Гарри Поттер и няшные пожирательницы душ

      ***Когда то в прошлом Академия Хейвен, а ныне Тайная База Рейвен Брэнвен***              Синдер злилась. И не понимала от чего. Они обследовали каждый закуток этой гриммовой академии, но не нашли ни единой лазейки, ведущей прочь. Возможно это было причиной? Или то, что Роман и та старуха заперлись вместе и уже два часа занимаются непонятно чем. И это не потому что Синдер подслушивала! Нет! Она Синдер не такая! И если своим правым глазом видит, что на двери и стенах директорского кабинета находится некая, неизвестная магия, она не пытается приложить к оной двери заранее припасённый стакан… Нет, вовсе не по этой причине!              А потом перед ней показался «Роман». Он шёл даже не к ней. Его траектория движения пролегала не к Синдер, а куда-то мимо девушки. И даже толком не глядя на неё, «Роман» приказал:              – Отнесёшь это сама-знаешь-куда и отдашь сама-знаешь-кому. Старший менеджер подойдёт позже. И вручит тебе обещанные награды…              И не сбавляя ходу, небрежно ткнул Реликвией в сторону Синдер. И вид у него был «Эй, курьер, отнеси эту фиговину Боссу, а то я сам не могу – кофе не допито, пончики не доедены и всё такое…».              И Синдер взбесилась.              И даже сама не понимала отчего. В голове промелькнула мысль, что она этим действием закрывает пари. И побеждает в нём. Но…              – Нет! – прорычала Синдер, гневно глядя прямо в глаза «Романа».              «Роман» вспыхнул также быстро как и Синдер.              – Капризничать будешь у Салем, а не у меня! – прорычал он в ответ.              В настоящий момент они стояли сцепившись обеими руками. Это «Роман» попытался было впихнуть «кувшин» в руки Синдер. И даже смог сделать это с одной рукой. Но затем Синдер подключила вторую руку. «Роман» не остался в долгу и попытался заблокировать вторую руку Синдер своей… простите за тавтологию… второй рукой. И вот в таком вот клинче они сейчас находились.              – Хам!              – Принцесса!              – Вор!              – Истеричка!              После чего стороны немного взяли себя в руки. Чуть-чуть. Самую малость. Потому как от неоформленной в заклинания магии вихрем кружившей вокруг них их практически не было видно окружающим. Так… одни смутные силуэты…              – Два раза добилась успеха, не ударив при этом пальцем о палец, и поверила в себя?! – перешёл от банальных оскорблений к более конструктивным претензиям «Роман».              – Если бы ты не путался у меня под ногами, то к этому дню я бы уже собрала все Реликвии! – отпарировала Синдер.              – Ты кем себя вообразила!? – буквально сочились ядом слова «Роман». – Такое под силу только старшему менеджеру вроде меня, а не принцессе, которая может полагаться лишь на одно везение!              – Я докажу! – скрипнула зубами Синдер. – И место старшего менеджера будет моим!              – Ну, давай! – ехидно усмехнулся «Роман». – А я посмеюсь…              И тут внезапно вихрь магии, бушевавший всё это время вокруг них, взял да и втянулся в золотые браслеты на их запястьях. И до Синдер и Гарри сейчас дошло, что им следовало бы быть поосторожнее со словами. Особенно, если ты сильный маг, не нуждающийся в волшебной палочке, как какой-то слабосилок. Особенно, если ты сцепился руками в жесте, предшествующем заключению пари.              Спорщики как-то резко успокоились. И отпустили друг друга. И сделали шаг назад. В руках Синдер осталась Реликвия. Но «Роман» и не думал претендовать на обладание ею.              Некоторое время стороны молчали. И приводили дыхание в норму. И успокаивали эмоции. А затем в коридоре раздался топот бегущих ног. Это команды Руби и Джунипер спешили на помощь своему походному командиру. Спешили на помощь Синдер.              И все выстроились по бокам от Синдер. Готовые к бою. Это вызывало странные ощущения на душе. Но это не были неприятные ощущения.              – Остановитесь, – попросила товарищей Синдер.              – Да, это ещё не финальная битва Добра и Зла. Мы всего лишь обменялись мнениями, – спокойно подтвердил «Роман».              И вознамерился уйти.              Но, не вышло. У Янг были вопросы. А если у Янг есть вопросы, то она тебя так просто не отпустит…              – Вы там всё это время с моей мамашей… трахались? – обвиняюще ткнула она в «Романа» пальцем.              – С чего ты взяла!? – начал отнекиваться обвиняемый.              