Смутившаяся Зубейда

IV Но тут другие служанки набросились на Махмуда и закричали: «Что ты наделал с госпожой! От твоего лечения ей стало только хуже, ведь из ее тела выходит больше, чем позволяет здоровье; у нее беспрерывно течет спереди и сзади и она никак не может остановиться! Поистине, ее заднее место напачкало и переднее место налило больше, чем она делала раньше за три дня!» И они вытолкали его из комнаты, ибо Хинд плакала и кричала, а ее нескромные места не переставали пачкать и струить, и они уже не знали, как убирать все, что из нее выходило. Но спустя полчаса или час (а в это время слуги крепко держали Махмуда за руки и не давали ему сойти с места) крики, доносившиеся из комнаты, утихли, и Махмуд понял, что это у нее остановилось на время, как было у той девушки, ибо у Хинд в животе не оставалось больше ничего, что бы могло выйти ей в зад. И двери комнаты раскрылись, и одни служанки вынесли большие сосуды (и Махмуд понял, что они выносили из-под нее), а другие побежали внутрь с ароматной водой, умащениями и притираниями для ее щели. И Махмуд слышал, как они переговаривались друг с другом, и сначала одна из них спросила: «Ну как, вы уже вымыли госпожу?» И те ответили ей: «Нет, клянемся судьбой! Tейчас она лежит на животе голая, и у нее все измазано между ляжками и ягодицами, так что весь зад у нее в том, что она сделала, и она будет страдать из-за этого от сильного зуда. Но она так изнеженна, что даже не дает нам подтирать себя из-за рези в своей жирной заднице, ведь ее отверстие заболело из-за того, как много из него вышло!» И затем вышли другие и сказали: «Госпожа отдохнула и хочет поесть!» И не прошло и мига, как в комнату понесли столько еды, что удивительно было смотреть. Но тут же служанки бросились оттуда, крича: «О, о, скорее врача! У госпожи вновь началось это!» И другие спросили: «А что с ней случилось?» И те ответили: «Одва она села есть, как у нее потекло из зада и она снова наделала в постель! И она опорожнилась под себя и запачкала собственный зад и все вокруг, ведь она села есть голой, даже не надевая шальвар! Поистине, с ней никогда не бывало такого расстройства живота, ведь у нее выходит и течет только жидкое!» И Махмуд воскликнул: «О малоумные, я ведь не закончил лечения!» И служанки схватили его, и сменили гнев на милость, и втащили его в ту комнату, где была тучная Хинд. И он увидел, как эта девушка сидит на подушках и кричит от страха, пуская ветры, а из-под нее во все стороны течет то, что делает ее тучный зад. И ее приподняли перед Махмудом (а из задницы у нее не переставало литься, и из ее щели вновь ударила струя), но он вскричал: «Мне нужен не зад ее, а перед, о несчастные!» И он взял в рот большой кусок красного яблока, и сказал ей (а она едва помнила себя от страха и боли, и из ее ожиревшего переда брызгала струйка от страха): «Прижмись своими губами к моим и проглоти то, что окажется у тебя во рту!» И она поцеловала его, так что ее язык гостил во рту Махмуда, а его - в ее, и Махмуд схватил ее за жирные груди, и стал мять ей соски (а служанки держали ее под руки, помогая стоять). И Махмуд почувствовал, как ее тело напряглось и ее охватило желание, хотя у нее и продолжался понос, и между огромных ягодиц ее текло то, что из нее выходило, и он шепнул ей на ухо: «О, как ты похотлива! И тебя еще не закрылся зад, а уже открывается перед!» И он снова поцеловал ее в губы так крепко, как никогда не целовал женщину, и она застонала, и широко открыла рот, и он протолкнул туда языком яблоко, и она проглотила его, давясь и задыхаясь. И в тот же миг из зада у нее перестало течь, и она почувствовала это и закричала: «О, о, у меня кончилось! Я воистину здорова!» И стоя как была, голая, с запачканным задом и мокрыми ляжками, над горой того, что вышло у нее из зада, и лужей мочи, она прижала Махмуда к своим грудям и обняла, и поцеловала еще крепче, чем он целовал ее (а служанки по-прежнему удерживали ее под руки и раздвигали ей задницу, и не могли надивиться на то, что из нее вышло и на то, что с ней случилось). И когда они перевели дух, Махмуд сказал: «А теперь, о прекрасная, тебя надо вымыть и переодеть, но я недостоин видеть такое зрелище!» И она сказала (а служанки уже принялись подтирать ее): «А ты хочешь?» И он воскликнул: «О да, воистину, я хочу!» И она сказала: «Если ты смотрел, как я делала и пачкалась, и видел, как я обделалась, то можешь посмотреть, как меня вымоют!» И ей вымыли ее огромную задницу, и ляжки, и ее жирную складку при нем, а после ее одели, и отвели в другую комнату, и Махмуд пошел вместе с ней, в то время как служанки остались убирать за ней.