На лезвии ножа

Фрэнк всё ещё держал Сноу на руках, пока бежал по заснеженному лесу, а друзья следовали за ним. Он не знал, что хотел делать дальше, но понимал, что не мог вынести мысли о том, чтобы просто так похоронить её. Он не мог просто выкопать яму и бросить туда её холодное, хрупкое и прекрасное тело и оставить гнить, пока от неё ничего не останется. Слёзы снова потекли по щекам, своим теплом обжигая холодную кожу лица и тем самым напоминая о его вине. Остальных ребят беспокоило психическое состояние их лидера. Он держал труп Сноу так, словно от этого зависела его жизнь. Так же они заметили, что чем дальше в лес продвигались, тем меньше окружение походило на лес. Деревья становились чёрными как смоль, а их ветки напоминали покрытые шипами паучьи лапы, грозящие в любой момент напасть, но Фрэнк, казалось, не замечал этого. Так же он не замечал чёрной мглы, которая постепенно сгущалась вокруг ребят, пока они уже не смогли видеть даже собственных рук перед лицом. Вот тогда-то Фрэнк наконец остановился. Он был рад, что на лице была маска и друзья не могли видеть растерянного выражения его лица. Фрэнк не знал, что делать, и прижал к груди мёртвое тело девушки, закрыв глаза. Легион Снова открыв глаза, они обнаружили, что стояли перед своим старым местом сборищ в Ормонде. Всё до сих пор было покрыто толстым слоем снега, и пока ребята размышляли о том, как снова оказались в своём родном городе, они не заметили, что всё было каким-то не таким: окружающий хижину лес был совершенно безмолвным, и они не ощущали холода, который должны были ощущать. Сьюзи была первой, кто заметил нечто из ряда вон выходящее. - Ребята, тут в лесу какая-то стена! – вскричала она и побежала назад к остальным. - В смысле – стена? – переспросил Джои, и Сьюзи зашагала вперёд, чтобы показать свою находку. Но когда они вернулись, то увидели сидящего на коленях Фрэнка, а трупа, который он принёс с собой, нигде не было видно. - Где она? – прошептал Джои, опускаясь на колени рядом с другом. - Не знаю... Она превратилась в чёрный дым и исчезла, - ответил Фрэнк, глядя на свои пустые руки. Он всё ещё чувствовал её мягкую кожу и прикосновение тёмных волос к пальцам. Он ещё видел её лицо, такое спокойное под всей этой кровью. – Её больше нет, Джои... Она мертва, и виноват в этом я... – шептал Фрэнк, и маска упала на заснеженную землю. Джои ожидал очередного приступа гнева, но Фрэнк молчал. И его молчания следовало бояться больше, чем криков и гневных приступов. Джои положил руку на плечо скорбящего друга, надеясь хоть как-то утешить. - Ну, а теперь расскажите, что вы там нашли, - вздохнул Фрэнк и стал слушать объяснения Джои и Сьюзи об имитации Ормонда, в которой они оказались. Выслушав друзей, Фрэнк поднял с земли маску. У него внезапно возникла нужда кого-нибудь убить. Он надел маску, и чёрная мгла вновь окружила его. На этот раз он принял это, намереваясь убить любого, кому не повезёт оказаться на его пути. Фрэнка вновь и вновь окружала тёмная мгла. Он уже со счёта сбился, через сколько испытаний ему пришлось пройти, и уже давно перестал считать тела убитых жертв. Открыв глаза, он оказался на «игровой площадке» Ормонда. Редко когда он оказывался на родной территории, поэтому как всегда отправился на край границы в поисках выживших. Он обогнул несколько ящиков, и вороны, сидящие на них, взлетели и закаркали, выдавая его местоположение. Фрэнк мысленно выругался на кружащих в воздухе птиц, но когда повернул голову назад, то заметил одинокую ворону, сидящую на ящике и смотрящую прямо на него. Поначалу он не обращал на неё внимания, но потом увидел, как ворона поскакала к нему. - Что, хочешь поглумиться надо мной, как твои тупые дружки? – встревоженно спросил он, как тишину нарушил шум взорвавшегося генератора. Фрэнк развернулся и направился в сторону звука, а ворона по-прежнему сидела на ящике, слегка наклонив голову набок. Фрэнк смог поймать жертву до того, как прошло безумие. Всё тело болело, и он схватился за голову и застонал от боли, пока не закончились приступы головной боли. Тогда он поднял пойманного выжившего и повесил на большой крюк. Покончив с делом, он заметил уже знакомую ворону, сидящую на крюке. - Чего тебе надо?! – вскричал он, сам не зная, почему злился на ворону. Он просто так себя чувствовал и решил излить гнев на птицу. Выживший, до этого пытавший освободиться, остановился и растерянно посмотрел на Фрэнка. - Что?! – рявкнул он и развернулся, чтобы найти остальных. Ворона кружила над головой Фрэнка, а потом каркнула и улетела в одном направлении. Парня раздражало