Песни мертвых деревьев

      Даже и говорить не стоит о том, как дорогой братец обрадовался моей персоне. Нет, он на самом деле был рад, что я до сих пор жива, в отличии от старших. Настолько рад, что решил проводить нас аж до земель Фейнеров, раз Фер прибудет уже завтра и даже с нужным нам количеством лошадей.       — Эти лошади временная мера, — предупредил меня брат, когда мы остались наедине.       — Что ты хочешь сказать этой фразой? — я раскуривала трубку, наблюдая за тем, как младший морщится от дыма.       — Дома вашему отряду выдадут хороших, быстрых скакунов. Сейчас же лошади Кротового замка служат средством передвижения до наших земель, — не особо важная информация, в целом, не имело особой роли, насколько быстры скакуны, скорее, сыграло роль то, насколько они выносливы к нагрузкам.       — Я правильно понимаю, что нам придется разделиться, когда дойдем до владений Фейнеров? — Мори дошел аж до сюда не просто так.       — Объездом пограничных деревень занимается Лавар, я лишь оказываю помощь разрушенной крепости, — покачал головой мужчина. Лавар… давненько я не видела старшего наследника маркиза. Если мне не изменяет память, ему должно быть около сорока сейчас. — А так как все поставки припасов доставлены, я возвращаюсь обратно, но мне и в голову не могло прийти, что я встречу тебя.       — Знаешь, судьба весьма непредсказуема вещь. Я тоже считала, что останусь в Великане, а не сунусь в Заграбу, но кто бы спрашивал мое мнение, — достаю серьги из кармана, чтобы вновь обернуться привычной всем эльфийкой. Можно было продолжить путь и в обычном виде, но я не хочу лишний раз показывать свое лицо Игроку.       Раньше я считала проблемой лишь Горлопана, который мог донести слугам Неназываемого о наличии мага в отряде, и через него об этом мог узнать Арцивус. Однако сейчас, когда наступление орков и армии Неназываемого вовсю идет, стоит быть еще более внимательной к деталям, потому что Игрок может раньше времени переполошиться и спутать мне все карты. А я не просто так рисковала трезвостью ума в том зале, вытаскивая Корону.       Утро встретило нас сыростью. Непривычно тепло, учитывая что в Великане в октябре уже вовсю лежал снег. Заграба и Пограничье считались, все же, более южными землями, поэтому и осень здесь была другая, пусть утром и чувствовался легкий морозец, а замерзшая трава хрустела под копытами лошадей. В целом, погода ни рыба, ни мясо, и лично я бы предпочла мороз, чем неустойчивое пограничное состояние, когда не знаешь, чего ожидать.       И в целом, настроение поганое. Дело было даже не в неприятной погоде, а в том, кто конкретно привел лошадей для нашего отряда.       Проблема в том, что вместо Фера прибыла Алия, что сразу же накинулась на Миралиссу, а эльфийка без зазрения совести указала на меня, и маркиза, не стесняясь никого, оккупировала все мое внимание. К моему ужасу, ей было интересно все, прям абсолютно все, особенно, как я, весьма гуманная магичка, дошла до жизни такой, что стала служить воином Одинокого Великана. К тому моменту, как добрались до земель Дали, у меня уже болела голова, и даже немного глаза от двух гладковыбритых голов.       Маркиза Дали упорно настаивала на том, что ей уж очень нужно к Хмельную крепость, но Мори вовремя одернул ее, напомнив, в каком положении сейчас Пограничье. Долго спорить не пришлось, но скрипя зубами мне пришлось согласиться с тем, что я навещу ее, когда у меня будет время. К моей радости, Алия вернулась обратно в Кротовий замок, оставляя после себя ужасно головную боль и чувство опустошения от длительной беседы, выматывающей душу.       — Вы так дружны, — оскалился Эграсса совсем не дружелюбно.       — Хотя бы ты иди во Тьму, Эграсса, — зло огрызаюсь я, потянувшись в седельную сумку за трубкой, чувствуя небывалое раздражение от разговоров с эльфом. Конкретно сегодня, да и в последнее время он, по всей видимости, поставил перед собой цель довести меня до белого каления.       И надо признать, у этой сволочи это прекрасно получалось. Настолько, что меня аж начинало потряхивать. Все было нормально, до появления Элота и всего отряда Черного Пламени. Да, я тоже не в восторге от того, что Миралиссе придется связать свою судьбу с будущим главой, но я не срывалась на всех вокруг, а раз я единственная, кто может сносно ему ответить, не боясь оскорбить, то все его негодование выливалось на мою персону.       — Что тебе от меня нужно? — зыркаю на эльфа изподлобья, ощущая вселенское раздражение. На улице отвратительная погода, еще и этот под руку лезет.       — Ничего, — с превосходством ответил принц дома Черной Луны.       — Эграсса, прекрати, — вмешалась в разговор Миралисса, что больше не могла выдерживать нашу перепалку, длящуюся который день.       Эльф показательно развел руками, делая непричастный вид и максимально постное лицо. Ну его к Неназываемому, лучше ехать в одной линии с таким же угрюмым Гарретом, что прятал лицо глубоко в капюшоне, так же недовольный погодой, и тем, что в замок Дали мы заезжать не стали, а двинусь без отдыха дальше.       До земель Фейнеров еще два дня пути, а там еще половина до самого замка. В планы Медка и Миралиссы входило повышение командного духа после лесов Заграбы, поэтому там мы задержимся аж на целый день, вдоволь отдыхая перед дальнейшим передвижением. От такой перспективы у меня дергался глаз, но я поняла что лучше заткнуться и не спорить. Как по мне, стоило сменить лошадей, запастись провиантом и двигаться дальше, чем терять еще сутки. Помниться, совсем недавно принцесса дома Черной Луны спорила с одним Темным на тему того, что у нас нет лишнего времени на ожидание отряда подкрепления, и вот, мы теряем целые сутки на полноценный отдых.       Но это я придираюсь. Из-за короны я почти не чувствовала усталости, а по остальным было хорошо заметно, что им требовался полноценный отдых, да и отвлечься не помешает, чтобы прийти в себя. Большая часть пути пройдена, Рог у нас, из лесов Заграбы выбрались и находились в нескольких днях пути от Валиостра. Там, на родных землях была Хмельная переправа, и пересекая Иселину можно было попасть в Хамур, портовый городок, что процветал благодаря тому, что служил перевалочным пунктом перед Ранненгом, и множество товаров Пограничья проходили именно здесь.       — Выглядишь паршиво, — наконец, решаю разбить повисшую между мной и вором тишину. С тех самых пор, как выбрались из Храд Спайна, мы с ним почти не разговаривали.       — Не без этого, — безэмоционально отозвался Гаррет. — Все не знал, как начать с тобой разговор.       — На тему? — услышанное немного меня удивило. Не то чтобы бы у нас был выбор в Костяных дворцах. и разговаривали мы скорее из-за нужды, а не из большого желания, поэтому, выйдя на поверхность мы вновь стали друг другу чужими. Логично, что меня удивляло желание поговорить именно со мной.       — Кулон, что ты дала мне, — внутри зашевелились нехорошие подозрения.       — Ты потерял его, — судя по унылой морде, я попала в точку.       — Где-то в Храд Спайне, — честно ответил вор, даже не отрицая своей вины.       — Это была изначально глупая затея давать тебе кулон. По крайней мере, стоило вернуть его обратно после всех мест, связанных с шаманством. — было обидно, что кулон волшебницы утерян. Мало того что она похоронена в глуши, где никто не навещает и не ухаживает за могилой, так еще и кулон, единственное вещественное напоминание о леди Сьене утеряно. — Не вини себя.       Гаррет ответил мне молчанием. Успокаивать - это вообще не по моей специальности, и должным уровнем эмпатии для подобного я, увы, не обладала. Но похоже у меня появилась еще одна задача, когда я вернусь в Могильники.       — Не думай об этом слишком много, ты уже ничего не можешь сделать, — я посмотрела на серое небо, что потихоньку становилось темнее. Совсем скоро пойдет дождь. — Халлас, накинь капюшон.       — Чойта? — проворчал гном, у которого с самого утра ныла лунка от выбитого ещё в Ранненге зуба. Да и судя по тому, каким недовольным был Делер, у него вновь болит рана на спине.       — Дождь будет, — гном хмуро посмотрел на небо, чуть свесился с лошади, чтобы сплюнуть, и все же надел капюшон, что-то пробурчав при этом. Предположительно, не лестное.       — Сильный дождь будет? — выражение лица Сурка так же было безрадостным, а Непобедимый за его пазухой недовольно пищал, стоило вытащить любопытную мордочку наружу.       — Сильный и затяжной. Скорее всего до самого Хмельного замка будет сопровождать. — небо становилось все темнее, наливаясь водой аки молодое наливное яблоко.       — Почему Хмельной замок? — оживилась Кли-Кли, которая была такой же понурой, как и весь отряд, пусть и пыталась валять дурака, делая вид что все хорошо.       Все очень сильно устали и морально истощены, и я не исключение. Хватит ли нам одного дня отдыха, чтобы прийти в себя, а не плестись до самого Авендума с такими же постными рожами? Стоит ли упросить Миралиссу дать два дня полноценного отдыха?       — Земли Фейнер известны своими полями хмеля, из которого вариться пиво. Так же варят медовуху и делают вино, но значительно меньше, и в Ранненг его не поставляют, только пиво, — на разговоре об алкоголе сладкая парочка заметно оживилась. — Переправа через Иселину так и называется - хмельная, потому что именно через нее вывозят местное пиво, чтобы потом доставить его в Ранненг.       — Пиво это хорошо, — причмокнул Медок, уже предвкушая сытный ужин и хорошую выпивку. Пусть мы были не особо желанными гостями, но прием нам устроят хороший.       — Все будет по высшему разряду, Мори уведомил, что я еду. Как бы родители на меня не обижались, они все равно устроят грандиозную пьянку. Все же, мы не виделись уже около пятнадцати лет, да и письмами обменивались не сказать что часто, — не то чтобы мне было стыдно за свое поведение. Скорее, просто безразлично, и честно говоря, я не особо понимала причины для подобного.       Погода, как назло испортилась сильнее, и начался затяжной дождь, что периодически усиливался, желая утопить лошадей в грязи. Мы ехали не по главному тракту, а обходными, более короткими путями, поэтому дорога здесь была скорее утоптанная, чем выложенная камнем для удобной езды. Да и вообще, не так уж много на землях Пограничья выложенных дорог, разве что ответвление от главного тракта на разного рода пристани, где можно было переправиться, и то, только на самые важные.       Бррр, никогда не думала, что мне предстоит вернуться на родные земли таким образом.

