Дух осени.

      Сегодня пошёл первый настоящий снег. Ещё с раннего утра небо не отличалось от разлитого молока, ближе к семи утра упали первые холодные хлопья. "Вы как-то рановато" — проговорил садовник, глядя на ладонь, на которую только что прилетела снежинка. Секунда — на её месте уже мокрое пятно. Подняв голову, он заметил лицо ученицы, которое выглядывало из своей комнаты. Он знал, что это жилая комната, а не какой-то кабинет; он работал здесь уже десять лет. Обмениваясь взглядами, так он постоял с минуту, а после снова принялся за свою работу. "Может быть она больна" — пронеслось в его седой голове.       А ведь она действительно была больна. Очень и очень сильно, и самой не предсказуемой болезнью — выгорание. Сегодня она не пошла на занятия, впервые с начала года не поднималась по самому первому будильнику. Ей не пришлось заправлять кровать, гладить свое платье, чистить зубы. Но она всё же проснулась от утренних собираний соседки, поглядела на неё из под тёплого одеяла, а после повернулась к холодной стене. Сквозь сон она почувствовала, что Роуз поправляет ей одеяло, как делала это и раньше. Как делал многое для неё: приносила еду, когда девушка забывала есть, помогала с заданием до поздней ночи. Последней мыслей, которая успела задержаться в голове Фейт перед тем, как её прибрал к рукам Гипнос — "как я могла всего этого не замечать…".       Ближе к полудню сон ушёл окончательно. Фейт проснулась от стука в окно, что сразу показалось ей плохим знаком. Поднявшись, она увидела за окном чёрного ворона. О да, это был ворон, а не ворона, он был необычайно большим и тёмным, почти как абсолютно чёрное тело. Лишь изящный перелив выдавал его на фоне неба, а по блеску таких же тёмных глаз можно было понять, что он смотрит прямо на девушку. Фейт не знала, сколько длилось это безмолвное переглядывание, казалось, что очень долго. Но когда дверь комнаты резко открылась, ворон издал раздраженный "кар" и, взмахнув грандиозными крыльями, скрылся за ближайшей елью.       — Ты уже встала? — спросила Роуз. Она поставила кипу книг на стол и стала собирать другие книги.       — Как ты можешь видеть… — медленно проговорила Фейт, всё также сидя в кровати. Она кидала вопросительные беглые взгляды в окно, пытаясь высмотреть своего таинственного гостя.       — Что ты пытаешься там рассмотреть? — шутливым тоном спросила девушка и с едва заметной улыбкой задержала свои голубые глаза на подруге. Фейт не пыталась отвернутся и отвечала на вопросительный взгляд, испытывающим взором.       — Ворон. — таким же безэмоциональным голосом ответила Фейт, не отрывая серых глаз от своей подруги. С лица Роуз медленно сползла улыбка.       — То есть… мне не показалось? — спросила девушка, но не требовала ответа. Она медленно опустилась на стул, но тут же снова резко встала.       — Так! — она немного помолчала. — Ты пойдешь на обед или тебе что-то принести? — Фейт усмехнулась, так как она знала, что подруга хотела сказать совершенно не это.       — Я не знаю, можешь принести что-нибудь…       — А может точнее? — нетерпеливо переспросила Роуз, которая не любила неопределенность.       — Чай, — Фейт кратковременно замолчала. — Если можно.       Роуз не сводила глаз с подруги, будто пытаясь разгадать, о чём думает Фейт. Роуз даже не подозревала, что у неё это выходит с большим успехом, чем она думает. Ей казалось, что то, что творится внутри Фейт намного масштабней, нежели она может себе представить, там всё совершенно не так, как у других людей, величественней и больше того, что происходит в космосе. Девушка казалась настолько исключительной и туманной, что неизвестность в ней почти пугала.       Но в конце концов, когда она снова поймала испытывающий и холодный взгляд Фейт, девушка схватила книги, водрузив их на руки и грудь, и вышла.       Ведьма снова осталась одна. Из под толстого одеяла торчал только нос и глаз, который ждал появления мрачного друга. А с неба всё сыпался снег. Можно было бы расписывать все её мысли, которые приходили в её тёмную голову, но их не было. Только одна появлялась будто неожиданный гость: “что же значил этот ворон?”. Она задавала этот вопрос себе уже не в первый раз, но каждый раз не отвечала на него. Возможно, потому то не знала ответа, возможно, потому что не хотела его знать.       