Чувствуя кровь

На улице шёл ливень, который усиливался с каждым порывом ветра, заставляя Логана всё сильнее кутаться в шарф, несмотря на то, что сейчас был конец июня. Погода в Голдтраме — русская рулетка. Ты не знаешь, может ли к вечеру начаться ураган или похолодать на десять градусов, когда ты в одной футболке. Логан редко ночевал в «Логове Вампиров», предпочитая оставаться в своей небольшой квартирке рядом с сестрой, которая и не знала, как на самом деле он зарабатывает деньги. Со своей сестрой Вики они жили в небольшой квартирке многоэтажного дома. Это лучшее жильё за последние лет шестнадцать их жизни без родителей. Поздоровавшись с консьержкой, он зашёл в лифт, нажимая на кнопку девятого этажа. Ему не нравилось чувство, когда прижимает к полу лифта силой тяжести, но подниматься девять этажей у него не было сил. Подойдя к двери, он всем телом навалился на неё и достал ключ из кармана, открывая замок. Дом встретил его уже знакомой тишиной, пылью и мрачностью, даже несмотря на регулярную уборку. Всё буквально кричало о том, что здесь живёт больной человек. Логан тяжко вздохнул, снимая обувь и направляясь в ванную, чтобы помыть руки, ведь к сестре нельзя подходить с микробами, тогда всё ещё больше ухудшится. Когда он зашёл в комнату, Вики лежала неподвижно с открытыми глазами, которые смотрели в пустоту. — Привет. — тихо сказал Логан, забирая пустые тарелки. — Ты пила таблетки? — Пила. — хрипло ответила девушка. — Будешь кушать? Сестра отрицательно покачала головой, сказав: — Лучше принеси мой блокнот, он на тумбочке. — на самом деле он был очень близко, просто у Вики не было сил даже подняться. Логан сразу же подал ей блокнот с кучей разных карандашей, ручек, фломастеров и несколько ластиков, так как иногда Вики нечаянно их роняет, но не может поднять. — Спасибо. — прохрипела она, взяв трясущейся рукой простой карандаш средней мягкости. — Будешь чай? — поинтересовался Логан, мягко перебирая тонкие волосы девушки. — Нет, спасибо. — сказала она, начиная рисовать что-то непонятное, точнее понятное, но только ей. — Хорошо, — брат наклонился, чтобы поцеловать её в лоб. — я пока сделаю тебе ванну. Но прежде там нужно было убраться. Взяв мусорный пакет, Логан стал сбрасывать в него все пустые блистеры, баночки от сиропов и шприцы от уколов. Ни одно из этих лекарств особо не помогало. — Тебе нужно принять ванну, Вики. — тихо попросил он, чтобы не пугать сестру громкими звуками, пока та рисует. — О, конечно, сейчас… — также тихо ответила сестра, откладывая художественные принадлежности в сторону, начиная медленно подниматься. Подав девушке ходунки, Логан спросил: — Чем занималась? Медленно передвигаясь в сторону ванной комнаты, Вики ответила: — Да ничем, просто телевизор смотрела, иногда спала. — И что нового показывают по телевидению? — искренне поинтересовался Логан, ведь он уже очень давно не следит за новостями. — Всё тоже самое. — по-философски вздохнула сестра, хватаясь за ручку двери в ванной комнате. — Крутят комедии, пока в стране происходит невесть что. — Это классика. — усмехнулся Логан, помогая сестре залезть в ванну. — Но комедии хоть хорошие? — Неплохие. — улыбнулась Вики, поднимая руки вверх, чтобы Логан смог снять её свитер. — Помогают отвлечься. — эта фраза стала началом неловкого молчания, продолжающегося до тех пор, пока они не уселись за стол. Положив в тарелку салат и тушёную капусту с соевым мясом, Логан поставил её около сестры, которая сразу же скривилась. — Осточертело. — сказала она, всё равно начиная поглощать пищу с зажмуренными глазами, не пережёвывая. — Ты так подавишься, — Логан укоризненно взглянул на сестру. — Пережёвывай. Вики также укоризненно (это у них семейное) посмотрела на брата, сказав таким тоном, будто обьясняет сложную теорему двоечнику: — Если я буду это пережёвывать, то блевану прямо на стол. Логан фыркнул, принявшись за ужин, тот же, что и у Вики, надо сказать. — Видишь, — сказал он, указывая на свою тарелку. — я ем это же и не брезгаю. — В вашем офисе по-любому есть кафе, где ты перекусываешь, у тебя ведь нет специально назначенной диеты. — парировала сестра, выделяя последние слова. Логан испуганно взглянул на сестру, но сразу же опустил взгляд, не желая быть замеченным. Вики не нужно было знать, что Логан работает далеко не в офисе. — Кушай. — буркнул он, набивая свой рот ужасно невкусным соевым мясом. — Видишь! — победно улыбнулась сестра, увидев, как скривилось лицо Логана. — Тебе тоже не нравится, так что не надо мне тут читать нотации! Логан улыбнулся, закатив глаза чисто для поддержания образа нудного братца. — Что ты сейчас рисуешь? — спросил он, чтобы не терять приятный разговор, но, кажется, этот вопрос и спровоцировал напряжённость, повисшую над ними. — Ничего особенно… — сконфуженно произнесла Вики, набив рот остатками салата. — Я ф-сё. — сквозь набитый рот, сказала она. Логан нахмурился, но ничего не сказал, только подождал, пока она проглотит весь салат, а затем донёс её до кровати, где она снова взяла блокнот и карандаш с ластиками, включив телевизор на очередной комедии. Логан тем временем мыл посуду, чувствуя какое-то странное нехорошее предчувствие внутри, будто что-то должно вот-вот произойти. — Логан! — позвала сестра, довольно сильно напрягая свой тихий голосок. — Тут начался твой любимый фильм, пойдём смотреть! Логан постарался отбросить все свои переживания в сторону, не желая портить настроение сёстры своими загонами. Присев рядом с ней на диван, он погрузился в просмотр фильма, иногда прерываясь на созерцание сосредоточенного на рисунке лица сестры. — Ты пялишься на меня. — улыбнулась она, слегка отодвигая блокнот в сторону. Логан улыбнулся ей в ответ, погладив её редкие русые волосы: — Ты просто очень красивая. — Ты врёшь. — шёпотом сказала она, только сейчас обращая внимание на то, что фильм закончился. — Я не вру. — прошептал в ответ брат. — Врёшь. — уже