***

      — Давно ты тут? — спросил Эграсса, глядя на стол. Что-то не припомню, чтобы соглашалась делить комнату конкретно с этим эльфом. Да и вообще не припомню, чтобы соглашалась на соседей.       — С момента прибытия в Хмельной замок. — отвечаю с детской улыбкой, прежде чем пригубить еще вина. Настроение оставляло желать лучшего, и в мои планы не входило пересекаться хоть с кем-то. Особенно вот с этим вот эльфом.       — Я не про это, — вздохнул эльф, — Как давно ты пьешь?       — С момента заселения, говорю же, — как будто по пустым кувшинам не видно. Или у него вновь настроение довести меня до ручки просто так?       — Почему не со всеми внизу? — не понял Темный. Остальные Дикие и правда отмечали то, что мы добрались до теплого замка, и останемся здесь на целых два два.       По хорошему, я тоже должна быть там, внизу, но я лишь поздоровались с дядей, да переговорила с матерью. Разговор, надо сказать, вышел не самый приятный. Отец вернётся под утро, к тому моменту я протрезвею, и может быть даже заявлюсь на семейный обед. Но сейчас у меня не было желания контактировать хоть с кем-то, кроме кувшинов с вином.       — Не хочу портить атмосферу своей унылой мордой, — вновь опрокидываю бокал с вином, отводя взгляд к окну. Одновременно знакомый и незнакомый пейзаж. — Они празднуют, а я поминаю.       Эльф на это ничего не спросил, просто сев напротив. Столик не такой уж и большой, чтобы разгуляться, да и закуска подходила к концу. Спуститься взять еще вина и еды? Не знаю, не хочу двигаться, достаточно передвинуть вторую кружку, чтобы и Эграсса мог налить себе алкоголя.       — Завтра с утра будешь болеть, — пожимаю на это плечами.       — Не буду. Еще до начала пьянки заварила все необходимое, чтобы к утру настоялось. — вино перекатывалось по глиняной кружке, то наваливаясь на узор, то отползая от него. Кто вообще делает узоры внутри посуды, из которой пьешь? — И-и-итак, я точно помню, что должна быть в этой комнате одна. Дядя выделил каждому по комнате.       — Ты должна быть с Фонарщиком, — подловил меня Темный, на что я безразлично пожала плечами.       — Должна была, но мой напарник заприметил хорошенькую служанку, поэтому будет ночевать в своей комнате, — я налила еще вина, смотря на последний кувшин. Мда, похоже, все же придется звать слуг. — Какими судьбами, Эграсса?       — С тобой невозможно разговаривать, когда ты пьяна, — в его голосе скользнула усмешка, но все же эльф выпил из предложенного бокала. — Ты сказала, что остальные празднуют, а ты - поминаешь.       — Сложно объяснить происходящее, — я вплотную придвинулась к эльфу, чтобы заглянуть в золотые глаза, что слегка мерцали от пламени камина. Было ещё несколько свечей, но магические светильники не горели, от чего в комнате было достаточно темно. — Эльфы должны знать, что такое Зал Мертвых Деревьев, и какую песнь может увидеть смертный.       Он понимающе кивнул, и замолчал, возможно обдумывая, что правильнее будет сказать в этой ситуации. Только вот верного ответа здесь не было, только если ты сам не прошел через этот зал, и не познал весь ужас прошлого. Правильно говорят, что счастье - в неведении, потому что сейчас я располагала той информацией, от которой мое существование ощущалось настолько ничтожным и ненужным, что становилось дурно. Даже зная, почему именно я участвую в Игре таким способом, ощущение собственной никчемности на фоне всей Сиалы выводила из равновесия.       — Ты видела прошлый жизни, — довольно улыбаюсь, чтобы скрыть накатившую нервозность и опускаюсь обратно на кресло. — Что случилось, Лесса?       — Сейчас происходит штурм Одинокого Великана, — я вновь устремила взгляд на происходящее за окном, в который раз благодаря за благоразумность, что не выбрала старую комнату, иначе было бы тяжелее. — Сейчас там гибнут мои товарищи, и уже к утру отойдут в Авендум магическим порталом. А я застряла здесь с этой проклятой дудкой.       — Ты бы выбрала быть там, а не здесь, — в голосе принца дома Черной Луны слышалась горечь, и он, словно предчувствуя мое состояние, встал со стула, чтобы подать трубку и мешок с табаком, что я оставила на прикроватной тумбочке.       — Напомнить, благодаря чьей просьбе я нахожусь здесь? — я оперлась на руку, улыбнувшись. — И ты необычайно чуток, по сравнению с тем, что было раньше. Перестал волновать Элот?       По хорошему, мне стоит сейчас заткнуть свой рот, и не открывать его, пока не протрезвею. И чувствую, о сегодняшнем разговоре я буду жалеть утром, потому что затыкаться не хотелось. Мне нужно было знать, почему Эграсса так отреагировал на Элота, иначе это сведет меня с ума. Мысль зудела на подкормке, проедая ее, больно жаля мозг и не давала переключиться ни на что другое. Словно навязчивая идея, которая будет душить до тех пор, пока не осуществить безумную задумку.       — Нет, не перестал, — резче чем нужно отреагировал мужчина, от чего на моих губах растянулась довольная улыбка.       Я молча забрала мешок с табаком, набивая трубку. Прикидывая остатки вина и свое состояние, все же вышла в коридор, чтобы привлечь внимание слуг. Еще три кувшина с вином, пусть и разбавленным, сделают наш вечер более интересным. И я определенно пожалею об этом на утро, но сейчас алкоголь поможет развязать Темному язык. Миралисса не зря говорила о том, что Эграсса не особо хорошо переносит алкоголь, и если мне что-то от него нужно, то для начала желательно напоить, а потом просить.       Дожидалась слугу около двери, так и не прикурив от магического огня, но прожигая при этом взглядом своего собеседника. Прекрасно знаю, как этот взгляд действует на других, но эльф даже не шелохнулся, отвечая мне лёгким вызовом. Правда, чуть дрогнул, когда я поставила на стол поднос с ещё тремя кувшинами, и, наконец, прикурила, возвращаясь в прежнюю позу: подперев подбородок рукой с лёгкой улыбкой.       — И что тебя интересует? — возвращаю эльфу издевательскую интонацию, которой он терроризировал меня ещё недавно. Мое отвратительное настроение требовало отыграться на принце за всю нервотрепку последних дней.       — А ты ответишь? — Эграсса залпом допил кружку вина, и я, пакостливо улыбнувшись, налила новую.       — За каждый мой ответ ты должен делать большой глоток вина. — лицо его было недовольным, однако в глазах блестел азарт. — По рукам?       — Ты казалась мне более хладнокровной. — его губы искривила такая же хитра, как у меня, улыбка.       — Ох, мой милый, я всегда крайне серьезна и сосредоточена, когда дело касается службы. Но мне ну чуждо веселье, — подобвигаю кружку ближе к нему, и улыбка становится все шире и пакостнее. — Итак?       — По рукам, — соглашается принц даже легче, чем я планировала. А я-то думала что его придется уговаривать. — Кем тебе приходиться Элот?       — Никем. Он был телохранители принцессы, а меня заинтересовали необычные украшения. На протяжении всего того времени, что он был в Шамаре, мы разговаривали каждую свободную минутку, и именно благодаря ему я так полюбила эльфийскую культуру, — Темный не спешил отпивать из бокала, неудовлетворённый моим ответом. — А, ты имеешь ввиду, кем Элот из дома Черного Пламени приходиться конкретно мне. — щеки не переставало колоть от не сходящей с губ улыбки. Над эльфом было весело издеваться. — Он - моя первая любовь.       — Как глупо, — тон порицающий, но наконец, мой собеседник отпивает вина, словно получил ответ на свой вопрос. — Любовь между человеком и эльфом невозможна.       — Я прекрасно знаю это, дорогой Эграсса. А так же прекрасно знаю, что такие пары существовали, да и существуют до сих пор, и их брак даже признавали со стороны эльфов, но с одной оговоркой - отсутствие потомства. Поэтому после первой свадьбы на людских землях, вторая проводится в Листве, где обоих брачующихся лишают возможности продолжать род. — это было первое, что я узнала, поступив в академию. Уже не помню, зачем конкретно мне нужна была эта информация, но тогда она казалась мне важной. — Там сложный отвар из нескольких десятков компонентов, которые навсегда лишают возможности иметь детей. Однако, меня это не волновало, я и так не могу продолжить свой род, только я это сделала добровольно.       — Ради Элота? — голос ехидный, но чувствуется в нем хорошо скрываемый гнев.       — Ради своей собственной безопасности. В Безлюдных много тварей, которые реагируют на кровь. Вылазки длительные, куда более длительные, чем промежуток между теми самыми неприятными днями. — выдыхаю дым в сторону, наслаждаясь пониманием, отражающимся на лице Темного. — Все женщины Одинокого Великана - бесплодны, и проблем с запахом крови не имеют. Эта процедура сугубо добровольная, но если хочешь остаться на службе, то придется выбрать, что важнее. И к слову, пей, потому что я ответила на второй твой вопрос.       Эграсса нахмурился, но спорит не стал. По моему лицу было понятно, насколько бесполезно спорит со мной в подобном состоянии. Я и в обычной жизни была упряма, но пьяной добиться от меня согласия или поблажек было попросту невозможно. И если я решила напоить эльфа, значит я напою его, до такой степени, что он не сможет покинуть эту комнату. Зато его язык развяжется по полной, и тогда вопросы задавать начну уже я.       — Ты сделала это добровольно? Или ради невозможного будущего? — цокаю языком.       — Хватит зацикливаться на Элоте. Моя первая влюбленность прошла к тому моменту, как я поступила в Орден, а род я не собиралась продолжать в любом случае. Ни свой, ни чужой. Я ненавижу детей и все что с ними связано, поэтому хотела избавить себя от подобной головной боли, — отмахиваясь от этого вопроса, как от назойливой мухи, уже и так зная, что я услышу. — “Раз ты женщина, значит должна хотеть продолжить род”, это хочешь сказать? Но я не хочу. Мне претит мысль о том чтобы ставить чужой комфорт превыше моего собственного.       Он молчал, но продолжал пить вино, внимательно наблюдая за тем, как я курю трубку. И пусть смотрела я в окно, боковым зрением был прекрасно заметен этот обжигающий пристальный взгляд, от которого можно было воспламениться, подобно фитилю гномьей пушки. Но проще было делать вид, что я ничего подобного не замечаю.       — А теперь ответь и ты на мой вопрос, иначе этот разговор становиться скучен. Почему тебя все это интересует? — я стряхнула табак в блюдечко, которое использовала вместо пепельницы, пристально взглянув в мерцающие глаза Эграссы. Вино уже хорошо ударило ему в голову, судя по тому, насколько стеклянным казался его взгляд. — Миралисса говорила, что наш отряд - это первый длительный опыт общения с человеческой расой. Однако, мне все еще непонятно такое пристальное внимание ко мне.       — Стало интересно, насколько эльфийские рассказы человеческому ребенку могут повлиять на него во взрослом возрасте. — отмахивается принц дома Черной Луны и я понимающе улыбаюсь.       Ложь. Мой дорогой собеседник сейчас просто вешал мне лапшу на уши, говоря первое, что придет в голову. Эграсса был любопытным, не без этого, но интересовала его только моя персона, хотя с эльфами контактировал весь наш десяток. И интерес его был не в том, что именно рассказывал мне Элот, а кем мне приходился Темный.       Но, сделаем вид, что я ему поверила, хотя ехидная улыбочка выдавала меня с потрохами, и собеседник это понимал. Понимала и я, но ни один из нас не стремился поставить окончательную точку в этом разговоре, дабы прояснить возникшую ситуацию.       — Почему ты пошла под руководство Эроссы? — сменил тему мужчина, и я вновь ехидно улыбнулась. Хороший маневр, и Эграсса был еще слишком трезв, чтобы честно отвечать на поставленный вопрос.       — Потому что Пепел - душка. И я сейчас без сарказма и иронии. По началу он мне казался странным, но это до первой нашей ссоры. После нее я поняла, насколько он милый и забавный, — светлая бровь эльфа недоуменно выгнулась, спрятавшись за челкой.       Как же весело наблюдать за реакцией выпившего Эграссы! То, как у него постепенно развязывался язык, потому что отпивал он из кружки не только тогда, когда получал ответ на свой вопрос, а значит, пьянел быстрее, что было мне на руку, и по своему раззадорило.       — Конкретизируй вопросы, Эграсса. Я долго могу ходить вокруг да около, — взгляд у него злой, словно колдовское пламя вспыхивает на дне золотистых глаз. Он разом допивает остатки вина в кружке, прежде чем выжидающе на меня уставиться.       