Ты был молод, но не для меня

После того, как мои глаза сфокусировались на окружающем мире, я поняла что стою в своей комнате, ровно на том же месте что и двое суток назад. Собака по-прежнему находилась тут, но уже не лежала на кровати, а грызла что-то под ней. Я сильно испугалась: неужели за целых два дня никто не выпустил бедную Кэсси из комнаты?! Но страх развеялся, когда в поле зрения попал экран смартфона, на котором светилась не только та же дата, но и время оставалось неизменным, вплоть до минут. Я взглянула на левое запястье — часы не тикали, стрелки стояли на седьмом часу вечера словно мёртвые. Моё подсознание уже хотело решить, что всё это была какая-то галлюцинация, но стоящее зеркало напротив подтверждало обратное. Ярко оранжевая джинсовка, по прежнему покрывающая мои плечи, безбожно кричала о реальности происходящего. Первая мысль которая посетила голову, советовала как можно скорее переодеться, ведь если кто-то решит позвать меня на ужин, то застанет в подозрительном ретро прикиде. После всего пережитого, мне невероятно хотелось пойти в душ. Я достала шелковую пижаму, и зашла в соединённую со спальней ванну. Почему-то мне не пришло в голову взглянуть на свою святую святых, когда я находилась в прошлом, но точно знаю, когда-то это была очередная гостевая комната. Теплая вода, покрывавшая всю меня, мгновенно заставила расслабить напряженные мышцы по всему телу. Я, как и все девушки, просто обожала мыться к кипятке, а различные гели и шампуни были моей отдельной страстью. Хорошенько отчистив себя от пережитых приключений, я встала перед зеркалом и вгляделась а отражение. Со светло-русых волос средней длинны стекали капли воды, а по-аристократически бледная кожа раскраснелась, придавая лицу странный вид, хотя на нём, в целом, вообще не было характерно выделяющихся акцентов, кроме голубых глаз. У меня появилось желание улыбнуться девушке напротив, симметрично повторяющей все движения. Тщательно вычистив зубы, я внезапно вспомнила, насколько частым гостем в детстве была у дантистов. Но, из-за злой шутки судьбы, перестала им доверять когда мне вырвали несколько зубов за один раз, ещё и без наркоза. До этого я вообще не боялась никаких манипуляций, спокойно лежала на кушетке пока врач делал свою роботу, но после пережитого стресса я то и дело старалась контролировать каждое движение. Откровенно говоря, это не особо повлияло на мою жизнь, поскольку я традиционно, несколько раз в год посещаю клинику. Усевшись за стол я наконец смогла сосредоточиться. Дедушка просил узнать всю информацию о песнях музыкантов. Приступая к работе, экран ноутбука приветственно засветился, а в поиске возникли лишь два слова: группа Queen. Мама несколько раз пыталась позвать меня на ужин, но я каждый раз продолжала уверенно утверждать что не голодна. На удивление, меня настолько затянул мир музыки, что, кажется, шёл третий или четвёртый час утра, а я всё ещё изучала выступления на экране. Их песни сумасшедшим вихрем врывались в сердце а мелодии надолго оставались в памяти. Больше всего мне понравился сборник «The Best Of Queen», из которого я принялась усердно выписывать все песни. К пяти утра, весь некогда белый лист офисной бумаги покрылся короткими названиями песен, рядом с которыми были указаны альбомы.

