Темнейшие дни рода понячьего

Я очнулась внезапно, когда в мой нос заползло какое-то мелкое насекомое, заставив громко, пронзительно чихнуть. Резко подскочив, я начала озираться по сторонам. Вокруг была какая-то сырая нора-пещера, покрытая слоем серого пепла. Передо мной на земле валялась оплавленная оружейная зубоять и седельная сумка. Я чётко, до дрожи в копытах ощущала, что вокруг меня должно быть смертельно опасно и времени рассуждать быть не могло. Подскочив на все четыре копыта я опрометью рванулась к выходу и тут же, едва вылетев из норы, застыла, закрывая мордочку копытом от яркого света солнца, пробивавшегося сквозь крону деревьев. Свет приносил с собой и тепло и успокоение. Иллюзорный страх отступил и я наконец смогла хоть немного трезво мыслить... Я пыталась понять, что меня так напугало, но не могла найти никакого ответа. Впрочем, спустя секунду из глубины моей души поднялся другой, куда более понятный страх: я понятия не имела, где нахожусь... И кто я вообще! А ещё я не могла отделаться от странной подспудной мысли, что моя задняя нога должна нестерпимо болеть, однако же, я стояла на ней вполне уверено. У меня было всё больше и больше вопросов к самой себе! Первый шок прошёл быстро. Я прикрыла глаза, медленно дыша и успокаивая колотящееся сердце. Напрягшись, я попыталась вспомнить хоть что-то, но память отказывалась давать мне даже намёк. Ни имени, ни названия страны в которой я находилась, ни понимания как я очутилась в лесу... Ничего! Хотя, я по крайней мере вспомнила что я единорожка. Скосив взгляд вверх я убедилась, да, из-под рыжей пряди гривы торчал мой рог. Хорошо, я помню, что единороги умеют колдовать. А я умею? Попробовав отдаться памяти я даже с некоторым удивлением почувствовала как к моей голове от всего тела прокатилась маленькая толика энергии и как взлетел окутанная облачком магии ветка, в которую упёрся мой взор. Хорошо, по крайней мере жеребячий уровень магии я не утратила. Увы, больше никаких полезных воспоминаний мой разум рождать не хотел. Зато живот ощутимо забурчал... Сильно хотелось есть, но я понятия не имела, где можно найти что-то съестное. Я кинула взор на пещеру. Иррациональный страх никуда не делся, но зато я точно видела, что там была сумка. Разумно было предположить, что сумка была моей и вещи в ней тоже. Возможно, изучение собственных пожитков смогло бы пролить свет на провалы в моей памяти или хотя бы принести немного еды? Просунув мордашку внутрь я дёрнулась от страха, но быстро успокоилась. Что бы меня не пугало, оно... Ушло? Исчезло? Я не знала ответа на этот вопрос и решила не забивать себе голову, просто поскорее достав сумку и оплавленную зубоять с помощью телекинеза. Оглядев полянку на которой находилась, я вздохнула и, за неимением лучшего варианта, собрала вместе горку мокрых опавших листьев и уселась прямо на них. Всяко лучше, чем на голой земле... Увы, осмотр сумки не принёс ожидаемого результата. Открывая одно отделение за другим, я обнаружила лишь несколько склянок с непонятной мне жижей разного цвета, загадочного вида позолоченный шар со множеством бороздок, моргнувший серебрянным светом когда я взяла его в копыта, да завёрнутое в конверт письмо, увы, успевшее где-то промокнуть насквозь, из-за чего чернила расплылись в одно пятно. Всё это было, конечно, интересно и загадочно, но пустой живот свело в довольно болезненном спазме и я поняла, что пора бы уже что-то делать. Помереть в самом расцвете сил мне не очень хотелось, так что оставалось только одно, идти вперёд, надеясь набрести на еду или других пони. Стоило только определиться с направлением. Взгляд зацепился за ведшую к норе цепочку следов копыт. Не нужно было быть великой мыслительницей, чтобы понять, что они принадлежат мне же. Может быть, стоило вернуться туда, откуда я пришла? Однако глядя в сторону, откуда тянулась линия отпечатков копыт, я почувствовала едва ли не осязаемое дуновение чего-то тёмного, злого. Страх вернулся с новой силой, заставив меня прижать к голове ушки и поджать хвост. Пожалуй, лучше я пойду в строго обратном направлении...

