XI
28 ноября 2022 г., 11:05
Громкие стуки сердца сбивали мысли о побеге, что минутами ранее плотно обосновались там. Всё происходящее вокруг казалось нереальным: разве могли обстоятельства складываться так хорошо? Стоящий напротив Мадара что-то шептал и складывал комбинацию незнакомых печатей. Сакура поджала пальцы на ногах, боясь сделать лишнее движение. Словно в замедленной съёмке, она смотрела на белый шар, образовавшийся в области живота и проникающий внутрь её тела. Тепло начало распространяться по всем сосудам, а дальше последовал истошный крик. Чакра, что долгое время была заблокирована, с невероятной скоростью и жаром распространялась по каналам, принося хозяйке боль. Сакура никогда не сталкивалась с такими последствиями блокированной чакры. Всё казалось неправильным.
— Потерпи, — прошептал Мадара, заправляя выбившуюся розовую прядь волос, но
Сакура не слышала его.
В её голове звенело, а время словно превратилось в резину, которая тянется, истончается до полупрозрачности, но упорно не рвется. Сакура не узнавала свою чакру, которая была настроена слишком агрессивно.
— Ты впитываешь силу умерших душ, я говорил.
Сакура кивнула. Она не помнила ничего из сказанного. Побег — единственное, что её интересовало.
— Через пару минут будь готова к соединению сил, — повторил Мадара.
Сакура была готова.
Готова нанести сокрушительный удар, чтобы вырваться из лап насильника и похитителя.
— Давай! — крикнул Мадара.
И Сакура ударила.
Перед глазами снова всё поплыло. Послышался гулкий грохот издалека, а затем громкий смех. Сакура не чувствовала в себе сил даже поднять голову. Она попробовала что-то прошептать, но изо рта вырвался лишь приглушённый стон.
****
Кто-то суетился над ней, шепча непонятные слова, мелькнули красные волосы. Глаза не могли сфокусироваться на обладателе этих волос. Губ коснулось что-то тёплое, Сакура рефлекторно сглотнула, как она поняла по вкусу, отвар трав. Туман перед глазами медленно рассеивался, и силуэт обретал форму. Красные волосы превратились в два высоких пучка на голове. Мито озабоченно смотрела в зелёные глаза, в которых плескались растерянность и страх. — Я так рада, что ты очнулась, — прошептала Мито и крепко обняла лежащую девушку. — Что случилось?.. — с трудом прошептала она. Кто-то поправил подушку, помог сесть. Сакура обернулась и увидела одну из служанок, приставленных к ней. Переждав приступ тошноты из-за резкой смены положения, Сакура медленно огляделась, пытаясь понять что происходит, проанализировать ситуацию, как она всегда делала. Мито сидела на деревянном стульчике и теребила край кармана на своём зелёном платье. Комната, в которой она находилась, напоминала один из кабинетов госпиталя. И тут Сакура вспомнила. Непрошеные слёзы наполнили глаза. На что она надеялась, пытаясь сбежать так необдуманно и глупо. — Другого я и не ожидал от тебя, — сказал из ниоткуда появившийся Мадара. Нежно заправив её растрепанные волосы за ухо, он на секунду задержался пальцами на тонкой коже. Сакура недовольно отклонилась от его прикосновения. — Оставьте нас одних. Служанка и Мито судорожно встали и направились к выходу, последняя задержала взгляд на своей подруге, но не посмела что-то сказать. Мадара медленно склонился над Сакурой. — Ты ведь не думала, что сможешь убежать от меня? — он буквально прошептал ей в лицо. Сакура медленно покачала головой. — Вчера ты казалась более уверенной, чем сейчас. Что же случилось? — Мадара откинулся на спинку стула. — Ты погрузил меня в иллюзию! — реальность дошла до Сакуры не сразу. Всё происходящее в тот вечер было неправдоподобным, но она ссылалась на нервозность и страх. — Ты действительно думала, что тот удар сможет убить меня? — Я ведь помню, ты отлетел