Где все твои друзья?

      «...получишь себе одёжку на зиму, в которой тепло и уютно так же, как Руслану крейзи мега хеллу в объятиях Дани Кашина» — Слава КПСС

      Январь 2017       — Блять, давай быстрее! — Руслан с силой ударил кулаком по двери ванной. — Сколько можно там плескаться?       Ответа от Дани не последовало. Тушенцов сжал зубы и закрыл глаза. Раздражение бурлило в крови, а перед глазами темнело каждый раз, как парень вспоминал вчерашний вечер, когда они с Даней сели смотреть «Нарко», но после вечерней прогулки вернулись Миша и Лиза, и Даня радушно пригласил к просмотру и их, а те даже и не подумали отказаться. Да и к тому же, увидев красный нос девушки от долгого нахождения на морозе, Кашин предложил ей выпить какао, который отправился разогревать. В общем, вдвоём посидеть им не удалось, из-за чего Руслан лёг в кровать злым, засыпая думал, как же он ошибся, решив, что провести недельку в загородном доме с друзьями будет весело, а проснувшись понял, что раздражение превратилось в самый настоящий гнев. Конкретных причин этому не нашлось. На задворках сознания ещё маячили мысли о том, что он стал зависим от общения с Даней, и что его бесят любые люди, которые крутятся рядом с рыжеволосым.       — Да оставь его в покое, — Руслан не заметил, как рядом оказался Илья Кулич.  — Он только десять минут назад туда зашёл. Пойдём лучше есть. Сегодня впервые за эти три дня не доедаем то, что осталось после 1 января. Миха и Лиза блины делают, прикинь? — он отправился на кухню, а Руслан так и остался стоять в коридоре, тяжело дыша.       Злость, отчаяние, ревность, подавляемые эти полгода, поднялись в нём страшным ураганом и устроили в сознании хаос. Руслан уже был не в силах это предотвратить. Жгучая агрессия внутри него вспыхнула в различных уголках души, разгорелась до огромного пожара и сожгла незначительные, на первый взгляд, и милые воспоминания. Например, как еще 21-летний Руслан смущённо улыбался, наблюдая, как Даня катается перед ним на скейте и пытается сделать прокрут лемура, при этом угорая с названия, или как переписывался с Даней, когда Настя во время их свидания уходила припудрить носик или отвлекалась на телефон, или как начинало биться сердце при мысли, что выпивая из одной банки флеш, они с Даней совершают косвенный поцелуй. Воспоминания причиняли боль, заставляли всё внутри полыхать, и Руслан не мог с этим ничего поделать.       Он дошёл до кухни и сел за стол. На запах готовых блинов и разговор Миши и Лизы он не обратил никакого внимания. В мыслях был только Даня. Руслану рвало башню от ревности, когда кто-то обнимал Кашина больше трёх секунд, дольше положенного жал ему руку или вообще касался как-либо; и злости, что они с Даней так мало проводят время вместе в этом доме и что вынуждены постоянно контролировать себя, чтобы не спалиться перед друзьями. Кроме того, Тушенцов сам себя держал за хребет железной хваткой, чтобы не сорваться и не поцеловать лучшего друга, как последняя мразь, разрушая тем самым их прекрасную дружбу, изменяя тем самым Насте и подставляя Даню перед Лерой.       Миша и Лиза продолжали разговаривать, Илья, сидевший напротив Руслана, молча ел блины, макая их то в варенье, то в сметану, а Руслан не мог сосредоточиться на проблеме, которая гложила его. Он нашёл причину своей агрессии, даже несколько, но не мог точно ответить на вопрос почему именно на Даню она выливается последние несколько часов, начиная с раннего утра, и это напрягало. Только парень ухватился за вопрос «Почему именно Даня?», как на кухню зашёл сам Кашин в чистой бежевой футболке и серых домашних шортах. От него пахло гелем для душа и зубной пастой. Руслан не без удовольствия вдохнул эти запахи, а потом внимательно осмотрел друга, цепляясь взглядом за мокрые волосы, потемневшие на оттенок из-за воды, такие любимые веснушки на лице, которое чистым казалось матовым и приятным на ощупь, а также шею, с едва заметными красными пятнами от долгого вытирая полотенцем. Шатен сжал в кулак снова задрожавшие от волнения пальцы, на секунду опустил глаза, а потом поднял их и резко спросил у друга, который с улыбкой поблагодарил Лизу за тарелку блинов:       — Хули ты так долго?       Даня перестал улыбаться и взглянул на Руслана растерянно. Поднял голову и Илья.       — А что ты хотел? — спокойно спросил Кашин, убирая руку от блина, к которому почти притронулся.       — Мы ролик тебе сегодня снимаем? — Руслан имел ввиду ролик по кс, которй выпускал на свой канал Даня.       — А, нет, я уже с Михой всё вчера записал, — рыжий повернул голову, взглянув на Совергона, который снимал очередной блин.       — Прекрасно, — фальшиво улыбнулся Тушенцов, ощущая боль в грудной клетке. — Значит я займусь роликом себе на канал, — он достал айфон из кармана худи, разблокировал его и сделал вид, что разговор с другом ему больше не интересен. Разочарование, злость и тупая обида наполнили парня до краёв и грозились вылиться наружу, превратив спокойный дружеский разговор за завтраком в скандал. Опять Даня все свои дела решил не с ним, опять выбрал не его!       — Ну тебе ролик я тоже смонтировал, — оповестил Даня и взял, наконец-то, блин, после чего сложил его и макнул в сметану.       — Какой?       — Про Марьяну через 20 лет, который у тебя уже два месяца лежит, ты говорил, что руки до него не доходят, — ответил Даня, а Руслан присмотрелся по-внимательнее, стараясь увидеть подвох, но глаза у Дани были максимально честными, а лицо простым. Параллельно он ел блин.       — Я тайминга ждал подходящего… Сам бы смонтировал, — рассеянно произнёс Руслан. Что-то внутри ёкнуло при очередном взгляде на друга, и агрессию как рукой сняло. От мысли, что Даня даже не заметил его грубых выпадов в свою сторону и продолжил общаться, как ни в чём не бывало, с силой засосало под ложечкой. Даня, его любимый Даня, был с ним всё таким же, каким был и вчера, и позавчера, и месяц назад — максимально добрым, искренним и честным. А ещё красивым. С веснушками этими едва заметными, с носом большим, за который назвал сам себя картофаном с глазами небольшими, обрамлёнными светлыми ресницами, но глубокими, словно какое-нибудь озеро, а также взглядом невинным, иногда лукавым, от которого Руслана мелкая дрожь брала и улыбкой, что ярче всех звёзд во вселенной, от которой он плавился, как масло на жаре и расплывался склизкой лужицей прямо под ноги лучшему другу…       И на этого человека Руслан пытался срываться только за то, что тот нравится, за то, что Даня добр и дружелюбен к другим, за то, что они проводят мало времени вместе… Тушенцов зажмурился, сглотнул противный ком в горле, который уже мешал дышать, и вспомнил, о чём думал вчера перед сном. В голове было всего два вопроса: почему именно Даня и за что.       Ведь до переезда в Питер жизнь была нормальной. Рутинной, немного скучноватой, но спокойной и не толкающей на мысли покончить с ней от поедающей тоски, когда они с Даней не виделись больше двух дней, от ревности сжигающей всё внутри, от ощущения счастья, когда Даня обнимал крепко и не отпускал дольше, чем Руслан мог бы себе представить и мыслей, что это неправильно, не по-братски, подло, в конце концов… Тушенцов уже практически позабыл моменты до. Все они были серы и однообразны, а с Кашиным он чувствовал, что живёт, ведь ни с одним другим человеком он не испытывал такого спектра эмоций. С Даней он быстро забывал про Настю, не думал про Леру, которой рыжий косвенно, но изменял, не пытался объяснить самому себе почему хочется целовать друга до боли в губах и тесноты в штанах… Это было какое-то наваждение, сладкое безумие в ярких оттенках, в которое они окунались, когда виделись, и порой не нужно было употреблять вещества, чтобы почувствовать, что уносит, и что смотря в серо-голубые глаза Дани, он покидает эту реальность, ощущая взрыв микрокосмоса внутри.       Из раздумий его вывел голос Лизы, севшей рядом с Куличом.       — Раз вы отсняли материал себе, может, снимем ролик мне?       