Дух осени.

      Девушки сидели под одним пуховым одеялом. То и дело шёпот, который почти беспрерывно звучал в стенах комнаты и едва колыхал пламя свечи, затаивался, но после снова продолжал своё повествование.       — Да, признаю, может быть я совсем чуть-чуть перегнула палку, что не разговаривала с тобой, но мне нужно было сосредоточиться на этой книги. Времени всё меньше, и действовать нужно как можно быстрее. Я… я просто не могла поступить иначе. Или могла, но на тот момент других идей у меня не было. Действительно сожалею и… — Фейт умолкла, прислушиваться к посторонним звукам. — Но за это время я много чего нашла! Мы почти на финишной прямой! Прочитав всю эту книгу я узнала как минимум о двух способах связи с признаками: один — транскоммуникации, то есть общение через белый шум или диктофон, второй — спиритическая доска.       — Не утешительно…       — Нет, всё как раз наоборот! Оказывается, в чулане нашей школы есть практически всё. Я сама была удивлена…       — В смысле в чулане? Каком чулане?! — восклик Роуз был резким и насмешливым.       — Представь себе, у нас есть чулан! И как раз в нём то я и была всё время. Снова прости, что не сказала тебе об этом. Я просто была очень погружена в мысли и у меня не было времени, — девушка почти тараторила, сопровождая свой монолог резкими движениями рук. — Я там облазила почти всё, но там столько вещей, что этот чулан или кладовке, как тебе удобно, кажется почти бесконечной, и я так думаю, что не посмотрела и половины всего, что там есть. Так вот…       — О черт, только не говори, что та коробка…       — Именно! — Фейт резво выбралась из под одеяла и подняла коробку. — Это спиритическая доска. Или как её ещё называют — доска Уиджи. Старше моей бабушки, но сохранилась на удивление хорошо. Но её опробуем завтра. Потому что в книге написано, что этот ритуал очень серьезный и энергозатратный. А я ничего не ела с обеда. Завтра мы подготовимся и в полночь проведем. Ты со мной?       — Конечно! Чувствую — мы обязательно что-то узнаем! Мы обязаны что-то найти.       Девушки снова затихли. За дверью комнаты послышались тихие шаги — кто-то из девушек прошла в туалет. Но их это не интересовало. За окном снова завизжал ветер. Когда-нибудь оконные рамы в этой школе не выдержат.       — А теперь объясни, что сегодня было в холле, — голос Роуз звучал холодно, а от снова всплывшей в сознание картины того вечера, у неё по спине пробежали мурашки.       — Ну, у меня у самой не так много ответов. Сначала расскажи то, что видела ты…       Стрелка часов показывала два ночи, когда Роуз закончила свой рассказ. Во всех красках, со всеми мыслями. Она рассказала всё.       — Ого, это так удивительно и жутко. Так завораживает… И мне так стыдно, что я заставила пошатнуться твою веру и устроила диссонанс. Возможно, если бы я тебя не игнорировала, этого не случилось…       — Так, о твоих извинения поговорим после. Меня сейчас интересует, что это было и…       — Нормальная ли ты? Ты — точно нормальная. То, что ты видела, возможно какой-нибудь дух нашей школы, который решил пошутить, или твоё сознание сыграло с тобой злую шутку. Что бы с тобой было, если бы коснулось до этого? Я не знаю, но почему то мне кажется, что ничего. Возможно, оно бы просто исчезло. Но, раз уж я так удачно тебя встретила, то значит так и нужно было. То, что ты сегодня видела, это слегка не то, а может абсолютно не то, что иногда вижу я. У тебя был, так сказать, разовый эффект. От этого не сходят с ума. У меня же такое периодично, и меня едва ли можно назвать нормальной.       — Но…       — Не беспокойся по этому поводу. Возможно, это был знак, хороший знак, что мы скоро сможем встретить Шарлотту, нам нужно всего лишь протянуть руку. И, кстати, всё это, к сожалению, тщедушная реальность. — Фейт замолкла, прислушиваясь, припала ухом к стене. — Во всяком случае, уже время для сна, нужно ложиться спать.       — Да, стоит. И, кстати, пожалуйста, не игнорируй меня больше. И говори, где ты шатаешься.       — Спокойной ночи!       День начался совершенно обычно. Все шли на занятия, головы девушек были забиты какими-то бытовыми проблемами, уроками, может быть мальчиками. Всем. Но, могу поклясться, никто не думал и предполагать не мог, что сегодня ночью будет творится магия. Что в умах двоих людей созревает план и копошится волнение.       — Нужно сразу записать вопросы на листик, чтобы не мешкать во время сеанса. — деловито говорила Фейт. Они шли по почти пустому коридору. В этой части школы учениц было не так много, почти все были у кабинетов или в столовой. Их шаги громкими и быстрыми ритмичными стуками каблуков раздавались вдоль стен. — А ещё нам нужно найти свечи, как минимум пять. А вчера я потратила последнюю.       — А куда мы вообще идём? И где свечи найдем? Ты опять что-то скрываешь?       — О, мы идем, возможно, в святыню школы, и это не библиотека. Чулан! — радостно воскликнула Фейт, отводят резким движением какую-то деревянную дверь. Та поддакнула своим мерзким, скрипучим голосом.       Не примечательная дверь в чулан выглядела не просто "не очень", а очень плохо. Можно составлять только догадки, почему она не развалилась. Он находилась в самом конце коридора третьего этажа, дальше уборной. Замочная скважина уже успела заржаветь, и ключ, скорей всего, туда уже никогда не сможет влезть.       Девушки включили фонарики и осторожно пошли в самую глубь. Везде стояли какие-то коробки с неизвестным содержимым, старые шкафы, стопки книг и журналов, перевязанные веревкой. Этого было так много, что создавалось впечатление, будто сам чулан маленьких размеров. Но вот ты проходишь один собор из коробок, потом другой, третий, базилика из книг, следом шкаф, разворачиваешься — а уже не видно двери, но впереди ещё не видно тупика. Он бесконечен, возможно.       — Я нашла его случайно, но намеренно. Я спросила у библиотекарши, куда они складывают все ненужные вещи в школе, и она мне сказала, что у них есть чулан, но ключ потерян и им вообще уже не пользуются. Но где он, она не сказала, тогда я пыталась сама предположить, где он может быть, и именно в тот момент меня приспичило в туалет. И, наверное, ты уже сама догадывается. — Фейт замолчала, будто прислушиваясь к шума по ту сторону. — Я зашла в уборную на третьем этаже и меня резко осенило, что она так отличается от уборных на других этажах! Ну и вот.       — А как ты дверь открыла, если ключа нет? — спросила Роуз откуда из глубины. Она просматривала ветхие коробки.       — Да она была открыта. Сначала она не открывалась, но я навалилась всем телом и она поддалась. Давай не будем уходить далеко, ты оставайся ближе к двери, а я пойду дальше, а то так мы заблудимся. Как знать, может у него реально нет конца и края.       Фейт заглядывала во все коробки; где-то были опять книги, где-то старые, поеденные молью шторы и тюль, в некоторых лежали обломки школьной мебели. В какой-то момент она наткнулась на старые ржавые стулья, которые стояли в ряд друг на друга. Также она нашла старую школьную форму, и сейчас она поняла, что зря они жалуются на нынешнюю. Нашла, возможно, всё, кроме свечей.       Она посвятила вперед, чтобы понять, как далеко ей ещё идти. Впереди была только тьма. Манящая, цвета твоих самых кошмарные страхов и как будто живая. Казалось, что она смотрит на тебя, и если ты протянешь к ней руку, то она (или что-то другое) потянется в ответ. В груди Фейт закрался липкий и первобытный страх. Она никогда не боялась таких вещей, как темнота и то, что в ней скрыто; это было что-то новое для неё, и поэтому это пугало её ещё больше. Ведь, быть может, она боится не темноты, а то, что скрывается в ней, и это нечто ещё более агрессивное, что она никогда такого ещё не встречала. Потому что каждая темнота что-то в себе скрывает: чьи-то страхи и тайны или что-то большее, что-то, так сказать, материальное, холодное и, может быть, голодное.       Странное чувство. Это уже не было похоже на страх, а на интерес и влечение.       Нужно идти дальше. Там… там что-то есть… там меня что-то ждёт. Да, оно ждёт меня. Я должна туда идти…       Она сделал шаг на встречу тьме. А тьма — шаг на встречу ей. Может быть это был транс, возможно что-то другое, что совершенно ещё не изучено и не известно, что ни один человек ещё не чувствовал и, скорее всего, не почувствует. Но это нахлынуло, сейчас, со всем своей силой, и именно на Фейт. А сила у ЭТОГО была не маленькая, противиться ему было невыносимо. Казалось, ещё чуть-чуть и ты сойдешь с ума.       Она сделал следующий шаг. Где-то звучали голоса, их было много, женские и мужские. Они о чём-то шептались. Насмехались. Выкрикивали.       — Фейт! — послышался крик из-за спины. Девушка резко обернулась, задев рукой башню из коробок. В конце коридора стояла Роуз и светила на неё фонариком. Фонарик же у Фейт уже как несколько минут не работал.       — Всё в порядке? — испуганно спросила Роуз. Она направила свет за спину подруги, пытаясь там что-то разглядеть, но ничего, кроме коробок, не увидела.       — Да, всё нормально, а у тебя?       — Знаешь, это место, конечно, очень милое, но мне тут не по себе, давай убираться отсюда. Да, жаль, что свечи так и не…       Яркий лучик света от фонарика Роуз, который всё это время хаотично двигался по помещению, набрёл на хлам, который выпал из коробок. Среди него раскидались свечи, некоторые выпали из гильз. Они были на удивление новыми. Их было ровно шесть.       