громче и настойчивее произнесла Вики. — У меня выпадают волосы, а кожа обтягивает все кости, я похожа на призрака. Логан также настойчиво (это тоже семейная черта) посмотрел на сестру, сказав: — Ты красивая. И я готов врезать каждому, кто скажет, что это не так. — Даже мне? — усмехнулась Вики. — Я ведь тоже сказала, что я некрасивая. — Даже тебе, Виктория. — прошептал Логан и легонько ударил её небольшой подушкой. — Видишь? Я не вру. Я никогда не вру. На миг они погрузились в приятное молчание, мягко смотря друг ну друга. — Если ты не врёшь, — вдруг тихо-тихо прошептала Вики. — то скажи мне… Я смогу вылечиться? Логан нажал на выключатель, дабы сестра не увидела его глаза, ставшие вмиг мокрыми, а затем произнёс, стараясь вместить в голос как можно больше уверенности и радости: — Конечно сможешь, милая. Как только ты вылечишься, мы купим столько «неправильной» еды, сколько сможем себе позволить и налупимся ею, пока наши животы не лопнут. — Или пока живот не схватит. — согласилась Вики, прекрасно чувствуя дрожь в голосе брата. — Мы обязательно должны налупиться теми «жирными» бургерами, которые мне нельзя. Я не умру, пока не съем как минимум штук сто. Логан рассмеялся, прижавшись головой в груди девушки: — Обязательно, милая… Вики положила свою худую руку на кудрявые волосы брата, мягко перебирая их. Когда-то и у неё были такие же густые и мягкие волосы, пока болезнь не пришла и не забрала у неё все прелести жизни, которыми обладают её ровесники. Она знала, что брат лжёт ей, во всём лжёт. Она знает, что он работает далеко не в офисе. Один раз Вики увидела окровавленную одежду и слёзы на лице Логана, пока тот тихо замаливал грехи, стоя на коленях. Девушка знала, что он точно занимается чем-то незаконным, но сказать прямо о своей осведомлённости не могла, не желая заставлять брата замаливать грехи ещё и перед ней, не перед той, кто уже давно не верит в Бога и в то, что он ей поможет. Ей уже никто не поможет. И она знала, что ей осталось очень мало, она чувствовала это: Чувствовала постоянную слабость и головную боль. Чувствовала выпадающие волосы. Чувствовала, как Логан горько плачет, пока она спит. Чувствовала, как вкусовые рецепторы начинают пропадать. Чувствовала постоянное желание выблевать свой желудок. Чувствовала кровь, которую выхаркивала каждые двадцать минут Чувствовала, как смерть каждый день становится на три шага ближе к ней. Как бы Логан не пытался скрыть это от неё. Она была живым трупом. Пока ещё живым… Целуя брата в лоб, она отложила блокнот в сторону, забыв его закрыть. Утром Логан увидит свой портрет, на котором он заинтересованно глядит в телевизор, а снизу подпись:

«Самый потрясающий человек в этом мире»

И горько расплачется, моля Бога о выздоровлении самого доброго, самого милого и самого прекрасного человека на этом свете. Вики как никто другой заслуживала жизни. Утром Логан шёл обратно в «Логово Вампира», всё ещё чувствуя осадок от вчерашнего разговора, ухудшенный тем же самым неприятным ощущением чего-то, что уже совсем близко. Впрочем, это предчувствие не было ложным, Логан понял это, когда увидел, как из кабинета Остина Мура вылетает Тони с разбитым носом. — Что происходит? — воскликнул Логан, подбегая к мальчику. — Жена Генри Мортана мертва, а весь их бизнес переходит непонятно кому. — Тони открыл дверь в свою комнату, сразу же запирая, как только Логан зашёл. — Как мертва? — Обычно, идиот. — рявкнул мальчишка, доставая аптечку. — Этот дурак заключил с кем-то контракт, чтобы те убили его стерву-жёнушку, дабы вернуть себе бразды правления. Только он не взял в расчёт то, что его тоже могут обмануть. — И с кем он его заключил? С «Пираньями»? — Сам догадайся. — мрачно ответил Тони, обрабатывая себе нос. — Тебе помочь? — чисто для приличия спросил Логан, совершенно не горя желанием ещё и нос подправлять этому пацану с явно завышенным эго. — Сам справлюсь. — ответил Тони. — Лучше иди к Муру, там сейчас все остальные. Логан кивнул и вышел из комнаты, чувствуя, как внутри бешено колотится сердце от того самого предчувствия, которое уже и не было предчувствием. — Можно? — тихо спросил он, постучав в кабинет Остина. — Входи. — ответила за него Элис, указывая на стул. — Опаздываешь ты что-то в последнее время. — её тон стал саркастично-противным, Логану захотелось выблевать свой завтрак только от одного вида практически белых волос и ярко-красных губ этой девушки. Следом за Логаном зашёл Тони, усевшись около Роберта. Логан же, в свою очередь, сел с Вирджинией. — Я так понимаю, — резко начал Остин своим привычным недовольно-агрессивным тоном, заставив Грейс вздрогнуть. — все уже в курсе о ситуации, произошедшей с Агатой Мортан? Логан осторожно покачал головой. Закатив глаза, и цокая, Элис ответила: — Она мертва. — Она убита. — поправил Рафаэль, вальяжно развалившись в кресле рядом с Остином. — Она мертва. — уже более раздражённо ответила Элис. — Ни у кого нет доказательств того, что она умерла насильственной смертью. — Вскрытия ещё не было. — сказал Остин, вставая с кресла. — Но Рафаэль прав. Агата была здоровой, никогда не жаловалась на здоровье. Такие, как она умирают только насильственно. В принципе и так понятно, кто её убил. — Пираньи. — в унисон сказали Вампиры. Мур кивнул: — Пираньи. — повторил он. — Я больше чем уверен в том, что Безумец хочет забрать Лойханд, раз решил посягнуть на такой крупный бизнес. Роберт незаметно для всех ухмыльнулся. — Остин будет думать, что я заинтересован в Лойханде. — сказал Август, докуривая шестую сигарету. — А ты разве не заинтересован? — усмехнулся Роберт. — Это не первостепенная задача. — пожал плечами шатен. — Сейчас мне нужно вести Мура по ложному следу, заставить его думать, что я иду тривиальным путём. Путём завоевания. — Но ты идёшь путём знаний фактов о Вампирах. — Именно, Робби. Остин не подозревает, что Безумец может знать столь узкую информацию, это