Руслан поднял голову и слегка усмехнулся.       — А ты думаешь чё это она тут нас блинами кормит? — тихо сказал Даня, наклонив голову в его сторону. По спине Руслана снова пробежали мурашки от такой близости Кашина, от его запаха и тёплого дыхания на коже уха.       — Я, в принципе, могу, — продолжил Кашин, макая блин в варенье. — Русь, ты как? — он покосился на сидящего рядом друга.       Руслан неопределённо дёрнул плечом, всё ещё охваченный волнением и приятным жаром в теле, сменяющимся пробирающим до костей холодком. Он всё ещё не научился контролировать себя рядом с Даней в полной мере. Его организм реагировал на Кашина дико, и Руслан не знал, как это исправить, да и не очень стремился, ведь тягучее ощущение внутри, когда он рядом с лучшим другом, было уже настолько привычно, что Тушенцов не представлял себе жизни без него.       — Ну, круто! — обрадовалась Неред. — Значит, пройдёмся по сценарию…       Взглянув на девушку, пересказывающую Кашину сценарий, Руслан стиснул посильнее зубы и закрыл глаза. Мысль, что Лиза снова будет крутиться рядом с Даней, прочно закрепилась в голове парня, и заставила ревность вспыхнуть ярким пламенем, уничтожая своими языками то хрупкое душевное равновесие, которого он достиг, как только Даня оказался рядом. А сам факт того, что это ненавистное чувство, грозящиеся стать самым настоящим пожаром, появилось у него вновь, добил настроение окончательно, ведь Руслан был уверен, что успокоился насчёт Дани и Лизы ещё в прошлом году… Но эмоции в данный момент говорили об обратном. Он взглянул на Лизу с ненавистью, как раньше, и подумал о том, что не представляет, что с ним будет, если он станет наблюдать за съёмкой её ролика сегодня. Его же переебёт нахуй — ни меньше. Как в старые добрые времена.       Ноябрь 2016       После того, как Лиза осталась в Питере и продолжила развивать свой канал, Даня начал больше времени проводить с ней, и это не могло укрыться от внимания Руслана. Кашин стал чаще переписываться с девушкой, начал подходить к ней на различных тусовках, после чего они вместе заваливались на диван и выкуривали один на двоих косяк. На одной из таких вечеринок Руслан наблюдал за друзьями из-под ресниц, сидя в кресле напротив с откинутой на спинку головой и делая вид, что он в отрубе после выпитого дорогого виски, смешанного с дешёвым джином и выкуренной травы. Руслан пытался думать о чём-угодно, только бы не слышать смех Неред и голос Кашина между ним.       Даня начал чаще говорить о Лизе, словно она стала иметь для него значение, и стал чаще звать её в гости. Сам же парень объяснял это тем, что чувствует ответственность за девушку, хочет поддерживать её, так как случай, когда она ничего никому не говоря, съехала со своей квартиры и решила отправиться в Чайковский, являлся для него прецидентом и он не хотел допустить его повторения. Руслан злился.       «— Лучше бы она тогда уехала», — мелькнула мысль на задворках сознания, и парень почувствовал, как собираются в небольшие кучки на спине мурашки. Он не должен о таком думать! Он не должен злиться на Лизу только потому что Даня с ней общается. Он не должен хотеть послать её нахуй, а после взять за руку Кашина и увести от чересчур весёлой девушки куда подальше. Это была какая-то ненормальная хуйня, от неё пора было избавляться!       Но голос Лизы всё равно доносился до слуха, а улыбку Дани было видно даже из-под ресниц. Руслан зажмурился и попытался представить что-угодно, но случайно открыл глаза и снова увидел друга, сидящего на диване, и русоволосую девушку, положившую ему голову на колени и смеющуюся с очередной своей «гениальной» шутки. Шатен промычал и выдохнул в попытке успокоиться — мысли, одна ужаснее другой, роем закружили в его голове. Но внезапно Кашин тоже рассмеялся, и все попытки Руслана пошли прахом. Спустя ещё пять минут лизин смех стал озвучкой для тёмных фантазий Тушенцова, в которых эта вечеринка заканчивается сексом между его друзьями.       Ко всему прочему, Руслана тошнило от выкуренного и выпитого, но он не мог встать и пойти в туалет, чтобы выблевать содержимое желудка в унитаз — внутри всё жгло, будто он стал свидетелем самого большого предательства в своей жизни, а ревность лишь подпитывала этот огонь. Парню казалось, что ещё немного и его голова начнёт кружиться от боли.       Даня, Данечка, почему же ты не замечаешь, как я горю? Почему ты смотришь на неё так? Перестань это делать. Это убивает меня.       И это была только одна из тусовок, которые Руслан, Даня и Лиза посетили вместе. Кроме них были ещё встречи у кого-то на хате, совместные походы в кино и прогулки по вечерам. Руслан знал, что Даня помогает Лизе делать формат на Ютуб, сам ни раз становился свидетелем этого, но до сердца было трудно донести эту информацию, ведь оно каждый раз пробивало рёбра с ещё большей силой и скоростью, чем в предыдущие, с намерением выскочить из груди и прыгнуть прямо в руки Кашину.       «— Смотри, что ты наделал» — сказал бы Руслан Дане, без каких-либо эмоций, наблюдая, как некогда жизненноважный орган погибает в руках лучшего друга, не знающего, что ему с этим добром делать.       Но всё это были фантазии. Лишённые всякого смысла, словно Руслану снова пятнадцать и он после очередного рабочего дня у парочки пенсионеров, за которыми ему следовало убирать, мечтает уехать из затхлого и серого Ачинска в презентабельный и красивый Питер, сделать там карьеру и стать известным; и больные, словно перед тем, как лечь спать Руслан нализался марок, сделал несколько глотков любимого Johnny Walker и насмотрелся на фотографии Дани на его странице до того, пока каждая из пятидесяти двух не отпечаталась на внутренней стороне черепной коробки, да так красиво, словно иконы в храме.       Терпеть это ненавистное чувство внутри, глубоко проникающее острым концом во все слабые места каждый раз, когда Лиза касалась рукой Кашина и тихо шептала ему что-то, наверняка, забавное, не было больше сил, но и избавиться от него не представлялось возможным.       Вот уже три месяца Руслан каждый день просыпался с мыслью, что он увидит Даню, и этот факт поднимал настроение Тушенцова до каких-то немыслимых высот, не успей он ещё толком выйти из фазы сна. Парень открывал глаза и улыбался так, словно у него на канале стукнул лям подписчиков. Он сразу же открывал Вконтакте на своём новеньком шестом айфоне и заходил на страницу Дани, чтобы посмотреть не постил ли тот чего новенького. Может, видос какой или мем. Хотя Руслан знал, что любой мем Кашин скинет сначала ему, но всё же. Шатену хотелось посмотреть предыдущие записи, полистать фотографии и только после этого написать с предложением увидиться или ответить, что всё в силе, если Даня сам уточнял по поводу какой-нибудь встречи. Не переставая улыбаться, Руслан вставал с кровати и шёл умываться, после — ставить чайник, параллельно слушая минуса треков различных диджеев. В дальнейшем парень планировал начать заниматься музыкой, поэтому слушал огромное количество звучаний и вариаций минусов. Так Даня советовал. Кашин уже сам вовсю работал в FL Studio, где развивал свой скилл в написании битов и уверенно заявлял, что скоро выпустит трек. Тушенцов поддерживал друга в его начинаниях и верил, что тот однажды выстрелит. Он говорил ему об этом ещё в апреле, когда они оба находились на маленькой кухне Кашина и готовили из продуктов, принесённых Тушенцовым другу, так как у того после оплаты квартиры не осталось денег на еду. Параллельно парни гоняли бит, ловили кураж, как после мефа, и чувствовали, что их уносит в неизвестные дали. Рифмы и хлёсткие фразы появлялись в заметках телефона и складывались в единый текст. К утру, когда пустые тарелки после еды уже засохли в раковине, а вымотанный Даня сохранил минус и устало сказал, что всё остальное нужно писать на студии, Руслан посмотрел на него так, как никогда не смотрел: с детским восторгом и обожанием, а потом обнял так крепко, что Даня от неожиданности выдохнул ему в шею. И обнимал шатен до тех пор, пока ночную мглу не расчертили белёсые полосы рассвета. Тушенцов вдыхал запах друга, который тоже не отпускал его, и думал, что нет момента лучше. Естественный свет, проникающий на кухню, смешивался с оранжевым светом лампы, а Руслан рассматривал кожу на шее Дани и вспоминал детство, запах квартиры в которой вырос, причудливых солнечных зайчиков на стенах, когда солнце заливало большую гостиную, тёплые мамины руки, поглаживающие его по спине и нежность, с которой она говорила о том, как скучала по нему, пока он был в лагере. В данный момент парень чувствовал примерно то же самое: что он дома и что ему впервые за долгое время хорошо так, как тогда. Даня и не догадывался, что происходит у Руслана в душе, чему последний был очень рад. Он был уверен — другу не понравятся подобные откровения. Не поймёт. Осудит.       