Мне всегда было плевать

Сквозь сон где-то вдалеке слышались голоса детей, кто-то из них смеялся, кто-то просто разговаривал. Сандроп, лёжа ещё в полу-сне, повернул голову на звуки, в тот момент он почувствовал, что лежит на чём-то мягком. Не открывая глаз, он начал смутно вспоминать, что произошло: «Дети...тихий час...». Рука нащупала край одеяла, которым был накрыт парень. «Мун...я упал», — продолжал вспоминать он, — «Я уронил вещи...уронил?...Нет, бросил...опять срыв..». Сан резко распахнул глаза, сев на кровати, сжимая одеяло в обеих руках. События наконец полностью восстановились в памяти, он с тревогой оглядывал комнату, всё ещё не убранную после случившегося. — Как долго я спал? — Сан задал вопрос сам себе. Он опустил взгляд вниз. Только сейчас пришло осознание того, что он спал на кровати, ещё и укрытый одеялом. «Когда я успел лечь?» — промелькнуло в голове. Восстановлении хронологии действий прервал визг ребёнка со стороны игровой комнаты. Сан как ошпаренный вскочил на ноги и помчался к двери, как вдруг замер. Свет в детском саду горел. Неужели он проспал свою смену? Неужели дети были совсем одни после тихого часа? Солнце уже неосознанно начал корить себя за это, он судорожно посмотрел на часы. 17:45, вот-вот должны прийти родители, чтобы забрать его маленьких друзей. Парень собирался было уже рвануть в игровую, но его остановил знакомый голос, послышавшийся оттуда: — Тихо, он придёт к вам завтра! Монотонный и сдержанный тон, но с нотками явного раздражения. Сан не мог поверить своим глазам: в зале дети с миллионами вопросов окружили второго воспитателя. Мундроп сидел на огромном кубике, пытаясь успокоить толпу малышей, которые кстати не выглядели растроенными. Напротив, они с интересом расспрашивали Луну о пропаже Солнышка. — Солнце просто устал и отдыхает, а завтра он обязательно вернётся, — снова устало повторил Мун. Тут двери детского сада открылись, и дети гурьбой посыпались в объятья родителей, наперегонки рассказывая о том, что они делали сегодня. Сандроп словно окаменел, он понимал, что если Мун заменил его, значит он всё видел, значит он заходил в комнату после того, как Сан заснул. Этого парень и боялся. Нужно было срочно придумать что-то. Второй воспитатель уже закрыл двери за гостями. Окинув взглядом весь беспорядок, он остановился, по всей видимости, размышляя, стоит ли идти проверить напарника. Ему меньше всего сейчас хотелось разбираться или выяснять что-либо, Луна был безумно вымотан, он сейчас сам с удовольствием лёг бы спать. Он не привык играть с детьми. Уложить их — это одно, а управляться со всей группой, когда они полны энергии и хотят играть сразу во всё одновременно — это совсем другое, особенно учитывая то, что раньше Мун ни разу этого не делал. Он поправил съехавший на лоб колпак, и направился к комнате Сандропа, в надежде, что новых «сюрпризов» не произошло и тот просто спит. Открыв дверь, он увидел, что Солнце сидит на кровати. По выражению лица было сложно догадаться, что несколько часов назад этот парень плакал. — Привет, Муни! — тот дружелюбно помахал. Мундроп, не лишаясь безразличного взгляда, произнёс в ответ: — Уже встал? — Ага, — Солнце продолжал беззаботно улыбаться, болтая ногами в воздухе. — Не потрудишься ли обьяснить, чем комната так перед тобой провинилась? — темноволосый указал рукой на разгром в помещении. Сандроп удивлённо, словно не замечал этого раньше, огляделся, попутно рассказывая: — Ой, точно! Я и забыл. Во время тихого часа я хотел достать новые фломастеры с той полки, — блондин указал на одну из полок, находившуюся почти под самым потолком, — и чтобы дотянуться до туда, я встал на стол, но не удержал равновесие и упал. Я схватился за стойку, пока падал, и она тоже грохнулась, прямо на тумбочку. Солнце, увлечённый своим рассказом, хихикнул, на что второй скептично закатил глаза. — Правда? Ты упал и в полёте решил прилечь поспать? — А? Нет-нет, спать я лёг уже после. Мы с маленькими друзьями так много игр придумали, что я оооочень устал за день, вот и заснул. Последнее он произнёс с явной ноткой вины в голосе. Однако, было сложно заподозрить, что Сан говорит неправду, настолько искренне улыбаясь он обо всём рассказывал. — М, ну ладно. Ты уберёшь всё? Я бы предпочёл самому пойти спать. Голубоглазый резко встал и подскочил к Муну: — Да, разумеется! Я выспался и теперь полон энергии. Теперь я вообще не хочу спать, а ты иди отдыхай! Прости, что заставил беспокоиться, — тараторил тот, попутно пытаясь собирать с пола листы бумаги, которые предательски выпадали из не слушающихся рук. — Беспокоиться? Ты просто спал. С чего мне беспокоиться? — Мун заметил резко потухший взгляд того. Солнечный перестал болтать, отведя на мгновение глаза в сторону, после чего снова собрался с мыслями. — Да, точно, ахах, я просто шучу. — Славно, тогда я спать, устал пипец с ними, — Мун развернулся к двери. — Муни? Тот замер, в ожидании новых деталей произошедшего: — Да? — Спасибо, что подменил меня! С меня конфетки! — голос Сандропа снова звучал задорно и громко. — Не за что. Луна вышел за дверь, и направился в свою комнату. Он не против был бы поверить в то, что говорит Сан. Вот только если бы не одно «но»: те самые новые фломастеры лежали в комнате Мундропа.