Дождь свёл нас

12.09.17

Наступило утро нового дня. За окном по-прежнему можно было наблюдать синее безоблачное небо и сияющее солнце, от которого по комнате бегали солнечные зайчики. Листья мирно падали, придавая дорогам яркий вид. Хочу уточнить, что всё это время я проводил в квартире Антона, а он и не был против, кажется наоборот, очень даже рад. А спал я в отдельной комнате с двуспальной кроватью. Насладившись запахом этого очаровательного утра, я вновь уловил нотки чего-то вкусного, что доносилось с кухни. Как всегда, Тоша Шаст готовит что-то невероятно потрясающее, благодаря чему ты хоть весь день можешь быть сытым. Если мне не изменяет память, то едва вдохнув крупицу чарующего аромата, я смог подняться с кровати, а затем поволок свои ноги на кухню. Как только я вошёл в происходящую кулинарию, так понял, что Антон готовил мою любимую яичницу — скрэмбл. А также кофе, который после моих предпочтений приобрёл изысканный вкус. Мне нравилось наблюдать, как парень ловко справляется со всеми ингредиентами и техникой. — Доброе утро, соня! — бросил парень, не оборачиваясь. Щёки невольно вспыхнули румянцем, а в голове промелькнула мысль — неужели я так долго спал, что теперь получаю такие прозвища. А, ну конечно, как я мог забыть. Вчера Шаст познакомил меня с командой людей, где он работает — проект «Импровизация». Я даже узнал своего старого лучшего друга — Серёжу Матвиенко. Вот так встреча. Антон нахваливал меня перед ребятами и рассказывал про мои уникальные актёрские способности, говоря, что у меня определённо есть талант и я сыграю великую роль в одном из фильмов. Я следил, как все внимательно слушали информацию и не перебивали, моментами поглядывая в мою сторону. Все, за исключением одного человека — Стаса Шеминова, креативного продюсера. В его лице читалось подозрение и неприязнь. В общем, Шасту удалось договориться и теперь я являюсь одним из членов Шоу «Импровизация». Видимо, день, наполненный насыщенными событиями, повлиял на меня, что спал я без задних ног — глубоким сном. — Доброе. — ответил я, зевая, и уселся на стул. Царила домашняя атмосфера и уют: Антон, со своими кучеряшками на голове, одетый в свободную белую футболку и просторные бежевые штаны, приготовил мне завтрак, я же, находясь в своей чёрной футболке YA и серых спортивных штанах, не успел привести волосы в порядок, что был похож на взъерошенного галчонка. Из нас бы получилась замечательная семейная пара Пока я уплетал желток, Шаст заварил себе крепкий чёрный чай. — Короче, я узнал, что у нас в городе открылся новый парк аттракционов. Кажется, «Диво-остров» называется. Арс, может сходим? — Прямо сейчас? — не задумываясь о последствиях, спросил я. — А чего тянуть, ну что погнали? — с надеждой в глазах на положительный ответ смотрит Антон. Ну а как я мог отказать человеку, который покорил меня своим безбашенным характером. А если ты хоть раз взглянешь в эти зеленоватые глаза, то не сможешь устоять. Про улыбку я вообще молчу… Поэтому мой ответ был очевиден. Так мы позавтракали и пошли переодеваться. В голову закралась мысль впечатлить Шаста модным образом или, как принято говорить по-современному, луком. Поэтому я надел свои чёрные джинсы с рваными коленками, футболку нежно-розового цвета и поверх джинсовку, а также кеды. Вполне стильно. Антон же оказался передо мной в белых штанах, светлой футболке и рубашке и, увидя меня, успел одарить милым смехом. Как перестать им восхищаться? После чего мы отправились на свидание в парк. Уже подходя ко входу, было слышно весёлую музыку, предвещающую блестящее настроение. Она доносилась из фонтана, расположенного в центре парка. Поэтому, первым делом, мы направились к источнику звука. Изящная архитектура предстала перед нами. Вода растекалась множественными струйками. Из самой верхушки происходили постепенные «выстрелы» ввысь. Если слишком приблизишься, то будь готов полностью промокнуть, учитывая сильный и обильный напор воды. С какой целью я это пишу? — спросите вы. Что ж, именно это я и сделал, но не по своей воле. Антон захотел прокатить меня верхом, так что позволил мне ухватиться за его шею, а сам же поймал мои ноги и стал оббегать фонтан по кругу. И как же я не догадался, что этот придурок совершит дальше? Навернув около трёх кругов, Шастун прижал мои ноги сильнее и лишь твёрдо сказал: — Держись крепче! Я сразу понял, что сейчас нас ждёт освежающий душ, поэтому вцепился в шею мёртвой хваткой и приготовился. Антон приблизился к объекту вплотную и, перешагнув, оказался внутри конструкции. Кажется, я потерял дар речи, когда открыл глаза, и мигом моё лицом накрыл поток воды, довольно тёплый для сентября. Осень вообще оказалась удивительно насыщенной солнцем, и температура не опускалась ниже 18 градусов. Задорный смех Шаста разливался по сторонам. Люди смотрели на нас и, наверное, посчитали чокнутыми. Знаете, а что если мы действительно такие? Ну, те самые сумасшедшие, одурманенные своими чувствами, которые живут в особенной реальности — собственном мирке, где никому кроме них самих не дано понять эту Вселенную. Антон кружил меня вокруг фонтана, заряжал своей позитивной энергией. Взамен я предложил кружится на месте, держась за руки. Тоша Парень улыбнулся во все 32, так мило, искренне и по-детски. И мгновенно вложил свои ладони мои. Я взглянул в его глаза, которые уже горели и светились, как бы сообщая мне: — Давай! Давай сделаем это! И, смотря в эти глаза, хотелось согласиться и совершить любую глупость, тем самым получить незабываемые эмоции и насладиться моментом. Я решился — крепко сжав вложенные ладони Шаста, наши пальцы переплелись и соединились, словно деталь нашла свою недостающую вторую половинку. Тогда-то я и смирился с этой реальностью. Плевать на других и их мнение. Совершая стремительные обороты, нам не раз приходилось удерживать равновесие друг друга, чтобы не упасть. Это было сложновато, но мы справились успешно. И продолжили дурачиться, брызгаясь и обливая водой друг друга. До сих пор вспоминаю его намокшую кудрявую чёлку, прилегающую ко лбу, и влажные губы. Возникало желание накрыть эти губы своими и утонуть в сладком поцелуе, совершив ещё большую глупость. В завершение дня мы купили сахарную вату. Антон и тут успел повесить мне на нос кусочек сладости. Сделав то же самое в ответ, Шаст облизнул кончик носа, избавившись от моей мести. Как обычно выкрутился. По приходу домой, Шастун сделал для нас какао. И, расположившись на диване, под разноцветным пледом, мы принялись за просмотр сериала «Друзья». Может у нас и нет никаких взаимных чувств, хотя это ещё неизвестно. Одно я знаю точно — мы счастливы вместе и уже не сможем по отдельности. Мы связаны одной нитью.

