Ты мой дракон

Следующие репетиции проходили в более приятной и спокойной обстановке, Хан и Хёнджин перестали враждовать, они наоборот сблизились из-за того разговора. Всем бы радоваться, но Линоу становился более раздражительным, когда слышал их шутки, заставляя отрабатывать в дополнительное время. Феликс, глядя на это, злился и посылал неодобрительные взгляды в сторону тренера, на что тот почти не реагировал, но спустя всего десять или пятнадцать минут сверх основного времени занятий, отпускал провинившихся под одобрительную улыбку блондина. Хёнджин начал замечать, что Феликс смотрит как-то иначе на Линоу, чем на всех остальных. Было в его взгляде что-то теплое. Да и Линоу в долгу не оставался, отпуская в его сторону многозначительные взгляды. Хёнджину это не нравилось, и он все чаще старался загородить блондина собой, чтобы Линоу не пускал на него свои слюни. Хан побаивался Линоу, как мышь кота, он старался танцевать так, чтобы получить одобрение тренера, а когда он улучшился настолько, что на него перестали обращать внимание, он специально лажал и Линоу вновь держал на нем свой взгляд, на радость хитровыделанному Джисону. Вот и сегодня Линоу закончил репетицию привычным набором предложений: — Феликс, делаешь успехи. Хёнджин, очень хорошо. Хан, будь внимательней. Все свободны, кроме Чонина. Когда ребята почти освободили зал, Линоу встал рядом с Чонином и показал ему движение, которое не получалось у мальчишки. — Давай еще разок вместе. Следи за моими руками. Поехали. Тот повторил за ним, но сам понял, что делает что-то не так и извинился. Линоу улыбнулся и подошел к нему сзади вплотную, заставив Иени смутиться, но тренер взял его руки в свои и показал еще раз, как они должны двигаться, не обращая внимания на покрасневшие щеки младшего и застывшие лица Хана и Хёнджина. Феликс накинул куртку и вышел из танцзала, Хёнджин проводил его взглядом и последовал за ним, ему показалось, что блондин расстроен. Он всю дорогу до общежития пытался заговорить с соседом, но так и не смог заставить себя начать разговор про Линоу. И знал почему. Этот разговор мог расстроить Феликса. Но с еще большей вероятностью Хёнджин мог расстроиться сам. Он был не готов к этому и молчал, но все равно шел рядом, чтобы в нужный момент подставить ему свое плечо. Феликс вел себя как обычно. Ребята вместе поели, поздно ночью сходили на тренировку и, вернувшись к себе, легли спать. Но глубокой ночью Хёнджин проснулся от громких всхлипываний блондина и резко сел на кровати. — Феликс, что случилось? Ты плачешь? Хёнджин поднялся и включил настольную лампу. Феликс тоже сел и, свесив ноги, завернулся в одеяло. — Я не плачу. Нос потек. Кажется, я заболел. Хёнджин посмотрел на парня и, не заметив в его глазах ни одной слезинки, напугался сильней. — Ложись обратно, я принесу теплой воды и лекарства. Когда Феликс лег, Джинни укрыл его еще и своим одеялом и вышел из комнаты. А когда вернулся, в его руках была кружка с горячим чаем и стакан с теплой водой. Порывшись в ящике стола, он нашел порошок от простуды и насыпал его в стакан. — Давай, я помогу сесть. Хёнджин помог Феликсу выпутаться из одеял и подложил подушки ему под спину, чтобы он смог нормально сесть и выпить лекарство. Поправляя подушку, он случайно коснулся его лица щекой и замер. Они одновременно повернули головы друг к другу, и момент чуть не стал еще интимней и напряженней, но Феликс, встретив темный взгляд соседа, шепнул: — Ты замерз, у тебя кожа холодная. Джинни отодвинулся, смутившись. — Это не я замерз, это у тебя температура поднялась. Феликс