***

Мокрый осенний подлесок ложился под копытца, на ветвях деревьев щебетали разные пташки, а мимо то и дело пролетал деловитый шмель, от которого я упорно отмахивалась измазанным в грязи хвостом. Картина была бы крайне приятной и идиллической, если бы не нестерпимое желание есть и прописавшийся на задворках сознания липкий, противный страх. Несколько раз совсем рядом начинали сильнее шелестеть листья и трещать ветки, а пару раз я даже слышала удалённый вой вдалеке. На самом деле, мне крупно повезло, что на меня не упал взгляд какого-нибудь хищника, иначе закуской могла стать уже я. Понемногу я начала уставать. Копытца наливались свинцом, голова начинала слегка кружиться, а губы пересохли от жажды. Спасало только то что моё тело на удивление стойко переносило эти тяготы, практически самостоятельно продолжая идти вперёд. Ну и постепенно начинавший редеть лес внушал надежду, что до его границы осталось не так уж и далеко... Но каждый шаг давался всё тяжелее и тяжелее. Из меня будто бы вынули какой-то стержень, отобрали что-то... Словно бы что-то прицепилось ко мне и тянуло прочь мои силы! Или же словно я была магическим артефактом, заряд которого быстро истощался. Почему мне в голову лезли столь странные сравнения? Я начинала пошатываться, поминутно рискуя запнуться и упасть. Ноги сами выделывали странные вензеля, отчего меня мотало в стороны как пьяную. Откровенно говоря, держалась я на одной лишь силе надежды и голом, незамутнённом желании жить. Как-то не хотелось умереть в первый же свой осознанный день! На открытое место я вышла внезапно. Просто в один момент я зажмурилась, продираясь через плотно сцепленные ветки кустарника, а в следующий в мою мордашку уже подул свежий, лишённый прелого запаха гниющей листвы ветер. Передо мной распростёрлось широкое поле, плотно набитое ровными рядами крупных, зелёных кочанов, в которых я быстро признала самую обыкновенную капусту. Несколько земных пони деловито сновали по делянке, собирая урожай в большие корзины. Живот заурчал, а во рту собралась слюна. Я не знала, как на меня отреагируют эти пони, но понадеялась, что просто так меня не бросят. Довольно наивная мысль, но иного исхода мне тогда не виделось! — Хей! — Мой выкрик получился довольно тихим, больше похожим на писк. — Пони добрые! Я зашагала в сторону поля, но тут головокружение навалилось с новой силой. Я запуталась в своих ногах и повалилась наземь. Глаза предательски закрылись.