***

17.11.17

И вот, спустя два месяца наступает день, когда я понял, что не могу больше держать в себе все накопившиеся мысли и чувства. Это невыносимо. Это убивает изнутри. Мы сидели у окна, как в тот самый первый раз, при нашем знакомстве. Вот она, ещё одна неуместная глупость. Собрав всю волю в кулак, я повернулся к Шасту, который уже держал свой взгляд на мне, посмотрел так глубоко ему в глаза, как никогда не делал. Аккуратно приложил свои ладони к его щекам и без лишних слов, лёгким и быстрым движением притянулся и коснулся губ, отвернувшись. Прошло лишь мгновение, но, казалось, будто оно длилось вечность. Мне так не хотелось поднимать свои глаза, чтобы не встречаться со взглядом Шаста. Даже промелькнула мысль, что всё это несбывшийся сон, который не имеет конца. Пока мы сидели в данной позе, я мог слышать учащённое сердцебиение Антона, а потом его нежное движение рук, касание моего подбородка. Шастун развернул моё лицо на себя, приблизился настолько, что у меня перехватило дыхание, и сотворил такой же мимолётный поцелуй, пронзительно заставший моё сердце содрогнуться, а затем Шаст резко обхватывает мою шею обеими руками, притягивает к себе, словно боясь потерять, и наши губы сливаются в страстном поцелуе. Я не мог поверить, что всё, что сейчас происходит — реальность. Как вдруг, отстранившись от моих губ, переводя дыхание, Антон произнёс: — Извини, Арс, это неправильно, этого не должно было случиться, тебе следует уйти. — Шаст, подожди. Ты меня сейчас просто так возьмёшь и прогонишь? После всего, всех тех эмоций, которые мы испытывали на протяжении этих поистине потрясающих 6 месяцев? Минута молчания — Я тебя понял, Антон…и.…просто хочу сказать спасибо за это чудесное время, проведённое вместе. И я покинул его дом.

