. Но никакой боли не было. Вместо этого настало невообразимое блаженство. Юноша успел подумать о сливочном пиве с имбирем в теплом и уютном пабе в Хогсмиде. Вдруг голос мистера Рассела начал шептать из нутра: – Ложись на стол… ложись на стол Тело самостоятельно сделало шаг вперед. Внезапно Гарри услышал свой, уверенный голос, который появился из ниоткуда. – А зачем? Не хочу я ложиться, я выспался. – Ложись на стол! Отдохни… – Мне ни к чему, извините, я лучше откажусь. – ЛОЖИСЬ НЕМЕДЛЕННО. Гарри невольно сделал еще шаг вперед к парте, за которой сидел Симус и Дин, но снова остановился и ощутил свои пятки. – Я не хочу и не буду. – Слушайся меня! Ложись, иначе будет хуже! Необъяснимое блаженство внезапно исчезло и сменилось тревогой. Удовольствие прекратилось слишком резко. – ЛОЖИСЬ! – НЕ-ХО-ЧУ, – Гарри пошел назад к стене и, врезавшись в нее, обхватил руками раскалывающуюся от боли голову. – Хм, странно, – издалека раздался голос мистера Рассела. – Предыдущий преподаватель не оставил доклада, где бы говорилось о том, что ученики способны на сопротивление Империусу. С таким успехом вы бы могли меньше, чем за месяц освоить окклюменцию. – Простите? – что значит освоить окклюменцию? Гарри же длительный период занимался ею со Снейпом, и не смог добиться результатов. Профессор издевается, или просто сам старается добиться расположения? Вряд ли. – Ничего, Поттер. Можете сесть. Далее не произошло ничего особенного. Студенты продолжали вытворять всевозможные трюки по чужой воле и никто не смог более сопротивляться проклятью. Гарри был уверен, что сегодня благодаря ему Слизерин окажется на последнем месте среди всех факультетов по количеству баллов. Однако внезапно Дафна Гринграсс, слизеринка с роскошными светлыми волосами, которая вышла одной из последних, смогла снять с себя эффект заклятья подчинения спустя десять секунд, перед этим выполняя странный танец. Так как она «показало хороший результат» и смогла продемонстрировать свою внутреннюю волю, то мистер Рассел решил не отбирать баллы у Слизерина, но все же добавил Гриффиндору. Студенты с зелено-серебряными галстуками этому явно были рады, в отличие от гриффиндорцев. После урока, Гарри подошел к мистеру Расселу. – Профессор, я бы хотел попросить вас записать меня на дополнительные курсы для будущих мракоборцев, если можно. – О, а вы, Поттер, желаете сдавать именно на эту сложную профессию? Похвально, хотя и ничего удивительного, зная вас. Что ж, хорошо. Тогда жду вас на первом уроке тут в моем кабинете в понедельник. Следующее занятие опять проходило в библиотеке. Строгая библиотекарь Ирма Пинс с немного нелепой шляпой и острыми скулами как всегда сидела за своей высокой кафедрой и с недоверием поглядывала на каждого школьника, видимо, полагая, что каждый из них – потенциальный вандал. Гарри сел за длинный стол вместе с остальными гриффиндорцами с разных курсов. Все лениво доставали из портфелей и с полок толстенные учебники и пособия, пергаменты и перья. Энтузиазм в глазах можно было увидеть у единиц. Поттер тоже не был в восторге от этого. Зря он что ли все лето дополнительно занимался? Он не сказал никому, что уже прочел от корки до корки учебник по травологии шестого курса, поэтому просто положил книгу перед собой, а на старый конспект – новый пергамент. Гарри просто наблюдал за лицами однокурсников, которые со скукой переписывали пособие. В библиотеку потихоньку тянулись когтевранцы. Все стихийной волной усаживались за отдельные столы с неохотой. Однако, несмотря на строгость библиотекарши, шепот и разговоры истребить было невозможно, а периодически отовсюду раздавались смех и издевки. Работа совсем не увлекала парня, а потому он очень скоро заметил то, как за входящей в огромный читальный зал Джинни не спеша шагают двое когтевранца, выше ее на пол головы, и о чем-то болтают с улыбками. Гарри следил за тем, как они обращались время от времени к гриффиндорке впереди, не забывая смеяться. Девушке же, по всей видимости, этот цирк не доставлял никакого удовольствия – она с бесстрастным лицом направилась к книжным стеллажам, а надоедливые парни, посмеиваясь, ушли к своим дружкам. Гарри встал из-за стола и сделал вид, что направляется за новой книгой, пытаясь хотя бы минуту поговорить с Джинни, но нигде не мог ее отыскать. Она будто пропала между книжных полок. Проходя у очередного стеллажа, подле которого не было ни души, он услышал нервный вздох срывающегося голоса. Поттер осмотрел все, что было поблизости, и заметил в дальнем углу на банкетке между двумя книжными шкафами рыжеволосую девушку с каким-то розовым предметом. Гарри немедля пошел к ней. Это и вправду была Джинни. В руках она держала книгу в розовом переплете с серебряными буквами, а лицо ее было грустным. – Джинни, – начал