и ударился о стену, — в свою защиту сказала она. Признавать свою никчемность не хотелось. — Это было в иллюзии, и я поддался тебе, в реальности же не произошло абсолютно ничего. Ты потеряла сознание от иллюзии, поэтому проспала почти сутки. — Для чего ты меня привёл туда? Можно узнать о твоих истинных планах хотя бы сейчас? — умоляюще спросила Сакура. Она уже устала от всех тайн, которые витают вокруг неё. В чём заключался смысл похода в гору, рассказа о силе и каком-то воссоединении. Мадара снова играл в непонятные игры. — Зачатие наследника — мой единственный план на тебя. Выздоравливай. Мадара покинул палату, оставив девушку одну со своими рассуждениями. Сакура горько заплакала. Мито забежала через пару минут, помогла Сакуре встать, придерживая за плечи, и повела в столовую. Она могла бы принести ей еду в палату, но решила, что небольшая прогулка пойдет только на пользу. По дороге Мито шептала что-то утешительное на ухо, Сакура не слушала. Весь мир словно стал ненастоящим, пазлом, который можно разрушить в одночасье. Ночи, полные унижения, будут продолжаться раз за разом. Ей не сбежать от Мадары. Никогда. Был ли смысл заниматься исследованием дальше? Сакура не знала. В голове всё смешалось, чёрное стало белым и наоборот. — Сакура, мне так жаль, — начала Мито. — Это произошло по моей глупости, тут нечего жалеть, — она подняла чашку горячего бульона и сделала глоток. — Если бы я только знала! Я бы предупредила тебя. Мадара никогда не отчитывается в своих действиях. Хаширама не делится со мной планами Мадары, но я всё равно расспрашиваю. Честно, Сакура, мне так жаль тебя, — не унималась Мито. — Знаешь, я как будто смирилась. Этот неудавшийся побег показал, насколько я беспомощна. Только я начала понимать Мадару, как он снова дал понять, что предугадать его действия невозможно. Я не знаю, как вести себя и чем заниматься. Есть ли смысл нашей исследовательской деятельности, Мито? Может, чертов Учиха и это подстроил? Всё кажется бесполезным и напрасным. — Прошу, никогда не сдавайся. Мы обязательно что-нибудь придумаем, найдём панацею от болезни, — Мито взяла последнее слово в кавычки, давая понять, что под болезнью подразумевала нечто иное. — Это не может продолжаться вечность, ты понимаешь меня? Харуно кивнула, не в силах спорить с подругой. Рассуждать так оптимистично, будучи женой Хокаге, всегда легко, подумала Сакура. Она не держала зла на Мито, возможно, даже завидовала, ведь она не испытывала тех унижений, которым подвергались прислужницы. Мито словно жила в своём выдуманном мире, где её муж стал заложником обстоятельств. Каждый раз, сама того не замечая, она оправдывала Хашираму, ссылаясь на то, что не было выбора и Мадара имеет огромное влияние на него. Была ли её помощь прислужницам искренней или ею двигало чувство вины? Сакура ещё раз посмотрела на подругу и покачала головой, чтобы отогнать дурные мысли. Обвинять Мито было в каком-то смысле неправильно, но что в жизни Сакуры в последнее время было правильным? Дорога от столовой до палаты прошла в полной тишине. Каждая из девушек была погружена в свои мысли. Сакура продолжала анализировать своё небольшое приключение, закончившееся так плохо, а Мито думала о том, как быстро подруга встанет на ноги. Мито дорожила их дружбой, но больше всего её беспокоили исследования, которые они проводили. Сакура была близка к цели, ей чего-то не хватало, и это что-то от них прятали. Сначала Мито не понимала в чём дело, почему многие предыдущие исследования не сходятся, а потом её осенило. Информация, находящаяся в архивах, была зашифрована, чтобы обычный человек не смог найти ничего полезного. Эта мысль пришла к ней после того, как она заметила некую схожесть последовательности информации в документации Хаширамы, которую он так небрежно хранил на столе, словно знал, что ничего полезного узнать посторонние не смогут. Для того чтобы быть точно уверенной в своих догадках, она стащила пару бумаг у него со стола и отнесла в исследовательский центр. Стиль сошёлся. Дело оставалось за малым: узнать расшифровку у Хаширамы.****
