Blurry lights

Очередной учебный год позади, а впереди лето. Свободное, долгое, припудренное надеждами на яркие, исключительные моменты. Ёнджун теперь с красными волосами, которые необъяснимо стали придавать ему больше уверенности, и с проколотой бровью. Зачем? Перемен захотелось. На часах 19:26. Парень затягивает потуже классические чёрные конверсы и выходит из дома. Вечернее солнце всё ещё слепит, и красноволосый с улыбкой хмурится, прикрывая глаза ладонью. Сегодня у него хорошее настроение с нотками предвкушения весёлого вечера. Запрыгнув в машину Юты, что любезно согласился подобрать его по пути на тусовку в доме их общего знакомого, он отключает телефон и откидывается в кресле. Парни перебрасываются банальными фразами о том, как складывается их жизнь, о планах на лето и прочем в таком духе. Юта оставался всё таким же: лёгким, комфортным, простым. С которым можно и по душам поговорить, и поумирать с того, как смешно свалился с полки кусок хлеба. Словом, он был хорошим другом, который наверняка бы заметил, если б с Джуном было что-то не так. И он заметил. Но расколоть его так и не смог. Внутри дома шумно. Очень много людей. Обстановка не сказать, чтобы самая уютная, но для «напиться» сойдёт. Красноволосый усаживается со стаканом какой-то байды на диван и замечает в дальнем углу комнаты смутно знакомого парня. Потребовалось время, чтобы понять, что это тот самый хмырь, которому по чистой случайности когда-то проиграл Бомгю. Тот мерзко, но, стоит признать, красиво улыбается двум девушкам, что мельтешат вокруг да около, а на нём всё та же кожаная куртка, в которой наверняка ужасно жарко, та же укладка бэд боя — ничего не изменилось, и от одного взгляда на него начинают накатывать воспоминания. Не самые ныне приятные, но такие тёплые и любимые. Втайне Ён лелеял их всем сердцем на протяжении прошедшего месяца. Вдруг шум усилился, и парень с любопытством обернулся на дверь. И тут же обомлел.       — Я уж думал, вы не придёте, — радостно воскликнул парень, пропуская внутрь двух ребят, и вид одного из них заставил Джуна нервно поджать губы.       — Хуйню не неси, я такое не пропускаю, — весело отвечает Бомгю на рукопожатие хозяину дома. Рядом с ним стоял уже знакомый Марк, который, оглядев комнату, мигом нашёл взглядом Ёнджуна и, пихнув друга в бок, направился в его сторону. Бомгю подходить не спешил, и сперва потянулся за стаканом пива, прежде чем лениво подплыть к друзьям. Улыбнулся, пожал руку и посмотрел в глаза. Так многозначительно, что Ёнджун стал теряться в догадках, о чём тот только думал.       — Тебе идёт красный, — продолжает улыбаться и садится в кресло рядом. — И это, — проводит пальцем по своей брови, не переставая пялиться, — тоже. Ён знал, что для Бомгю, видно, не составляет абсолютно никакого труда говорить подобные льстивые вещи, но принимать комплименты от этого не стало менее приятно. Отплатив сухим «спасибо», красноволосый оставил компанию в поисках своего друга. Сейчас ему совсем не хотелось взаимодействовать с Бомгю, поэтому нужно было смываться, и вовсе не важно куда. Ему всё ещё не стало лучше. Он хотел поскорее избавиться от того, что неудержимо начало владеть им, но сделать это казалось невозможным. Так и не отыскав Юту, чего и следовало ожидать, он упал на шезлонг около бассейна и разговорился с парочкой доныне неизвестных людей. Время ползло со скоростью улитки. Мысли вечно возвращались в гостиную, где, возможно, всё ещё просиживал штаны его вроде-друг, но с алкоголем все недо-печали улетели, и парню удалось расслабиться. Он даже и не заметил, как вокруг становилось всё больше людей, но появление одной неприятной рожи всё же было видно даже чётче, чем хотелось бы. Таки, тот самый гонщик с раздувшимся эго, сидел у бассейна и во весь голос трепался со своей компанией о всякой бессмыслице, чем привлекал к себе всё внимание окружающих. И Ёнджун, подобно многим, то расфокусированно разглядывал окрестности, то порывался сбежать, но тема, к которой Таки со своими друзьями непонятно через какие дебри добрались, заставила красноволосого навострить уши.       — Да так оно и должно было быть, — хмуро вставил один из дружков, — когда-нибудь он бы всё равно продул. Неважно, кому.       — Что значит «неважно, кому»? Мы, вообще-то, о моей победе говорим, — грозно возразил Таки и прописал тому неслабый подзатыльник.       — Я к тому, что ему просто везло всё это время, а в гонке с тобой даже удача не поможет! — начал оправдывать себя парень всякими нелепостями, на которые Джун устал закатывать глаза. Неожиданно для себя он заметил отстранённо сидящего крепкого парня с короткими каштановыми волосами. Выглядел он не сказать чтобы довольно, но явно был очень заинтересован в этой глупой беседе.       — А что случилось? О ком речь? — спрашивает, хмуро отряхивая сигарету.       — Этот Бомгю слишком зазнался, — с важным видом Таки делает глоток какого-то сомнительного пойла, — и я помог ему спуститься на землю. Джуна доводил до кипения вектор рассуждений этого козла, и после такой ереси он наконец решился вставить свои пять копеек.       — По-моему, ты чересчур уверен в себе для человека, которого спасло лопнувшее колесо. Все замолчали. Чуть прислушавшись, можно было услышать кваканье лягушек из пруда неподалёку. Парень, на которого Джун недавно обратил внимание, уловил ход его мыслей и переспросил о деталях случившегося у самого Таки. Под его тяжёлым взглядом тот напрягся, и Ён понял, что ему повезло высказаться именно в такой компании.       — То есть у него просто лопнула шина? И всего-то? — с неподдельным изумлением уточняет, и Джун видит, как гнетёт Таки сложившаяся ситуация.       — Вообще-то, настоящий профессионал должен учитывать такие моменты, — начал поджимать хвост брюнет, но на Ёнджуна внезапно напал приступ смелости.       — Бомгю сделал бы тебя в пух и прах, показал такое шоу с гонками и дрифтом, для которого у тебя оказалась кишка тонка, — тормоза срывает, он готов высказать всё, что только было в голове, всё, из-за чего Гю так психовал в подворотне. — Ты бы проиграл, как и во все прошлые разы, так что благодари отлетевшую резину за то, что можешь называть себя, прошу прощения, победителем.       — Это правда, Таки? — шатен надменно очертил взглядом фигуру брюнета и разочарованно отвёл глаза. — Такая победа не повод боготворить себя неделями. Это не круто. Таки был готов взорваться. Он крепко сжимал руки в кулаки, что было видно даже сквозь карманы кожаной куртки, и вдруг вцепился пылающим взглядом в Джуна. Спустя пару секунд он резко поднял того с места за ворот футболки, и красноволосый уже готовился к драке, когда тот лишь спросил, не отпуская:       — Считаешь, я только на такую победу способен? Ёнджун ответил незамедлительным уверенным «Да».       — Тогда передай этому уроду, что я, так уж и быть, дам ему шанс вновь увидеть зад моей машины в заезде. Спринт, дрифт, гонка на время — на его усмотрение.       — Сам ему и скажи. Болтать ты любишь, — усмехается и неспешно возвращается на место, когда тот наконец его отпустил и обиженно смылся. «Как и хотел Бомгю» — тоскливо улыбается и позволяет мыслям окутать себя с головой. Около двух часов ночи, и Ёнджун мирно спал в своей постели, когда его чуткий сон прервала вибрация пришедшего уведомления о немногословном сообщении: «Спасибо».

