Ты мой дракон

Линоу сидел за столиком в своей комнате, уставившись в монитор ноутбука. На экране была открыта фотография Хана, сделанная Линоу, во время прогулки в парке. — Привет. Глаза парня округлились, ему показалось, будто парень с фотографии поздоровался с ним, только голос был почему-то Феликса и доносился он от двери. Линоу повернул голову на звук. Феликс стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку. — Ты рано. — Я не один. — Феликс зашел в комнату, а следом за ним Чан и Бинни. Линоу внимательно посмотрел на парней, потом на Феликса и понял по его лицу, что тот в курсе некоторых засекреченных событий. Он вздохнул и помотал головой. — Ну и кто из вас проболтался? Феликс заступился за них. — Никто. Я еще вчера их спалил. Линоу горделиво улыбнулся и протянул ладонь блондину. — Мой мальчик. Феликс ударил по ладони и сел с ним рядом, мельком заметив фотографию Хана. Он протянул руку к монитору и закрыл крышку, чтобы никто не увидел. Парни присели напротив на заправленную кровать. Чан не спеша выложил всю информацию, которая общими усилиями была собрана в одну историю, к концу которой, Феликс начал шмыгать носом. Линоу заботливо приобнял парнишку, вложив в его руку маленькую бутылочку с соком. — Теперь понимаешь, почему я не хотел, чтобы ты знал? Феликс кивнул. Он достал из рюкзака файл и протянул Чанбину. — Здесь то, что может пригодиться для постановки. А это, — блондин засунул руку в карман и вытащил свернутый несколько раз лист бумаги и развернул, — то, что мне показалось любопытным. Он протянул лист Чану и, открутив крышку бутылочки, сделал глоток. — Что тут? — Чан пробежался по тексту глазами и начал читать вслух. — «Драконы давно живут среди нас, но никто об этом даже не догадывается, ведь они приняли… — после короткой паузы Чан закончил вопросом, — человеческий облик»? Три пары глаз одновременно посмотрели на Феликса, как на единственного, находящегося здесь, представителя, рожденного в год дракона. Он знал каждое слово, написанное на том листке, поэтому отвлекся, раскручивая сок в бутылочке, создавая в ней воронку. Когда молчание затянулось, Феликс понял, что что-то произошло. Он по очереди посмотрел на парней, которые уставились на воду внутри прозрачного стекла. Она продолжала крутиться внутри без каких-либо усилий со стороны блондина. Чтобы прекратить помешательство, он просто допил сок и закрутил крышку на пустую емкость. — Ты дальше читай. Чан тряхнул головой, отгоняя странные мысли, подумав, что это всего лишь инерция и продолжил читать. «В таком обличие их сложно распознать, но это единственный способ сохранить свое существование в секрете, в век технологий и оружия массового поражения. Их настоящая сущность может проявляться без ведома хранилища (мы имеем в виду человеческий образ), и жить осознанной самостоятельной жизнью, занимаясь своей деятельностью и никак не воздействуя на хранилище. При необходимости драконы возвращаются к своему хранилищу, наделяя его некоторыми способностями, которые в настоящее время до конца не изучены. Кроме невероятной силы и сверх способностей, драконы и их хранилища имеют свои слабости. Как утверждают очевидцы, у четырех драконов этого тысячелетия такая слабость одна и она одна на всех. В новом тысячелетии должен был появиться новый дракон, пятый, но он не успел прийти к ним и родился с опозданием, в год змеи. Однако братья драконы приняли его в семью и заботились, как о родном. К несчастью, хранилище змея было похищено жадными до славы людьми в младенческом возрасте, вместе со змеем. С тех пор братья горемычные скитаются по округе в поисках брата и, не находя успокоения, возвращаются в свои хранилища, потому что сердце человеческое способно отыскать утерянного брата». Чан закончил читать и вновь услышал, как Феликс шмыгнул. — Там также было описание той самой округи, вокруг которой драконы скитаются. Это деревня Йонгин Йорам*. — Феликс многозначительно посмотрел на Линоу. — Которую переименовали в Йёиджу**. — Я же был сегодня в этой деревне. — Линоу тоже уставился на Феликса. — Ты ведь там родился. — Именно, и вскоре после этого, мы уехали в Австралию. Чанбин положил ладонь на свой торс в районе сердца. — Я один схожу с ума? Чан повернулся к нему, приобнял одной рукой за плечи, другой похлопал по его руке на груди, словно успокаивая. — Ты