нам на руку. Август Кросби действительно редко ошибался. — И что нам делать? — тихо спросила Вирджиния, глядя куда-то в пустоту. Логан видел, как её бинты над руках под толстовкой пропитались кровью. — Для начала нам нужно наведаться к Генри Мортану. И, далеко не мягко расспросить его. — сказал Остин. — Я, Элис и Рафаэль сейчас этим и займёмся. Роберт, твоя задача прошерстить интернет в поисках какой-либо компроментирующей информации против нас, а также попробуй взломать компьютер Мортана, этот идиот наверняка кому-нибудь из своих знакомых написал о скорой смерти своей жёнушки. Брэд и Логан, на вас территории, проверьте всё от и до, пообщайтесь с нашими «партнёрами», может с ними связывался кто-то от Пираний. — Хорошо. — незамедлительно ответил Логан. — Без проблем, брат. — улыбнулся Брэд, не дождавшись ответной улыбки от Мура. — Хорошо, тогда на Вирджинии и Тони клуб. Всем всё ясно? — этот вопрос был риторическим, ведь ответить отрицательно было нельзя, ибо все подумают, что ты идиот. Так что все кивнули и, не говоря ни слова, разошлись в разные стороны. Остин, Элис и Рафаэль уселись в чёрную Chevrolet camaro 1968 года, хотя могли бы выбрать более новый автомобиль, но Остин Мур был большим любителем винтажа. Особенно в машинах. Рафаэль и Элис были далеко не уверены в полной работоспособности этого динозавра. Всё же машине шёл четвёртый десяток, но Остину она нравилась, очень нравилась, ведь она была первой вещью, которую ему подарили за всю его жизнь. Это был подарок Августа Кросби, от этой машины словно шёл его вайб, словно он сейчас в ней находится, а сидения, да и весь салон пропах его дорогим парфюмом Tom Ford и сигаретами с вишней. На самом деле Остин каждую неделю прыскал в салоне этим парфюмом и курил сигареты с вишней, откидываясь на сидение и представляя, как Август сидит рядом, курит те же сигареты, недовольно бормоча что-то про не правильно составленные отчёты, а Остин просто слушает его слегка отрывистый голос и смеётся с его смешно дёргающегося кончика носа, когда тот фыркает, словно ёж. Когда Остин скучал, то садился в Chevrolet camaro 1968 года и тихо шептал: — Прости. Иногда ему было бесконечно стыдно за то, что он хотел убить своего лучшего друга. Иногда он понимал, что не ценил Кросби, что все Вампиры вместе взятые не стоят его. Никто не стоил Августа Кросби, этот человек должен был стать кем-то бóльшим, чем «тень» Мура. И Остин это понимал. Но это было иногда. В остальные дни же Остин всё ещё дико завидовал пусть уже и покойному другу, сам себе не признаваясь в этом. Но как бы то ни было, Остин уважал его больше, чем кого-либо. Ведь это был Август Кросби — его лучший друг и лучший враг. На улице поднялся ветер, принося порывами дождь, который тихонько начал постукивать по капоту автомобиля. — Ты ещё долго собираешься пялиться в одну точку? — скучающе спросил Рафаэль, слегка сгорбливаясь. Эта машина была не слишком большой для такого бугая, за что он её и ненавидел. Элис вздохнула, сказав с упрёком: — Ты был рад, когда он сдох. Так что сейчас изменилось? Всё изменилось, думалось Остину, слишком многое свалилось, и без безмолвной поддержки он справлялся откровенно плохо, не чувствуя ту стену, которая всегда защищала его, успокаивала и давала верные советы. Три года прошло с того момента, как этой стены не стало, но Остин явно ощущал, что Август наблюдает за ним, укоризненно качает головой, а в его разных глазах застыла ненависть, кричащая о том, что он отомстит всем им, и рядом с его могилой будут находиться ещё четыре. — Ничего не изменилось. — рявкнул Остин, заводя двигатель. — Просто задумался, да и к тому же, это не твоё дело, так что заткни рот и сиди смирно, пока я не выпер тебя из машины. Элис действительно замолчала, немного съёжившись, а её глаза помутнели от разочарования, нахлынувшем на неё огромной волной, ведь каждый раз, когда она надеялась получить хоть долю тепла от Мура, тот её лишь отталкивал. — Эй, Снежная Королева, — усмехнувшись, прошептал Рафаэль, когда понял, что Остин окончательно сосредоточился на дороге, не обращая на пассажиров никакого внимания. — не бери в голову. Может когда-нибудь у тебя получиться переспать с ним… — Заткнись. — рыкнула Элис. — А вообще, — всё равно продолжал Рафаэль. — нашла бы себе кого-нибудь другого, кто хоть немного бы ценил тебя и обращал внимание на изменение твоей причёски. Кстати, классный цвет, это вроде мелирование, да? — больше всего на свете он не любил дешёвый коньяк, сокамерников и расстроенных женщин, им это совершенно не шло. А особенно это не шло Элис Финч, которая по мнению Рафаэля являлась независимой и самодостаточной женщиной, которой не нужен никакой Остин Мур. Такие, как она вообще по жизни одиночки. — Я обойдусь без твоего мнения. — ответила блондинка. — И, спасибо, Раф. — Без проблем, — отмахнулся Рафаэль. — думаю, что мужчины должны чаще говорить комплименты женщинам, это ведь не сложно. Элис слегка приподняла уголок губ: — Согласна. Через какое-то время Остин плавно припарковался перед домом теперь уже вдовца Генри Мортана, где их сразу же встретила охрана, кивнув в сторону двери, разрешая пройти. Дверь была не заперта, что было бы странно, если бы у Генри не было охраны, но Вампиры решили пока не обращать на это внимание, проходя в дом. — Генри! — крикнул Остин. — Выходи! Нам поговорить нужно. — выходов из дома было много, но безопасный был только через дверь, так что Мур не боялся, что Генри сбежит. — И чего он не отвечает? — хмуро спросил Рафаэль, доставая пистолет. — Спроси, — фыркнула Элис, следом доставая ножи. — думаю, что он у себя в спальне. Спит пьяным сном. — Неужели уже отметил смерть своей жёнушки? — издал смешок Раф, поднимаясь на второй этаж. — Зуб даю. — ответила Элис. — Открываем комнаты по очереди. — они подошли к самой первой двери, где находилась спальня семьи Мортанов, резко открыв дверь, Вампиры никого