Становление нового монстра

      Питч вернулся в привычном плохом расположении духа. Логово встретило его давящей тишиной, обычно её развеивал неугомонный зимний дух, но в последнее время Фрост вёл себя тихо и лишний раз не лез с расспросами. Так же в последнее время от Джека начал исходить устойчивый страх, но на разберательство у Питча физически не было времени, Хранители вновь набирали силу, что категорически не нравилось тёмному духу.       Джека он нашёл в своей кровати, уткнувшегося лицом в подушку. Непослушные волосы были хаотично разбросаны по подушке, толстовка задралась, оголяя бледную кожу. Джек со времени своей смерти ни капли не изменился, даже не захотел обзавестись обувью, предпочитая ходить босиком по холодным плитам подземелья, утверждая, что не чувствует холод и ему так нормально. Питч проводит пальцами от пятки до большого пальца, заставляя Фроста зашевелиться во сне, поджимая под себя ноги, прячась от щекочущих ощущений, вызывая у Питча ностальгирующую улыбку. Он вспомнил, как хватал за розовые пятки ещё живого ребёнка и каким растерянным был Фрост, когда проснулся духом в его подземелье, до конца не осознавая где он, и кем стал. В день его перерождения, Питч забрал шокированного парня в своё логово и долго успокаивающе гладил его по голове, пока тот не уснул.       Придя в себя Фрост вновь удивил Кромешника, собравшись уходить.       — Далеко собрался?        — Пока не знаю — Блек, не понимал, что пошло не так.        — Фрост, тебя никто не гонит, оставайся, сколько захочешь. — вспомнился короткий диалог из прошлого.       С тех пор у них все только усложнилось. Раньше было всё понятно: Питч — злобный дух, обитающий под кроватью Фроста, с детских лет пугающий его по ночам, но сейчас, когда они оба стали духами между ними словно стоит какая-то стена, через которую не получается перешагнуть, не смотря на то, что они больше не охотник и жертва.       Глядя на мирно спящего Джека, Питч позволяет себе улыбнуться, снежный дух находится рядом в безопасности. Через некоторое время, он сможет выступить с ним против Хранителей как равный по силе. Но разве он допустит его до настоящего боя? Возможно, но не в самое пекло, и только если он сам не будет против ввязаться в чужое многовековое противостояние. А пока вечный подросток будет набираться сил, и учиться защищать себя. Блек прекрасно понимал, что многострадальная психика Фроста может сломаться под давлением войны, в которую он по неволе оказался в тянут. Мальчишка ещё не знает, что творится вокруг, накануне, он столкнулся со смертью духа Потерянных, крайне не приятного типа, но это была смерть на его глазах, к которой он на удивление легко отнёсся. Но кто сказал, что его не будет триггерить через некоторое время? Психика довольно странная вещь, спокойствие Фроста может быть обусловлено хорошей защитной реакцией мозга. За годы издевательств от родного отца и безразличия матери он научился применять чуть ли не все способы защиты, от низшего до высшего порядка, до сих пор, так и не сломавшись, но всё когда-то бывает. Если он относительно спокойно пережил собственную смерть и становление духом, при поддержке и контроле со стороны Питча, это не значит, что если втянуть его в бой, то это не станет последней каплей и юнец не заработает посттравматическое стрессовое расстройство на всю последующую вечность. Нет, его надо держать подальше от боя, но замалчивать ситуацию больше нельзя. Стоит вести в курс дела, но не подпускать к кровопролитию. — Мысленно рассуждал Блек. Для него война и противостояние, не в новинку, в бытность человеком, он был великим воином, преданным, верным, отважным. Благородным военноначальником, сражающимся за правое дело, но оказался обманут и лишён самого дорогого в жизни, и в конечном итоге став, тем, с кем боролся всю жизнь. Тьма поглотила некогда доброе сердце, оставив зияющую пустоту в груди. За не одно тысячелетие, множественные человеческие войны не давали забыть с чего всё началось, а разливающийся страх по полю битвы питал Короля Кошмаров. Губы Кромешника искривляются в зверином оскале, предвкушала скорую битву, представляя как холод и тьма создаст небывалый по силе тандем и они смогут победить светлых фанатиков. Омрачало только не подготовленность Джека, которого, он попытается всё же оградить от ужасов, выпавших на его долю. Джек ещё мальчишка, не способный отнять чужую жизнь, впереди его ждёт долгая жизнь, в которой он ещё насмотрится, как гибнут люди в бессмысленных войнах, его душа закалится, постепенно очерствеет и от мальчишки останется только оболочка вечного подростка с взрослым, самостоятельным духом внутри.       