не один, Бинни. Но если захочешь на этом остановиться, я пойму. Бинни встретил его сочувствующий взгляд и понял, что ни за что не хотел бы сейчас оказаться где-нибудь в другом месте. Он был там, где хочет быть, именно в этом месте, именно в это время. — И позволить тебе сходить с ума в одиночестве? Чан улыбнулся, и на минуту всем показалось, что даже смутился. Линоу тихонько потыкал в бок Феликсу, наблюдая за картиной напротив. Они переглянулись, но не произнесли ни слова. — Чисто из любопытства, кто-нибудь знает, где именно родился Хёнджин, Сынмин и Хан? Чан и сам понимал, что все происходит как в сказке: чем дальше они продвигаются, тем страшнее становится лес, но теперь отступать некуда, надо идти до конца. И если им повезет, то совпадений больше не будет, и он сможет с чистой совестью продолжить поиски ребенка, вместо того, чтобы изучать жизнь драконов во враждебной среде. Это и правда понемногу сводит с ума. И если бы не Чанбин, он возможно уже давно забросил бы это дело, или начал вливать в себя успокоительное литрами. Или что-нибудь покрепче. Но поддержка Бинни была бесценна и придавала ему сил и уверенности в том, что они все делают правильно. — Спрошу у Хёнджина и Хана, — откликнулся Феликс, — после репетиции. — А я поговорю с Минни. — Чанбин тихо вздохнул. — Кстати, Чан, ты помнишь, в письмах эта женщина говорила, что ребенок должен был родиться в середине января, но из-за переживаний матери он родился позже? — Точно-точно. В свидетельстве о рождении указана дата, точно не помню, но это первая половина февраля. — Чан снова пробежал глазами по тексту и вслух прочел. — В новом тысячелетии должен был появиться новый дракон, пятый, но он не успел прийти к ним и родился с опозданием, в год змеи. — Он взялся за телефон, что-то внимательно изучая, после чего обратился к ребятам. — В первом году новый год наступил двадцать четвертого января. Опять совпадение? — Подождите. — Феликсу в голову пришла мысль. — Если змея похитили те, кто знает о драконах, то они наверняка знали, что драконы будут его искать. Может они таким образом пытались выманить этих драконов? А что если они до сих пор следят за тем ребенком и ждут, когда им начнут интересоваться? — Но уже столько лет прошло. Чанбин тоже думал об этом, но страх признания существования драконов в реальности не позволил ему продолжить думать об этом дольше минуты. — Драконы не бабочки, они живут сотни лет, а может тысячи. Да и драконоведы не вчера появились. А что если они имеют отношение к похищению? Значит, они могут знать кто этот ребенок. — Предлагаешь задать им несколько вопросов? — Можно попробовать выманить их, сообщив, что у нас есть некие сведения. — И подвергнуть опасности вас всех? — Чан был не согласен. — Только если мы в это действительно верим. — Достаточно того, что в это могут верить они. — Ну, а какие варианты у нас есть еще? — Линоу понимал, что риск есть, но жить в ожидании, что рано или поздно драконов могут вычислить, тоже нелегко. — Чани, только подумай, если они следят за ребенком, то наверняка скоро узнают, что ты его разыскиваешь. И если ничего не делать, они доберутся до нас, думая, что мы и есть те драконы. Они в любом случае нас вычислят. Будем сидеть и ждать? Или нападем первыми? Чанбин тоже посмотрел на Чана. — В этом есть смысл. Чан обхватил голову руками. — Если хотя бы на секундочку представить, что все это не бред сивой кобылы, вы понимаете, на что мы идем? Нам придется двадцать четыре на семь быть на связи и глаз не спускать с вас четверых. Плюс ко всему нам придется все рассказать младшим. Ну, почти все. Но прежде, чем мы хоть что-нибудь предпримем, мы должны выяснить, кто этот ребенок. Иначе все это не имеет смысла. — Согласен. Тогда ребятам придется вернуться в общежитие. Живя вдали от нас, они станут легкой мишенью. Линоу посмотрел на Феликса, в его глазах отразилось все его волнение за парня. Феликс искренне удивился. — Ты боишься, потому что веришь во все это? — Пока существуют в мире сумасшедшие фанатики, которые в это верят, я имею все права беспокоиться о тебе. — Вот теперь мне стало страшно. Линоу тоже испугался и притянул парня к себе, чтобы обнять. Он строго посмотрел наЧана, собираясь высказать ему все, что он о нем думает, но во время остановился. Чан и сам был не рад, что все зашло так далеко, но когда