Le Roi De Mon Cœur

Флердоранжевая вода, перегоняемая из самых свежих цветов померанца, испиваемая из хрустальных бокалов, свежеиспеченный белый хлеб, мягкие перьевые подушки, на которых они лежали, и нежные поцелуи, в которых как в тёплых лучах дневного света, посещающего города, леса и долины, утопал Лазар. Все это было его вечером, его реальностью. - Моя судьба в твоих руках - медленно произнёс Лазар - И теперь я люблю не Бога, я обожаю тебя - Все что мне когда-либо было нужно я обрёл в тебе - ответил с любовью Ронан Оба были счастливы. Они любили друг друга больше самих себя, зная что любовь взаимна. Их счастье было заметно всем, но страсть зарождающаяся и подавляемая прорывается в каждом жесте, тогда как удовлетворенную любовь не составляет труда утаить, и народ не знал. Губы Ронана были на вкус сливочно-солено-пряными как горячий камамбер, но мягче и обжигали рот послевкусием остроты. Он пах розами, сладким рахат-лукумом, березовыми почками и дождем. Лазар не знал чем заслужил такое счастье: быть первым и единственным фаворитом короля Франции, любить его так сильно, любить человека, который каждым движением заставлял его увидеть золотые горы. - Любить тебя - любить искусство - сказал гвардеец - Ведь ты краше весны и пьянее лета Ронан смотрел на Лазара. Он не думал ни о чем кроме него рядом с ним, лишь о том как страшно желал любить его ещё сильнее. Для человека, даже для короля, это было невозможно. - Ты свет моего солнца, ты мои ветер и штиль - Ты моя смерть, моя жизнь в окружении скованных птиц - Я тот, что считал себя зимой, стал зелёным деревом - Я загораюсь от твоих глаз, в который больше загадки чем в свете луны На минуту или больше Лазар затих, задумался. Ронан вопросительно смотрел на него. - Ты не боишься смертного греха? - настороженно спросил Лазар отстранившись - Рядом с тобой нет - ответил Ронан без толики смятения - Но ведь это грех - то что мы с тобой делаем, что я сделал с тобой - Любить не грех. Что ты сделал со мной? Полюбил меня? Сделал счастливым. Как ты не видишь: я счастлив. - Но грех возлежать с мужчиной - Ты не просто мужчина с улицы. Ты мой мужчина. Первый и единственный. Любить как я люблю тебя - небесный дар а не грех - Я правда первый твой мужчина? - Правда как день. А я? - Нет. И я всегда буду сожалеть об этом. Потратить чистоту тела на тех кто не принёс тебе даже секундного удовольствия - это лишь обстоятельство отягчающее грех - Почему ты всегда думаешь о грехе? - Я не могу не думать о грехе. Но даже если бы любить тебя было грехом, я бы пошёл на него без малейшего сомнения. Каждый раз в каждой из жизней, если бы у человека была способность жить несколько жизней. Ронан вновь поцеловал его. - До тебя меня никто никогда не целовал и я не могу быть счастливее оттого что ты был первым. - Думаешь ли ты обо мне когда я не рядом, думаешь ли ты обо мне как я думаю о тебе, любовь моя? - Каждую секунду каждого дня и желал бы думать больше. - У тебя прекрасные зелёные глаза, и губы как кораллы, алые как кровь, губы алые как маки - Никто не вживлял в мое сердце столько любви - Счастье мое, для тебя я могу стать сильнее Бога - Если надо будет, я пройду весь свет за тобой, я приду к тебе по осколкам стекол, по раскалённым углям, по остриям гвоздей и соберу из них твой портрет вслепую. - Ты говоришь как будто я когда-то смог бы уйти от тебя. Они подарили друг другу сладкий долгий поцелуй преисполненный всех тех чувств, питавших их сердца и опалявших их лица своим жаром. И Лазар проснулся Эти сладкие поцелуи были лишь сном. Когда Лазар впервые попытался аккуратно и с нежностью поцеловать Ронана тот от отвращения дал ему по лицу потёртым жестким кулаком, сбив костяшки. Ронан бил его с ненавистью, а Лазар сплевывал металлическую алую кровь напоминающую по вкусу соленые шампиньоны разбавленную слюной и с любовью, но с горячей грустью, смотрел на него. Его оставшаяся кровь вскипела в венах от несправедливости и они подрались, но хотя Лазар был сильнее, ловчее и умелее в драках, следы драки быстро зажили на Ронане, чему Лазар был несказанно рад. Ему казалось, что его любовь к Ронану - огромный паук в человеческий рост с длинными тонкими мохнатыми лапами, а они с Ронаном просто стоят и смотрят на него, и будут смотреть всю жизнь, боясь и ненавидя, стоя в одной комнате в углу у двери без возможности выйти. Но Ронан не мог полюбить его, никогда не смог бы. Он ненавидел его больше всего на свете. За то что он сделал. За то кем он был. Ронан был просто маленьким мальчиком со взглядом волчицы. С веками полу-прозрачными, тонкими рученьками, которых хотелось касаться. «О, Люцифер, дай мне хоть ещё раз дотронуться до волос Ронана» Это было раннее утро, только встало солнце. Резко открылась дверь в комнату, хотя Лазар никого не ждал и никому не позволял входить в комнату, особенно ранним утром, особенно без приказа короля. - Господин де Пероль - Я не позволял вам входить - Это срочно. Приказ короля. Лазар резко поднялся в кровати - Что такое? - Началось - Что началось? - Республика. Народ Парижа идёт на штурм Бастилии с зелёными платками. Они хотят освободить заключённых и взять оружие - Не может быть, они не посмеют - Они голодны и злы, они жаждут крови. Они жаждут хлеба и свободы. Кричат «Да здравствуйте Республика! Да здравствует свободная Франция!» - Я выезжаю, доложи королю «Ронан будет там. Он пойдёт на Бастилию» Сердце Лазара пропустило удар и остановилось. «Я должен его спасти. Закрыть собой. Сделать что угодно. Он - моя жизнь.»