В какой-то момент до девушки стали доноситься голоса девушек под окном. Были слышны смех и громкая болтовня. Фейт вылезла из своего укрытия, встала на колени на кровать и выглянула на улицу. Мимо её окна проходила маленькая группа девушек с первого курса. Они по-дружески толкались, кидали друг в друга снежки и говорили о каких-то пустяках. Все их действия так завораживали Фейт, что она даже не сразу поняла, что девушки уже давно исчезли из поля зрения, скрывшись за углом здания. И только тогда до неё дошло, что на улице так много снега, что уже не видать осенней листвы и жухлой травы. Это её огорчило, так как осень было её любимым временем года.       Зимнего пальто у Фейт не было уже как два года. Она надела свое чёрное шерстяное осеннее, натянула перчатки и ботинки, завернула вокруг горла длинный тёмно-зелёный шарф и осторожно вышла из комнаты. Ей не хотелось, чтобы кто-то её видел; она понимала, что так Роуз её быстрее найдет. Девушка резко остановилась по середине коридора, пораженная своими же мыслями. Как она может так думать о своей подруге, когда та так много для неё сделала. Которая заботилась о ней, когда родители не обращали не неё внимания, во время болезни, которая всегда её кормила и выслушивала все самые абсурдные мысли. Неужели выходит так, будто это всё меркнет?       Фейт уже развернулась назад, чтобы вернуться в комнату. Будет куда лучше, если она дождется соседку, и они вместе отправятся гулять.       Нет! Мне всего лишь надо побыть немного одной. Я не придаю Роуз, она поймет, почему я так поступила. Да, она, скорее всего будет меня искать, но в конце концов она меня простит за это…       В одном из углов, который находился по левую сторону от школы, деревьев и других растений было так много, что всё это превратилось в заросли. Дорожка, которая шла по всей аллее в этом месте, становилась настолько узкой, что мог пройти только один человек. А кроны деревьев, которые угрожающе нависли над прохожими, настолько загустели и сплелись, что туда проходила лишь маленькая доля света.       Фейт шла по аллее, постоянно останавливая свой взгляд на статуях. Они все были покрыты свежим снегом, будто на них накинули белую свадебную вуаль и белый пушистый берет. Ангелы и нимфы, которые ранее казались такими мрачными и опасными, сейчас выглядели удручающе и бедно. Смотря на них, где-то глубоко внутри, в неизведанных уголках души, возникало чувство жалости и сожаления.       Свой путь девушка закончила на повороте. Тропинка, которая раннее и так была не особо широкой, сейчас казалась ещё уже из-за снега. Фейт стала перелезать через голые кусты шиповника, дабы оказаться на маленькой полянке, буквально метр на метр, которая отгородилась от дорожки не только ранее упомянутыми кустами, но и двумя клёнами. Место было завалено снегом, поэтому Фейт немного потопталась на месте и лишь после кинула на землю свой шарф. Как бы ей не было безразлично всё вокруг, болеть она не собиралась.       Лишь в тот момент, когда она села на шарф и подняла голову, она заметила, что перед ней сидит девушка в коричневом пальто. Её верхняя одежда тоже не выглядела теплой, на руках не было перчаток, но те, почему-то, не покраснели от легкого холода. Она сидела и смотрела на девушку. Фейт же в свою очередь смутилась, ведь это вышло так невежественно с её стороны, что она не заметила её и не поприветствовала.       — Привет, прости, что потревожила тебя. Могу я здесь остаться не надолго?       — Да, конечно, Фейт. — голос девушки был спокойным и таким же холодным, как снег, на котором она сидела.       — Как… собственно, почему ты тут сидишь? — в принципе для Фейт теперь стали понятны синие губы её собеседницы и не исходивший от них пар. Но это её совершенно не смутило — не в первый раз ей приходится разговаривать с духом.       — Я часто сюда прихожу, когда мне грустно.       — Удивительно, и я тоже! Что же тебя расстроило?       — Это уже не имеет значения, — призрак покачала головой. — Тут имеешь значение только ты.       — Я? По-моему, ты ошибаешься.       — Нет, Фейт Флетчер, это ты ошибаешься. Ты слишком зациклилась на мёртвых, когда нужно обращать внимание на живых. Всему своё время.       — Как я могу не обращать внимание на мёртвых, если моя подруга среди вас?       Девушка не сводила взгляда с Фейт. После продолжительной паузы призрак продолжил. На улице уже начинало смеркаться.       — А Шарлотты среди нас нет.       — Даже если и так, то я всё равно не знаю, что мне делать, как её найти. На меня все полагаются, но я не оправдываю ничьи ожидания.       — И поэтому ты отступишь?       — Да, поэтому я отступлю. Я уже так затянула и тяну ещё дольше, она точно не сможет меня дождаться…       — Именно. Поэтому не отступай и поторопись…       Слева от девушки послышался шорох кустов. Сквозь бурьян просачивался яростный голос, который ругал садовника, который не может срезать эти заросли под корень. Не то чтобы Фейт кого-то ожидала. Но в то же время ей было все равно, если какая-нибудь из учениц её здесь нашла бы. Да, они бы, скорее всего, не увидели её собеседницы, возможно они услышали, что она с кем-то говорит. Комичная же выйдет сцена! Но все и так в этой школе знали, что Фейт ненормальная. Ещё с первого курса про неё пошла молва, что она чокнутая на всю голову. Как-то раз некоторые девочки увидели, как девушка разговаривает с кем-то в коридоре, а собеседницы не увидели. На следующий же день все презрительные и боязливые взгляды были направлены на девушку. Через пару месяцев всё утихло, но стоило произойти чему-то паранормальному, как все тут же вспоминали, ведь есть в их школе та, которая не удержала крышу над головой.       — Фейт! Чёрт тебя дери…       Резкий голос вывел девушку из мыслей, в которые она погрузилась с удивительно чрезвычайной быстротой. Она повернула голову в сторону источника звука и увидела Роуз в сухих ветках.       — Ой! Привет, Роуз! Не ожидала тебя тут увидеть..       — Не ожидала, а я пришла! Ты что тут делаешь на холоде? Ещё и сидишь! — роза была возмущена, от того Фейт улыбнулась и встала, подняв шарф.       — Да вот, захотелось подышать свежим воздухом. На первый снег посмотреть…       — Как будто это первый в твоей жизни снег! Ну ладно, а с кем ты тут разговаривала? — девушка огляделась вокруг и, естественно, никого не увидела.       — Тут сидела девушка. Можешь считать меня сколько угодно странной, но это был призрак. У неё были синие губы и она откуда-то знала мое имя, даже полное. — Фейт пожала плечами, а после указала на легкое очертание следов на том месте, где ранее сидела девушка в коричневом пальто. Роуз очень долго всматривалась в это доказательство.       — Сколько можно повторять, я не считаю тебя странной. Но поторопимся отсюда, я принесла тебе чай. Поспешим, иначе он остынет.       — Та девушка, к слов, сказала интересные вещи.       — Это какие же? — Роуз с интересом посмотрела на спутницу. В это время Фейт легким движением взяла подругу под руку.       — Она сказала, что Шарлотта ещё жива. И что если мы хотим найти её живой, то нам нужно поторопиться. — Фейт говорила каким-то странно радостным голосом, будто воздушным.       — Это же хорошие новости, не находишь?       — Да, вероятно. Но есть ли у меня силы как-то идти дальше и что-то предпринимать? Ещё утром я думала, что нет, что я не стану продолжать поиски, как бы не дорожила Шарлоттой. Но после встречи с духом я уже не знаю. Появилась надежда на лучший исход, но появились ли от этого силы? Я просто не знаю. Незнание такое утомительное занятие!       С ближайшей ели слетел ворон с пронзительным криком, разрывая белёсое небо своими чёрными размашистыми крыльями.       В комнате оказалось приятно тепло. На столе стояли две кружки, от которых поднимался пар, а рядом с ними лежала тарелка с печеньем. Горела лишь одна настольная лампа, освещая пространство своим приятным теплым светом.       — Знаешь, я так думаю, что ничего страшного. Тебе нужно только немного отдохнуть и ты снова встанешь в строй! — Роуз бросила оба пальто на кровать. — Давай пока поедим.       Они сидели молча. Не то, чтобы они не могли найти темы для разговора, просто под грузом неприятных событий заводить разговоры становилось всё более неловко, чем раньше.       — Нет, — резко, но спокойно сказала Фейт, глядя куда-то в одну точку. Она отхлебнула содержимое из кружки. — Медлить действительно нельзя. Завтра вечером мы идем в подвал. До этого времени мы будем готовиться.       — Фейт, дорогая, тебе не нужно себя заставлять…       — Роуз, если с нашей общей подругой что-то случится... в этом буду виновата лишь я... я не переживу этого.       За окном хлопьями сыпал снег. Луна скрылась за наплывшими облаками, а ворон пролетая над школой, запоминал всё то, что происходит, происходило и будет происходить. Возможно, где-то поблизости или наоборот на другом конце мира летает его брат, который мыслит всякое и о всяком. Скоро придет время им лететь к великому дереву, встречая по дороге волка.