он взялся за это дело, то всего лишь хотел найти пропавшего ребенка. Он и предположить не мог, чем это обернется, поэтому нельзя обвинять его в том, что он делает свою работу. И делает ее не плохо. И он Линоу, сам тому подтверждение. Где бы он сейчас был, если бы не Чан? Уж точно не в объятиях Феликса. К тому же, Чан ни за что не стал бы подвергать опасности блондина. И чтобы подбодрить поникшего следователя, Линоу сказал: — Прорвемся. — Спасибо. — Чан почувствовал поддержку Линоу одновременно с похлопываниями по спине от Чанбина. — Я подумаю, как защитить ребят. — Что делать нам? Мы можем как-то узнать, происходит ли что-нибудь в отношении нас? — Постарайтесь не выглядеть слишком напуганными. Но будьте осторожны. Если увидите хоть что-нибудь подозрительное, набирайте меня. И держитесь все вместе. В дверь тихо постучали. Линоу отпустил Феликса и пошел открывать. — Иена! Заходи, малыш. Как дела? Парнишку всего трясло, словно ознобом. — Я не могу найти Минни. Линоу мгновенно переменился в лице. Он взял мальчишку за плечи и втащил в комнату, прикрыв за ним дверь. — Когда ты видел его в последний раз? — После обеда мы остались в комнате, чтобы написать песню. Мы сидели и придумывали сюжет, когда зашел наш директор. Он спросил, не появилась ли у нас какая-нибудь идея для мюзикла. Мы сказали, что появилась, и она основана на легенде о четырех драконах. Директор спросил в связи с чем мы сделали такой выбор, а я сказал, что в нашей команде как раз четыре человека рождены в год дракона и Сынмин один из них. После этого он ушел и велел Минни зайти к нему через полчаса. Он так и сделал. Когда он не вернулся, я пошел к директору, но там никого не оказалось. Я обошел все аудитории и кабинеты, их нет нигде. — Позвоните ему. — Чан был встревожен. — Не выйдет, он оставил телефон в комнате. — В подтверждение своих слов, Ян протянул Чану смартфон Сынмина. — Сколько времени прошло? — Ровно сорок пять минут. — Ян смотрел наЧана виноватым взглядом, как будто он мог что-то исправить и не сделал этого. — Успокойся, малыш. С ним ничего не случится, я его найду. — Чан повернулся к ребятам, взяв несколько секунд на обдумывание. Главное не паниковать и собраться с мыслями. Нельзя позволить себе потерять самообладание. — Чанбин, вы с Яном пойдете в его комнату и будете ждать Минни там. Линоу останься здесь с Феликсом, а я скоро вернусь. И позвоните ребятам, пусть вернутся в общежитие. Чан ушел и парни разделились. Феликс позвонил Хану и сказал, что он должен приехать вместе с Хёни и что это очень важно. Оставшись вдвоем, Феликс встретил тоскливый взгляд и спросил Линоу: — Как ты? — Не думал, что могу по кому-то так скучать. Блондин улыбнулся и похлопал парня по коленке. *** Чанбин с Чонином вернулись в комнату младшего. — Чан правда его найдет? — Не сомневайся. С ним все будет в порядке. — Бинни хотел как-то отвлечь мальчишку от плохих мыслей. — Какую песню вы писали? Ян показал ему свою тетрадь с набросками текста. Бинни отодвинул стул и сел, просматривая строчку за строчкой. Иена стоял рядом, кусая губы. Волновался очень. И за Сынмина и за свое творчество. Чанбин, наконец, поднял глаза и улыбнулся. — Неплохо для новичка. — Он взял со стола ручку и сделал пару исправлений в тексте. — Попробуй так, мне кажется, по смыслу это больше подходит. Чонин склонился над тетрадью и, соглашаясь, кивнул. — Точно. Это слово вообще из головы вылетело. Спасибо. — Мелодия уже звучит в голове? — Мелодии нет, мы хотели тебя попросить, но есть ритм. Мальчишка показал ритм, используя свои ладони и ногу. Чанбин достал свой телефон, чтобы записать на диктофон. — Звучит неординарно, сами придумали? — Да. Ян робко улыбнулся, показав ямочки на щеках. Чанбин усадил его на кровать, напротив себя. — Хорошая работа. После репетиции попробую подобрать вам мелодию. — Спасибо. *** Чан обошел все служебные помещения общежития и в самой школе, директора действительно нигде не было, Сынмина тоже. Следователь проверил парковку и ближайшую территорию, и уже собирался пройтись по местным ларькам, когда увидел директора, выходящего из книжной лавки, а следом за ним шел довольный Минни с парой книжек в руках. Чан облегченно выдохнул, прижимая руку к груди. Стоя от них на небольшом расстоянии, он проследил за ними до самых ворот школы. Ничего подозрительного не