***

Сон поглотил меня полностью, и я окончательно проснулась только к часу дня. Все мысли были забиты щенячьим восторгом от осознания того, что я в живую не только видела но и общалась с этими невероятными людьми. Когда моя царская особа всё-таки соизволила спустится к холодильнику, я застыла ещё на пол пути. Мой взгляд был прикован к семейному портрету, где совсем маленькая я сидела на руках у смутно знакомой мне женщины. Раньше её точно не было на картине, и только сейчас я начала узнавать характерные черты Бриджет. Чарльзу удалось её спасти. От этой мысли настроение стремительно поползло вверх, хотя, казалось бы, куда уж выше. Завтрак восполнил недостающее количество сил, и от бессонной ночи осталась лишь легкая сухость в глазах, которую успешно убрали капли. Список песен был полностью готов, а я стояла посреди комнаты, одетая в светлый твидовый костюм. Но когда я потянулась к часам, то заметила: на них полностью отсутствовала дата. Уверенным движением, моя рука потянулась к столу, где еще вчера, в письме, дедушка упоминал её, но стол пустовал. Тогда-то я и вспомнила, насколько увлечённо моя собака жевала что-то под кроватью. С ужасом заглянув туда, перед глазами появился порванный в клочья, размокший от слюны, кусок бумаги. Из моей груди вырвался отчаянный крик «НЕЕТ!», но спасти ситуацию, увы, никто бы не смог. Всё дело в том, что к моему огромному стыду, я всегда забываю дни рождения друзей, а какую-то случайную дату уж тем более не могла запомнить. Напрягая память, мне удалось вспомнить только разговоры и мелкие события, но никак не дату. Взгляд вновь отчаянно вернулся к циферблату, и только сейчас я заметила очень маленькое окошко прямо под логотипом бренда. Цифра «3» была настолько крохотной, что незнающий человек вряд ли бы её когда-либо заметил. Мысленно, я со всей пылкостью поблагодарила того, кто додумался разместить оставшееся количество зарядов прямо на часах. Тем временем, в памяти всплыл факт, что на момент визита, ещё не родился отец. Мне потребовалась парочка простых математических вычислений, чтобы год рождения отца вновь стал мне известен. Если он родился в 1976-м, может, я тогда была в 75-м? Помню, как солнце резко сменило дождь, а в Лондоне такое бывает чаще всего в начале лета. Июнь. Ох, как же дорого мне обойдётся любая ошибка! Но лучше поздно чем никогда, верно? День я выбирала наугад, потому после долгих раздумий, решила выставить десятое июня 1975-го года. Очевидно, мне требовалась длительная подготовка перед скачком, и в этот раз я решила взять с собой хотя бы сумку. Трясущимися руками, сгребая туда всё, что попадалось под руку, среди кучи таблеток, денег и салфеток, мимо моих глаз как-то незаметно проскользнул смартфон. Впрочем, тогда я не придала этому особого значения, на мгновение забыв куда я собираюсь. Ещё раз выдохнув, собравшись и настроившись, я аккуратно защёлкнула колёсико, вновь запустив тикающие стрелки.