Джек почувствовав, что больше не один, перевернулся и открыл глаза, уставившись на Блека.       — Питч, ты вернулся — Джек садится на кровати — Извини, я не хотел засыпать, думал, что дождусь.       — Ничего страшного, человеческие привычки уходят не сразу, особенно привычка спать ночью. Кстати, это тебе — тёмный дух протягивает ему мороженное — на поверхность пока не выходи, кто знает, на кого опять нарвёшься…       — Тогда не проще ли выпустить меня в каком-то богом забытом месте и не беспокоиться на счёт такого идиота как я? Я смогу позаботиться о себе, не нужно возиться из жалости. Я чувствую, что в тягость тебе.       — Джек, почему ты так решил? — Блек улавливает флюиды страха, исходящие от Джека. Парень только пожимает плечами. Питч внимательно наблюдает за поведением молодого чудовища. Не получив внятного ответа, Бугимен решает оставить эту тему на потом, когда Джек будет готовговорить.       — Ты мне не в тягость, хотел бы давно от тебя избавился. Ешь мороженное, пока не… — Блек хмыкнул — ну да, не растает.       — Питч, день рождения у меня не сегодня — кисло комментирует Джек, продолжая рассматривать красочную обёртку.       — Я помню. Разве я не могу принести тебе что-то вкусное просто так? В вечности нет праздников, их придумали люди, что бы отделять периоды времени, а для нас времени больше нет. Люди на праздниках избавляются от негатива, настроиваются на положительные мысли. Торжества делают человеческие жизни разнообразней, физически и морально ни один человек не может жить в постоянной рутине.       — А духи могут?       — Для начала, мы уже не люди, мы ими были. Но мне нравится ход твоих мыслей. Мы так же можем скучать и искать различные развлечения, но у нас больше возможностей — губы Блека кривятся — Только не все развлечения хорошо заканчиваются, особенно когда один харизматичный монстр подминает под себя личности других, возводя себя и свои идеи на вершину мира…       — Не думал…       — Твой мозг обычно и не думает, я уверен, что внешне он напоминает желе — Кромешник чувствует, что начинает выходить из себя и что ему следует отослать куда подальше причину его раздражения. Витающие настроения в воздухе Питчу не нравились, от оговорок парня хотелось либо самому лезть на стенку или стукнуть снежного мальчишку обо что-то, что б мозг на место встал. В последнее время, Блек ожидает от него любой глупости.       — Питч…— ледяному духу не дают договорить.       — Фрост, не раздражай меня, иди ешь своё мороженное, мне надо подумать, у меня были насыщенные сутки — действительно, время потраченное на перенос и маскировку входа в логово забрало много сил, но большей проблемой был Хранитель, подобравшийся слишком близко к тёмному духу. Бугимен тенью перемещался по знакомым местам, выяснял, что задумали светлые и что им удалось узнать о Фросте. Как оказалось, ничего, но пока следует отгородить Фроста от встреч с нежелательными личностями.       — Извини — Фрост направляется к выходу, но его останавливает мужская рука.       — Постой. Объясни, что с тобой творится. Я уже не первый раз чувствую твой страх, но я не могу понять его первопричину. Чего ты боишься? — Джек вновь прячет взгляд.       — Тебе показалось.       — Я Король Кошмаров, страх моё второе имя и ты говоришь, что мне что-то показалось? — на юношу зло смотрели два горящих золотом глаза — Разберись в себе Джек, особенно со страхами. Как определишься сообщи, я читать мысли не умею, а вытягивать клещами не собираюсь — пребывая в пока контролируемом гневе Блек ложится на узкой кровати, пытаясь сдержаться и не сказать лишнего мальчишке, который и так вёл себя странно. Питч понимал, что придирки ни к чему хорошему не приведут, их и так разделяет пропасть, которая ко всему прочему в последнее время начала разрастаться. А он так надеялся, что со временем всё у них разрешится, ведь будучи человеком, Фрост с ним уживался и тёмный дух думал, что так и будет дальше продолжаться.