Через два дня Руслан и Даня увиделись на вписке общего кореша. Парни выкурили косяк и их унесло ещё дальше, чем при создании трека. Руслан устроил голову на коленях Дани и увидел на потолке звёздное небо, которое, как ему показалось в тот момент, собиралось упасть прямо на них. Сердце подпрыгнуло от мысли, что их может придавить, и Руслан больше не увидит Даню, что они умрут в чужой хате, под обломками космоса и осколками звёзд. Лицо Руслана больно стянуло, и парень закатил глаза. Кашин не заметил тика Руслана. Он рассматривал ковёр на стене и часто дышал, будто видел на нём что-то страшное. Зрачки друга расширились, отчего Руслану стало не по себе. Он взял ладонь Дани в свою, чтобы дать понять, что он рядом. Через несколько секунд Руслан почувствовал, как Даня переплетает их пальцы и сжимает их крепко-крепко, так и не оторвав взгляда от красного советского ковра на стене. И сразу на душе Руслана стало как-то легче от этого незначительного, на первый взгляд, жеста. Все сомнения и страхи исчезли из головы шатена и он снова затянулся, на этот раз посильнее, чтобы не чувствовать больше щекотливого чувства внизу живота от каждого прикосновения друга, чтобы не задавать вопросов самому себе.       А сейчас на месте Руслана — на коленях Дани — Лиза. И парень почувствовал, как туманится рассудок от гнева и понимания, что он ничего не может сделать. Не имеет права. Даня ему просто друг, а Лиза их подруга. Да Кашин может начать встречаться с ней — Руслан и слова не сможет против сказать, ведь отношения парень-девушка будут восприняты обществом нормально. Сам Даня натурал и всегда выбирал девушек.       И тут Руслан осёкся и резко распахнул глаза. О чём он вообще думает? Как вообще он пришёл к этому? С каких пор он сам нормально относится к тому, что чувства к лучшему другу это нормально? Руслан зажмурился и покачал головой в попытке прийти в себя.       «— Надо девушку найти, — решил он. — И вся эта странная хуйня выветрится из головы» — парень вспомнил про бьюти-блогершу Настю Шпагину, с которой познакомился на одном блогерском мероприятии в конце лета.       «— Позову её гулять! — Руслан попытался найти свой телефон, но в карманах его не оказалось. — А с Даней буду вести себя осторожнее» — он снова посмотрел на друга и увидел, как тот массирует татуированными пальцами кожу головы Лизы. Девушка лежала с закрытыми глазами. Это зрелище показалось Руслану ещё более отвратительным, чем пять минут назад, когда Лиза хохотала. Кашин улыбался и смотрел на девушку заботливо. Тушенцов отвернулся и постарался не обращать внимания на тупую боль в грудной клетке. Пожар поутих, но пепелище после него осталось. Где-то в этом пепелище валялись обрывки руслановой души.       Чем больше Даня общался с Лизой, тем сильнее это раздражало Руслана. Ни одна тусовка уже не обходилась без неё и это стало проблемой. Тушенцов уже не мог посидеть с другом, как раньше, куря сплифф и лениво болтая ни о чём — теперь рядом с Кашиным постоянно сидела Неред, и не мог увести Даню со скучной тусовки, ведь рыжий обязательно потащит за собой и Лизу. Нервы Руслана сдавали. Его уже не пёрло от тех новых, странных ощущений внутри, когда они с Кашиным оставались наедине и подолгу смотрели друг другу в глаза без намёков на смех, когда обнимались на кровати в квартире Тушенцова после очередной шуточной драки и когда едва не поцеловались, обсуждая, как Даня впервые поцелует Леру.       Лера… Лера стала препятствием покруче Лизы. Даня познакомился с ней за два месяца до того, как Руслан встретил Настю. Как рассказал Кашин, Лера подписалась на его страницу и лайкнула пару записей. Кажется, это были репосты роликов по кс из ютуба. Даня заметил девушку и решил написать ей, но лс были закрыты, поэтому парень добавился в друзья, но Мидлер… не добавила его, решив, что пользователь Данила Кашин — это фейк настоящего Дани, так как синей галочки в ВК на тот момент у рыжеволосого не было. В общем, только когда Кашин начал постить записи в свою официальную группу с ссылкой на Леру и предложением погулять, девушка откликнулась. Руслану не нравились сначала попытки Дани поближе познакомиться с этой девчонкой, потом взаимная симпатия, в которую быстро переросла их дружба… Но Даня вообще не хотел слушать отрицательные мнения на счёт своих отношений с Лерой и принимал от друга только дельные советы, как «доказать, что я с ней не по рофлу». А у Руслана таковых и не находилось. Зато была сотня-другая идей, как Кашин мог бы отшить Леру, хотя та и не набивалась в девушки к Дане. Даже наоборот, ему приходилось бегать за ней. Поэтому, когда друг обратился с просьбой посоветовать ему, как развести Мидлер на поцелуй, сидя перед ним с горящими от азарта глазами, Руслан понял, что Лера далеко не Лиза и её так просто убрать не получится. Дело было в том, что Лизе Руслан подал идею для формата: обсирание различных популярных блогерш. В частности, Марьяны Ро, Саши Спилберг, Милены Чижовой и других. Неред ушла в формат с головой, и место около Дани заняла Лера, которая приехала в Питер в конце июля. Кашин начал чаще брать её на блогерские тусовки, гулять с ней, и Руслан понял, что где-то совершил ошибку… Злость на самого себя за чувства к другу, на Даню, что так мило общается с Мидлер, на Лизу, которая начала развивать свой канал и на время выпала из жизни парней, а также на Леру, которая просто существует, увеличивалась в размере с августа по декабрь, практически выместив то светлое и тёплое чувство внутри Руслана, с которого всё началось. Парень ненавидел ревность, которая вспыхивала, стоило Лере написать Дане, он хотел вырвать собственное сердце, споткнувшееся от боли, когда Кашин с улыбкой оповестил Тушенцова, что родители Леры разрешили ей пожить с ним в Санкт-Петербурге, и выпилиться нахер, когда Кашин заявил, что Лера останется жить у него, так как у них всё серьёзно. В ночь с 31 декабря на 1 января Руслан загадал ничего не чувствовать к другу, а после этого, видя, как за праздничным столом Лера смущённо улыбается, пока Даня говорит ей что-то милое на ухо, начал придумывать куда бы деть девушку на время поездки за город на время новогодних каникул.       Январь 2017       Кашин прочитал сценарий Лизы к новому видеоролику и добавил ещё пару ебанутых шуточек, с которых Неред пару раз громко хохотнула. После этого Даня установил ей камеру и дал несколько советов, как правильно расставить свет. Лиза была рада его помощи. Она улыбнулась перед началом съёмки, а потом, когда уже нужно было начинать обсирать Марьяну, раскололась, поняв, что Кашин смотрит на неё с едва лёгкой улыбкой и загадочным блеском в глазах. И Лизе не могло показаться, потому что Руслан, присутствующий в той комнате тогда, тоже это заметил. Кроме того, он каждой клеткой тела ощутил ставший вязким воздух. Тушенцов увидел, как снова с чего-то рассмеялась Лиза, перевёл взгляд на Даню и почувствовал, как дёргается глаз, а лицо стягивает в очередном тике — рыжеволосый смотрел на девушку со смесью радости и любви в глазах, а Неред тем временем продолжила говорить по сценарию.       — Если вы меняете пич своего голоса во время какой-то истории — ваша история не становится смешнее, — серьёзно произнесла Лиза, смотря в камеру, чуть дальше которой сидел развалившись в кожаном кресле Кашин. — Всё. Конец, — девушка ещё раз взглянула в камеру, а потом перевела взгляд на Даню и прыснула от смеха.       — Ну, блять третий дубль, Лиза! — откинул голову на низенькую спинку кресла рыжий. — Мы сегодня продвинемся дальше эпизода Марьяна в машине? Или так и будем обмусоливать его до вечера?       С каждым его словом смех Лизы становился всё громче и громче. Девушка согнулась пополам, а Руслан, сидящий рядом с Даней, почувствовал, что звереет. Он перевёл взгляд на фон за спиной Лизы — полку, заставленную всяким хламом для красочности видеоряда, а после — на свет, расставленный девушкой за кадром, как раз и делающий ролик атмосферным. Кроме того, Лиза надела тёплый красный свитер с белыми оленями на зелёном прямоугольнике. В нём она выглядела достаточно мило и по-домашнему. Вообще всё времяпрепровождение в доме было пропитано уютом и хорошим настроением. Особенно в те моменты, когда Лизы, Адамсона и Кулича не было с ним и Даней рядом. Тушенцов вообще считал, что было бы прекрасно, если бы они с Кашиным провели эти новогодние каникулы здесь вдвоём.       «— Зря я что ли Леру к её подругам сплавил?»— подумал Руслан, снова наблюдая, как усмехается чему-то Лиза. А потом Даня сказал что-то про хуй Ивангая, и девушка снова рассмеялась в голос, запрокинув голову вверх. Руслан сжал татуированную ладонь в кулак и выдохнул. Это становилось невозможным.       Даже если бы Лера увидела, как весело Дане с Лизой, то ничего бы не предприняла. Скандалов не было бы. Даже тогда, на тусовке в ноябре, когда Лиза лежала на коленях Кашина, Лера не обращала на это внимания. Она заводила полезные знакомства, смеялась в компаниях других блогерш, в частности Светы Дейдример и Даши Каплан, и совсем не обращала внимания на парочку на диване. А когда Мидлер всё-таки подошла, то просто потянула Лизу за руку, тем самым поднимая, и сказала с милой улыбкой: «Полежала — и хватит»       У Руслана после закрались сомнения. А не хочет ли эта Лерочка с помощью Дани в блогерскую тусовку пролезть? Да так хочет, что закрывает глаза на его чересчур крепкую дружбу с Лизой. Это в ум было трудно взять — парень понимал — но факты говорили как раз о таком развитии событий.       Но всё оказалось куда проще…       Когда Руслан уже хорошо общался с Настей, она поведала ему, что на одной тусовке Света Дейдример видела, как Лиза целовалась в ванной с какой-то девушкой, блондинка рассказала об этом Вике Картер и добавила, что ей, возможно, показалось, но Вика удивила Свету тем, что Лиза по девочкам и самым близким её подругам это давно известно. Света поделилась этим с Настей, а та уже узнала у Вики детали. Так, стало известно, что Даня тоже в курсе лизиных предпочтений. Об этом, по словам Вики, Неред рассказала ему сама. А где Кашин, там и Мидлер. Собственно, этим и объяснялось спокойствие Леры по поводу дружбы Дани и Лизы.       Но даже тот факт, что Лиза лесбиянка, не успокоил Руслана. Он жутко ревновал и ничего с этим поделать не мог. С каждым днём это мерзкое чувство обрушивалось на него всё большей и большей лавиной. И дело было уже даже не в девушках. Руслан начал ревновать Даню даже к их общим друзьям — Адамсону, Куличу и Совергону. Иногда хотелось заехать как следует операторам и звуковикам, хорошо заобщавшимся с Кашиным, или тем же Хове и Юлику, с которыми пересекался лучший друг.       Но Руслан не считал, что теряет Даню, нет. Они всё также много времени проводили друг с другом: ходили друг к другу в гости, играли в видеоигры, писали биты, созванивались в скайпе и так далее. Однажды у них было даже парное свидание с их девушками и это, по мнению Тушенцова, было самое сомнительное мероприятие в его жизни. Настя и Лера нашли общий язык, а вот Руслан и Даня не могли расслабиться. Они то и дело отводили друг от друга взгляды, почти не смеялись и говорили каждый со своей девушкой. Даня даже быстрее заговорил с Настей, чем с Русланом. В общем, странное вышло свидание.       На следующий день всё было по-прежнему: встреча в квартире Кашина, стандартный обмен новостями перед поездкой на студию, милое «Привет, Руслан» от Леры, готовившей завтрак, и ощущение, будто сердце расстреляли из очереди у Тушенцова, после того, как Даня по секрету поведал ему, что у них с Лерой был секс в первый раз.       По-прежнему, потому что каждый день после появления Леры в их жизнях, становился для Руслана испытанием. И только моменты, когда они с Даней оставались наедине, были настоящим спасением.       К январю 2017 Руслан совершенно потерял контроль над тем негативным, что так долго копилось, и начал срываться на лучшем друге, чтобы хоть на мгновение заставить его прочувствовать ту боль, которую испытывал он, когда Даня появлялся где-то с Лерой или мило общался с Лизой, снова начавшей крутиться возле рыжеволосого со своим форматом. Даже здесь, в загородном доме, в котором они проводили новогодние каникулы, Неред, кажется, не собиралась отваливать от Дани, хотя Руслан намекнул ей на это вчера.       Руслан настолько глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил, как к Дане, стоявшему уже у камеры, подошёл Серёжа Адамсон и сказал ему что-то.       Кашин улыбнулся другу, и это не укрылось от внимания Тушенцова. Шатен качнул головой, чтобы вытеснить из головы новый поток ненужных и неприятных мыслей. Не сейчас. Никогда больше. Ему нужно сценарий к новому ролику дописать, с Ильдаром встретится после возвращения в Питер, с Настей погулять…       А Серёжа продолжил что-то рассказывать Дане, пока Лиза повторяла текст. До Руслана донеслись только обрывки фраз.       —… ну я у Леры спрошу, — произнёс Кашин. — Может, она захочет.       — Давайте, будет весело. А то мы вместе давно никуда не выбирались. У Михи ещё спрошу.       — Ну можно, да.       «— Куда это они собрались?» — подумал Тушенцов, и его глаз нервно дёрнулся. Но быстро отделавшись от этого вопроса, парень поднялся, и бросив негромко «Пойду покурю», двинулся в коридор.       — Русь, подожди меня, щас только куртку захвачу! — сказал ему Даня, но Руслан не захотел жертвовать остатками своих нервов — останавливаться, поворачиваться и снова лицезреть улыбающегося Адамсона. Он ускорил шаг и достал из кармана чёрной оверсайз-худи сигареты, после чего захватил куртку с вешалки и вышел на террасу.       Сильный январский ветер продирал до костей, но Тушенцов не стал застёгивать куртку. Мысли, словно тяжёлые камни, снова осели в его голове, сделав её неподъемной и заставив Руслана зависнуть. Невидящим взглядом парень смотрел на дворик под толстым слоем снега и совсем не заметил, как дверь сзади сначала открылась, а потом закрылась. На террасе появился Даня.       — Я же сказал: подожди меня, — с досадой произнёс рыжий, разыскивая по карманам куртки сигареты. Не найдя, он потянулся рукой к карману худи Руслана и достал из него заветную пачку. Тушенцов на это только слегка качнул головой и приподнял брови. Сейчас бы одёрнуть Даню за такое, сказать что-нибудь грубое, намеренно сделать больно и с удовольствием наблюдать, как теряется от неожиданных слов друг, но… Руслан не смог. Он пробежал взглядом по Дане заметил, что у того на шее блестят едва заметные капельки пота от долгого нахождения в духоте, и подавил явное желание подойти и повыше поднять капюшон тёмно-зелёного худи, чтобы не продуло, застегнуть куртку до самого подбородка, а потом заглянуть в такие любимые, серо-голубые глаза и сказать что-нибудь приятное.       