там не обнаружили. — Значит не спит. — ответил Рафаэль, аккуратно посматривая на Остина, чьё выражение лица мрачнело всё больше и больше. Они подошли ко второй двери, за которой была гостевая спальня. Но и там никого не оказалось. — Дурное у меня предчувствие. — пробормотала Элис, открывая третью дверь в ещё одну гостевую комнату. — Никого. — чуть ли не прорычал Остин, со всей силы закрывая дверь обратно. Последней комнатой значились две ванны, Элис и Рафаэль одновременно открыли двери, прошептав: — Никого нет. Лицо Остина исказилось в непонятной гримасе злости, разочарования, ненависти и поражения. — Идёмте, спросим охрану. — сказал он, стараясь взять самообладание. Охрана также стояла около входной двери и ограды, глядя в одну сторону, даже не двигая зрачками. — За что вам платят деньги? — спросил Остин. Охранники молчали. — Я с вами разговариваю! — повысил голос Мур, становясь больше похожим на сумасшедшего. Охранники молчали. — Ваш начальник, Генри Мортан либо сбежал, либо его похитили. — скучающе сказала Элис, рассматривая свой маникюр. И, не говоря ни слова, охранники рванули в дом, откуда выбежали с рациями и криками о том, что о местоположении их босса совершенно ничего не известно. — Пираньи? — облокотившись на капот машины, спросил Рафаэль у Мура. — Не факт. — ответила за него Элис. — Агата Мортан сотрудничала не только с нами, много кто остался без прибыли, так что отомстить мог кто угодно. — Но основные подозрения на Пираний. — добавил Остин, откидывая окурок. — Основные подозрения на Пираний. — кивнула девушка. — Поедем к ним? — Смысл? — спросил Остин. — Нам просто нужно прошерстить всю территорию Безумца. — Это половина города! — Именно. Безумец же не дурак. — устало произнёс Остин, схватившись за переносицу. А Безумец не дурак, думал Демиен, наблюдая за Генри Мортаном, который сидел в подвале их дома, который по совместительству являлся ещё и тиром. — Как ты додумался спрятать его настолько близко к Вампирам? — спросил Демиен у Безумца, который в данный момент разговаривал с Хью, каким-то странным образом оказавшись его старым другом. — Ты думаешь, кто-то из Вампиров будет искать его здесь? Они стопроцентно думают, что похитили его именно мы, что мы его спрячем где-то у себя. — его глаза смотрели на бессознательное тело Генри, который не проснётся ещё минимум часа четыре, по словам Химика, который и приготовил какую-то ересь для быстрой отключки. — Держи, — Хью, выглядя радостно-взволнованным, подал Безумцу чашку чифира, которую тот с благодарностью принял, продолжив: — Генри бы проболтался под давлением. Пусть пока посидит здесь, только кормите его хорошо, — Безумец кивнул на выпирающий живот Мортана. — а то ссохнется. — Так ты поможешь нам избавиться от долга? — нетерпеливо спросил Демиен, и Хью нахмурился, желая что-то сказать, но Безумец его опередил: — Я не прошу помощи, когда не могу дать что-то взамен. Тем более, что у нас похожие цели. Конкретно ты поможешь нам избавиться от Брэда. Демиен выгнул свою рыжую бровь в непонимании. — Сделай вид, что влюбляешься в него. Только не влюбись на самом деле, а то больно будет. Племянник хозяина тира чуть не поперхнулся чаем: — Что я должен сделать? — Да не парься ты, — махнула рукой Спичка. — Брэд красавчик, может это последний столь симпатичный человек, которого ты сможешь поцеловать в своей жизни. — Я не собираюсь его целовать! — И не собирайся. — усмехнулся Музыкант. — Он сам тебя поцелует. Твоё дело лишь стремительно влюблять его в себя и тянуть время. Демиен посмотрел на Хью в поисках помощи. И получил её. — Я не хочу, чтобы Демиен связывался с ним… — произнёс Хью. — Он уже связан с ним. — фыркнули Пираньи в унисон, а затем Безумец сказал: — И Брэд им заинтересован, это хороший шанс обмануть его. Никто не заставляет тебя прыгать к нему в койку, просто флиртуй с ним, но не с разу. Сделай вид, будто у вас что-то вроде «от ненависти до любви». И, Музыкант правильно сказал, тяни время, не давай заманить себя в ловушку, не дай ему влюбить тебя в себя, он ведь это может. — У него этого не получится. — заверил Демиен. — Но я всё ещё против этой идеи. — У тебя нет выбора, французик. — более угрожающе произнёс Музыкант, делая шаг вперёд. Его рост впечатлял и пугал, заставляя забиться в угол и не выходить до тех пор, пока этот человек не уйдёт. — Вам же нужно отдать долг. Им действительно нужно было отдать долг, так что у Демиена и Хью не было другого выбора, кроме как согласиться. — Думаешь, будут проблемы? — спросила Спичка, когда Безумец закончил свой разговор с юношей. — Невысокий, нежные черты лица, рыжие кудрявые волосы, красивая улыбка, напоминающая о лете… — произнёс Безумец, размышляя. — Он во вкусе Брэда… Да и этот мальчишка явно не понимает, что влюбиться можно и в самых отбитых людей. Что ж, Музыкант был определённо с ним согласен, существуя со своей глупой влюблённостью в человека, который отрицает все чувства. — Ты переживаешь за него… — догадалась Спичка. — Если бы он не был племянником моего старого друга, то мне было бы плевать. Но он племянник Хью, единственный родственник, который у него остался. И я не знаю, что по итогу выйдет из всей нашей затеи… Хью прекрасный человек и он заслуживает семью и дом где-нибудь во Франции, а также друга, который бы не пользовался им и его доверием... — Что ты такое говоришь? — прошептал Музыкант, подходя ближе. Август провёл рукой по кирпичной стене, хрипя в ответ: — Для меня пятьдесят тысяч — ничто. Я бы мог спокойно их преподнести им без каких-либо проблем, но вместо этого я отправляю хрупкого парня, который не приспособлен к жизни в преступном городе к преступнику, который в любой момент может его убить, узнав о том, что он сотрудничает с нами. Вот почему Безумец отрицает любые проявления чувств. Они заставляют сомневаться, что и происходило с ним сейчас. Желание победить и желание бескорыстно помочь хорошему