***

На этот раз меня снова забросило в гостиную, но было уже физически легче переносить скачки во времени. Больше всего я боялась опоздать, тем самым не исполнить обещание, и подорвать доверие. Из столовой доносились знакомые голоса, и я направилась туда, в надежде встретить хоть кого-то. Мне пришлось ненавязчиво постучать костяшкой указательного пальца о деревянную дверь, чтобы сидящие обратили внимание. И они обратили. Бриджет и Чарльз на мгновение застыли, когда увидели, кто к ним пожаловал. — Привет. Надеюсь, я не сильно опоздала? — подавить смущение в голосе оказалось невероятно трудной задачей. — Элизабет…? Это правда ты? — моя вновь молодая бабушка, казалось, не верила собственным глазам. В то время как дедушка просто смотрел. И мне не очень нравился его взгляд. — Да, это я. Вот список, Чарльз, как ты и просил. — мой жест, в котором я помахала перед ними сложенным пополам листком, не был достойно оценён. — Элизабет. Прошло три года! Мы тебя ждали, как ты могла так опоздать?! — мужчина всё больше вскипал, и всем в комнате мгновенно стало ясно: конфликт неизбежен. — Три года… — я быстро поняла свою ошибку — Простите, пожалуйста! Для меня прошла всего одна ночь. Когда я вернулась, дата на часах полностью сбилась! — Ты понимаешь, насколько меня подставила? Эти музыканты уже давно выпустили дебютный альбом, но под руководством Джона Рида! — не смотря на злые реплики, я уже тысячу раз начала себя ругать: Почему мне в голову не пришла мысль, посмотреть год выпуска дебютного альбома Queen?! Какая же я тупоголовая! Надо как-то выкручиваться. — Но, это только первый альбом, а на этом листке записаны все самые успешные хиты, и альбомы в том числе! Вот, посмотри. — он выхватил из моих рук лист, и жадно начал читать названия. Мимика его лица заметно сменилась из ярости в удивление. — Постой… тут написано «A Night At The Opera», 1975. Черт! — Чарльз схватил пиджак со спинки стула, и чмокнув жену в щёку, промямлил, что скоро всё объяснит. — Элизабет, быстро садись в машину, будем спасать ситуацию! — он шёл настолько быстро, что мне пришлось буквально бежать за ним. Как оказалось, машину Чарльз уже успел сменить, на этот раз Porsche был угольно-чёрного цвета. — Куда мы едем? — напряжённое молчание прервал мой вопрос. — В EMI Records. Я не позволю этим ублюдкам заполучить все авторские права над альбомом. У тебя невероятное чутье, раз ты уже второй раз появляешься ровно за мгновение до того, как я потеряю уйму денег. — Приму за комплимент. Думаешь, мы успеем? — Даже если получим пару штрафов. Встреча начнётся через пару минут, но будем надеяться, что Меркьюри как всегда опоздает. Так и произошло. На входе в студию мы застали никого иного как самого Фредди. Он приветственно пожал руку Чарльзу, и высказал своё удивление моему присутствию. Мы втроём ввалились в кабинет и все кто там находился, дружно повернулись к нам. — Ох, кого я вижу, сам Чарльз Войд пожаловал! — Рей Фостер прошёлся по нам каким-то липким взглядом, на мгновение задержав его на мне. В комнате было достаточно много народу, но всё внимание на себя мгновенно перетянул Фредерик. Нас всех представили друг другу, и когда с именами разобрались, настало время перейти к делу. — Нам нужно больше хитов. Вроде «Killer Queen», но мощнее. — Рей не знал, что всего пол часа назад, у его конкурента появился подробный список со всеми хитами. — Мы не булочки печём, между прочим! Нельзя взять и сделать новый «Killer Queen». — возражения барабанщика почти все пропустили мимо ушей, кроме Фредди. — Верно. Можно сделать лучше. — он уже целую минуту шаманил что-то с пластинкой, и в итоге комнату наполнили звуки оперы. — «Кармен»? Что вы хотите этим сказать? — Чарльз выразительно взглянул на расхаживающего по помещению Меркьюри. Но ответил ему сидящий на диване Брайан. — Понимаете, мы не хотим повторятся, используя одну и ту же формулу каждый раз. — Меркьюри гордо дополнил друга: — Формула успеха — это абсолютная трата времени! — Формула работает. Давайте придерживаться их, я люблю формулы. — Фостер, оказался любителем точных наук. — Назовём новый альбом «A Night At The Opera». — на словах Фредди, Рей отчаянно выдохнул, а Чарльз, кажется, вспомнил содержимое листка. — Хорошая идея. Я готов финансировать проект. — между ним и Фостером назревала стычка. — А ты в курсе, что по правде, никто не любит оперу? — аргумент любителя всяких формул был тут же разбит моим. — Почему же? Я люблю оперу! — все снова перевели взгляд на меня. Джим, или Майами Бич, поддержал мою точку зрения. — И я люблю! — почти все присутствующие также сказали, что им нравится этот жанр. — Пойми меня правильно, дорогуша, это будет все ещё рок-н-ролл, но только с Оперным размахом, пафосом греческой трагедии! В нём будет что-то для каждого. Мы смешаем жанры, перейдём границы! — Не останется жанра, к которому нас можно будет приписать! — Тейлор подхватил инициативу. — Я искренне не понимаю почему ты, Войд, готов пойти на это безумие. — слушая эту речь, Чарльз встал за креслом Фостера, и положив руки на спинку, с гордостью ответил: — Удача любит смелых. — Только не заставляйте меня пожалеть.