***

Новый день принёс с собой пару неожиданностей: Юта сломал руку, из-за чего Ёнджуну снова, спустя долгое время, пришлось сесть за руль своей машины, дабы отвезти друга по делам (видите ли, общественный транспорт тот не приветствует, а попросить больше некого). Джуну нравилось водить, но он никогда бы не стал сходить с ума настолько, чтобы участвовать в гонках: это, разумеется, круто, захватывающе, но очень дурно, как гласили его устойчивые взгляды.       — Ты вообще меня не слушаешь! — недовольно заключил Юта, укоризненно пиля взглядом парня за рулём. — Я же говорил, что ты не в ту компанию метишь. Никто не хочет находиться в списке врагов Таки, а ты, считай, сам себя туда вписал, ещё и яркой красной ручкой.       — Поэтому ты за ним как пёсик таскаешься? — с издёвкой метнул в друга взгляд Ёнджун, на миг отрываясь от дороги. Этот лёгкий стёб остался проигнорирован.       — Я просто хочу, чтобы ты был осторожнее. Лично у меня Бомгю и его компания доверия не вызывают, хоть с виду и неплохие ребята. Разговор был закончен. Джуну нечего было возразить, ведь он и сам знал своих новых друзей не слишком хорошо, чтобы быть уверенным, поэтому он мысленно отметил, что компания Таки уж точно не лучше, и каждый остался при своём. Пару дней Ён тюленем отлёживался на диване за просмотром старых фильмов. Какую-то приятную, пусть и фальшивую ностальгию они вызывали. Будто бы он и сам жил в то время, читал газеты, слушал радио и смотрел кино по древнему пузатому телевизору. Время близилось к полуночи. Режим сна не успел слететь к чертям, и парень уже сладко дремал под звуки телевизора, когда зазвонил телефон. Красноволосый нехотя ответил.       — Как ты связан с полицейским из 13 района? — это был Марк. Вопрос поставил Ёнджуна в тупик в силу состояния нестояния после сна, и он угрюмо протёр глаза с хриплым: «Чё?». — У него на столе твоё фото с какой-то женщиной, на тебя вроде похожа.       — А, — сонно протянул Ён, — это отец мой, а что? Повисло недолгое молчание.       — У нас тут проблемка… Вернее, у Бомгю, — после упоминания имени Ёнджун окончательно проснулся. — Короче, можешь помочь его из ментовки вытащить? Поговорить там, не знаю, хоть что-нибудь сделать. Ёнджун с ещё большей усталостью протёр глаза.

***

      — Привет, пап, — Ён с улыбкой подходит к рабочему столу и встречается с удивлённым взглядом сидящего за ним мужчины. Помимо них в помещении находились ещё двое, но те тут же вернулись к своим делам, узнав знакомого парня. — Как работается?       — Стандартно, а ты здесь что забыл, ещё и так поздно? — удивление сменилось непониманием и подозрительностью. Красноволосый, поджав губы, опустился на стул напротив и не знал, как начать.       — Я поговорить хотел, — прошептал парень, чтобы услышать его мог только отец. Мужчина с аккуратно уложенными чёрными волосами провёл ладонью по челюсти и подпёр подбородок рукой, намереваясь внимательно слушать. — Эм, как бы… — он до сих пор не понимал, как и зачем на это согласился. — В общем, моего знакомого поймали сегодня. Чхве Бомгю, — на это имя мужчина сильнее нахмурился и отвёл взгляд, вспоминая, мол, да, был такой. — Можно его как-то… Ну, знаешь… отпустить? Ёнджун сидел, съёжившись, понимая, какой абсурд слетает с его уст, а мужчина удивлённо вздёрнул брови.       — Ну это же простая гонка, ничего страшного не произошло, — мямлит, нервно играясь со скрепкой.       — С каких пор подобные нарушения у тебя сочетаются со словом «просто»? — на это Ёнджун отвёл виноватый взгляд. — Если штраф не оплатит, то посидит немного, и пойдёт на все четыре. Только пешком.       — Ну пожалуйста! — неожиданно громко сказал Ён и тут же осёкся. — Пожалуйста, может, можно всё-таки что-то сделать с этим? Обычно он добросовестный гражданин, я могу за него поручиться! Суровый взгляд пронзил сына. В воздухе витала напряжённая атмосфера.       — Ты понимаешь, что предлагаешь мне фальсифицировать важные документы? — спокойно, но со строгостью мужчина задал вопрос, и Ён осторожно кивнул. Отец снял очки и устало потёр переносицу. — Мне не нравится вектор, по которому ты начал выбирать себе друзей.       — Так ты поможешь? — не желая слушать очередные нравоучения отца, поспешил парень. По прошествии почти часа не самых приятных разговоров по душам, усердного давления на жалость и бесценной помощи знакомых полицейских рядом, Ён, наконец, получил своё с чувством, будто только что совершил невозможное.       — Ладно, иди. Забирай своего балбеса и доставь его домой. И проконтролируй, чтобы такого не повторилось, всё под твою ответственность, — строго пригрозил мужчина пальцем и направился в сторону камеры. — Чхве Бомгю, на выход. От вида Бомгю, который, как ни в чём не бывало, болтал с соседями по «комнате», Ёнджун ощутил прилив небывалого раздражения и на миг потерял дар речи. То есть Ён ради него среди ночи погнал на другой конец города, с час молебно уговаривал отца понять и простить его, а тот и в ус не дул? Непростительно. Молча они покинули участок.       — О, это твоя машина, крутяк! — попытался разрядить обстановку Гю, но вышло не очень. Удивление тем, что у Ёнджуна отец работает в полиции, также было проигнорировано. Только он подбежал к автомобилю со стороны водительского места, Ён сурово, с леденящим душу холодным тоном, бросил: «Ты на пассажирском», и Бом с печальной, но понимающей улыбкой смиренно поковылял в обход. Путь предстоял долгий, и первое время проходил в гнетущей тишине. Ёнджун злился, а Бомгю всё не мог собраться с мыслями. Последнему было тяжело из-за немого давления, которое оказывала одна только аура человека рядом. Его одолевали чувства неловкости, благодарности и обиды за подобное решение ситуации. В его планы совершенно не входило попадаться полиции из-за тупо заглохшей машины и принимать такого рода помощь. Он привык решать проблемы сам, и напрягать ради этого других не вызывало в нём чувство восторга.       — Почему тебя арестовали? — сухо и до боли чёрство спросил Ёнджун, не отрываясь от дороги.       — Машина заглохла. Двигатель, думаю, перегрелся и сдох. Я предполагал, что так будет: завёлся с трудом, под стук мотора ехал…       — То есть ты знал, что это произойдёт, и всё равно сел за руль? — красноволосый немного повысил голос и одарил друга недобрым взглядом. Бомгю уже было начал оправдываться, но безуспешно.       — И чего ты так злишься? — не выдержал Гю. — Да, я опять обосрался, извини, что тебе пришлось тратить на меня своё время! Не нужно было помогать, если это такая большая проблема. Отсиделся бы и вышел, — возмущался Бом, на что Джун учтиво добавил: «Без водительских прав на полгода». — Да и похуй! На своей машине я бы в жизни так по-идиотски не попался, и без них бы спокойно катался. Ёнджун вежливо предложил, в таком случае, отвезти его назад, на что парень обиженно промолчал.       — Дело же не в этом совсем, Гю, — неожиданно мягко сказал Джун, припарковавшись около нужного дома. — Ты хоть понимаешь, что несёшь? Какой «отсиделся»? Совсем на себя плевать? — парень с ощутимой печалью в глазах обернулся на друга, уперевшись щекой в руки на руле. Бомгю на секунду замер. Вдруг мысли осенила догадка, почему его, взрослого, отчитывают, как маленького ребёнка, и он мигом почувствовал фантомный жар на своих щеках.       — Ты переживаешь за меня? — удивился парень, не разрывая зрительный контакт.       — Все переживают, Гю, — неловко отводит взгляд, а на лице Бомгю начинает появляться лёгкая довольная улыбка.       — Но и ты тоже, — сердце отчего-то начинает биться чаще, и в машине будто становится жарче. — Почему? Дыхание перехватывает, когда Ёнджун вновь встречает его серьёзным взглядом.       — Ты и сам знаешь. Атмосфера резко изменилась. Всё вмиг стало каким-то туманным, настоящим, но и нереальным одновременно. Ёнджун наконец смягчился и смирился со своим положением. Он перестал прятаться от досадовавших его чувств, но что-то предпринимать желанием тоже не горел. Словом, парень полностью поддался течению, несущему его в моментами интригующую неизвестность, а потому был совершенно спокоен в своих неожиданных откровениях.       — Наверное, знаю, — отводит робкий взгляд и откашливается, пытаясь сдержать смущённую улыбку. — Спасибо, — бормочет и тянется к ручке двери, но останавливается. — Ёнджун! — воодушевлённо оборачивается и замирает, встречаясь с ласковым взглядом чужих глаз. — Ты… Ты можешь есть у меня в кафе бесплатно, когда захочешь! В благодарность за помощь… Ёнджун улыбнулся и слабо кивнул. Бом лучезарно засиял в ответ и вышел из машины, весело махнув рукой у порога на прощанье. Ночь неожиданно оказалась длинной и насыщенной, но, несмотря на усталость, уснуть у обоих вышло только под утро.