человеку боролись между собой, пробуждая стыд и чувство вины, глубоко зарытые самим Безумцем уже не один год назад. — Мальчишку нельзя оставлять надолго один на один с Брэдом. — всё же Август Кросби и Безумец нашли компромисс между собой, принимая нейтральную сторону. — И что ты нам прикажешь делать? Круглосуточно следить за ним? — усмехнулась Спичка, какая головой. Безумец взглянул на Музыканта, чьи волосы всё ещё были выкрашены в чёрный, сказав: — Не круглосуточно, ведь мы не собираемся допускать захождение их отношений дальше поцелуев. Но следить придётся, ведь как бы этот парень не храбрился — он не приспособлен к Мáртраду и его законам. И поймёт их он только тогда, когда обожжётся, а это уже слишком поздно. Скажите Роберту и Коту, что нам нужно несколько программ слежения и несколько маячков. Брэд и Логан уже несколько часов катались по всем «легальным» деловым партнёрам Остина, расспрашивая их обо всём странном, что происходило за последнее время. И слышали они много всякой ерунды по типу «кошка сегодня выблевала свой завтрак, меня это насторожило». И эти люди занимаются бизнесом? Но всё же был один человек — Алан Шульц — не очень крупный бизнесмен, имеющий сеть канцелярских магазинов, в подвале которых продаются самые разные наркотические вещества и контрабанда. Он рассказал им, что некий «высокий, щетинистый мужчина с чёрными волосами, средь которых виднелась светлая полоса, одетый в пальто в пол, предложил ему продать свои легальный и нелегальный бизнесы. — Он не представился. — пожал плечами Алан. — Но я ему сразу отказал, он ещё несколько минут настаивал, но в конце концов ушёл, сказав, что ещё вернётся. Брэд кивнул, набирая номер Остина. — Нашли что-нибудь? — без прелюдий, спросил Мур. — Да, в канцелярские магазины Алана Шульца кто-то приходил, желал купить все его бизнесы. — Описание? — Я скинул тебе в сообщении, но под описание подходя почти все мартрáды, за исключением белой пряди. Надо искать по ней. — А если он покрасился перед тем, как пойти в Шульцу? — спросил Остин, задумавшись. — Даже если и так, то он не станет перекрашиваться обратно, если решил ещё раз сюда заглянуть. — Справедливо. — согласился Мур. — Жаль, что там нет камер... — Согласен, так бы было проще. — ответил Брэд и Логан усмехнулся. Чёрт возьми, думал он, понимая, что Вампиров обводят вокруг пальца. Чёрт возьми, думал он, когда решил сам для себя, что не станет им об этом говорить. Чёрт возьми, думал он, радуясь тому, что этих ублюдков кто-нибудь хотя бы попытается приструнить. Чёрт возьми, подумал он, вспомнив о том, что его сестра, а точнее её лечение нуждается в деньгах, которые могут дать только Вампиры. Чёрт возьми, думал он, всё же решая пока утаить информацию от Вампиров. Пираньи ещё могут ему понадобиться. — Пойдём, — махнул рукой, Брэд, хватая с полки рандомную книгу. Он вообще читать умеет? — Сходим в тир к моему новому знакомому. — Брэд оглянулся по сторонам, переходя через дорогу. — Мы не заберём машину? — спросил Логан, догоняя мужчину. — Тут близко, заберём позже. — отмахнулся тот. Когда Хью увидел подходящих к тиру Брэда и Логана, то быстро крикнул Безумцу, Спичке и Музыканту, чтобы те спрятались, закрыв за собой дверь, которая позволяла подслушивать, оставаясь незамеченными, да и звукоизоляция в подвале неплохо помогала. — Как же хорошо, что первые застройщики этого места не указали на чертеже подвал. — хмыкнул Безумец, прижимаясь ухом к двери. Демиен громко выдохнул с сделал непринуждённое лицо, медленно спускаясь с лестницы, будто он совершенно не знал о том, что два Вампира подходят к зданию. — Здравствуй, Хью, — обворожительно, но не менее опасно улыбается Брэд. — Как твои дела? Какая прибыть у моего тира? — Вот ублюдок. — фыркнул Безумец, прислонившись ухом к двери. Кажется, все были того же мнения. — О, Демиен! — радостно воскликнул Брэд, увидев спускающегося парня. — Странно, что ты не спишь в такой ранний час. — Я выгляжу, как человек, который много спит? — не здороваясь, рявкнул француз. — Что он несёт?! — возмущённо прошипела Спичка. — Он его что, отпугнуть хочет? — Всё по плану. — ровно ответил Безумец, прислушиваясь к разговору сверху. Сзади раздалось мычание, Генри Мортан начал просыпаться, но сразу же отключился обратно, после того как Музыкант своим кулаком стукнул его по переносице. Безумец кивнул ему в одобрении, заставив блондина улыбаться как идиота. — Ты всё также любезен, — нисколько не смущаясь, ответил Брэд. — не хочешь научиться стрелять? А то в прошлый раз я чуть со смеху не помер от такого дилетантства. Демиен зло зыркнул на мужчину, чуть ли не прорычав: — Я нормально стреляю. Брэд улыбнулся с явным вызовом: — Докажи. — Пошли. — ответил парень, хватая пневмат. — Умница. — ухмыльнулся Безумец, всё ещё прислушиваясь ко всему, что происходило сверху. Хью испуганно смотрел то на Брэда, то на племянника, мысленно посылая ему свою поддержку. Кажется Логан делал тоже самое, внимательно наблюдая за парнем. — Стреляем по десять раз. — объявил Брэд. — Посмотрим, на что ты способен. — Посмотрим. — ответил Демиен, вставая с стойку. Первый выстрел — попадание. Второй — попадание. Третий — попадание. Четвёртый — попадание. Демиен не мог нарадоваться, считая, что сейчас он выбьет каждую мишень. Но это было нет так. Фортуна закончилась, все остальные пролетели мимо. Брэд ухмыльнулся и, даже не вставая в правильную стойку, начал стрелять, быстро и не прицеливаясь. Все попали. Хью нервно закусил губу, а Логан фыркнул, в очередной раз убеждаясь в том, какой Брэд самовлюблённый засранец. — На что он надеялся? — тихо спросил Музыкант. — И так же было понятно, что парень не попадёт. — Думаю, что за эти несколько дней, что мы не виделись, этот парень стал основательно готовиться. — предположил Безумец. — Ах да, — вспомнила Спичка, усмехнувшись. — Малыш же хотел лично расправиться то ли с Брэдом, то от со всеми Вампирами