Солнышко

– Наверное, доставила вам хлопот наша Акари, – староста деревни Боро покачала головой, увидев, как капитанка принесла еë спящую воспитанницу на руках. – Да ладно вам, – Бэй Доу только отмахнулась. Помогать другим в конце концов норма вещей для неë. – Только вот... – она обернулась в сторону Акари, которая мирно сопела на татами, прижимая к себе какую-то потрëпанную игрушку, – Кое о чëм хотелось бы узнать, – и предложила продолжить разговор на улице. – Вот как, – староста явно была озадачена рассказом пиратки о еë встрече с девочкой, – Стоит признать, капитан, вы действительно немного похожи на нашу Кохаку. Если учесть, что Акари тогда была совсем малышкой... Не удивительно, что она приняла вас за неë. – Вы можете рассказать мне, что случилось с родителями Акари? – Если вы располагаете временем, история довольно длинная. Присядьте пока здесь, – пожилая женщина зашла в дом и вернулась с чаем и старой слегка размытой фотографией. – Это моя племянница, Кохаку, мать Акари, – Бэй Доу вгляделась в снимок, на котором была высокая крепкая девушка с длинными каштановыми волосами и ребëнком на руках. Капитанка удивилась – сходство действительно было, во всяком случае в том, что оказалось возможным разглядеть. Лицо, как и большая часть верхней половины фото, размылось достаточно сильно, особых черт было не разобрать, но электро глаз бога, прикреплëнный к одежде, явно выделялся. – Бывают же в жизни совпадения, – пиратка продолжала ошарашенно пялиться на фото пока, наконец, не остановила взгляд на ребëнке. Там она была намного младше. – Четыре года назад наши солдаты нашли Акари где-то прямо посреди войны. Она была ужасно худой и боялась каждого шороха, – продолжила старушка. Бэй Доу вздрогнула от одной мысли о том, что пережила эта малышка. – Мальчики из нашей деревни едва узнали еë, хотя она чаще всего жила здесь. Она плакала и звала мать. Ребята не решились ей рассказать, что она погибла в бою несколько недель назад. Сочинили эту историю про путешествие... – на этом моменте пожилая женщина прервалась. Хотя еë голос и звучал твëрдо, глаза говорили о глубокой печали, – Они вернули Акари в деревню, как только появилась возможность. А до того момента всем отрядом приглядывали за ней, – какая-то странная недосказанность в этой фразе смутила Бэй Доу, – Всë, что у неë осталось от матери – это фото да игрушечный зверëк. Не помнит она о ней почти ничего. А я и не рассказывала, да и нечего мне было. Не сошлись мы с Кохару характерами с еë детства. Думаю, она даже и как звали еë не помнит. – А отец у Акари есть? – пожилая женщина отрицательно покачала головой. – Она его совсем не помнит. До того, как началась охота на глаза бога, Кохару и Люк жили в деревне. Он приехал из Фонтейна задолго до всех наших неприятностей и решил остаться. Сестра моя тогда ещё была жива... Да, были хорошие времена, – староста вздохнула, окунаясь в воспоминания, – Люк был светлым человеком, помирить нас всë пытался. Только когда родилась Акари, решили они перебраться поближе к столице, – лицо женщины заметно помрачнело, – там их и настигла охота. Мы об этом узнали от самой Кохару, она еле смогла сбежать с Акари, еë гнали едва ли не до самого Ватацуми. А Люка поймали, он сопротивлялся... Глаз бога только у мëртвого смогли забрать. Так Кохару и Акари и вернулись в деревню, долго прятались тут. – А как тогда ребëнок на поле боя оказался? – в истории вырисовывались несостыковки. – Акари ни на шаг от матери не отходила, совсем крохой ведь ещё была. К тому же Кохаку хотела помогать сопротивлению, отомстить за Люка, да и другим людям помочь. Сестра моя тогда уже совсем плоха была, за собой уследить уже не могла, не то, что за таким ребëнком. Акари вся в свою покойницу мать – шумная, взбалмошная, слишком уж шустрая. Непоседа. Только что с неë взять – сейчас ей едва семь исполнилось. Может и перерастëт. – Акари вам в тягость? – вопрос в лоб. Бэй Доу переполняли эмоции из-за всего, что она услышала. Девочка-сиротка на попечении у пожилой родственницы, у которой явно дел невпроворот. А ребëнок непростой – с такой-то судьбой совсем неудивительно. Что хорошего она могла увидеть там, на поле боя? Как она вообще там выживала всë то время? – А куда мне от неë деться? – беззлобный, но уклончивый ответ лишь подтвердил догадки пиратки. Она взглянула через окно на мирно спящую девочку и увидела в ней себя много-много лет назад. Пожилая женщина тоже обернулась, взглянув на малышку, – Люблю я еë, единственная родня у меня осталась. Да только вот не поспеваю я уже за ней. Годы идут... – староста, похоже, и сама понимала, к чему клонит девушка, – Вы, капитан, человек хороший. Если захотите забрать еë, я не буду против... – Подождите! – Бэй Доу ошарашил сам факт того, что ей готовы были отдать ребëнка просто вот так. За то, что девочка по ошибке приняла еë за маму. И за еë "хорошесть", которую сама староста даже и не видела, только слышала, что о ней говорили члены сопротивления. Но с другой стороны, это совпадало с еë мыслями прямо сейчас, только вот... Это не тот случай, когда она могла просто поддаться порыву и сразу сделать, как велит ей душа. – Это ребëнок в конце концов, не игрушка. Живой человек. По факту это ей решать, как она хочет жить, – такое отношение раздражало до безумия, но кроме того, Бэй Доу тоже не могла одна решить всë за всех. В первую очередь, ей нужно было обсудить эту ситуацию с Нин Гуан и подумать, как быть дальше.