прижал к своему лицу обе ладони со стоном. — Теперь понятно, почему так скулы ломит. — Потерпи немного, выпей лекарство, надо сбить температуру. Блондин послушно кивнул и принял из рук соседа стакан с раствором. С жадностью выпив жидкость, он виновато поднял глаза на него. — Прости, что беспокою тебя ночью. Он хотел сказать что-то еще, но неожиданно закашлял, хватаясь за горло. Хёнджин забрал стакан и подождал, когда пройдет приступ кашля, потом предложил кружку чая и сел рядом. — Пей осторожно, он как раз немного остыл, сейчас нельзя горячее. А я пока поищу мазь. Хёнджин снова открыл ящик стола и, немного порывшись, нашел мазь в маленькой баночке. Слабо улыбнувшись, вспомнил, как мама намазывала ему шею и грудь, когда он простудился в последний раз. Закрыв ящик, он повернулся к парню и едва успел поймать кружку с недопитым чаем, прежде чем он пролился на одеяло. Джинни посмотрел на Феликса. Парень сидел в коконе из одеял с закрытыми глазами. Хёнджин усмехнулся, покачав головой. — Такой милый. Он тихо поднялся и осторожно уложил соседа на кровать, подоткнув одеяло со всех сторон, оставив только верхнюю часть. Снова сел рядом и потянул вниз воротник футболки Феликса. Взяв пальцами немного мази, он разогрел ее своим теплом и стал намазывать кожу на шее и ключицах, затем спустился ниже, насколько позволял ворот и собственная решимость. Все эти секунды он почти не дышал, с осторожностью сапера касаясь горячей кожи блондина. Потом вдохнул, ощутив легкое головокружение, и закутал парня в свой шарф, после чего укрыл одеялом. Хёнджин был рядом всю ночь. Он поправлял его одеяло, замерял температуру, смачивал пересохшие губы мокрым бинтом, вытирал полотенцем пот со лба и смотрел на его напряженное лицо, стараясь разгадать, что ему снится. *** Маленький дракончик, устав плавать под водой, решил вынырнуть и взлететь над озером, чтобы осмотреть свою обитель. Но, поднявшись до самой поверхности, больно ударился о зеркальную гладь и спрятал мордочку под маленьким крылом. Озеро покрылось ледяной коркой, мороз за ночь окреп и сковал водную гладь. Ощути себя в ловушке, дракон начал биться корпусом об твердую поверхность, но все безуспешно. На миг ему показалось, что злобные жнецы пожаловали за ним, чтобы утащить в свои владения, когда над ним промелькнула большая тень птицы. Но, то была не птица. Дракон побольше, летая над деревней, заметил, как в низине что-то блестит и отправился к озеру. Поблескивали хрусталики воды, застывшие в причудливой форме. Его внимание привлек какой-то шум. Он заметил, что под коркой льда трепещет маленькое животное, попавшее в ледяной плен. Понимая, что само оно не справится, дракон опустился на поверхность и опалил ее своим огненным дыханием. Потом еще и еще раз, но лед был слишком крепок и даже под ударом лапы не дрогнул. Он заволновался, когда заметил под собой мордашку маленького дракона и начал царапать лед своими когтями, но тот все равно не поддавался. Тогда большой дракон взмыл в небо, насколько посчитал достаточным и обрушился вниз, рассекая гребнем воздух. Малыш-дракон, увидев тень, несущуюся с небес прямо на него, отпрянул вниз, на дно озера и затаился. Резкий звук ломающегося льда заставил его вздрогнуть и зажмуриться. Когда рядом с ним проплыло что-то мощное, зацепив потоком воды, он встрепенулся и понял, что его тянет наверх. Оказавшись на поверхности, маленький дракон расправил свои крылья и поднялся над озером. Он взглянул вниз, чтобы рассмотреть своего спасителя и был удивлен встретить себе подобного таких огромных размеров. *** Феликс