От подобных представлений внизу живота зашевелилось привычное, волнительное ощущение, которое возникало у Руслана каждый раз, когда он видел Даню таким, каким он был чаще всего сам с собой. Когда не нужно было играть определённую роль перед кем-то, часто материться и выдавать уморительные токсичные фразы. Таким, каким он первое время боялся предстать перед Русланом, и таким, каким друг его обожал больше всего. Без масок, без прикрас. В эти моменты Даню хотелось слушать, ведь он был максимально честен, смотреть в его серо-голубые озера, ставшими за столько времени родными, и тонуть в них, не делая попыток спастись. А ещё целовать, если уж быть до конца откровенным. Но после этой мысли бешенство вспыхнуло внутри с новой силой, и Тушенцов обрушил его на Даню, который уже курил, выпуская дым кольцами.       — А хули ты ты так долго? Как, блять, можно быть таким копушей? Сегодня целый день тебя везде жду. Пока ты проснёшься, пока ты, блять, из ванны выйдешь, пока нужный минус найдёшь, пока ты, блять, Лизе камеру настроишь, пока ты с Адамсоном напиздишься. Сколько можно-то, сука?       — Серёга мою куртку перевесил, вот я и задержался, пока доставал её. Чё ты психуешь? — спокойно произнёс Даня и взглянул на Руслана, ожидая ответа. В глазах не было и намёка на удивление или раздражение, словно он понимал, что Руслану нужно выпустить пар.       — Как хорошо ты с Серёгой заобщался, — сказал Руслан, далее не скрывая пренебрежения в голосе. Даня поморщился, услышав его. — А, между прочим, это я познакомил тебя с ним. А теперь он дружит с тобой лучше, чем со мной. То же самое могу сказать и про Лизу. Неплохо ты устроился! — ядовитая усмешка на губах сделала Руслана похожим на Хованского после мефедрона запитого хорошим количеством пива. В такие моменты безумие из Юры пёрло полным ходом. Глаза Руслана потемнели и недобро сузились, он выбросил окурок в снег и продолжил рассматривать друга напротив.       Даня чему-то искренне улыбнулся, а его глаза блеснули.       — Ты ревнуешь?       Тушенцов вздрогнул.       — Их к тебе? Да ты чё?       — Нет, — спокойно произнёс рыжий и сделал шаг навстречу. — Меня к ним… Руслан, я же вижу.       Это вкрадчивое «Руслан» продрало до костей похлеще январского ветра и заставило пальцы подрагивать. Видеоблогер спрятал ладони в карман худи и взглянул на друга как можно увереннее.       — Что ты несёшь? Я? С Чего бы?       Даня тихо цокнул, сделал ещё шаг и потянул руки к другу, после чего обхватил его шею руками и хорошенько прижал к себе. Руслан резко вздохнул и быстро выдохнул, потом задышал часто-часто, не в силах остановиться. Паника подкатила к горлу, а лицо немного стянуло, как обычно бывало перед тиком.       — Успокойся, чё ты так дышишь? — обратил внимание Даня. — Всё нормально, — он немного отодвинулся и коснулся ладонью уже щеки друга. — Русь, тебе не надо изображать, что ты злишься на меня, чтобы задеть, — он говорил мягко, поглаживая по щеке, словно успокаивал, нежно, а Руслану хотелось расплакаться от накативших чувств, усмирённых на некоторое время. — Твоя ревность абсолютно бессмысленна. Сколько бы я не общался с Лизой, Ильёй или Михой — я всегда помню про тебя и думаю о тебе, — уверенно заявил Даня, смотря в глаза Руслану. Тушенцов перестал дышать, услышав последние слова.       — И что же ты думаешь?       — Что как бы мне не было хорошо с ними, по-настоящему ахуенно мне только с тобой, — вторая ладонь легла на правую щёку Руслана, и тому показалось, что его уносит куда-то далеко.       — Мне с тобой тоже, — выдохнул шатен и почувствовал, как сердце кольнуло, прежде чем ускорить темп.       — И не надо кидаться на Серёжу, только потому что он на меня как-то не так посмотрел. Я слышал, что ты говорил ему сегодня. Это было грубо.       — А что он смотрит на тебя, как влюблённый мальчишка, стоит тебе отвернуться? — обиженно произнёс Руслан, понимая, что ещё немного и расплачется.       Даня искренне усмехнулся и закатил глаза.       — А ты ведёшь себя, как влюблённый мальчишка…       — Ничего подобного, — твёрдо произнёс Руслан, выбираясь из объятий Кашина. От подступающей истерики не осталось и следа. Кровь погорячела в жилах, а зубы плотно сжались — парень был готов к словестной схватке, если Даня таковую устроит — будет спорить, доказывать что-то. Руслан не хотел услышать ещё раз вердикт «влюблён», так как это ударило бы по его сознанию огромных хлыстом, располосовав то в нескольких местах. Не снова. Он только-только собрал себя по крупицам после новости Дани о том, что они с Лерой переспали. Зачем лучший друг снова хочет сделать ему больно?       — Следи за языком, — добавил Тушенцов, а Даня на это только рассмеялся.       — Окей, — произнёс он и взглянул в сторону двери со стеклянными вставкам. — Лиза что-то хочет.       Руслан повернул голову и увидел Неред, стоявшую в гостиной и махавшую Дане.       Кашин дал понять подруге, что идёт, после чего девушка ушла в ту комнату, в которой они снимали.       Шатен процедил едкое «блять», поняв, что сейчас Даня снова вернётся в эту тёплую, уютную комнату, к Лизе, и больше сегодня к нему, Руслану, не подойдёт.       — Перестань, — строго произнёс рыжеволосый Руслану, когда снова посмотрел на него. — Ты снова это делаешь.       — Что?       — Ты смотришь на неё так, словно хочешь убить взглядом. — Даня взялся за дверную ручку. — Хватит, Руслан. Хватит притворяться, что не понимаешь, кого из вас двоих я на самом деле выбираю.       Руслан приоткрыл рот от удивления, и начал судорожно думать, что ответить, но, как назло, в голове не оказалось ни одной ни то что нормальной мысли, а мысли в принципе — просто пустота. Последняя, фраза друга выбила Тушенцова из колеи напрочь. Сказать что-либо он так и не успел, потому что почувствовал вибрацию в кармане худи. Достав айфон, он увидел на дисплее «Настя» и выдал повторное «блять» в пустоту — Даня зашёл в дом, оставив Руслана разговаривать с его девушкой к великому неудовольствию последнего.       Май 2017       Спасением от накрывающей с головой ревности и растреливающих снарядами каждую частицу тела чувств к Дане стала, на удивление, токсичность, которую Руслан выливал на каждого неугодного в полной мере и без зазрения совести. Под раздачу попадали популярные блогерши, чей контент ориентирован на детскую аудиторию, медийные личности перешедшие дорогу Дане или Насте, просто знакомые или друзья, сказавшие кривое слово в адрес Руслана или парни, о нетрадиционной ориентации которых ходило множество слухов. На последних Тушенцов как раз и отрывался с лихвой, называя их «пидорасами», «петухами», «глиномесами» и «гомодрилами», совершенно не стесняясь своих слов и ни в коем случае не собираясь давать заднюю. В глубине души Руслан понимал, что это очень жестоко и несправедливо, но ничего не мог с собой поделать — унижение определённых групп людей в один момент стало отдушиной, которой так не хватало последние месяцы. Он уже привык к возникающий время от времени ревности, мурашкам, покрывающим плечи, как только Даня касался его, ускорившемуся до максимума сердцу, как при заболевании, когда Даня внезапно обнимал сзади и клал голову на плечо Руслану. Этих «когда» было бесчисленное количество и все они были связаны с Кашиным. И с каждым Тушенцов научился жить: почти без особых усилий контролировал себя, умудрялся улыбаться, когда Лера на его глазах целовала Даню и даже убедил себя, что получает удовольствие от секса с Настей. Но зияющая чёрная дыра увеличивалась в размерах и заставляла парня чуть ли не выть от боли и отчаяния, когда Шпагиной не было рядом. Обычно в душе, реже — перед сном после утомительного дня. Всё потому, что хотелось побыстрее уснуть, чтобы не чувствовать себя покалеченным морально и ущербным, чтобы хоть на несколько часов забыть о себе самом — несчастном педике, влюблённого по уши в лучшего друга, чтобы не ощущать всеобъемлющую боль и возникающую после неё пустоту. Но по иронии судьбы, заснув, Руслан видел сны, в которых они с Кашиным целовались в студии после записи трека «36 и 6». И это была та версия событий, которую выдумал Руслан под метом, и которую не мог забыть уже который день, которая снилась в каком бы он состоянии не был, и которая была всего лишь мечтой. Бредовой, глупой и неосуществимой. Реальная версия событий после записи трека Дани была куда печальнее — они снова поругались.       