***

В этот раз пробуждение оказалось несравненно тяжелее. Пахло воском, деревом и какими-то травами. Тело колотил нестерпимый холодный озноб, хотя на мне явно было накинуто что-то вроде шкуры. Я попробовала хотя бы подоткнуть накидку себе под бока, чтобы не страдать от сквозняка, но копытца еле двигались, а магия отказывалась повиноваться. Мои ушки улавливали какое-то бульканье и звуки ударов дерева о металл, которые били по голове словно звон огромного колокола. Попытка открыть глаза привела лишь к тому что я была вынуждена прищуриться от яркого, заставлявшего глаза слезиться света. Живот в очередной раз свело от голода и я непроизвольно застонала... Послышался частый перестук копыт по дощатому полу и меня накрыла тень, позволившая наконец разлепить мне глаза. Надо мной склонилась молодая на вид светло-голубая единорожка, сочувственно взирая на меня большими зелёными глазами... — Очнулась? — Слишком громко поинтересовалась она, отчего я дёрнулась, желая прикрыть ушки. — Очнулась. Я попыталась что-то ответить, но изо рта вырвалось только негромкое сипение. О Боги, я была слишком слаба... Что же со мной случилось? — Лежи, не вставай. — Не терпящим переканий тона приказала, видимо, хозяйка дома. — У тебя жуткое истощение. Ты как вообще пережила в лесу время страха? А, потом расскажешь, сейчас я принесу тебе укрепляющий отвар. Я смогла только угукнуть носом, проводив взглядом развернувшуюся и зашагавшую прочь пони, после чего наконец смогла осмотреться. Ослепительным источником света оказалась обычная латунная канделябра с одной горящей свечёй из трёх, а я лежала на импровизированной подстилке из, кажется, довольно свежей соломы. Комната вокруг меня была уставлена какими-то стеллажами и ящиками, а пучки трав, кореньев и не понять чего ещё свисали с пропущенных под потолком верёвок или покоились на многочисленных полочках. Кажется, меня положили на каком-то складе... Время тянулось медленно, как липкая смола. Я была абсолютно беспомощна и могла лишь отстранённо наблюдать, как нарезает надо мной круги, противно жужжа, жирная муха, да время от времени прижимать к голове ушки, когда до меня доносились особо громкие звуки из другого конца дома. Попытка напрячь мозги и что-нибудь вспомнить привели лишь к ещё одной вспышке головной боли и моему тихому скулежу. Понятия не имею, сколько продлилось моё ожидание, но когда раздались приближающиеся шаги я улыбнулась. По крайней мере, это означало хоть какую-то компанию. — Как себя чувствуешь? — Вернувшаяся голубая единорожка несла в облачке звенящей магии небольшой исходящий паром деревянный туесок, из которого торчала деревянная ложка. — Говорить можешь? Мой тихий болезненный стон послужил достаточно красноречивым ответом. Сил не хватало даже чтобы набрать воздуха в лёгкие и выдать хоть самую короткую фразу. А уж голова... — Понятно. — Кивнула пони, вставая прямо надо мной и поднося посудину поближе к моему рту. — Тогда хотя бы открой рот. Осторожно, горячее. Залившаяся в меня густая, маслянистая жидкость и впрямь обожгла язык и глотку, заставив меня закашляться, но неумолимо схватившая меня магия единорожки дёргаться мне не давала... — Терпи. — Строго сказала она. — Надо выпить всё. Пытка продолжалась минут пять, пока я боролась с рефлекторными попытками выплюнуть огненный напиток, а моя благодетельница терпеливо продолжала меня поить. В какой-то момент туесок всё же опустел, а я выдохнула, ощущая как болит весь мой рот и горло, ощущая что там явно осталась пара пренеприятных ожогов. — Лежи, отдыхай. — Уверенно, даже властно кинула мне кобылка, уже разворачиваясь прочь. — Поговорим потом, когда почувствуешь себя лучше. Надо признать, награда за перенесённые страдания не заставила себя слишком долго ждать. Хвостик хозяйки дома только успел скрыться за поворотом, а я уже почувствовала, как унимается озноб и дрожь в моём теле, а голодные спазмы желудка постепенно замолкают. Что бы это ни было, видно, такой отвар и впрямь был тем что мне нужно. Веки потяжелели, и я почувствовала, как проваливаюсь в сон, несмотря на чувство будто мой язык кто-то старательно изодрал когтями.