Мито не знала, получится ли у неё воплотить план в жизнь, но попытаться стоило. Хаширама не любил делиться с женой делами деревни, ведь всё происходящее расстраивало её. Мито понимала мужа и даже в какой-то момент смирилась, что между ними не будет той близости и доверия, как в первые годы брака. Разлюбила ли она своего мужа? Нет. Стала ли она любить его меньше? Точно нет. Это был сложный период в их жизни, который нужно было переждать, словно это песчаная буря, от которой невозможно убежать. Надевая кружевной красный комплект, что так изысканно сидел на теле и сочетался с цветом волос, девушка вспомнила тот день, когда впервые предстала перед мужем в нём. Они были так юны и влюблены в друг друга, что все проблемы казались сущим пустяком. После появления болезни весь мир влюблённых перевернулся с ног на голову. Поиски решения проблемы, неудачные попытки зачатия раз за разом и программа возрождения. Многочисленные факторы сыграли злую шутку не только с браком Мито, но и со множеством семей деревни. Пережить такое было тяжело, как и изменившееся поведение Хаширамы, который стал оправдывать те ужасы, происходящие с прислужницами. «Во благо Конохи» — твердил Хокаге на многочисленных заседаниях совета Старейшин. Поправив шёлковый халат, отдающий холодком по телу, Мито направилась в сторону кабинета мужа. Из-под двери виднелся тёплый свет, говорящий о том, что хозяин всё ещё занят делами. Неуверенно постучав, она прошла внутрь. — Если много работать, то можно умереть от истощения. Хаширама тепло улыбнулся, взглянув на свою жену. Она всегда вызывала у него приятные эмоции. — А ещё можно умереть от тоски по тебе. — Хаширама отложил бумаги в сторону и отодвинулся от стола, подзывая жестом к себе. — Я очень соскучился, Мито. Где ты пропадаешь? Мито аккуратно села на колени мужчины и прижалась головой к его сердцу, обхватив руками талию. Хаширама крепко обнял в ответ, вдохнув любимый аромат волос. Ему не хватает этого тепла и заботы. — Я работаю, ты ведь знаешь. И в свою защиту скажу, что по ночам тебя нет со мной рядом. — Слышал о произошедшем инциденте. С прислужницей всё хор. Мито не дала мужу закончить предложение и укусила его в области груди. — За что? — возмутился Сенджу. — Сакура. Её зовут Сакура, а не прислужница. И да, с ней всё хорошо, но могло быть и хуже. Мадара совсем обезумел, — глаза Мито злобно сверкнули. — Хорошо, я понял. Так ты говоришь, что подружилась с ней? — уточнил Хаширама, пытаясь поменять направление разговора. Обсуждать поведение Мадары он не хотел. — Я тебе не говорила об этом. Последовала небольшая пауза. — Так тебе докладывают обо всём! — Мито попыталась встать с колен мужа, но крепкие руки прижали к себе ещё сильнее. — Вы много времени проводите вместе, я начинаю ревновать, — Хаширама медленно спустил халат с плеч и поцеловал обнажённую кожу. — Мы разгребали архивы, но почему-то никак не можем сопоставить некоторые исследования, — поддаваясь ласкам, отвечала девушка. — Хм-м, странно. Хаширама приподнял Мито, чтобы она обхватила ногами его по бокам. Взглянув в её горящие от желания глаза, он прижался к мягким губам, издав лёгкий стон удовлетворения. В последнее время между ними не было интима, выходящего за рамки периода овуляции, что делало процесс частью какой-то работы, а не желанием получить удовольствие. Халат, что когда-то прикрывал