открыл глаза. Он ощутил приятный запах и улыбнулся. Нос дышал свободно, голова не болела и он смог сесть. С удивлением обнаружив на себе шарф Хёнджина, он понял, откуда исходит аромат эвкалипта. Видимо, сосед заботился о нем ночью, но вспомнить этого он не смог, вероятно, из-за высокой температуры ему все показалось сном. Протерев глаза, парень посмотрел на соседнюю кровать. Она была пуста. Блондин огляделся вокруг, все было чисто прибрано, как всегда, а на столике рядом с ним стояла кружка с дымящимся чаем, и почти в ту же секунду в комнату вернулся Хёнджин с тарелками в руках. — О, проснулся? Как самочувствие? — Все хорошо, Хёнджин, спасибо. Феликс погладил шарф на своей шее и робко улыбнулся. — Тогда давай поедим, скоро лекция. Идешь на занятия или отлежишься? — Я пойду. Феликс свесил ноги с кровати и потянулся за кружкой, но столик оказался немного дальше и он чуть не потерял равновесие, благо Хёнджин оказался рядом, когда поставил тарелки на столик.Он поймал его за руку, оказавшись с ним лицом к лицу. Снова. Феликсу показалось, что он видел это во сне. Только в прошлый раз на лице соседа не было ранки. Феликс неожиданно для обоих коснулся кожи рядом с раной на лице Хёнджина. — Когда ты успел пораниться? — Пока готовил омлет, замерз, форточка была открыта. — Хёнджин отпустил руку Феликса и выпрямился. — Хотел закрыть ее, но она снова открылась из-за сквозняка и я ее остановил. Головой. — Ты мой герой. Феликс подумал, что шутка будет смешной, но оба испытали неловкость от первых двух слов. Блондин отвернулся, он выудил из кармашка своего рюкзака маленький конвертик. Распаковав его, достал пластырь и встал с кровати. Он подошел к Хёнджину и приподнялся на носочках, чтобы было удобней. — Не двигайся. Джинни не хотелось ходить с пластырем, но он не смог отказать Феликсу и даже опустил голову вниз, чтоб тому было удобней. И пока парень заклеивал его рану, он бесстыдно, но незаметно пялился на его губы, так кстати оказавшиеся напротив его глаз. — Спасибо. *** Еще один тревожный день настал для Чонина. Когда днем ранее Чан привез его из участка в школу, он вместе с ним прошел в его комнату, проверил все углы, заглянул под кровать, открыл дверцы шкафа и даже нырнул под стол. Не заметив ничего подозрительного, посмотрел на мальчишку. — Обещай, что будешь осторожен. Не отвечай на незнакомые номера, и не верь никому, кто скажет, что пришел от меня. Чтобы не происходило, не паникуй. Найди возможность позвонить мне, если произойдет что-нибудь подозрительное. Чонин старался изо всех сил не начать паниковать прямо сейчас, но теплые руки куратора, лежащие на его плечах, придавали уверенности, что он в любом случае сможет о нем позаботиться. Ян кивнул и проводил взглядом фигуру Чана, исчезнувшую за дверью. Только теперь он обнаружил, что куртка следователя все еще на нем. Он выскочил за ним из своей комнаты и догнал возле аудитории, где уже собрались все его одноклассники. Чан позвал Чанбина и отошел с ним в сторону, когда Ян обратился к нему. — Вы забыли свою куртку. Чонин протянул мужчине его одежду и поздоровался с наставником. — Чанбин-хён, я вернулся. Простите, что пропустил занятия. — Все хорошо, Иени, я знаю. Наверстаем сегодня. — Да. Мальчишка поклонился куратору и вернулся к себе, чтобы взять тетрадь, прежде чем присоединиться к остальным на лекции… Чанбин и Чан несколько минут говорили о чем-то, после чего следователь ушел, а Чанбин достал телефон… Вот и сегодня Чонин проснулся с тревожными мыслями. За сутки, что он не виделся с Чаном, тот ни разу ему не позвонил. Зато