***

Понятия не имею, сколько я пробыла во сне на этот раз, но открыв глаза я обнаружила себя в кромешной, хоть глаза выколи, темноте. Чувство липкого, противного страха снова наполнило меня, заставив сдавленно пискнуть. Я всеми фибрами души чувствовала рядом что-то неправильное... Что-то злое. Я попробовала пошевелиться и поняла, что чувствую себя уже куда лучше. По крайней мере, я вполне могла двигать копытами. Тянувшиеся к душе щупальца замогильного ужаса вызывали желание спрятаться, забиться в любую щель и молиться, чтобы ЭТО меня не нашло. Но помимо страха было и кое-что ещё. Догадка, осознание что приютившая меня кобылка может и не знать о нависшей над ней смертельной опасности. Я должна была спасти её, предупредить! Увы, попытка закричать окончилась лишь неразборчивым шёпотом. Сдавивший грудь страх не давал даже набрать полную грудь воздуха. Я попробовала снова, но результат был тот же. Оставалось только попробовать добраться... Пересиливая собственную немощность, я встала на все четыре мелко дрожащие ноги. Не упасть было трудно, но меня поддерживал страх за себя и за ту единорожку. Стиснув зубы, я шагнула. К счастью, глаза уже успели привыкнуть к темноте и я могла разобрать хоть какие-то очертания и как могла быстро зашагала к дверному проёму, в который уходила моя благодетельница. Я понятия не имела, куда он ведёт, но надеялась, что так смогу добраться до обитаемой части дома. Негнущиеся и дрожащие как осиновый лист ноги вынуждали меня идти мелкими шажками, поминутно рискуя упасть. Я чувствовала как тьма обхватывает со всех сторон, желая утащить, раздавить, уничтожить, стереть саму память обо мне. Я ощущала, что моё время буквально утекает как песок с наклоненного копыта, но упрямо шла вперёд, даже не зная, где искать ту самую кобылу. Когда я наконец завернула за угол, впереди забрезжил из-под прикрытой двери спасительный огонёк пляшущего света. Своим теплом он словно обещал отбросить тьму, спасти меня от её чёрных объятий, но... Чуть свистящий, тихий храп доносился из другой комнаты, совсем близко слева от меня. Я попробовала призвать телекинез, чтобы распахнуть дверь впереди и освободить свет, но рог на моей голове лишь еле мигнул, а я чуть не упала. Оставалось только одно. Повернувшись, я попробовала толкнуть дверь, из-за которой раздавался храп, но та не поддалась. Я чувствовала как моё сердце начинало биться всё быстрее и быстрее, грозя, кажется, порваться. ЭТО было совсем близко, у меня оставалось совсем мало времени. Шагнув вперёд я навалилась на дверь всей массой, и, когда та поддалась, не выдержала и с грохотом повалилась на пол, больно ударившись о него виском. Из сдавленных ужасом лёгких вырвалось лишь тихое, сиплое "беги!" Кажется, моё падение не осталось незамеченным. Я услышала стук копытец о деревянный пол, а затем среди комнаты воссиял яркий, синий свет, заставивший меня зажмуриться, но почувствовать себя в относительной безопасности. — Что случилось?! — Обеспокоенно поинтересовалась кажущаяся в холодном свете собственной магии ультрамариновой единорожка, быстрым шагом направившись ко мне и припав на одно колено, чтобы посмотреть, не поранилась ли я. — Ты не ушиблась? — Я... В порядке... — Давящее чувство в груди пропало, позволяя говорить хоть сколько-то громко. — Там что-то... Что-то... В темноте... — Спокойно, всё хорошо. Там ничего нет. — Копыто синей кобылки нежно погладило мою голову, и это прикосновение было настолько успокаивающим, что мне мигом хотелось ей поверить. — Поспать всё равно сегодня не получится, так что пойдём, поговорим. Ты ведь можешь идти?