парень, садясь рядом. – прошу, не молчи. Скажи, тебе ведь не нравится тут, в Хогвартсе? Девушка помолчала, смотря на роман в руках, а потом ответила: – Нет, вовсе нет. Просто… наверное, я слишком переволновалась из-за учебы. Слишком много обязанностей взвалилось на меня с началом учебного года. – Не переживай, со всеми так бывает. Ты обязательно справишься, – Гарри приобнял ее, надеясь успокоить от потрясений, но та лишь открыла «Пурпурную Историю», о которой парень предпочел не спрашивать. – Тебя точно ничего не волнует? Это не связано с теми ребятами из Когтеврана, которые за тобой хвостиком ходят? – Что? Нет, нет, конечно. Обычные заводилы, меня не так легко вывести из себя. – Все будет хорошо, не забывай, что если до тебя будут докапываться, ты всегда можешь отправить в их морды парочку квоффлов. Джинни первый раз улыбнулась и положила голову на плечо парню, продолжая читать книжку. Огненные волосы, словно вода, заструились. Сидя вместе, Гарри подумал о том, насколько же она женственна и красива. Вероятно, она не договаривает, и какие-то хулиганы все-таки доставали ее, но ничего более Поттер не знал. Как он может помочь кому-то, когда этот кто-то усердно избегает помощи? – Нас кстати вчера переселили в общую спальню с Гермионой, потому что не хватает места для первокурсников, – поделилась Джинни. – Надеюсь, вы весело проводите ночи, устраивая девишники, – посмеялся Гарри. – А ты как будто подглядываешь! – Ага, через стенку. Ник залетает к вам и делает волшебные снимки незаметно. – Дурак ты, Гарри! – она легонько ударила его по голове книжкой, ожидая реакции. – Ладно, не кричи, а то сейчас придет мисс Пинс и скормит нас Филчу. Ты, кстати, останешься в команде? – Да, буду участвовать в отборочных. – В отборочных? Но, зачем, ты ведь уже и так в основном составе? – Ну и что? Из-за того, что я твоя девушка, будешь отказывать действительно талантливым людям? – Нет, но… – Значит, решено. Кэти Белл ведь ушла из Хогвартса еще в прошлом году, а в этом отказался от продолжения обучения Кут? – Да. Жалко, что Ричи Кут ушел. Знал бы он, что победа в этом году принесет возможность выступить от команды школы на международных соревнованиях, наверняка остался бы. – Может быть. Хорошо, Гарри, давай, иди за общий стол. Если библиотекарша узнает, что мы тут сидим и ничего не делаем, то обоим влетит, – сказал Джинни и парень поспешил взять первый попавшийся на глаза учебник с полки, чтобы была официальная причина для исчезновения на эти десять минут.   Дни проходили хоть и медленно, но не скучно. Гарри уже полюбил эту теплую атмосферу подростковых переживаний. Золотая троица вновь вместе стали выполнять домашние задания в гостинице Гриффиндора по вечерам, где параллельно шумели, учились и дурачились еще несколько десятков человек. Все было по-прежнему, разве что не хватало лишь Колина Криви, младший брат которого по имени Деннис несколько дней подряд делала пергаментные поделки с несколькими другими мальчиками и девочками с пятого курса. На следующую неделю, а конкретнее на субботу выпали отборочные в сборную Гриффиндора по Квиддичу. На Гарри, как на капитана, свалились обязанности по организации всех желающих сыграть в команде, а таковых было хоть отбавляй. На мероприятие пришли по крайней мере три дюжины человек, несколько из которых вообще были либо студентами с других факультетов, либо первокурсниками. Их пришлось отправить обратно. На трибунах стадиона в день отборочных собралось пятая часть школы, не меньше. Старый состав отправился на скамью, а капитан собрал всех желающих соревноваться на центре поля. Среди школьников в алых мантиях с золотым обрамлением был человек из замены – Дин Томас; Джинни, которая хотела проверить, насколько выросли ее навыки и будет ли она полезна команде; а также Лаванда Браун и Джек Слоупер. Гарри не сомневался, что Джинни пройдет в сборную во второй раз, ведь можно сказать, что они вчетвером все лето тренировались. Гермиона, которая, хоть и не сильно жаловавшая Квиддич, но дорожившая друзьями, тоже пришла на трибуны в этот день. Поттер подул в свисток, призывая всех успокоиться. – Салют всем, кто приходил пробоваться в команду в прошлом году, – начал Гарри. – Сегодня, я вижу, тут собралось еще больше. Для начала я разобью всех вас на пары – защищающий и атакующий – чтобы посмотреть на ваши навыки, а потом те, кто покажет себя наилучшем образом, перетасуют партнеров между собой, чтобы выявить самых способных игроков. – парень взглянул на пергамент у себя в руках и начал называть тех, кто будет играть вместе. Как оказалось, добрая половина собравшихся очень посредственно играли в Квиддич. Похоже, что некоторые пришли даже не для того, чтобы попасть в сборную, а чтобы повеселиться на стадионе или поглазеть на легенду