***

Я шёл по одинокому бульвару, все мысли были перемешаны, создавая в моей голове паутину, которую невозможно было распутать. Войдя в свою квартиру: тёмно-синие тона, слева — диванчик, обитый синим, но уже местами потёртым бархатом, стол, тумбочка, зеркала, справа — старая потёртая стенка, заполненная книгами, приглушённый свет для удобства глаз; я сразу бросил свой зор на то самое окно, где, сидя на подоконнике, мне нравилось довольствоваться просторами города. В окне уже можно было увидеть не солнечное и яркое, а тусклое и бледное небо. Погода предвещала появление дождя. Не раздеваясь, я направился в сторону ванной комнаты, где ополоснул своё затуманенное лицо ледяной водой, чтобы привести разум в работающее состояние. Я опустился на холодный кафель, достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. Выкуривая подожжённый табак, я начал представлять Антона, сидящего напротив: как наши взгляды направлены друг на друга, и в них читается дикое желание заключить друг друга в объятья и не отпускать, словно хищные звери, не в силах сдержать себя. Тут начинает звонить телефон, на экране которого высвечивается номер Димы Позова — замечательного человека, с кем меня познакомил Шаст на съёмках шоу. Поднося телефон к уху, я отвечаю на звонок и чувствую, как внутри что-то вдребезги разбилось, словно самая важная частичка, принадлежащая сердцу, покинула его, оставляя пустым и наполняя грустью. Поз сообщил, что Антон уехал из Питера в Воронеж — город, откуда он родом. Проронив навернувшуюся слезу, я выронил телефон из руки и, прислонившись спиной к ванне, закрыл глаза и старался успокоить вылезающее из грудной клетки сердце. И потеряв силы бороться с эмоциями дальше — уснул, отключился, не желая воспринимать происходящее. В последующие две недели я находился в своей квартире в полном одиночестве. Я потерял счёт времени. Мне никого не хотелось ни видеть, ни слышать. Я бродил между комнатами и вспоминал все те встречи, совместные прогулки, ночные видеозвонки; время, когда я был счастлив более, чем когда-либо. Больше не стараясь сдерживать поток горьких слёз, я свалился на пол в неудержимой истерике от боли и невзаимности. Я был уверен, что мои крики были слышны по всему городу, но меня это не волновало. В таком истошном состоянии я провёл около 3 дней, если не больше, пока не решил попытаться забыть Шаста и вычеркнуть его из жизни. Если бы я не сорвался в тот момент, не дал бы волю эмоциям, овладевшим мой разум, возможно, сейчас всё было бы хорошо… В течение последующих нескольких дней я принимал антидепрессанты, которые выписал врач. Постепенно самочувствие улучшалось и приходило в норму, ощущалось облегчение. Тут я вспомнил про свой телефон, брошенный в ванной комнате. Я не поднимал устройство с того последнего судьбоносного звонка — не хотелось. Поставив смартфон на подзарядку, я увидел множество пропущенных звонков и сообщений от Поза. Не теряя ни секунды, набрал нужный номер и застыл в ожидании. Дима ответил моментально: — Арс, блядь, ты где пропадал? — Да так, подорвал своё ментальное здоровье — пришлось восстанавливать. Небольшое молчание — Тогда тревожить тебя лучше не стоит, нервы не стальные. — Поз, говори, как есть и не смей соврать или упустить детали. Я слушаю. Уловив глубокий вдох-выдох на той стороне телефона, я уже приготовился к худшему. — Антон сделал предложение Ире — девушке, с которой, как оказалось, был роман уже больше двух лет. Ещё один удар… — Арс, только не отключайся на этот раз. Послушай, ведь ещё не всё потеряно, так? — Арс?.. Арсений, ответь хоть что-нибудь, мать твою! — Арс, я сейчас приеду, только дождись, понял меня?! Застыв на месте, в одной позе, я чувствую, как всё моё тело будто парализовано, мои брови поднимаются, делаются дугообразными и сводятся к переносице, бешено колотится сердце, пропуская удар за ударом, уголки рта сжимаются, сдерживая крик — ощущение отчаяния и беспомощности, среди которых преобладала душевная боль. А ещё возникновение сильной обиды. Этот эмоциональный наплыв помог мне понять одну простую вещь, которую я отвергал на протяжении всего времени. Антон — это человек, в которого я влюбился с нашей самой первой встречи, с ним я чувствую себя намного счастливее, он наполнил мой серый мир яркими красками. И без этого спасительного «луча солнца» в бесцветном небе я и жизни не вижу. Услышав яростный звонок в дверь, я смог найти силы подняться и открыть её. Как только я провернул защёлку, влетел Дима и, переживая, начал расспрашивать, как я и, что собираюсь делать дальше. Но у меня было настолько подавленное состояние, что я ничего не слышал, в глазах была пелена, голова не соображала. Никому не пожелаю испытать эти ощущения на себе «Больно дышать, потому что каждый вздох доказывает, что я не могу жить без тебя»