Я уже подозревала, что он собирается спросить. И даже подлила вина до самый краев на тот случай, если Темный решит выпить еще, потому что мой ответ ему не понравится.       — Ты спишь с ним. — улыбку пришлось подавлять. Пьяный принц - открытая книга, по которой было слишком легко ориентироваться, что будет дальше.       — Да, — ухмылку удалось подавить. Можно ли считать подобное ложью во благо? Да, Пепел будет очень недоволен моей ложью, но я была обязана отыграться на этом самодовольном принце. — Или ты действительно решил, что он даст священные для правящего рода побрякушки простому сослуживцу? Заметь, со мной фамильные доспехи, и он также пытался отдать мне свой лук, с которым не расстается.       — Эросса никогда не отличался особым благоразумием, — взгляд устремился на вино в кружке, словно бы собеседник не хотел смотреть на меня. Интересно, разочаровался в своем старом друге, или конкретно во мне. Прочем, не важно. Его слегка растерянный вид доставлял мне странное удовольствие.       — Он не настолько дурак, каким любит казаться, — не соглашаюсь я с такой критикой. Пепел странный, временами слишком странный и непостижимый не только для человеческого ума, но и для эльфийского. — И тебя не должно волновать, что твой друг связался с человеком. Ты лучше других знаешь, что он добровольно выпил ту настойку, прежде чем покинуть родные земли. Иначе бы его давно вернули.       Ха, как будто это было не понятно. Если наследного принца за столько лет не отлучили от родного дома, значит, он заплатил серьезную цену за свою свободу.       — Ты ревнуешь, — пьяно хохотнула, прежде чем вновь набить курительную трубку. — Осталось только выяснить, кого именно.       — Не твое дело, — спокойно отозвался Эграсса, поднимаясь из-за стола.       — Но мне весьма интересно. — пакостливая улыбка не сходила с губ все время, пока эльф находился здесь. Тем более, я собиралась поить его и дальше. — Итак, ответишь на мой вопрос?       Взгляд его ожесточился, но к моему удивлению, темный сел обратно, смотря на меня крайне недружелюбно.       — Так кого из нас, Эграсса?

***

      Солнце еще не взошло к тому моменту, как я заканчивала рубить кустарник, в одиночку стаскивая тяжелые поленья на телегу. Я еще вчера договорилась обо всем необходимом, и оставив уснувшего Эграссу в своей комнате, спустилась вниз, к конюшням.       Мне нужны были эти поленья для погребального костра. Темный хорошо отвлек и развлек меня своими разговорами, однако, я все еще помнила, что сегодня за ночь. Уже скоро над Великаном будет заниматься рассвет, а значит и мне пора приниматься за дело.       Сооружать костер одной достаточно сложно. Местами даже приходилось пользоваться магией, иначе я просто не смогла бы собрать будущий костер нужной мне высоты. Да, хотелось все сделать вручную, не прибегая к грязным магическим трюкам, но что-то зудело глубоко внутри меня, подгоняя, чтобы я поторопилась с тем, что делаю.       Я долго смотрела на получившееся сооружения, а искры танцевали на пальцах. Все не могла заставить себя поджечь деревяшки, которые, несмотря на сырость, загораются хорошо от заклинания.       — Я знаю, зачем ты пришел, — Джок молча сделал шаг, вставая со мной на одну линию. — И я знаю, что ты собираешься мне сказать.       — Если знаешь, то почему костер до сих пор не горит? — я прикрыла глаза, взывая к своему спокойствию и благоразумию. — Великан пал, Лесса, пора проститься с ними и возвращаться в замок.       — Ты прав, — огоньки разом вплетаются в огромную огненную птицу. что с беззвучным криком набрасывается на погребальный костер, и глазам становиться больно от яркого света. — Мне лучше лежать, ведь все-таки я - мертвец. И греет гнилью холодный склеп, и ржавчиной пахнет доспех.       Джок почему-то остался рядом со мной, слушая песнь, которую я посвятила всем павшим в форте этой ночью. Он не нарушал моей скорби, просто молча смотрел на огонь, думая о чем-то своем, пока я продолжала заунывно тянуть похоронную песню.