***

Сидя за столом со своей благодетельницей за столом, омытая тёплым светом горящего очага, над котором булькало непонятное мне варево в большом котле, я понемногу успокаивалась и выравнивала своё дыхание. Чем дольше я приходила в себя, тем глупее и абсурднее мне казалась моя вспышка паники. В самом деле, я ведь не увидела и даже не услышала ничего страшного. Чего же я тогда так испугалась... Единорожка не торопилась заводить со мной беседу, давая мне окончательно расслабиться и осознать окружающую реальность, отделив ту от собственных кошмарных ощущений. Я огляделась. Место где мы находились, кажется, совмещало в себе кухню и мастерскую травника: небольшая железная печь-плита, в которой тоже весело потрескивали дрова, нагревая медный чугунок с носиком, рабочий столик, заставленный разными рабочими инструментами, от ступки до копытной мельницы и странного кристалльного устройства, несколько закрытых шкафчиков, очаг, и, наконец, стол обеденный, за которым мы сейчас и сидели. Рог кобылки зажёгся и она пролевитировала чугунок к нам, разлив по двум деревянным чашечкам непонятный мне, но очень ароматный отвар. Подавая пример, она взяла чашечку двумя копытами и глотнула немного, я немного боязливо попробовала повторить, памятуя о прошлом опыте общения с горячими напитками, но, на удивление, чуть горьковатая жидкость, касаясь моих ожогов, напротив унимала боль. — Спасибо... — Я осторожно потрогала языком волдыри во рту. Те не болели. — Что это? — Травяной взвар. Немного трав для бодрости, немного для вкуса, и одна очень интересная, для обезболивания. Извини что не дала тебе её вчера, только вечером получилось нарвать. — Моя собеседница одобряюще улыбнулась. — Помогает? Ох, извини, так и забыла представиться, Сильвер Харт, дочь знахарки и травницы. А ты?... — Прости, я не помню своего имени... — Сокрушённо произнесла я и виновато опустила глаза. — Да и вообще ничего не помню... — Вот как? — Сильвер подпёрла голову передним копытом и устремила на меня долгий, задумчивый взгляд. — Совсем ничего? Я только кивнула, сделав ещё один глоток. Воцарилось молчание, единорожка глядела на меня, о чём-то крепко задумавшись и мерно постукивая свободным передним копытом по столешнице. Я также не находилась что ответить, виновато отведя взгляд, изучая тень от котла, пляшущую на стене. — Расскажи мне, — Начала Харт довольно внезапно. — Что ты ощущала, что ты чувствовала, когда прибежала ко мне такой перепуганной? С деталями, пожалуйста. — Скорее уж еле прихромала... — Усмехнулась я и постаралась припомнить захлестнувшие меня тогда ощущения. — Я словно бы была твёрдо уверена, что в темноте есть что-то очень злое и будто... Чуждое, наверное. Я чувствовала, как оно стремиться меня сожрать и вывернуть наизнанку и это было очень страшно. Меня почти парализовало, но я кое-как смогла взять себя в копыта и доковылять до тебя чтобы предупредить... Правда, мне было очень страшно и за тебя тоже. — Нда, это очень интересно... — Кобылка приложилась к своей чашке и только потом поняла, что та опустела. — Знаешь, я наверное знаю, что с тобой могло произойти. Я слышала о подобном, пусть и из Тьма знает каких уст. Тех, кто сумел убежать от Тёмного Духа, тоже терзали подобные страхи, и они тоже не помнили что с ними было прежде. Только вот обычно эти пони были... — Кобылка покрутила копытом в воздухе, пытаясь подобрать нужное слово. — Блеклыми, чахлыми. Боялись любой тени, не могли работать и умирали очень скоро. А вот ты выглядишь довольно бодрой и даже нашла в себе силы попытаться спасти меня. Спасибо. — Было бы от чего. — Фыркнула я. — Это ведь было только в моей голове. — И тем не менее, я догадываюсь, как тебе было страшно. Мне доводилось ощущать ужас от встречи с тварями Тьмы, пусть и не столь могучими. — Покачала головой Сильвер и улыбнулась мне. — Ты действительно необычная кобылка, если решилась помочь неизвестной тебе пони, а не идти к свету. — Угу... — Коротко кивнула я, вспоминая как манил меня к себе огонёк из-под двери, обещая защиту и спокойствие. — Ну не совсем неизвестной, всё же... Ты же меня приютила. — Если бы такие вещи волновали хотя бы половину пони в наше время... — Сильвер невесело хмыкнула. — Слушай, если уж ты не помнишь своего имени, а величать тебя Безымянной как-то глупо... О Темнолесье, мать меня убьёт за то что я приглашаю тебя в семью без её дозволения, но... Как тебе имя Брейв Харт?