Началось всё с того, что Руслан нелестно выразился о Ярославе — их общем с Даней знакомым, который по слухам, начал встречаться со своим другом.       — Чё тебя несёт сегодня? — раздражённо спросил Даня, наблюдая, как Руслан поджигает сигарету и делает затяжку.       Они стояли на улице, у студии. Айфонные часы показывали час ночи. — Ты так по Ярику прошёлся, будто он тебе что сделал. Вы виделись всего два раза и оба при мне. Он кривого слова про тебя не сказал!       Руслан выдохнул дым и сдвинул брови:       — Он пидор. Это хуже, если бы он что-нибудь мне сказал…       Даня невесело усмехнулся и слегка расширил глаза от удивления.       — А вчера в кино ты меня чуть ли не за хуй лапал, — он достал из кармана пачку сигарет и тоже закурил.       Пульс Руслана участился, а сердце споткнулось от страха.       — Это другое… — стушевался он. Все уверенные и дерзкие фразы, которые были в голове до этого, резко куда-то подевались.       — Ага, конечно… — фыркнул Даня, затягиваясь.       — Ты первый начал, — прошипел Руслан, вспоминая моменты в тёмном зале кинотеатра. Как Даня положил ладонь на коленку друга, потом поднял её выше, а голову устроил на плече Тушенцова, как к концу она сползла на грудную клетку, а сам шатен развалился в кресле полулёжа и подумал о том, что хорошо, что с ними нет друзей, которые смотрели бы не на экран, а на них, и потом обсуждали это, уловив во взаимодействии Кашина и Тушенцова что-то недружеское… Даже от мысли, что ему будут задавать вопросы об истинном отношении к Дане, об их интересном общении, Руслана тошнило. Он боялся этих вопросов. Сам себя убеждал в том, что это такая дружба. Люди же рассмотрят в таких утверждениях нечто странное и за глаза назовут Руслана… латентным, к примеру. Тем более, если учитывать его громкие утверждения в духе «пидорасы — это деградация современного мира».       — Но я не опрокидываю через хуй Ярика, ты не заметил? Мне поебать, с кем он в отношении — с девушкой или парнем.       — Чё ты несёшь? — резко поднял голову Руслан. — Не ты ли Синяка пидорасом называл и говорил, что жалобами его обосранный ВПШ закидать мало?       — Я не ориентацию имел ввиду. Как ты, блять, этого не понял?       Руслан покачал головой, показывая, что не принимает ответ друга. Кашин снова затянулся.       — И Синяка срать — не зашквар, — Даня выпустил дым. — А вот корешей — да. Мы же с Яриком нормально общаемся? Нормально. А ты про него так.       — Как? — шатен выкинул окурок и достал вторую сигарету из пачки.       — Когда Аня спросила вписывать ли ей Ярика на тусу после концерта, ты уверенно сказал «нет», Лёха спросил у тебя «почему», ты ответил что? Не слышу? Что пидорасам нет места на этой вечеринке. Я в ахуе, Русь! Я уж молчу про то, что речь шла про тусу после моего концерта.       Руслан молча курил и ждал продолжения.       — У тебя какие-то проблемы с этим или что? — тон Кашина стал спокойнее, а из глаз пропало то раздражение, которое полыхало там пару мгновений назад.       — Да, блять! — психанул Русоан и выбросил недокуренную сигарету. — Мне, может, не хочется с такими, как он, одним воздухом дышать, ещё передастся эта голубизна воздушно-капельным путём и я начну на корешей заглядываться!       Даня прыснул от смеха и опустил глаза.       — А-хуеть… — качнул головой он и снова усмехнулся. — Ты, блять, себя слышишь? — он взглянул на Руслана со смесью недоумения и разочарования. Тушенцов сузил глаза и слегка качнул головой, давая тем самым предупреждение «ни слова более» — они ведь придерживаются одного интересного негласного правила.       — Когда выйдет «Лицемер» всем скажу, что про тебя писал, — произнёс Кашин, застёгивая чёрную ветровку Рибок и доставая из кармана айфон.       — Что? — удивился Руслан. — Ты планируешь ещё один трек?       — Пока накидываю текст, — рыжеволосый открыл приложение такси и вбил адрес, откуда его нужно забрать.       — И он про меня?       — Нет, блять, про меня, — закатил глаза Даня, убирая гаджет обратно в карман. — Я же тут больше всех говорю одно, а делаю совершенно другое. Ладно, давай, — и, не пожав руку на прощание, отошёл от Руслана.       — Ты куда? — шатен пытался понять по лицу друга, в каком тот настроении, расстроен ли он, но толком ничего не успел рассмотреть — Даня пошёл прочь.       — Немного прогуляюсь.       Тушенцов тупо кивнул и сделал два шага, чтобы пойти следом, но его остановил твёрдый голос Кашина.       — За мной идти не надо, — и после этого Руслан понял — Дане не расстроен, он зол. Зол на Руслана за его лицемерие и неспособность взглянуть правде в глаза.       Дома Тушенцов так и не смог уснуть. Он ходил по квартире и судорожно искал выход из сложившейся ситуации. В голове - жёсткие траблы, сердце кричало сдаться и принять всё, как есть, открыть окончательно свои чувства Дане и не мучиться больше, но мозг уверенно и жёстко ставил сердце на место. Никаких признаний! Всё и так зашло слишком далеко — частые прикосновения, нежные взгляды и звериная ревность, которая засыпала на время, но в самый неподходящий момент просыпалась. Срывы на Даню, претензии из-за ничего, тихие «прости» на ухо другу и крепкие объятия от него в ответ. Руслан просто обязан был взять себя в руки. Он был в силах всё это прекратить и жить дальше нормально. Но он не понимал, что нормально давно стало именно так — с противоречивымм чувствами внутри и крышесносными эмоциями, которые он получает только с Даней. Эмоциональные американские горки становились с каждым месяцем всё круче.       Июнь 2017       Руслан был уверен, что хуже уже не будет, что это последний круг ада, но в июне дисс Лизы, срежиссированный Даней, разорвал русскоязычный ютуб. Друзья проснулись популярными и востребованными, начали умело давать буст друг другу, в связи с чем у них увеличилось количество подписчиков, появились вполне конкретные фанаты, а также шипперы, которые свято верили в любовь между Кашиным и Неред… Руслан вдруг понял, что та буря чувств по отношению к лучшему другу, которая чуть не разорвала его в клочья зимой, была просто пшиком по сравнению с форсингом темы любви между Даней и Лизой в интернете. Это стало не просто сильным ветром, а самым настоящим стихийным бедствием.       Руслан осознал, что не был готов к нему. Грудную клетку словно сдавило большими щипцами от мысли об этом. Он ведь так мало пожил с нормальной психической организацией, с адекватным взглядом на мир, с чувством, наполняющим изнутри до краёв и согревающим, будто маленькое пламя, с ощущением нужности кому-то и пониманием, что жив и дышит ровно… Мало, потому что на этот раз внешние факторы разорвут его на части без возможности на восстановление и спасение. Форсинг «даниззки» был именно той волной, которая унесла бы его за миллионы километров от жизни, и выплыть, как в прошлый раз, он уже не сможет — парень был в этом уверен.       15.04       Быстро приходить в норму после выматывающих попоек Руслан никогда не умел, а поэтому и не устраивал таковых в турах. Исключением стала Казань, которая являлась родным городом Дани.       В тот день с утра и до самого выступления Руслана не переставало колбасить. Он боялся выйти на сцену, его мутило от воспоминаний и страшных мыслей, наподобие тех, которые появлялись, когда он улетал от мета — тёмных и бесконечных, пугающих и медленно сводящих с ума. Перед выходом на сцену он закинулся сразу четырьмя таблетками успокоительного и попытался расслабиться. Внутри ебашило как никогда до этого, и Руслан не мог понять почему.       