сразу. — Он младше тебя на год. — хмыкнул Музыкант. — Он не малыш. Спичка лишь отмахнулась, прислушиваясь к разговору за дверью. — Я прав. — оскалился Брэд. — Впрочем, как и всегда. Демиен был готов прямо там зарычать от досады, но терять лицо было нельзя. Что там говорил Безумец? Неприступность, но покорность? Допустим... — Ладно... — вздохнул Демиен, заправляя выбившуюся рыжую прядь за ухо. — Можешь научить меня стрелять. — он закатил глаза, то ли для пущей убедительности его презрения, то ли от явного презрения, француз ещё не решил. — Спасибо, что сделали одолжение, Ваше Величество. — нисколько не разозлился Брэд, всё также улыбаясь. Казалось, что этого человека невозможно разозлить в принципе, казалось, что он совершенно не умеет банально раздражаться. Безумец одобрительно приподнял уголок губ, Демиен шёл будто по любимому сценарию Брэда Кита, даже не зная его. Это потрясающе. Брэд подошёл к парню, сказав: — Ты встал в правильную стойку и по сути правильно стрелял, но твои руки трясутся из-за неправильно выбранного оружия, оно слишком тяжёлое для тебя. — он достал револьвер из-за пазухи, сказав: — Дарю, только смотри, не застрели себя по неосторожности. Он лёгкий, именно с такими и учатся. — Боже, — вздохнул Безумец. — если он отдал ему именно тот револьвер, о котором я думаю, то нам даже и заинтересовывать его не нужно. — Ты выглядишь не слишком радостным. — выгнул бровь Музыкант. — Вы и сами прекрасно знаете, что этот человек никогда не отпустит то, что ему интересно. Если у нас не получится, то этот парень окажется в ловушке. — Он не первый, ведь так? — прищурившись, спросила Спичка. — Не первый. — согласился Безумец. — Одного я лично откачивал от передоза психотропиками, он хотел покончить с собой. Другую спасти не удалось, спрыгнула с моста. Третьего Брэд сам застрелил, когда тот работал на конкурентов, так что вы понимаете, что будет, если он узнает, что Демиен с нами в сговоре. — У Вампиров были конкуренты до нас? — удивилась Спичка. — Небольшие группировки, которые не продержались и дольше месяца. Вот почему Вампиры удивились, когда мы смогли удержаться на плаву после всего, что они нам сделали. Генри Мортан что-то пробормотал во вне, заставляя Пираний замереть, не издавая ни звука. Когда же Мортан перестал бормотать какой-то несвязный бред, Спичка сказала, фыркая: — Я на всю жизнь запомню, как они подожгли мне волосы в одной из драк. — Зато ты оправдала своё имя. — пожал плечами Музыкант. — Заткнитесь оба, — прошипел Безумец. — я ничего не слышу. Не слышал он ничего не из-за разговоров Спички и Музыканта, а из-за того, что никто с той стороны ничего не говорил. Но Демиен запросто мог описать все свои ощущения, когда Брэд, не говоря ни слова, немного корректировал его стойку, прикасаясь своими тёплыми ладонями к его холодной коже, заставляя покрываться мурашками. Мурашками, которые буквально кричали о его страхе, который Демиен всячески пытался скрыть от Брэда. — Стреляй по всем мишеням, чуть меняя градус. — прошептал мужчина, наклонившись к уху француза. И Демиен выстрелил в каждую, промахнувшись всего два раза. — Молодец... — парень снова ощутил тёмное мятное дыхание около своего уха, чуть вздрагивая. Брэд выпрямился, сказав теперь уже громко: — Теперь твоя задача просто тренироваться, тренироваться и ещё раз тренироваться. И да, не потеряй револьвер, это мой любимчик. Безумец еле слышно стукнулся головой об дверь. — Кстати, — воскликнул Брэд, когда обратил внимание на Логана, тихо стоящего в углу. — мы же пришли вот зачем... — он ещё раз взглянул на Демиена, а затем перевёл взгляд на Хью. — К вам никто подозрительный не обращался в плане бизнеса? Хью, стараясь не меняться в выражении лица, отрицательно покачал головой: — К нам бы и никто не обратился... — сказал он. — Бизнес неприбыльный, кому он нужен. Брэд усмехнулся, краем глаза поглядывая на племянника владельца тира: — Пока что я готов прощать вам ваш неприбыльный бизнес. Безумец стукнулся головой об дверь. Противоречивые чувства снова заставляли его сомневаться. У них не было права на ошибку, уж слишком многих людей они могут подставить. Роберт спокойно пил чай, даже не пытаясь заниматься своей работой. Безумец уже скинул ему всё то, что он обязан показать Остину, когда они будут говорить о своих «достижениях» за этот день, так что он мог отдыхать. И думать об Августе. В принципе он часто думал об Августе, поэтому это не было для него ново. Кроме того поцелуя на выпускном, Роберт больше не предпринимал попыток стать ближе к Августу, поняв, что как потенциальный бойфренд он его не интересует. Он любил Августа Кросби издалека, с грустью наблюдая за его «развитием» в Вампирах, где Остин с каждый днём старался удавить его морально. И он любил Августа, с восхищением наблюдая, как он со своей новой командой идут против Мура, что делают далеко не многие. Наверное именно за это он и любил Кросби — за его стремление к победе, за то, что он никогда не отступает, добиваясь своего любыми методами. Он так сильно любил Августа, что с лёгкостью мог понять, когда кто-то любит его также сильно. Тот парень под два метра ростом каждый раз при их встрече краем глаза наблюдал за Августом, следя за его безопасностью, а когда видел, что тот теряет над собой контроль, то безмолвно клал руку на плечо мужчины, немного сжимая. И это действительно помогало Августу успокоиться, что одновременно радовало Роберта и разбивало ему сердце. Каждый день Роберт жалел, что в своё время он не был столь смелым, высказывая свои чувства. Хотя он сомневался, что Август вообще в курсе о чувствах этого блондина. В комнату ворвались Тони и Вирджиния, падая в кресла. — Я ненавижу управлять этим балаганом. — вздохнула девушка, и Тони согласно кивнул. В конце концов они были слишком молоды для этого всего. Роберт усмехнулся, поворачиваясь к ним на своём компьютерном кресле: — Что на этот