Но взгляд в сторону отвёл. И звучал при этом как-то неубедительно… Так что никто ему не поверил.              – И вообще! Взрослые не трахаются! Кто тебе такое сказал? Они сперва играют свадьбу, а потом аист приносит им ребёночка… – выдал порцию чуши пятящийся спиной вперёд «Роман».              Похоже, шестое чувство подсказывало ему, что кое-кто… не будем показывать пальцами, но это Янг Сяолонг… готова впасть в буйство.              Янг это не успокоило.              – Ты заделал Рейвен ребёнка?! – бешеным беовульфом взвыла Янг.              Зрачки её глаз налились алым, волосы встали дыбом, как будто наэлектризованные и Янг бросилась в атаку. И выражение её лица… злобный оскал… не предвещало «Роману» ничего хорошего.              Но ей наперерез бросилась Руби. И преградила дорогу. И для большей надёжности, ухватила за пояс.              – Янг! Успокойся! – попросила она. – А вдруг у них всё серьёзно? А ты им помешаешь?              Янг моргнула. Потом ещё. А потом ещё. А потом…              – Тогда я тем более обязана отлупить его! Чтобы, не дай гримм, не сбежал из-под свадебного венца! – постановила Янг.              И по её лицу было видно, что решение окончательное. И обжалованию не подлежит.              – Янг! – печально произнесла Руби.              А затем она включила своё Проявление. И вихрь из лепестков роз унёс Янг прочь.              «Роман» тоже засобирался прочь. Притом, в темпе. Похоже, возвращения Янг он не собирался дожидаться…              ***Несколько минут спустя***              Роман, Неополитан и трое прислужников в лице Тириана, Хейзела и Вотса стояли у входа в академию. И их взорам там был виден краешек горизонта, над которым вот-вот должен был показаться краешек утреннего солнца. Это потому что Гарри, как Хранитель Тайны, отметил их как «своих». И они могли покинуть академию. Так скать, имели одноразовый пропуск.              А вот с директором Лайонхартом дело обстояло иначе. Его Гарри как «своего» не пометил. И на то были причины. Но бывший директор академии Хейвен об этом не знал. И под угрюмыми взглядами Синдер, адъютанта Рейвен и двух команд Бикона, торопливо семенил к выходу. Но, как уже было сказано, у Гарри было своё видение того, куда сейчас пойдёт господин Лайонхарт.              – А вы куда, бывший директор Лайонхарт? – с наигранно-фальшивым удивлением спросил Гарри.              Для этой беседы он ненадолго взял управление телом Романа Торчвика.              – Но, как же… Мы же договаривались… – промямлил Лайонхарт.              До него постепенно начинало доходить, что что-то идёт не так…              – Как старший менеджер нашей Злодейской Организации я скажу вам так… У нас есть прислужники, олицетворяющие собой…              Тут Гарри сделал полоборота и начал показывать указательным пальцем на «объекты для перечисления».              – Психопатию…              – Эй! – возмутился фавн с безумным выражением лица.              – Идиотизм…              – Эй! – возмутился перекаченный до шарообразности тип с невероятно глупым выражением лица.              – Уныние…              – Эй! – возмутился тощий тип с вечно кисло-унылым выражением лица.              Но Гарри их возмущение полностью проигнорировал.              – Ну, и конечно же Я! – гордо приосанился «Роман», – Ходячее олицетворение хладнокровия, ума и харизмы! И поэтому я не могу позволить чтобы такой как ты влился в наши ряды!              Авторское примечание              В дальнейшем, когда говорится «Роман», имеется в виду, что управление телом временно взял на себя Гарри. А если кавычек нет, то сейчас говорит лучший вор Ремнанта.              Конец авторского примечания              – Но... Я служил Госпоже верой и правдой… – промямлил Лайонхарт.              – Нет. Ты боишься её до дрожи в коленях и утраты способности связно рассуждать, – отрицательно покачал головой «Роман». – А из трусов не получаются даже третьесортные Прислужники Зла. Лишь доносчики. Так что…              Тут «Роман» сложил пальцы для щелчка и направил руку в сторону Лайонхарта. Лайонхарт же, крысиным чутьём уже давно чувствующий приближающиеся неприятности, потянулся к оружию.              [Щелчок пальцами!]              Тело Лайонхарта ярко бликнуло Аурой в полёте. И на этом его запасы Ауры были истощены. Потому как запустить врага в стену… да так, чтобы из того дух вон, но без смертоубийства… заложено на уровне инстинкта у домовых эльфов.              