В первые минуты выступления он не слышал ничего, кроме своего сердца, которое билось со стандартной для себя скоростью, а вместо нескольких тысяч зрителей видел лишь переливающееся разными цветами тёмное месиво, от которого глаза непроизвольно закатывались, а внутри крепло желание съебать со сцены куда подальше. Но стоило Руслану в толпе увидеть парня, отдалённо похожего на Даню, то он перестал слышать даже стук сердца, и это чуть не заставило Тушенцова завыть от пробирающего до костей ужаса. Внезапно со всех сторон хлынули крики фанатов, голоса пацанов из-за кулис и звуки аппаратуры, которые оглушили на несколько секунд и окончательно обескуражили Руслана. Сердце встрепенулось и поскакало галопом, заставив Тушенцова поперхнуться воздухом и словить пару тиков. Таблетки, выпитые перед выступлением, начали действовать, и Руслан достаточно быстро пришёл в норму — голова полегчала, а «Баш» вокруг него перестал ходить ходуном. Парень начал программу уверенно и без какого-либо намёка на то, что только что его нехило так взъебало от увиденной в толпе рыжей макушки и мысли, что это может быть Даня, а потом вывернуло наизнанку от понимания, что это просто невозможно. Ни здесь, ни в Питере Даня не придёт на его концерт. Ни как зритель, ни как коллега, готовый исполнить свои куплеты в их общих треках. Всё это давно в прошлом. Их дружба давно похоронена.       Расслабиться не удалось и в гримёрке. Люди вокруг мельтешили и ни на секунду не переставали говорить. Кто-то поздравлял с отыгранной Казанью, кто-то смеялся, кто-то предлагал устроить тусу по этому поводу. В другом случае Руслан бы одёрнул этого любителя вечеринок и напомнил ему сколько у них ещё городов, но не в этот раз. Сил, чтобы подняться с большого мягкого кресла просто не было. Руслан вылил остатки воды из бутылки на волосы и закрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от внешнего шума. В висках стучало, а тело ломило от длительных прыжков по сцене. Хотелось свалить из этого душного помещения, смыть с себя все страхи, сомнения и постыдные чувства, например, загоревшуюся яркой вспышкой в его тёмном сознании радость, когда он увидел парня отдалённо похожего на Даню и едкое разочарование от того, что это не он. Эти ощущения Руслан действительно считал кринжовыми и ненужными. Более того, он столько раз думал, что избавился от них навсегда, но стоило кому-то из друзей упомянуть Кашина в разговоре, как Руслан терял интерес к тому, чем занимался и начинал слушать внимательнее, при этом делая вид, что имя и фамилия бывшего друга для него всё ещё пустой звук, или как учащался пульс, когда он видел на авах своих подписчиков фото Дани. Он ненавидел, как реагировал на имя бывшего друга. Он ненавидел то, что его сердце всё ещё не могло смириться с тем, что их прекрасная дружба, фонящая влюблённостью, преданностью и нежностью осталась в прошлом. Он ненавидел сам факт того, что пришлось всему положить конец добровольно.       Как оказался на тусовке, о которой говорилось ранее — Руслан в душе не ебал. Ещё в гримёрке он хорошо так догнался с Дэном и Максом, после чего кое-как удалось расслабиться и вытеснить мысли о Кашине из головы. Алкоголь, занюханный различными порошками окончательно заставил сознание Руслана отключиться, и за несколько секунд до этого пьяный парень подумал, что это действительно лучше, чем думать о Дане всю оставшуюся ночь. Но, по иронии судьбы, Даня ему приснился. На этот раз во сне Руслан звонил ему с чужого телефона из клуба, в котором они отметили успешное завершение выступления. Лишь наутро, запивая вторую подряд таблетку от головы, разбитый Руслан понял, что он действительно звонил бывшему другу и даже вспомнил, что телефон для этого одолжил у Никиты — чувака из своей команды, который обычно договаривался с владельцами клубов в разных городах о проведении концертов. И после этого воспоминания боль с новой силой вдарила в лобную долю парня. Он судорожно начал искать свой айфон, не особо понимая зачем. Найдя его в дорожной сумке, Руслан поставил его на зарядку и попытался включить. Реакции было ноль.       Решив не терять время зря, шатен покидал оставшиеся вещи в сумку и бросил взгляд на кровати Дэна и Макса. Те были аккуратно застелены. Сами парни покинули номер пять минут назад, сказав Руслану «ждём тебя внизу». До выезда из Казани оставалось каких-то двадцать минут. Уже одевшись, видеоблогер второпях проверил все социальные сети во включившемся айфоне, так как во время поездки из Казани в Нижний Новгород планировал поспать.       Тушенцов вышел из номера, держа на плече увесистую сумку с вещами. Параллельно он записал голосовое Диане, отписал Коле Лиде и парочке ребят с лейбла. В лифте парень включил ВПН и зашёл в Инстаграм, полистал отметки в сториз, а потом внезапно для самого себя переключился на фейковый аккаунт и, чувствуя, что стоит проверить директ, нажал на значок сообщения.

      «Привет. Как дела?»

      Написал Даня в 7:20, и Руслан, подходя к холлу отеля, чуть не выронил айфон из рук от шока.       Февраль 2018       Уложив Лизу на диван в гостиной, Даня и Руслан расположились в комнате Кашина и решили посмотреть «Острые козырьки». Руслан сел на край большой двуспальной кровати и поставил режим «не беспокоить» на айфоне.       — Точно не боишься заболеть? — спросил Даня, сидевший со сложенными ногами.       — Нет, — Руслан положил айфон на тумбочку и поискал глазами плед, который оказался на другом конце кровати аккуратно сложенным.       — Тогда иди сюда, — улыбнулся друг и внезапно для Тушенцова резко потянул его за локоть. Шатен повалился на бок и был притянут Даней к себе.       — Ничего себе, — выдохнул удивлённый Руслан, чувствуя, как подпрыгнуло сердце.  — Ты чего? — он покосился на свой локоть, который обхватил двумя руками и прижал к себе Кашин.       — Два дня не виделись, Русь. В смысле «ты чего»? — слегка нахмурил брови Даня и взял с тумбочки макбук.       — А-а, — выдохнул Руслан, ощущая, как колотится всё внутри от столь неожиданного проявления тёплых чувств у друга. Конечно, они об этом не говорят, но видеоблогер уже давно понял реальное отношение Дани к себе. И, кажется, сам разобрался с тем, как на самом деле называется та ядовитая мразь, выпивающая все соки последние годы, внутри него, которая заставляла чувствовать себя порой глупо, порой на седьмом небе от счастья, порой самым ничтожным человеком на свете, и которая бесила 24/7 до 2018 года.       2017 стал для них всех очень насыщенным годом. Дисс Лизы дал новый виток их видеоблогерским карьерам. Хайп, подписчики, коллаборации друг с другом, различные интересные проекты, новые знакомства… Всё полностью и не перечислить. Руслан смог выбраться с того дна под названием «ревность Дани ко всем их общим друзьям и не только». Ну, более ли менее. Он перестал выяснять отношения с другом по этому поводу, а это было уже большим достижением; поглубже засунул чувства злости, обиды и зависти, когда Кашин улыбался кому-то или начинал с кем-то хорошо общаться; и снова пообещал себе, что больше не загонет себя в ту кабалу под названием «ощущение полной ненужности и уверенность в собственной ничтожности», когда Даня где-то и с кем-то — раз, и когда Руслан в очередной раз подумал о себе, как о педике — два. Во-первых, Кашин уже не раз намекал ему на то, что Руслан для него на первом месте, а один раз даже сказал об этом прямо, тогда, на террасе дома. Во-вторых, Тушенцов больше не боялся думать о себе, как о педике. Это стало результатом большой работы по принятию себя, которая растянулась на несколько месяцев и принесла с собой ни одну депрессию. Каждый день Руслан просыпался, как и прежде в первую очередь думал о Дане, а потом убеждал себя в том, что это нормально. Дальше он перечислял про себя все самые лучшие, по его мнению, качества друга (порой этот процесс растягивался на всё утро) и в конце концов подводил утешительный итог — в такого ахуенного человека, как Даня Кашин, трудно не влюбиться. Он ещё сильнее начал желать каждой встречи с ним, а когда они виделись — обнимал так крепко, как только мог и делал недвусмысленные намёки. Последнее оказалось самым приятным в этой истории. Знать, что Даня знает о настоящей природе чувств Руслана, но делает вид, что не знает, и понимать, что он тоже неровно дышит к Тушенцову, но скрывает — было самым ахуенным. Чем дольше они «дружили», тем интереснее было наблюдать Руслану за разворачивающимися событиями. Видеть, как меняется поведение лучшего друга, когда он с ним, и ловить с этого дикий восторг, наслаждаться разливающимся теплом внутри и уже практически профессионально контролировать себя, чтобы не поцеловать Даню, когда они остаются наедине. Когда сидят с друзьями, делать вид, что на него глубоко фиолетово Руслан научился давно. Эта странная игра затягивала с каждым месяцем всё больше и больше. И Тушенцов даже признал, что это лучше, чем постоянная ненависть к себе, беспочвенное раздражение на Кашина и депрессия, накатывающей по поводу и без.       