Чанбин и Линоу ходили возле него кругами, контролируя каждый его шаг. Мальчишка начал испытывать вину за то, что рассказал куратору про Линоу и наркотики, хотя Чан ни словом не обмолвился об этом, когда говорил с Чанбином. Он только попросил его присмотреть за Яном и Линоу. После репетиции, когда все разошлись по своим делам, Чонин вместе с Линоу еще раз прогоняли танец. Яна терзала одна мысль, и тренер это заметил. Он выключил музыку и сел на пол, похлопав по паркету рядом с собой, приглашая парня присесть. Чонин опустился вниз и сел, скрестив ноги перед собой. — Что происходит? Чонин долго молчал, решаясь все рассказать, а потом выпалил на одном выдохе. — Тот чемодан не принадлежал следователю, я думаю, его хотели подставить, но он об этом не знал, пока я все не рассказал. Все это время в его кабинете был жучок, но я не называл имен. Это может быть кто-то из его коллег. И мне страшно. Линоу забыл, как дышать. Он понимал, что ему грозит тюрьма, это лишь дело времени, но не это его напугало. К такому повороту событий он был готов с того самого момента, как связался с дурной компанией. А чтобы выйти из нее и забрать с собой Иени, которого сам же туда и привел, он должен был откупиться. А где взять такие суммы школьнику? Ему предложили вытащить из полицейской машины чемоданчик, напичканный порошком и передать главарю в качестве платы. Линоу тогда согласился, потому что не видел другой альтернативы спасти задницу Чонина и свою. Он и предположить не мог, что окажется втянутым в полицейские разборки, а это пострашней бандитских. Линоу беспокоился в первую очередь за своего брата, чтобы тень его испорченной репутации не легла на плечи младшего. И еще он боялся за Чонина, который тоже мог пострадать по его вине. Хоть Линоу и казался всем холодным и равнодушным, на самом деле это было далеко не так. И он смотрел на готового разреветься Иени, чувствуя себя последним подонком за то, что втянул его во все это. Мальчишка всхлипнул. — Простите, что проболтался. Линоу помотал головой, давая себе несколько секунд, чтобы совладать с собственными эмоциями и положил ладони на его коленки, успокаивая. — Ты не виноват, Иени. Ты все сделал правильно. — Линоу успокоился сам. — Когда меня арестуют, я возьму все на себя. О твоем участии никто не узнает и ты должен все отрицать. Понял? Чонин уставился на Линоу, как на глупого мальчика и перешел на шепот: — С чего вы взяли, что вас арестуют? — Мне не простят историю с наркотиками. Даже если они не мои. — Линоу-хён, следователь Чан так с вами не поступит. Я уверен. Но мы обязаны ему помочь. Он столько всего сделал для меня. — А что мы можем? — Мы могли бы узнать, кто ему этот чемоданчик подбросил. Может, вы что-нибудь знаете об этом? Линоу почесал голову и придвинулся к Яну чуть ближе, будто кто-то мог подслушивать их. — Я знаю только, что это отработанная схема у местных дилеров, им сообщают номер автомобиля и адрес, где он припаркован, а дальше… ты уже знаешь. Как чемодан попадает туда мне неизвестно, но могу предположить, что кто-то в полицейском участке нашел для себя дополнительный заработок и технично распродает конфискованный порошок. И лучший способ вывоза — автомобили личного состава, которые ни о чем таком даже не догадываются. А в тот раз Чан поймал тебя на угоне, и схема могла быть нарушена, может потому у него и висела прослушка, чтобы выяснить, кто такой смелый и зачем понадобилось угонять полицейский автомобиль. Вот же черт. Дверь танцзала распахнулась. Чанбин увидел парней на полу. — Вы чего тут шепчетесь? Все уже заждались. Линоу