раз? — Каждый раз, когда официантки говорили, что к ним пристаёт какой-то мужик, мой глаз дёргался. — Тони указал на до сих пор дёргающийся глаз. — Но самое ужасное в том, что я ничего не могу сказать кроме «терпи». Идиотская политика: «Мудаки всегда правы». Вирджиния вздохнула: — Я уже устала считать, сколько раз за этот день меня назвали «куколкой», а затем, когда я им выкручивала руки, называли чокнутой дурой, которая не понимает комплиментов. — Это не такая уж и сложная работа по сути, вы не убиваете так часто, как это делает Логан, к примеру. — выпалил Роберт и понял, что сказал глупость. — Прости, Вирджиния, он твой лучший друг, и я... — Всё в порядке. — ответила девушка, всё равно напрягшись. — Он и сам знает о своих грехах, и он за них платит, поверьте. Всевышний отыгрывается на его сестре, не давая той вылечиться, я в этом уверена. Роберт и Тони не верили в Бога, поэтому лишь отстранённо кивнули, стараясь не разводить тему веры. — О, — сказал Тони, отдалённо услышав плач ребёнка. — Валери проснулась. Роберт и Вирджиния прислушались... Да, Валери действительно проснулась. Роберт поспешил закрыть дверь изнутри, дабы молодая мамочка не прибежала к ним за помощью, которую они не могли дать. Что они сделают для ребёнка, который хочет к отцу на ручки? Тем более, что Валери — невыносимая и во всём похожа на своего отца, а у Остина Мура очень мало положительных качеств. Грейс уже давно забыла о себе, как о личности, которая тоже имеет права и желает быть свободной. Но иногда она ощущала своё отчаянное положение особенно сильно, как например в этот момент. Она в очередной раз замазывала синяки на лице, как от недосыпа, так и от побоев, которые получала от своего парня непонятно за что. Грейс уже давно поняла, что все её ненавидят: парень, дочь, друзья, хотя Элис наедине была очень милой: умела хранить секреты и давала поплакаться в плечо. Она и была последней надеждой Грейс, хотя та понимала, что даже Элис не сможет спасти её и Валери от этого человека. Валери... Грейс подошла к кровати, где спала девочка, нежно погладив её по волосам. Валери была очень похожа на Остина, за что Грейс одновременно ещё больше любила её и ненавидела. Эта прекрасная девочка была итогом их недолгой идиллии с Остином, Валери была идеальной, пусть и принесла за собой одни неприятности, дочь была всем для Грейс, только ради неё она ещё существовала на этом свете, не покончив с собой. Иногда Грейс задумывалась о том, где она была бы сейчас, если бы Остин её не обнаружил в доме того мелкого бизнесмена, у семьи которого она служила горничной и няней. Иногда Грейс задумывалась о том, как она бы сейчас жила, будь с ними Август, который бы точно не допустил каждодневного физического и морального насилия в лице Остина и Валери. Девочка открыла свои зелёные глазки, с ненавистью уставившись на свою мать. — Где папа? — зло спросила она, поднимаясь с кровати. Грейс мило улыбнулась, стараясь сохранять самообладание, и не дать слезам выступить. — Он сейчас не дома, милая. — осторожно прошептала девушка, тут же увидев, как лицо ребёнка искажается, а слёзы выступают уже у неё, а не у Грейс. — Хочу в папе! — громко плача, кричала девочка, пока мать пыталась и так и эдак к ней подступиться, но та шипела, отползая от неё. Грейс не знала за что её ненавидит собственный ребёнок, но явно за что-то, о чём ей наплёл Остин. И что явно не являлось правдой. — Милая, — шептала Грейс, стараясь на расстоянии успокоить девочку. — хорошая моя, папа скоро придёт, потерпи чуть-чуть... Может хочешь поиграть? — она взяла плюшевую игрушку, протягивая её дочери. И, к её удивлению, девочка взяла игрушку в руки... Сразу же кинув её Грейс в лицо. — Я не хочу ждать! И не нужна мне твоя игрушка! — её детский голос сжёвывал некоторое буквы, заставляя её злиться ещё сильнее и топать ногами. Грейс разрывалась между желанием убежать и расплакаться. С каждый днём ей становилось всё сложнее и сложнее, с каждым днём её любимая дочь ненавидела её всё больше и больше, с каждым днём Грейс всё больше и больше желала встретиться с Августом Кросби там, наверху, где спокойно, и нет ни Остина, который стал её ночным и дневным кошмаров, ни Вампиров, которым было на неё плевать, ни Валери, которая каждый день твердила о своей ненависти и, подражая отцу, иногда могла стукнуть Грейс, пусть и не больно, как Остин, но куда обиднее и больнее в моральном плане. Один раз Грейс увидела, как Вирджиния, словно завороженная делала порезы на своём теле. И тоже стала делать, но не из-за каких-то идеологических побуждений, как это делала Джинни, а из ненависти ко всем, а больше всего к себе. За то, что она плохая мать. За то, что она ужасный человек, раз все её ненавидят. За то, что она, по всей видимости, не заслуживает любви, раз единственный мужчина, который на неё взглянул стал её ненавидеть. — Да кому ты нужна! — кричал Остин, пиная её в живот. — На тебя за двадцать восемь лет никто не взглянул. Я — единственный твой шанс не сдохнуть в этом мире, так что будь благодарна, тварь, за то, что я вообще терплю тебя! За то, что она заставляет терпеть себя. За то, что она недостаточно красива. — Ты вообще следишь за собой? — рявкнул Остин. — Посмотри на себя, даже будучи уборщицей за два евро в день ты выглядела куда лучше! За то, что она — разочарование. За то, что она психически нездоровая. — Что это? — спросил Остин, глядя на изрезанные руки и ноги. — Ладно эта фанатичка, но ты... Блять, идиотка, какая же ты дура, да ещё и больная на голову. К тебе вообще нельзя подпускать ребёнка! За то, что она вообще родилась на этот свет. В комнату ворвался Остин, злой и взволнованный. — Папа! — пропищала Валери, прыгая к отцу на руки. — Я так скучала по тебе! — Я верю, — немного успокоился Остин, прижимая к себе дочь. — всё хорошо, я рядом... Грейс стояла в стороне, в очередной раз вспоминая время в родильном отделении, вспоминая, как