странное поведение птицы. Обычно они ни за кем не следовали. Их приставила Сущность, дабы убедиться, что все правильно исполняли свои обязанности. Фрэнк пожал плечами и побежал в ту сторону, куда полетела птица, где действительно обнаружил выжившего, работающего над генератором. Он смог схватить его и насадить на другой крюк. И так прошло всё испытание – ворона искала выживших и выдавала их местоположение Фрэнку, насколько это было в её силах. Опираясь спиной на стену хижины, Фрэнк позволил себе соскользнуть вниз, пока не сел на землю; всё тело ныло от напряжения во время бега. Парень снял маску и стал разглядывать. Кровь и грязь покрывали когда-то белую маску. Тревожащую ухмылку подчёркивал большой кровавый мазок, придавая ещё более жуткий вид. Фрэнк тяжело вздохнул. Не прошло ни дня – если можно было назвать вечные сумерки измерения Сущности днём или ночью – когда он не думал бы о Сноу. Но он постепенно осознавал, что после каждого испытания, когда искусственная жажда крови отступала, он забывал очередную деталь из прошлой жизни и очередную деталь о девушке, которую до сих пор любил всем сердцем. Часто он думал о том, как бы звучал её голос, и это причиняло ему боль. Фрэнк не хотел забывать о ней. Да и как он мог позволить себе забыть её? Если бы он только был лучшим и настоящим парнем для неё... Фрэнк прижался затылком к стене и взглянул наверх на никогда не меняющееся небо. Он знал, что Сноу любила его, а также знал, что никогда не мог любить её так, как она того заслуживала. Для Фрэнка всё это было лишь очередным вызовом жизни, чтобы он мог доказать своё достоинство и право на существование. Но она заставила его переосмыслить всё, а теперь уже было поздно. Фрэнк понимал, что никогда уже не сможет сказать ей обо всём, что осознал, как вдруг мысли нарушило карканье вороны. - Ну что, теперь ты смеёшься надо мной при виде того, как я сам себя жалею? – спросил он, и на лице появилась грустная улыбка. Ворона приземлилась на землю рядом с ним, и впервые за всё время Фрэнк заметил что-то на её шее. Заметив интерес парня чёрная птица подскакала ближе. Фрэнк неохотно протянул руку и снял этот объект с шеи птицы, как тут же увидел, что это было ожерелье с двумя переплетёнными сердцами, на кончике который виднелся маленький кристалл. Лицо Фрэнка сразу побледнело. - С-Сноу... Детка... Малыш... – заикался Фрэнк, с недоверием глядя на птицу, которая скакала вверх и вниз, щёлкая клювом. – Это ты... Это правда ты... – добавил он, задержав дыхание. Казалось, ворона нетерпеливо закивала, и Фрэнк тогда поднял её и прижал к груди, не сумев сдержать потока слёз. Птица уткнулась клювом в его грудь, наслаждаясь ощущением и снова будучи в объятиях любимого. Парень тогда поднял её перед собой и посмотрел ей в глаза. Сноу теперь была вороной, но в глазах остались прежние тепло и жизнь, словно она по-прежнему являлась человеком. – Мне столько нужно тебе сказать... Прости меня. Мне очень, очень жаль. Я понимаю, если ты мне не веришь... - Карр! – прервала она его. - Нет... Я сильно налажал и должен быть честным. Я достаточно долго страдал, - сказал Фрэнк, вздыхая. – Я... Чёрт... Я тогда отымел Джули. – Он не осмеливался смотреть ей в глаза. Почувствовав, как птица зашевелилась в руках, он наконец отважился взглянуть ей в глаза и увидел в них... неуверенность? - Я просто хотел сказать тебе об этом... Я... Я так злился... Не из-за тебя, а из-за себя, и я не мыслил трезво... – продолжал Фрэнк, а птица выглядела так, будто перебирала в уме варианты – выклевать ему глаза или просто улететь. Она медленно взмыла вверх и приземлилась на голову Фрэнка, где взяла в клюв прядь волос и потянула за неё. Хоть это и не было сильным, но всё же хоть какую-то боль причиняло. – Знаю... Знаю, что ты сердишься, - сказал Фрэнк, стараясь угодить сидящей на голове птице. – Но я изменюсь... Обещаю, - заключил он, и птица прекратила свою атаку, просто сидя на голове парня. Сноу помогала Фрэнку на испытаниях и проводила время с ним, когда у него были перерывы. Она не могла словесно ответить на его разговоры, но всеми силами старалась показать, что бы ответила в той или иной ситуации. Фрэнк был рад её возвращению, и вместе с ней вернулись и воспоминания, которых его лишила Сущность. Но чем больше он вспоминал, тем сильнее начинал ненавидеть Сущность. Фрэнк понимал, что это его вина, но если Сущность смогла вернуть ему Сноу, то почему предпочла сделать это в виде птицы? Его сердце чувствовало сладко-горький укол боли каждый раз, когда он смотрел на свою девушку, которая превратилась в ворону.