***

Время окончательно перестало существовать для меня. с того дня, как Поз сообщил новость, однако сегодня он предложил одну гениальную идею, по правде говоря, до сих пор не могу понять, как до этого можно было додуматься. Но эта идея дала мне последнюю надежду. Этим же вечером Дима должен был созвониться по видеозвонку с Шастом. Я сидел рядом, но так, чтобы не попадать в кадр. Поговорив на разные темы, Поз затронул отношения и задал вопрос, от которого перехватило дыхание, сердце замерло в ожидании ответа. — Антон, а в кого ты влюблён? — В Арса, ты забыл, что ли? — Да нет, не забыл. Поз переключает камеру на меня. Мои глаза округляются от услышанных заветных слов, искрясь и разгораясь, а уголки рта сжимаются в непроизвольной улыбке. «Любовь — это когда счастье другого есть необходимое условие вашего счастья» Мой глубокий взгляд был направлен в камеру так же, как и недоумевающий взгляд Шаста. И никто не осмеливался заговорить. Ситуацию спасает Димка Позов. — Во-первых, хочу извиниться перед тобой, Шастун, за такую подлость, но без неё никак нельзя было обойтись. — Арс, тебе тоже хочу сказать прости, за то, что скрывал чувства Антона к тебе, но я думаю, ты сам всё понимаешь. — А теперь, я пойду. Совет — просто начните диалог, а дальше разговор сам пойдёт в нужное русло. Дима отключился и оставил меня с Шастом наедине, покинув комнату. — Антон, позволь кое в чём признаться перед тем, как ты отключишь звонок. Единственное, о чём попрошу — выслушай, пожалуйста, до конца. — С того момента, как мы случайно встретились с тобой, я не могу спокойно жить: я все время мечтаю оказаться в твоих объятиях, чувствовать запах твоего тела, сходить с ума от твоих прикосновений. Люблю ли я тебя?! Как можно любить или не любить свою душу, свою судьбу, свое будущее и настоящее? Все, что было в моей жизни до тебя, как будто было не со мной. Для меня важно лишь то время, которое я провожу с тобой или в ожидании нашей встречи. Будущее для меня имеет значение, если только рядом со мной будешь ты. Я хочу положить к твоим ногам Вселенную, мир и свою душу. Самые нежные слова не способны выразить все то, что я ощущаю, что я хочу для тебя сделать. Я так хорошо знаю каждую черточку твоего лица, что достаточно на секунду взглянуть, чтоб понять твое настроение и желания. Пусть так будет всегда. Твоя рука крепко держит мою, а твое сердце бьется в унисон с моим. Теперь ты понимаешь мои чувства? Прошептав последние слова, я замолчал и поник, опустив взгляд в пол. — Говорят, что люди рождаются с одним крылом, и лишь обнявшись, они могут летать. Когда мы с тобой вместе, я чувствую то же самое: я просто летаю от счастья. Каждый твой звоночек для меня — праздник. За каждый твой взгляд я готов отдать всё на свете. И хочу, чтобы ты знал: я тоже очень сильно тебя люблю. Антон сказал эти слова с такой искренностью и уверенностью, с какой никогда не говорил прежде. Его взгляд уже выглядел таким родным, нежным и любимым. Неужели это произошло? Мы действительно признались друг другу в своих чувствах… Но что нас ожидает в дальнейшем? Сколько ещё часов мы провели за разговорами по душам, не могу сказать, но я не хотел, чтобы это заканчивалось. Я не стал спрашивать о той девушке. Для чего в данный момент портить такую обстановку? Ведь теперь всё почти всё прояснилось. А главное то, что наши чувства оказались взаимными.