В коридорах было много учениц. Очень много. Казалось, что они все идут в одну сторону. У дивана четвертого этажа собралась целая толпа девушек. Их было так много, что уже и не видно, на что все смотрят.       — Что тут происходит?! — Зои влетела в толпу как фурия. Она растолкала всех на своем пути, чтобы добраться до эпицентра.       — Зои, тебя тут не хватало! Не лезь не в свое дело! — насмешливо воскликнула девушка, которая нависла над другой.       — О, Бекер, я так не думаю! Всё, что творится в этой школе — это моё дело! — гнев Зои ощущался как что-то материальное и разросся до колоссальных размеров. — Или ты подумала, что если нет Шарлотты, то тебе всё можно?       — Зои Фостер, бери свои слова назад! — яростно крикнула Бэлла Беккер. Девушка, которая секунду назад сжавшись от страха в клубок сидела на диване, воспользовалась моментом и убежала. Фейт успела увидеть, что это была одна из тех, кто входил в их отряд “спасения”.       — А то что? Что ты мне сделаешь?! — Зои будто в мгновение ока подлетела к Бэлле и встала почти вплотную к ней. Но Бекер не ответила. Она выхватили глазами из толпы Фейт.       — Эй, Флетчер! Где милая Шарл? Что-то она пропала, да? — весело взвизгнула Белла.       — Она не пропала! — воскликнула в ответ Фейт.       — Да что ты говоришь! Не пропала! Тогда где же она? Где же тогда и Грейс Смит и Люси Глиборт? Они тоже не пропали? Кому-то ты врешь, Флетчер-врунья! — Бэлла кричала от ярости, она кричала и смеялась вперемешку. Но крепкая пощечина Зои привела её в чувства. Если таковые, конечно, у неё имелись.       Роуз, которая стояла рядом с подругой, сделал пару шагов вперед; она не собиралась терпеть оскорбления в сторону подруги. Но Фейт остановила её, крепко схватив под руку. Хоть она никогда не видела, чтобы Роуз с кем-то когда-то дралась, но было у неё предчувствие, что ничем хорошим для Бэллы это не закончится.       Тихие люди всегда скрывают глубоко в себе самых страшных демонов.       — Сразу, как вернётся Шарл, я расскажу ей о всех твоих грехах, и сделаю акцент на том, что ты обежала её друзей. Как ты назвала Фейт? Врунья? Очень хорошо, в словах ты была красноречива, так имей совесть и смелость за них поплатиться! И не волнуйся, избежать наказания не получится! — Зои замахнулась, но удара не сделала. В коридоре настала гробовой тишина. — А теперь всё по своим комнатам!       — Грязная лгунья! — крикнула Белла с лестницы. — Шарлотта не вернётся!       Где-то с конца коридора можно было услышать грозный рык старосты. Ей никогда не нравилось, когда её приказы не выполняли. Она тяжелыми и быстрыми шагами пробралась к виновнице её гнева. На этот раз бы Белла не отделалась так просто. В коридоре послышались смешки, шёпотом и причитания.       — Заткнись, Бекер! Не усугубляй своё положение, иначе кара постигнет тебя куда быстрее! — не выдержав крикнула Фейт. После её слов все свечи в холле мигом погасли и помещение наполнилось запахом дыма. И снова молчание как в склепе. Зои остановилась как вкопанная и огляделась почти в полной темноте.       — А ну живо по комнатам!       Девушки завернули за угол, где к ним подбежала девушка, которую ещё недавно мучала Бэлла. Она медленно приложила указательный палец к губам и махнула рукой, чтобы они следовали за ней. Они зашли в туалетную кабинку, еле поместившись там втроём.       — Фиби, что случилось? — шёпотом спросила Роуз. Девушка выдержала паузу.       — Она подумала, что я что-то у неё украла. Но это не так! А ещё она спрашивала про вас. Почему вас двое? Где Шарлотта? И что вы скрываете? Почему девушки пропадают? — девушка прислушалась. — Она о чём-то догадывается! Она замечает ваше странное поведение и хочет знать, что мы скрываем. Будьте осторожней!       Дверь в уборную скрипнула. Девушка побежала в свою сторону первая, а подруги направились в свою комнату, выждав несколько минут. Всё это было слишком странно. С чего бы Бэлле интересоваться пропажей девушек? Эта девушка славилась своими доносами старой даме о всех ученицах. Именно поэтому у Бэллы не было друзей, её не посвящали абсолютно ни в какие дела, а также в её сторону угрозы сыпались как снег глубокой зимой. Если она проявила интерес к этим исчезновениям и хотела что-то выпытать у одной из девушек, откуда можно взять уверенность, что через её уста не говорит мадам Олдридж. И её глазами не смотрит сама директриса.       Коридор остался погруженными в тьму, никто не отважился прийти и зажечь снова те свечи, которые потухли самостоятельно.       Много всего случилось за один день. Да что уж там, за один вечер! Но ночь обещала быть ещё более интересной.