с Яном посмотрели на Чанбина. — Чан появлялся? — Звонил пару минут назад, просил проводить вас до общежития. Я уговорил ребят нас подождать, чтобы пойти всем вместе. Так что поторопитесь. Парни поднялись с пола и, собрав свои вещи, покинули танцзал. Уже в общежитии, Чанбин позвал Иени в холл, чтобы прорепетировать еще одну песню, но там уже сидела парочка и громко обсуждала только что просмотренный фильм. Чанбин с огорчением узнал Сынмина и девушку, что ему давно нравилась. Они сидели слишком близко друг к другу, как показалось парню. Чонин заметил, как изменился в лице Чанбин и похлопал его по плечу. — Мы можем пойти на верхний этаж. Или на крышу. — Там слишком холодно, — ответил Чанбин и повернулся к Яну, — чуть не забыл, Чан передал тебе куртку, сказал, что ты оставил у него в кабинете. Ян не удивился, это было предсказуемо. И удивился, потому что у следователя со вчерашнего дня хлопот должно было только прибавиться, а он не забыл про своего подопечного и нашел время, чтобы купить для него куртку. Он улыбнулся, опустив глаза. — Я заберу позже. Их диалог прервал Сынмин, заметивший, как эти двое мнутся возле окна. — Чанбин-хён, вы смотрели фильм «Особое мнение»? — С Томом Крузом? — Ну, что я тебе говорила! Там снимался Том Круз, а не Роберт Дауни. Девушка тыкнула пальцем в грудь своего друга и радостно посмотрела на Чанбина. Сынмин цокнул языком: — Подумаешь, ошибся. С кем не бывает. Чанбин в миг расцвел и подошел ближе к дивану, на котором сидела парочка. Мона ответила: — Со мной не бывает! Она улыбалась, глядя на Чанбина. Он спросил: — Сынмин проспорил? — Да. И он обещал купить всем мороженое. — Я куплю, раз обещал, — сказал Сынмин, закусив губу, — но тогда я не смогу тебя проводить. — Я могу проводить. Чанбин удивленно посмотрел на Иени, и не сразу понял, что это именно он сам только что предложил проводить девушку Сынмина. Ян лишь улыбнулся. — Я схожу на ужин и вернусь сюда. Тогда и порепетируем. — Хорошо. Чанбин вернулся взглядом к Моне, она уже была готова идти и ждала своего спутника. — Минни, пока. Увидимся на ужине в воскресенье. — Пока, Мона. Напиши, когда доберешься. Но девушка уже не слышала, она была увлечена обсуждением того самого фильма, не сводя глаз с Чанбина. По дороге к ее общежитию они обсудили актерскую игру и закрученный сюжет, неожиданную развязку истории и выяснили, что ни он, ни она никогда не хотели бы жить в таком обществе, где контролируется даже мысль. Чанбину было приятно слушать ее нежный голос и любоваться милым личиком. Он чувствовал себя самым счастливым, пока их не догнал запыхавшийся Сынмин. — А вот и я. Мороженое купил и решил угостить тебя тоже. — Он протянул стаканчик Моне, и повернулся к наставнику. — Чанбин-хён, это вам. Парень принял угощение и посмотрел за спину Сынмину. — У тебя там где-то моторчик стоит? Мона весело рассмеялась, положив свою ручку на крепкую руку Чанбина, от чего тот пришел в замешательство на пару секунд. А потом смущенно улыбнулся и посмотрел ей в глаза. Она тоже вспыхнула розовыми щечками и убрала руку. Сынмин нахмурился. — Ну, все, иди уже. Нам тоже пора возвращаться. — Да. — Чанбин кивнул головой. — До свидания и доброй ночи. — Доброй ночи, оппа. Мона сказала это слово очень тихо, но Чанбин услышал и чуть не подпрыгнул от восторга. Сынмину хотелось ударить его, но он сдержался и, махнув рукой, зашагал в сторону своего общежития. Мона поспешила скрыться за дверью, а Чанбин еще долго стоял возле центрального входа и смотрел на окна, чтобы узнать, где она живет, когда в одном из них загорится свет…