Правда, сейчас Лайонхарт был отправлен не в стену, а в полёт через весь зал. Но ему хватило и этого. И к ногам Синдер он докатился по инерции, без Ауры и практически без сознания.              Та посмотрела на бессознательное тело с лёгким удивлением. О том, что Лайонхарт «работает» на Салем она знала, но без подробностей. И брезгливость Романа ей была не слишком понятна. Но на фоне всего прочего, что творил Роман в последнее время, «увольнение» Лайонхарта её не слишком удивило.              – …ты уволен! – пафосно изрёк «Роман».              Впрочем, Лайонхарт его не слышал. Единственное, на что он был сейчас способен, это слабо подёргиваться не будучи в силах подняться с пола, да жалобно постанывать.              – Эй, молодёжь! – крикнул через весь зал «Роман».              Обращался он к командам Руби и Джунипер. Те, как и Синдер, действиями «Романа» тоже не были шокированы. Так… Лишь слегка удивлены. А «прислужники зла» и вовсе смотрели на Лайонхарта с брезгливым отвращением. И такое вот… увольнение… не вызвало у них ни малейшего протеста. Хотя с другой стороны, Лайонхарта они знали довольно давно…              – Порасспрашивайте этого типа как следует… Хотя, о чём это я? – демонстративно приложил руку ко лбу «Роман», как будто только сейчас вспомнил, – Силы Добра ведь не используют пыток…              Силы Добра посмотрели на него с осуждением. «Роман» это осуждение проигнорировал. И порывшись в кармане, выудил оттуда маленький, светящийся пузырёк.              – Буквально от сердца отрываю… – изобразил на лице страдание «Роман». – Волшебная сыворотка правды! Гарантированно разговорит даже убеждённого молчуна!              Взмах, и пузырёк полетел в Синдер. Та машинально поймала его.              – Помните, что я вам говорил насчёт тайн-которые-убивают? – продолжил «Роман». – Теперь и вы к ним причастны… И очень скоро кое-кто будет вас вербовать под знамёна Сил Добра. Отговаривать вас от этого шага я не буду… В ваши годы безоговорочно верят в собственное бессмертие… И вы даже мысли не допускаете, что вас отравят, прирежут спящими или прикончат ударом в спину в какой-нибудь безымянной подворотне. Я же не дурак! И поэтому даже мысли отговаривать вас у меня не было!              «Ну, вообще-то, ты только что отговаривал!», – дружно подумали все окружающие.              – Единственное о чём прошу, хорошенько подумайте над вопросом: «Кто по-настоящему виновен в смерти Саммер Роуз?», – закруглился «Роман».              – Что?! – одновременно выкрикнули Руби и Янг.              Когда именно они подошли никто не заметил. И некоторое время они, как и все, молча слушали «Романа». Но после упоминания Саммер Роуз, матери Руби Роуз, они не выдержали. Однако злодейская компания уже развернулась и… ушла.              Янг подумала секунду-другую… Посмотрела на ошеломлённо застывшую Руби… И взяла из руки Синдер флакончик с сывороткой правды. И принялась поить ею Лайонхарта. Тот был не в таком состоянии, чтобы сопротивляться. И едва смог более-менее восстановить сбитое дыхание, как стал отвечать. Да что там «отвечать»? Поток грязи, который бы только очень политкоректный человек назвал бы «ответами», полился из него полноводной рекой.              ***Час спустя***              ***Синдер Фолл***              Лайонхарта они заперли в какой-то каморке для метёл. У той были на удивление крепкие двери, а Лайонхарт и близко не восстановил Ауру. Да что там аура? Сейчас он и ходить-то мог с огромным трудом. Куда уж там ему бегать. Да и не убежишь из области пространства, спрятанной от всего Мира с помощью древнего и могущественного колдовства.              А после того, как они «позаботились» о Лайонхарте, все разбрелись кто куда… А Синдер пошла бродить в одиночестве. Внятных мыслей о Лайонхарте и о том, что он им рассказал не было. Так… Обрывки мыслей и много-много эмоций. Таких же сумбурных как и мысли.              И как-то незаметно её ноги сами собой привели девушку к команде Джунипер. Пирра Никос с отсутствующим видом смотрела куда-то вдаль. Рен с не менее отсутствующим видом смотрел в окно. Нора наматывала километры, расхаживая по комнате. И время от времени порывалась что-то сказать. Но хорошо знавший напарницу Рен мягко просил ту: «Не ругайся, Нора». И та замолкала.              Но сломленными и сдавшимися они не выглядели. Шокированными подлостью некоторых людей? Да. Но не опустившими руки.              И Синдер, не став заходить в комнату, пошла дальше. Внятных мыслей по-прежнему не было.              