заметив, последовал за ними, соблюдая дистанцию. Возле школы они остановились, Минни поклонился и направился в общежитие, а директор поднялся по ступенькам и зашел в здание. Только после этого Чан догнал парня. — Минни, привет. Как дела? Он не стал пугать его своими расспросами, и сделал вид, что только что приехал по своим делам. — О, Чани-хён, здравствуйте. Все отлично. Мы с директором были в книжном магазине, он похвалил нас с Яном и посоветовал учебники по вокалу. Мы решили заниматься дополнительно, чтобы улучшить навыки. — Это похвально. Но я слышал, как вы оба поете, у вас прекрасные голоса. — Спасибо, но вы же знаете, нет предела совершенству. — Точно-точно. Как у Яна дела? — Мы написали песню. Хотите посмотреть? — Конечно. — Идемте к нам, еще есть время до репетиции. Чан открыл входную дверь, пропуская парнишку вперед, и шагая по коридору позади него, написал сообщение в чат, что все в порядке, никакой угрозы не было. Минни открыл дверь комнаты и удивился присутствию Чанбина, но еще больше его удивил Чонин, бросившийся на него с обнимашками. Чанбин, встретив улыбку Чана, тоже улыбнулся. — Где ты был? Почему так долго? Я даже искать тебя ходил. Какого хрена телефон свой оставил? — Что происходит, Иени? Ян отодвинулся и посмотрел Минни в глаза. — Я волновался, когда ты не вернулся от директора, думал, тебя в рабство продали. — В рабство? Ну и фантазии у тебя, мелкий. — Эй, я только на четыре месяца младше. Не называй меня мелким. — Я, наверное, в другой раз зайду. Чан кивнул головой Чанбину, чтобы оставить этих двоих наедине, и дать им возможность разобраться. Бинни тихонько закрыл дверь комнаты, оказавшись в коридоре. — Где ты его нашел? — В книжном магазине. Директор посоветовал ему приобрести учебники по вокалу. — Может, мы становимся параноиками из-за этого абсурда? — Я тоже об этом подумал. Они не заметили, как за разговором вернулись к комнате Линоу. Чан знал, что у ребят скоро начнется репетиция, но ему совсем не хотелось уходить. Чанбин тоже не торопился открывать дверь комнаты, прислонившись к стене. Он смотрел наЧана, придумывая повод, чтобы снова увидеться. И Чан вдруг сам предложил. — Может, поужинаем вместе? Обсудим сегодняшний день. Заодно составим план дальнейших действий. — Я за любой кипиш, кроме голодовки. Чан рассмеялся, заставив Чанбина широко улыбнуться. После напряженного дня и тяжелых мыслей, они позволили себе немного расслабиться. — Тогда до вечера. Позвони, как закончите. — Окей. До вечера. Чанбин проводил следователя взглядом и, предварительно постучавшись, вошел в комнату. Линоу встретил его удивленным возгласом. — Эй, что с твоим лицом? — А что с ним? — Чанбин схватился за щеки и подошел к зеркалу. Феликс с Линоу засмеялись. Блондин заглянул в зеркало через плечо парня. — Съешь лимон, а то лицо треснет. — Идите к черту. Чанбин продолжил улыбаться, ничто и никто не смог бы сейчас испортить ему настроение. Он чувствовал себя бесконечно счастливым. Даже если бы ему действительно пришлось съесть лимон. В дверь снова кто-то постучал. Феликс подпрыгнул с кровати. — Это, наверное, ребята. Он открыл дверь и увидел все еще сонного Хёнджина. — Привет. — Привет. Хан с тобой? Хёни посмотрел назад, проверяя наличие соседа. — Да. Ребята зашли в комнату. Хан остался стоять в дверях, опустив глаза в пол. Линоу был несказанно рад видеть его, но понял, что тот еще зол, поэтому не стал приближаться. Он надел кеды, снял толстовку и прежде чем пойти на репетицию, поискал глазами белку. На прежнем месте ее не оказалось. Линоу покрутился вокруг себя, вспоминая, куда он мог ее переложить. Потом заглянул под кровать, за кресло, проверил на столе и даже успел расстроиться, когда его взгляд вернулся к Хану. Он заметил, как из его куртки торчит пушистое ухо белки и успокоился. — Идемте в зал. Пора начать тренировку. Его голос прозвучал уверенно. Теперь он точно знал, что у них с Ханом все наладится и позволил себе глупо улыбнуться, шагая позади ребят. — Удалось поспать? — Феликс придерживал за пояс повисшего на нем Хёнджина. — Да. Но я поспал бы еще. — Вся ночь твоя. Порисовать сегодня не получится. — Почему? — Позже объясню. Хёнджин внимательно посмотрел на загадочного блондина, когда они пришли в танцкласс. Линоу включил музыку для разминки и улыбнулся, увидев всю группу в сборе. — Начнем, пожалуй.