волшебного мира и спасителя министерских задниц, так как Гарри вечно ловил на себе заинтересованные взгляды от девушек и любопытные от парней. Споупер совсем не изменился. Он по-прежнему плохо играл, но очень настойчиво, будто своим усердием старался переплюнуть бездарность. Дин Томас оказался лучше всех остальных в атаке (кроме Джинни) и заработал себе позицию охотника. В состав замены была взята также запасная охотница Натали МакДональд с пятого курса, и Гарри совершенно не жалел о своем выборе. Он посчитал, что замена в критический момент может помочь, поэтому предложил ей возможность только сидеть на скамье запасных. Поттер сразу предупредил, что она может вовсе не выйти на поле, если ей не повезет, но девушка все равно с энтузиазмом приняла предложение. Джинни вновь честным путем доказала свое мастерство, показав лучшие результаты на позиции охотника среди всех кандидатов. Зато с загонщиками все было далеко не так очевидно. Среди претендентов были Арчибальд Ли (высокий четверокурсник, неплохо махающий битой), Викки Фробишер (пятикурсница) и Джек Слоупер, который, после того, как его не приняли в состав атакующих, решил попробоваться на роль загонщика. Даже не смотря на то, что Слоупер играл так, что мог ударить своего битой во время игры, даже он был лучше, чем большинство пришедших сюда учеников. – Итак, – начал Гарри, оглядывая изрядно поредевшую группу людей. – Викки Фробишер? – Я, – откликнулась девушка. – В позапрошлом году твою заявку отклонили по причине твоей занятости. Что сейчас? Тоже много клубов посещаешь? – Я посещаю клуб заклинаний, да. Но я надеюсь, что занятия не будут сопровождаться тренировками. – У нас тренировки будут исключительно по субботам впредь, – спокойно ответил Гарри. – Я вчера составлял расписание. – Я говорю же, что не знаю, так как у нас плавающее расписание. – Тогда что ты предпочтешь – квиддич или кружок?  Поколебавшись несколько секунд, девушка ответила, что не пропустит ни одну тренировку. Вопрос был частично решен. После двух разогревающих игр с двумя разными составами загонщиков – Арчибальд Ли и Викки Фробишер или же Викки Фробишер и Джимми Пикс – было решено, что молодой Ли отправится на запасную скамью, чтобы подстраховать товарищей в случае чего. Слоуперу Гарри сразу отказал, аргументируя отказ тем, что он не так хорошо играет как Фрошибер или Ли. Тот из-за этого взбесился и начал кричать, требуя позволить ему попробовать себя на позиции вратаря. – У нас уже есть вратарь, который показывает огромные результаты. Зачем мне его заменять? – Да ты просто покровительствуешь своего дружка, чтобы он не вылетел из команды! Если бы ты открыл позицию вратаря в качестве вакантной, то ее бы сто пудов занял бы кто-то гораздо лучше его! – Рональд до сих пор в команде лишь потому, что такой умник как ты никогда не сможет заменить результативного игрока на поле истериками, – огрызнулся Гарри, а потом вдруг предложил. – Впрочем, если ты действительно настолько уверен в своих силах, то можешь посоревноваться с Роном, кто больше отобьет. – Давай! Гарри подул в свисток и подозвал Рона и Джинни со скамьи основного состава. – Сначала Слоупер будет охранять южные кольца от ударов шестой, а второй после этого попробует защитить те же кольца. Играем до пяти попыток. Если Слоупер отобьет больше Рона, то проведем показательные матчи, чтобы лучше выяснить способности каждого. Есть вопросы? – Да, – начал Джек. – Какого Мерлина забивать будет его сестра? Это не честно! – Черт бы тебя побрал, она – наша лучшая охотница. Джинни как никто другой сможет проверить, насколько вы оба готовы к встрече с по-настоящему серьезным противником. Идите за метлами и экипировками для вратарей в раздевалку, а потом посмотрим, на что вы способны. Оба ушли подготовиться, а Джинни, с метлой наперевес, стояла и вопросительно смотрела на Гарри, будто осуждающим взглядом. – Что? – спросил он. – Ты действительно заменишь Рона? – Конечно, нет. Слоупер точно пропустит все твои мячи. Можешь даже не напрягаться. Пойду, проверю, как они там, может, уже драться начали. Джек вышел из раздевалки, когда Гарри к ней приблизился. Внутри он застал готового Рона, сидящего с метлой на скамье и смотрящего вникуда. – Ты чего, дружище? Поник духом из-за этого придурка? – А что, если я умудрюсь проиграть ему? – серьезно и с опаской спросил Рон. – Тогда я тебя выгоню из команды. Хватит ныть, соберись, не смей раскисать на глазах у Гермионы! Рон остался сидеть, обдумывая слова капитана. Гарри не сильно ударил его метлой по макушке и произнес: – Мне тебя за ручку держать в воздухе? Ты все лето тренировался на пустыре, у тебя ноги уже привыкли сидеть на новой «молнии», метнулся мозгошмыгом и победил его! Игрок со вторым номером на груди встал и пошел на поле.