изгибы, теперь сложился гармошкой между двумя разгорячёнными телами. Хаширама медленно развязал пояс, чтобы отбросить деталь, создающую преграду между ними. — Почему бы и тебе не раздеться? — прошептала Мито в его губы. Быстро взяв инициативу в свои руки, она принялась развязывать его кимоно, попутно лаская тело и одаривая многочисленными поцелуями. Пока Хаширама прикрыл глаза и наслаждался происходящим, Мито сложила печати, сковывающие движения оппонента. Затея была рискованной, но попробовать стоило. Хаширама слишком силён для такого рода печатей, но минут десять в запасе у неё точно было. Мазнув последний раз своими бёдрами об его, она встала с колен и села на стол напротив. Хаширама не сразу понял, что произошло. Сначала он открыл глаза и вопросительно взглянул на Мито, ожидая дальнейшие соблазнительные действия, но после попытки совершить какое-либо движение, его лицо приобрело уставший вид. — Ну и что это значит? — Мне нужен шифр, — Мито скрестила руки. — Не понимаю о чём ты. — Не строй из себя дурака, все важные документы имеют определённый шифр, технику, не знаю что, но эта ерунда не позволяет видеть истинную суть вещей. Более чем уверена, что это придумал Тобирама, но узнать от него что-либо слишком сложно. — А с чего ты решила, что у меня будет легко? — Хаширама ухмыльнулся, ожидая дальнейших действий креативной жены. Вся ситуация казалась ему смешной и абсурдной, выбраться из техники не составляло особого труда и затрат большого количества чакры. Хашираму интересовало, что же придумала его ненаглядная жена и какими методами она узнает нужную ей информацию, которую он итак ей рассказал бы, спроси она прямо. На документах разной секретности и направленности, имелись разные шифры, которые знали небольшие группы лиц. Тот шифр, что требовался Мито, имел средний уровень секретности, которым Хокаге мог поделиться при большом желании. — Ну, я долго ещё буду ждать представления? Мито прищурилась, пытаясь распознать истинные эмоции мужа. — Не скажешь мне просто так, как любимой женщине? — Мито провела пальцами от груди до шеи. — Покажи свою любовь, и я подумаю над твоей просьбой. Мито улыбнулась тому, как Хаширама, будучи в уязвимом положении, ставил свои условии. Вся ситуация теперь казалась глупой, как и её план. Этого мужчину невозможно было сломить или победить, не говоря уже о пытках. Значит, теперь она будет играть на его желаниях. — Ох, дорогой, неужели ты сомневаешься в моей любви? — фальшиво произнесла Мито, параллельно распустив высокий хвост, собранный минутами ранее. — Давно не был опьянён ей, что и позабыл каково это. Хаширама, словно загипнотизированный, наблюдал за движениями девушки. Вот она медленно спускалась перед ним на колени и проводила ноготками по голому торсу, ощутимо царапая кожу. Секундами позже облизывала царапины, словно просила прощения за причинённый вред. Руки опускались ниже и невесомо проходились по бугорку на брюках, задерживались на бёдрах и сжимали их. Хаширама недовольно шикнул, ожидая продолжения. Мито стянула с себя белье и предстала перед ним абсолютно обнажённая. — Ты прекрасна, — прошептал Хаширама и попытался пошевелиться, но ничего не удавалось. — Шифр, — Мито наклонилась над ним, опираясь руками об спинку стула, провела языком по мочке уха и легонько дунула на неё. — Чёрт. Быстрый рывок — и не успевшая опомниться девушка оказывается прижатой животом к столу. Хаширама дышал тяжёло, а быстрый стук сердца чувствовался отчётливо. Он потратил много сил, чтобы выбраться из оцепенения. — Я расскажу тебе всё, но лишь после того, как покажу, что меня лучше не дразнить. Смачный шлёпок по мягкой плоти и громкий стон отразились от стен кабинета. Оба вышли победителями из этой игры.