***

– То есть маленькая девочка приняла тебя за маму, – к счастью, Воля Небес прибыла в деревню до того, как Акари проснулась, и Бэй Доу оперативно вывела еë на прогулку подальше от дома старосты, – И ты не смогла сказать ей правду сразу? – в голосе Нин Гуан слышался явный упрëк. – А что бы ты на моëм месте сделала? У самой бы сердце сжалось, если бы ты еë слëзы видела, – попадание в точку. Воля Небес любит детей не меньше пиратки. Вся ребятня Ли Юэ обожает еë. Она всегда приносит сладости и подарки, но, кроме того обучает их вещам, которые помогут им в жизни, жалея о том, что в детстве для неë такое было недостижимым. А слëзы – это отдельная история. Не так давно она даже опоздала на важную встречу, пока пыталась успокоить одного из своих маленьких информаторов, когда тот попал в неприятности. – Но лгать ей тоже не вариант, – Нин Гуан погрузилась в размышления, – допустим, мы еë удочерим. Ей сейчас семь, говоришь... Через пару лет у неë возникнут очевидные вопросы к нам. Может и не простить даже, когда обман вскроется... –Да знаю я! – прорычала Бэй Доу, в отчаянии вцепляясь себе в волосы руками, – Просто не смогу я сейчас разочаровать еë. Сама ведь всë понимаешь, – Нин Гуан положила ладонь на плечо девушки и мягко погладила, успокаивая. – Я просто волнуюсь, не будет ли ей одиноко с нами? Мы обе много работаем. Нанять ей няню или преподавателей...– не изменяя своим привычкам, Воля Небес пыталась просчитать наперëд всевозможные варианты событий. – Нин, ты брешешь. Ей не няня нужна, а семья. Сколько сможем, столько и будем рядом. Захочет – останется здесь, будем присылать письма и подарки, приезжать чаще. Захочет – пойдëт со мной в море, захочет – останется с тобой. Найдëм и время, и возможности, если захотим. Вот тебе и ещё один повод брать выходные почаще, – Бэй Доу хитро и довольно улыбнулась, глядя на всë ещё сомневающуюся Нин Гуан. В привычках пиратки было следовать зову своего сердца в любых ситуациях. Обычно это всегда работало. Нин Гуан же больше беспокоил факт проявления очередной слабости от неë в качестве Воли Небес. Будущий брак с любимой девушкой (не сказать, что многим понравилось в целом то, что она состоит в нетрадиционных отношениях, да ещё и с такой скандальной персоной), а теперь ещё и ребëнок из Инадзумы, будто в Ли Юэ не хватает детей-сирот. Каждый шаг еë личной жизни всегда под пристальным прицелом, слишком много тех, кто хотел бы еë отстранения, тех, кто плетут за спиной интриги. Вспомнить хотя бы то, сколько раз еë пытались отравить. И если Бэй Доу может за себя постоять, да ещё как, то ребëнок... Она не простит себя, если из-за неë кто-то (даже потенциально) дорогой ей пострадает. – А если я ей не понравлюсь? – Бэй Доу буквально прыснула от смеха, глядя в переполненные тревогой глаза любимой. Слишком уж наивно это звучало от самой госпожи Воли Небес Цисин. – Понравишься, – пиратка взяла обе руки девушки в свои ладони, не сводя взгляда с еë вишнëвых глаз, – Обязательно.

***

Когда они вернулись в деревню, уже почти стемнело. Акари бегала во дворе с той самой игрушечной лисой, с которой днём спала в обнимку и практически без остановки что-то болтала. Но стоило ей заметить Бэй Доу ещё за несколько домов, как она со всех ног побежала навстречу, совсем как днëм. – Мамочка! – громкий крик девочки заставил соседей вздрогнуть, а птиц разлететься . Девушка присела на уровень роста малышки, ловя еë в свои объятия. Нин Гуан с улыбкой наблюдала за ними, слишком уж мило это было. Как будто и правда мать и дочь встретились после долгой разлуки. Где-то внутри зашевелилась ревность. «Такая кроха... А ей точно семь? » – малышка выглядела хрупкой, слишком уж худенькой и совсем невысокой для своего возраста. В этот момент Акари перевела взгляд на Нин Гуан, и еë глаза, казалось, засияли ещё ярче. – Мама, мама! – девочка дëргала капитанку за полы формы, – А это принцесса из сказки? – две пары ошарашенных глаз уставились на ребëнка. Первой не выдержала Бэй Доу и расхохоталась. – Здравствуй, – наконец, когда пиратка успокоилась, заговорила девушка и тоже аккуратно присела на уровень роста малышки. – Меня зовут Нин Гуан, и мы с твоей мамой, – многозначительным взглядом она обозначила, какой из придуманных ими версий она решила придерживаться, – скоро поженимся. Теперь ошарашенной выглядела Акари. Она медленно переводила взгляд то на одну девушку, то на другую, усердно осмысляя ситуацию. Тихое поведение девочки заставило понервничать и задуматься, а не было ли это слишком – вот так сразу сообщать ей это. – Это значит... – тихонько пробормотала Акари. Девушки напряжëнно вслушивались и с тревогой ожидали дальнейшую реакцию, – Значит, у меня теперь целых две мамы? – восторг в еë словах дал возможность, наконец, выдохнуть и расслабиться.