***

Следующие две недели прошли в странной атмосфере суматохи. Я не знала как загладить свою вину, а Чарльз любезно нашёл мне применение. На носу была запись нового альбома, и он решил меня лично отправить вместе с музыкантами, чтобы контролировать процесс записи, ведь только я слышала уже готовый «продукт». Перспектива не казалась слишком ужасной, если не учитывать, что мне придётся провести несколько недель на какой-то Богом забытой ферме и в компании только одних мужчин. Выезжали мы через неделю, и Бриджет (которая абсолютно не злилась на меня за долгое отсутствие), взяла на себя сборы. Она целиком и полностью укомплектовала чемодан, обеспечила меня пижамами, носками, бельем и даже зубной щёткой. К слову, из-за этого мне всё больше стало казаться, что она ещё до рождения детей уже вошла в роль бабушки. За пару дней до отъезда, я попросила «Мистера Войда» достать мне скрипку. Может, я вообще не имела права ничего просить, учитывая то количество всего, что мне уже дали, но меня преследовал страх растерять свои навыки. Мало того, что он был приятно поражён, когда узнал что я умею играть на инструменте, так ещё и не простую скрипку предоставил. Инструмент находится в небольшом твёрдом чехле, и я сильно удивилась, заметив качество самой вещи. Мне бы хватило и обычной фанерной скрипки, но передо мной находился явно профессионально изготовленный деревянный образец. В последний вечер перед отъездом, дом наполнился звуками одной из вечных композиций Вивальди.

***

Утро. 2 июля 1975-го года. На часах было всего 5 утра, а меня уже вовсю запихивали в машину. Пол Прентер еле загрузил в багажник мой увесистый чемодан, но места для скрипки, увы, в нём не хватило. Пришлось впихивать её в итак забитый салон. Всего ехали две машины, в одной должна была находится группа, а во второй продюсер Рой Бейкер, Пол и я. В темноте ночи меня абсолютно не беспокоило кто был моими попутчиками, хотелось просто закрыть глаза и доспать нагло украденные часы сна. Когда я разлепила оба глаза, на часах было 9 утра. Не смотря на утреннюю туманность, света в салоне было достаточно, и мне удалось рассмотреть кто же со мной ехал. Машину вёл вечно серьёзный Прентер, рядом с ним на переднем сидении что-то писал в блокноте Фредди, а моим соседом слева оказался блондин. Барабанщик и по совместительству рок-звезда, мирно посапывал, уткнувшись лицом в окно. Меня напрягло такое маленькое расстояние между нами, ведь я всё ещё не переборола свою травму, из-за которой и пыталась как можно дальше отгородиться от мужчин. Благо, между нашими телами так удачно разместился футляр со скрипкой, вертикально пристёгнутый ремнём безопасности к сидению. — Дорогуша, наконец-то ты проснулась! — Меркьюри почему-то был рад моему пробуждению, а его фраза прозвучала достаточно громко чтобы разбудить Тейлора. — Ты это меня «дорогушей» назвал? — сонный Роджер, видимо, тоже особо не интересовался попутчиками. Лишь когда он повернул голову, наконец заметил меня. — Ааа, неужели это та девушка с чашками? Ты тогда здорово нам помогла. — мне лишь оставалось фыркнуть, ведь первой ассоциацией со мной у него были чёртовы чашки. — Да это я. Кстати, почему мы распиханы по машинам в случайном порядке? Мне казалось, что группа будет в полном составе ехать отдельно. — Это ты у Роджера спроси. Когда он узнал что с нами поедет девушка… — Фреда резко перебили. — Заткнись! — блондин с усердием копнул переднее сидение, от чего Меркьюри уронил свой блокнот на коврик. Вся комичность ситуации заставила меня рассмеяться, ведь оба парня вели себя как дети. — Может, вы уже перестанете ломать машину, и спокойно сядете?! Нам осталось ехать всего двадцать минут. — Пол, казалось, был весь на нервах, а дорогу на оставшейся паре километров он усердно пытался найти на огромной карте.