Руслан разложил плед и заботливо накрыл им друга, пока тот включал нужную серию.       — Ты давно мерил температуру?       — Ну, вот до того, как вы пришли 38 и 4 была, — не отрываясь от макбука, сказал Даня. Руслан поднял глаза на плазму и увидел там фрагмент сериала «Острые козырьки» на паузе.       — Ещё мерь, — Руслан протянул другу градусник, который заприметил на тумбочке, как только сел на кровать. — Я щас свет включу, — он уже собирался подняться, как Даня него остановил.       — Не надо, лампа есть. Садись уже, — он дёрнул уголок темно-синего пледа на себя, как бы приглашая к себе. Руслан сглотнул и пододвинулся ближе, забыв напрочь про свет. Парень почувствовал, как в животе словно закружил рой диких пчёл, с которыми простые порхающие бабочки ни в какое сравнение не шли, а самого его бросило в жар. Дыхание Руслана сбилось и он попытался отодвинуться, но Кашин накинул на него уголок пледа, включил лампу на тумбочке и снял с паузы сериал.       — Я на этом моменте остановился. Если хочешь, можем начать сначала.       — Да мне не принципиально. Давай отсюда начнём, — ему, если честно, было всё равно, что смотреть. Только бы Даня был рядом. Атмосфера была по-настоящему тёплой и уютной. Руслан смотрел на лучшего друга с искренней любовью и как мог подавлял в себе желание положить ему голову на широкую грудь, обнять обеими руками и пролежать так до утра. Не сейчас. Они оба к такому ещё не готовы.       Он не заметил в какой момент стал таким сентиментальным. Но заметил, что эта сентиментальность появляется только в моменты когда он наедине с Кашиным. В других ситуациях, с друзьми или посторонними людьми Руслан оставался тем Русланом, каким его все знают — самоуверенным, саркастичным и токсичным чуваком с внешним видом и поведением гопника. Про которого проще сказать «солевой», чем поверить в то, что у него синдром Туррета и ещё куча болячек в комплекте, что проще назвать его завистливым хейтером за постоянные и необоснованные нападки на блогерш-миллионниц, чем понять, что такой тип поведения — результат многочисленных траблов в голове и загонов. И даже когда он смирился с тем, что ему нравится лучший друг, привычка мешать с говном неугодных, осталась. Потому что не все проблемы были решены и не все психологические барьеры преодалены; потому что все ещё снились кошмары и мучали сонные параличи, после которых часть лица оставалась неподвижной почти сутки; потому что Даня всё ещё считает его другом и захочет оставаться друзьями, как бы самого не тянуло к Руслану. У них нет шанса. От понимания этого было горько, обидно, но с этим стоило смириться.       От неприятных мыслей в глазах появилась влага, а в горле защекотало.       — А дай весь текст той песни почитать, — тихо попросил Руслан. — Ну той, которую на кухне нам читал.       Даня посмотрел на него, без лишних слов взял айфон, разблокировал его, открыл нужную заметку и протянул гаджет Руслану.       — Спасибо, — шепнул шатен и принялся читать весь текст про себя       — Он ещё не сырой, конечно, — сказал Даня, устраиваясь поудобнее.

«Я когда тебя увидел — понял, что ты будешь моя

Весь Twitter расписал, как сильно я люблю тебя

Я люблю тебя, я порву лицо парню, что был до меня

Но снова ты проходишь мимо, опуская взгляд…

Я конечно не романтик, сложно подбирать слова

Может напишу в директ тебе в Instagram: «Привет, как дела?»

      Руслан читал текст с лёгкой улыбкой на губах, не обращая внимания на пробелы и то, что некоторые слова ещё не рифмуются.       — После «опуская взгляд» можно поставить «прошу заметь меня» и это будет более-менее рифмоваться с концовкой, — сказал видеоблогер, указывая на нужные строчки. Даня рядом подогнул ноги под себя и ещё сильнее пододвинулся к Руслану. Теперь шатен ощущал его дыхание рядом и вновь чувствовал мурашки на коже.       — Можно, — кивнул рыжеволосый, уложив голову на плечо друга, окончательно сбив его с толку.       — У тебя лирическая героиня кто? Лера?       Кашин закатил глаза.       — Нет, блять, Марьяна.       «— Понятное дело, что Лера. Чё это я?» — разочаровано поджал губы Руслан, понимая, что девушка Дани никуда не делась и что он в этой непростой ситуации расставаться с ней не будет. Даже если его чувства по отношению к ней остынут, он все равно продолжит быть с ней, чтобы кому-то что-то доказать. Кому — Руслан знал — ему.       Даня постоянно говорил «У меня есть девушка» или «Я Леру люблю», когда ещё немного и они бы сорвались — начали целоваться, перекатываясь по дивану в студии и вжимая друг друга в него поочереди, когда Руслан садился на данины колени и касался ладонями щёк, как на «Дай леща» щёк Юлика, или когда слишком долго задерживал свои губы на шее Кашина во время объятий.       Руслан не понимал, для чего лучший друг это говорит. В их ситуации слова о любви к своим девушкам были максимально лишними. Зачем? Им ведь так хорошо вместе. Но в глубине души Руслан знал ответ на этот вопрос — Даня все ещё не принял ситуацию, как она есть. Для него все их недружеские действия по отношению друг к другу, слова и взгляды — какая-то шутка, и любить он всегда будет Леру. Ну или мастерски внушать себе, что любит Леру.       Руслан провёл указательным пальцем, на котором была изображена маленькая пальма по ладони Дани, которую тот уместил на коленке друга, и закрыл глаза. Он обожал такие моменты. Они заставляли его сердце трепетать. Но, к сожалению парня, эти моменты ни к чему не приводили. Наследующий день всё будет по-прежнему — они оба сделают вид, что ничего не было и продолжат общаться, как полагается лучшим друзьям.       15.04       Руслан сжал покрепче ладонь в кулак, глядя на указательный палец с набитой на нём маленькой пальмой и на этот раз не стал отгонять от себя такие далекие и до боли в груди родные воспоминания. За окном микроавтобуса проносилась мокрая от дождя Казань. Сидящие сзади кореша оживлённо обсуждали новость о том, что Коля Лида пригласил на фит Джарахова, и втайне от него добавил в трек куплеты Славы КПСС, Замая, Моргенштерна и Дани Кашина. Трек получил название «Шерстяное худи» и в данный момент на него снимался клип.       «— Ну кто бы сомневался, что Моргенштерн к этому конфликту присосётся» — подумал Руслан, пытаясь найти аирподсы в поясной сумке. Воспоминания об уютных посиделках под пледом с Даней за просмотром «Острых козырьков» сменились воспоминаниями о холодном и ненавистном ноябре 2020, когда вернувшись в Москву, Руслан решил загрузить себя работой по полной, чтобы не думать о ссоре с Кашиным. Видеоблогер решил снять ролик о ресторане Моргенштерна и в день, когда он побывал там с друзьями написал Дане в Телеграме:       «— Сегодня были в ресторане твоего хуйлана-дружка. Ну и поносина там всё»       Но это сообщение не отправилось, так как Руслан уже какой день был в чёрном списке…       Парень нашёл, наконец-то, наушники и закрыл сумку.       — Да постановочный это конфликт… — донёсся сзади голос Дэна.       — Карлик небось сам придумал…       Руслан накинул капюшон толстовки «mudblood» на голову и откинулся на спинку сиденья. В наушниках заиграл трек Дани «Любовь», а инстаграм с открытым директом свернулся одним свайпом.       Сообщение бывшего друга осталось без ответа.