она впервые увидела свою дочь, какие у неё были большие и явно добрые глаза, как та впервые улыбнулась, посмотрев на маму. Всё это было раньше, а сейчас эти добрые зелёные глаза больше не были такими ангельскими и беззлобными, невинными и ласковыми... — Ты даже ребёнка успокоить не можешь, какая от тебя вообще польза. — фыркнул Остин, обращая внимания на Грейс. — Она меня ко мне не подпускала... — начала оправдываться девушка, но одним своим взглядом Мур её остановил. — Хватит, мне не нужны твои оправдания. Сиди в комнате и жди меня, ясно? В очередной раз Грейс надеялась на вечер без побоев, но, видимо, у Остина было совершенно другое настроение. Он опустил девочку на кровать, прошептав: — Посиди пока здесь, хорошо? Когда Остин вышел из комнаты, Грейс забилась в угол, спрятав лицо в коленях, пока дочь говорила что-то о способах убийства, которым её научил папа. Может когда-нибудь она будет счастливой, но явно не в этом месте, морально умирая каждый день. После получаса безудержных рыданий девушка подняла глаза, уставившись на человека, который сидел в кресле напротив неё. Грейс перевела взгляд на Валери, которая явно не видела этого мужчину, всё ещё увлечённая чем-то. Ну конечно, как она может видеть мёртвых? Как вообще кто-то может видеть мёртвых? — Август? — прошептала она, глядя в пустоту. — Привет, — помахал рукой он. — говорил же перед своей смертью, беги, Грейс, беги, пока можешь. Бросай всё. А ты осталась. — И теперь пожимаю плоды... — грустно усмехнулась Грейс. — Ага, — вздохнул Август. — но ты можешь не переживать... — Я умру? — перебила она мужчину. — Что? — удивился Август. — Ну ты сказал, что я могу не переживать... Я умру? Я обрету покой? Август приподнял уголки губ: — К сожалению или счастью, нет. Но умрёт Остин, я позабочусь об этом, поверь. — Ты заберёшь его за собой? — с надеждой спросила Грейс. Август кивнул: — Я заберу его настолько далеко, что никто и никогда его больше не увидит, только придётся немного подождать... — Насколько «немного»? — Я не знаю... — признался Август. — Но всё, о чём я тебя прошу, это о молчании. Никому не рассказывай о своих проблемах и никому не говори, если с тобой свяжутся определённые люди. — Какие «определённые люди»? — Когда они к тебе придут, то ты поймёшь, о чём я говорю... До встречи, Грейс... — и прежде, чем Грейс смогла спросить, почему именно «до встречи», Август исчез. Август был её отчаянной галлюцинацией, которую можно было и не принимать всерьёз, но Грейс приняла, ведь считала, что ничего в этом мире не происходит просто так. Глупая улыбка озарила её лицо, заставив Валери сморщиться, но Грейс было плевать. Сейчас она была была самой счастливой девушкой в мире, потому что поверила Августу. Поверила в то, что он расправится с Остином, ведь Август никогда не нарушал своих обещаний. И нарушать не собирался. Остин снова собрал всех у себя в кабинете, без приветствий спросив: — Что мы имеем? — Какой-то мужчина приходил в магазин канцелярии Алана Шульца. По описанию он высокий, щетинистый, с тёмными кудрявыми волосами, среди которых проглядывает белая полоса. — ответил Брэд, попивая своё кофе. — Генри Мортан исчез, вероятно его похитили. — добавила Элис. — Человек, пришедший в канцелярский, был вероятно тем самым бизнесменом, который сейчас владеет бизнесом Мортана. — тихо сказал Логан. Остин пристально посмотрел на него: — Что? Логан немного замялся, но всё же ответил: — Что, если Пираньи здесь не при чём? Вдруг появился человек, который просто решил завладеть всеми бизнесами, законными и незаконными путями. О том, что у Алана Шульца есть нелегальный бизнес знают далеко не все. Тут в разговор включился Роберт, подавая Остину флешку: — В компьютере Генри кто-то всё подчистил, файлы восстановить не удалось, был бы ноутбук, но в интернете нашлось кое-что интересное. На флешке всё, что я смог найти, а найти я смог и много и нет одновременно, смотря, насколько эта информация будет важной для тебя. — он дождался, пока Остин откроет папку, продолжив: — Кто-то опубликовал не самые хорошие статьи про нас и Пираний... — Нихера себе... — пробормотал Остин, читая статью. — Что случилось? — всполошились Рафаэль и Элис, подходя ближе. — Здесь имя Химика... Все подбежали к столу, в унисон произнося: — Феликс Ардер. Брэд рассмеялся: — Кажется, что теория нашего ангелочка не так уж и глупа. Сам же «ангелочек» нахмурился. Если Пираньи начали раскрывать свои имена, то настроены они явно серьёзно и решительно, что для всех обернётся проблемами. — Нам нужно срочно найти того щетинистого мужчину с белой прядью. — сделал вывод Остин, открывая статью про Вампиров. — Ничего интересного. — фыркнула Элис, читая статью. — Все и так знают, что у нас куча незаконных счетов, тем более, что здесь даже не предоставлены доказательства. — Думаю, что скоро к нам нагрянут Гвардейцы... — сказал Тони. — Надо позвонить Филиппу. — он набрал номер Гвардейца, слыша лишь бесконечные гудки. — Он не берёт трубку. — Звони. Звони, пока не возьмёт. — пробормотал Остин, а затем обратился к Рафаэлю: — Надо связаться с банком, а то у нас уже становится слишком много проблем, из-за которых мы точно можем потерять бдительность. — Они не работают, Остин. — незамедлительно ответил Раф. — Праздничные дни начинаются. Они начнут работать только через четыре дня, никто не может на это повлиять. — Как же это всё не вовремя! — рыкнула Элис, чувствуя, как рука Рафаэля опустилась к ней на плечо. — Убери от меня руки! — Я просто хотел тебя упокоить. — ответил он. — Не хочешь, как хочешь. — Для нас это и не вовремя, а для бизнесмена очень даже вовремя, ведь праздники начнутся вот-вот, наверняка его компания организует какие-либо развлечения, добиваясь доверия людей. — прошептал Остин, то хмурясь, то расцветая. — Я знаю, как нам выйти на бизнесмена. И даже если это хитрый план Безумца по отжатию моих территорий, то он прогорит.