Затем её ноги… опять сами собой… принесли хозяйку в комнату команды RWBY. Там три взрослых девушек в лице Янг, Блейк и Вайсс утешали Руби Роуз. Но при этом у Руби было более собранное и решительное лицо, чем у трёх более взрослых девушек. Но и тут никто сломленным не выглядел. И по-прежнему внятных мыслей у Синдер не было.              Искать Рейвен и её адъютанта, Синдер не стала. Рассудила, что такой как Рейвен плевать и на Саммер Роуз, и на… Да на всё плевать.              И Синдер направилась в ту каморку, где они заперли Лайонхарта. И по дороге она захватила веник и совок. Внятных мыслей у неё по-прежнему не было.              Лайонхарт обнаружился валяющимся на полу. При виде Синдер он изобразил на лице умоляющее выражение… Получилась скорее плаксивая гримаса.              – Меня заставили… – жалобно протянул бывший директор академии.              – Ты знаешь… – сказала Синдер, присаживаясь на корточки рядом с мужчиной, – …я не знала ни Саммер Роуз, ни других женщин, умерших по твоей вине, но…              Тут она отложила веник, чтобы тот не мешал и приставила палец к груди Лайонхарта.              [Вспышка огня!]              И на пол начала оседать жменя пепла.              – Это не убийство, – облекла в слова свои чувства Синдер. – И даже не мотивированное насилие. Это называется: «Без тебя мир станет гораздо чище!».              И Синдер стала заметать пепел в совок. И её магия её не покинула. Хоть в клятве принесённой Синдер было не просто много, а очень много ограничений применения насилия. Но… Может так случилось потому, что это было не убийство?              И за этим занятием… сметанием пепла… её и застала Рейвен.              – А ты решительная девчонка… – протянула Рейвен.              – Осуждаешь? – спросила Синдер, не прерывая процесс уборки.              – Ничуть, – ответила Рейвен. – Ты, наверняка, не в курсе, но… Саммер Роуз была моей напарницей… Сперва в академии Бикон… И после окончания академии тоже…              Синдер закончила заметать пепел, оставшийся от Лайонхарта и направилась к выходу. И тут её взгляд зацепился за одну, ранее незамеченную деталь. Рейвен пришла с веником и совком.              – О! – только и сказала Синдер.              – Да, – подтвердила Рейвен, проследив взгляд собеседницы.              А затем, чуть помолчав, объяснила.              – У нас в клане Брэнвен говорят: «Если тебя убили, то ты сам виноват! Ибо нефиг быть слабаком!». Но… Саммер была сильная… А ещё она была моей единственной подругой… – не очень понятно объяснила свои мотивы Рейвен.              Но Синдер её поняла.              А затем как-то так вышло, что им было по пути. Ну, Синдер-то шла к мусорному ведру, чтобы выбросить в него прах, оставшийся от Лайонхарта. А куда шла Рейвен было ведомой только ей одной. Но сейчас им было по пути.              – Что ты думаешь о Романе Точвике? – внезапно нарушила молчание Рейвен.              – Об этом чудовище? – мгновенно вскипела Синдер.              – Странно… А он о тебе отзывался положительно, – удивилась Рейвен.              Синдер споткнулась на ровном месте. Пришлось снова сметать в совок лайонхартов прах. И молчать. Потому как слов для комментариев только что услышанного не находилось.              – Наплёл про меня, небось, всякого, – наконец выдавила она из себя.              Это была довольная слабая поытка выведать, что же такое Роман о ней рассказывал. И Рейвен лишь хмыкнула. И ничего не сказала.              А между делом прах был собран. И отправлен в мусорное ведро. На этом в истории о ничтожной личности, предателе, трусе и доносчике, была поставлена точка.              И тут появилась Янг. Янг была зла. И можно даже сказать свирепа. Её кулаки были сжаты, зубы стиснуты, а волосы развевались на невидимом ветру.              – С дороги! – приказала Янг. – Я иду убивать этого мерзавца и не смейте мне мешать.              Коридор был достаточно широк, чтобы в нём могли спокойно разойтись не три, а даже десять женщин. И даже не прижимаясь к стенам. Но Янг всё равно потребовала ей не мешать. Раньше бы Синдер разъярилась от такого тона собеседницы. А сейчас она осталась спокойна. Так как поняла, что Янг хочет кое-что сделать. Но не уверена в себе. И пытается гневом придать себе уверенности.              – Янг, я уже… – начала Синдер.              И собиралась она сказать, что Лайонхарт уже всё. Отбегался-отпредавался. И помогла ему в этом она, Синдер. Но…              – Пф! – громко фыркнула Рейвен.              – В смысле «Я уже прикончила его»? – как будто налетела на стену Янг.              И ошеломлённо уставилась на родную мать.              – Пойдём помянем мою первую и последнюю подругу, – предложила Рейвен Синдер.              И не дожидаясь её ответа потянула ту за руку за собой. На дочь она при этом не смотрела.              – Я не люблю спиртное, – вяло затрепыхалась Синдер.              Почему Рейвен взяла вину на себя ей не было понятно. И зачем Рейвен зовёт её за собой, ей тоже не было понятно. И много чего ей было не понятно…              – Ты просто пить не умеешь. Но я тебя научу! – зажглась идеей Рейвен.              – … – промолчала Синдер, ошеломлённая этим внезапным напором.              – А ты знаешь… – не сбавляла напор Рейвен. – …когда я и Кроу припёрлись в Бикон, мы были не просто деревенские деревенщины… Не! Мы были сущие дикари. Мы не то что столовыми приборами пользоваться не умели… Мы думали, что по нужде можно ходить в кустики на главной аллее академии… И над нами все смеялись.. Особенно надо мной! Все, кроме Саммер… Но это долгая история. А у меня уже горло пересохло!              И Рейвен перешла на быстрый шаг, чтобы добраться до своей комнаты. И до запасов алкоголя. А Синдер прекратила придумывать предлоги, чтобы вырваться из чужой хватки.              ***Несколько часов спустя***              Из комнаты Рейвен, Синдер вышла слегка покачиваясь. Но пьяной Синдер не была. Точнее она бы стала изо всех сил это отрицать. Но не в этом суть…              А суть в том, что ощущала себя Синдер на удивление хорошо. Внезапно оказалось, что не только с молодым поколением можно нормально общаться, но и старшее… тоже вполне ничего. И если раньше Синдер была твёрдо убеждена в том, что ей подруги не нужны... Да и невозможно ей завести с кем-то дружбу… И все женщины – злобные стервы, так и норовящие плюнуть ядом в спину. А то и в лицо…              То сейчас она с удивлением обнаружила, что была не права. И исключения бывают. Редкие, но всё же бывают… И девушка ничуть не огорчилась тому факту, что всё это время заблуждалась.              А по итогам этих посиделок, они с Рейвен хоть и не стали закадычными подружками, но… Было приятно. И полезно. Поскольку Рейвен расщедрилась и в процессе «перемывания косточек» Озпину и Салем поведала Синдер столько информации… Что просто «ух»!              А главное, она дала Синдер… совет. Совет был странный. Но очень многообещающий. Рейвен посоветовала Синдер отправиться в Вакуо… а точнее в местную академию… и там прогуляться по её окрестностям. И глядишь местная Реликвия сама собой упадёт ей, Синдер, в руки. Синдер выразила сомнение. Но Рейвен посоветовала не сомневаться. И подлила Синдер ещё немного спиртного. И после очередного тоста сомнения действительно улетучились.              А свой совет Рейвен объяснила тем, что сказка про четырёх Дев… вот сюрприз… заканчивается. И Девы Лета уже давным-давно нет. А работа тайных хранилищ для реликвий завязана на ком? Правильно! На силе Дев!              Так что нету времени даром терять оное время! А то ещё какой-нибудь везунчик опередит Синдер и первым случайно забредёт в Хранилище для Реликвии…              Слушать про везение для Синдер было всё равно что грызть зелёные яблоки. Но совет она восприняла всерьёз.              ***Неделей позже***              ***Вакуо. Окрестности местной академии охотников***              План у Синдер был великолепен. Продуман. Просчитан. Учитывал все возможные мелочи. И даже форс-мажоры. И по его завершении в руках у Синдер оказывалась уже вторая реликвия. А победа над Романом Торчвиком становилась на один шаг ближе.              И тут глубоко ушедшая в свои мысли Синдер обнаружила, что заблудилась. Так слегка. Места-то вокруг обжитые. Так что переживать особо не о чем… Ну, занесло её в какую-то пещеру? Делов-то… Просто открыть створки этих гигантских ворот и выйти обратно к людям.              Что Синдер и проделала. И обнаружила, что её взору предстала Реликвия.              Реликвия лежала на постаменте. И Синдер всего лишь оставалось подойти и взять ей. И на этом можно было покидать Вакуо. Не пробыв в нём и суток. Но…              Синдер упала на колени и прикрыла лицо обеими ладонями.              – Он опять скажет: «Просто повезло!». И будет прав!              И в её голове не было слышно радости человека, раздобывшего невероятно редкую волшебную штуковину. Нет. Голос Синдер сейчас был… несчастным.