***

       Джек сидел в главном зале, рассматривая клетки висящие под потолком. В логове Кромешника было много всякой всячины и резные клетки для птиц не были самыми странными из найденных Фростом вещей.        Джек давно доел мороженное и бесцельно болтал ногами, свесив их с одного из множества каменных мостов, соединяющих тёмные коридоры дома древнего монстра.       Джек, выросший в семье алкоголиков, на подсознательном уровне ненавидел спиртное, но сегодня впервые он захотел напиться и забыть о своих жалких проблемах. Теперь он, кажется, начал понимать, почему его отец почти каждый день пил и это его пугало. Будучи ребёнком, он клялся себе, что никогда, ни при каких обстоятельствах не притронется к горячительным напиткам, но теперь ему хотелось выключить свои мысли почувствовав лёгкость разума, свободу от накопившихся сомнений и переживаний. Питч оказался прав, он боялся. Наверняка он почувствовал, что это страх остаться никому не нужным, но не стал копать глубже, давая Джеку свободу и возможность разобраться в себе своими силами или ему было всё равно. Парнишка очень боялся, что Питчу на него плевать и его держат для развлечения, что он живая игрушка, наигравшись с которой спокойно выбросят. Джек был уверен, что Питч, припишет эти комплексы к его не радужному детству, когда созависимая мать занималась только отцом алкоголиком, а про самого Джека вспоминали не часто. Случай в лесу окончательно дал понять, что Питч — это единственный важный ему человек, если он исчезнет из его жизни, то вечность будет ему не нужна. Фроста потряс больше не факт убийства на его глазах другого духа, а факт, того, что Питч может стать следующим и Джек может его потерять навсегда.        Ведомый чувствами, точнее желанием от них избавиться, Джек выбирается на поверхность, наплевав на запрет покидать дом. Для нового места входа Питч так же выбрал лес, только здесь было холоднее, местами лежали не большие снежные островки. Джек не знал, куда их занесло, но твёрдо решил найти способ забыться.        Подталкиваемый воздушным потоком, Фрост взмыл в небо и начал высматривать в приближающемся предрассветном зареве жилища людей. То ли на его счастье, то ли на горе, по траектории его полёта стоял ликеро-водочный завод с прилегающим к нему складом готовой продукции.

***

       Питч лежал на своей чёрной кровати, подложив руки под голову и прикрыв глаза, что бы в итак тёмной комнате ничего его не отвлекало от мыслей, пока не подул холодный ветерок и через мгновение перед приоткрытыми глазами не появилось лицо Джека. Тот забрался на кровать и уселся рядом, нависая сверху.        — Нам надо поговорить. — взгляд Джека был немного расфокусирован, а сам мальчишка растрёпан сильнее обычного. Голубые глаза медленно хлопали длинными ресницами.        — Говори как есть, мне твой затравленный взгляд порядком надоел. Скажи мне всё прямо в лицо. — резко начал Питч, к чему Джек был не готов и слегка растерялся.        — Я не… — начал Джек        — Что Фрост, смелость закончилась? Хочешь слетать к Гудвину за новой порцией?        — Причём тут Гудвин? Это какой-то очередной монстр?        — Бестолочь, это литературный персонаж — жёлтые глаза гневно полыхнули и погасли.        — Питч, а что с духом Потерянных? — осторожно интересуется Джек.        — Сдох. Обезглавливание невозможно пережить, даже духу.        — Ты его похоронил? — Бугимен смотрел с недоумением на бледное лицо Фроста.        — Зачем? Он же дух. Был.        — А если его тело найдут?        — Не найдут, за неполные полчаса останки полностью растворяются в воздухе.        — Значит нет могилы. А как тогда после смерти…        — Никак, мы и есть то, что остаётся после смерти, сильный сгусток энергии, обретший вторую жизнь и существующий сравнительно бесконечно — не дал закончить фразу Питч — Джек, не стоит жалеть этого жалкого духа, его больше нет и не будет. Для него было лучше уйти в небытие. Он заблудился в лесу и умер в муках, переродившись духом жаждущим выместить на ком-то свою ярость, за то, что его не спасли. Он не одного человека заманил в лесную чащу, он и тебя, если не забыл, хотел на тот свет загнать — Блек внимательно наблюдает за реакцией Фроста, понимая, что близко подошёл острой теме.        — Ты уже привык к смертям, а я нет. У меня складывается впечатление, что ты даже рад, что его обезглавили — от воспоминаний отрубленной головы Джека передёрнуло — Чем ты лучше него? Король Кошмаров, пугающий детей.        — А это правильный вопрос, в котором ты так и не разобрался… — Питч садится на кровать рядом с Джеком — Страх — основа инстинкта самосохранения. Хоть это и не признают, но защита это — одна из сторон страха. А дети, за которых ты так волнуешься, глупы и бестолковы, если им не продемонстрировать, что существует опасность, то они не поймут до последнего момента что творят. Что было бы с человечеством, не будь страха? Всё ещё считаешь, что я не нужен и являюсь абсолютным злом? — Питч нависал над Джеком, принюхиваясь — Ты напился из-за смерти того никчёмного духа или из-за чего-то другого? — Джек отвёл взгляд.        — Извини, что разочаровал — парень виновато отводит взгляд в сторону — Я наверное тебе омерзителен. Я думал, что станет легче, уйду от мыслей, но ничего не вышло, на душе всё так же погано. А я ведь клялся себе, что не притронусь к алкоголю, а теперь пошёл по накатанной дорожке: бежать от проблем в беспамятство — Джек прикрывает глаза — Я так же жалок как и мои родители, теперь ты в этом убедился и вышвырнешь меня. Я никому, никогда по настоящему не был нужен, даже ты потерял ко мне интерес. Игрушка сломалась и прибилась к твоему дому. Не понимаю, почему ты меня до сих пор не выгнал прочь — Питч со вздохом опускает голову вниз, соприкасаясь лбами с морозным духом.        — Ну ты и идиот.        — Питч, я знаю, я просто хотел быть нужным тебе. Будь у меня побольше гордости или решимости, я бы сам ушёл. Ты ведь хочешь обучить и поскорее избавиться от надоедливой мухи.        — Джек, прошу тебя, замолчи, ты не знаешь о чём говоришь — Кромешник поднимает голову и закрывает Фросту рот рукой. У Блека что-то сжалось внутри, ему стало очень обидно, что Джек видит себя в его глазах лишь игрушкой, не понимая, как к нему на самом деле относятся. Он вызывал в нем бурю различных эмоций, но ему сложно было признаться самому себе, что кто-то смог проникнуть в его тёмную, циничную душу, куда вход для посторонних, был закрыт.        — Это я виноват, надо было в самом начале поставить все точки над i. Ты наиглупейшее снежное создание — нужен мне. И не как игрушка, а как равный. Пойми Джек, я вступил в очередное противостояние с Хранителями и я не успеваю следить за их планами и лезть к тебе в голову, разбираясь с твоими загонами. Я не могу разорваться, я ставлю их в приоритет, лишь потому, что они несут смертельную опасность. А ты молчишь, варясь одиноко в собственных переживаниях. Я не умею читать твои мысли и о том, что творится у тебя внутри, я могу только догадываться. Я чувствую страх, могу определить точно, чего боится человек или дух, но я уважаю твоё личное пространство и не лезу в душу. Но скажу, что твоя низкая самооценка мешает тебе поверить в собственную значимость и силу. Я говорю тебе прямым текстом — ты мне нужен, ведь что больше подходит друг другу, чем холод и тьма? — Блек смотрит в голубые глаза — Мы можем стать равными и идти вместе бок о бок. Ты ещё молод и не опытен, но я это смогу исправить. Тебе только надо избавиться от своих страхов. В первую очередь от страха остаться одному — Кромешник берёт холодную руку Джека и сжимает её — Я тебя никуда не отпущу, конечно, если ты сам не захочешь уйти.       — Хорошо. Ты ничего не хочешь больше сказать? — Фрост молчит.       — Я точно здесь не лишний, а нужный?       — Конечно. Ещё когда ты был человеком я понял, что ты нужен мне, но я монстр. С чудовищами не живут, их боятся и убегают в страхе. Но не ты… Я не мог позволить себе сломать твою жизнь, присвоить её и забрать как трофей в царство страха и тьмы. Ты должен был остаться жить без меня, без ужаса отравляющего твои сны — Питч проводит по белым волосам — Я желал для тебя человеческой жизни, а не становления таким же монстром как я. Дух холода и льда стало твоим новым именем — Ледяной Джек, вечный подросток вытолкнутый отцом алкоголиком из окна и замёрзший в одиночестве, забытый и не видимый, не оплаканный никем.       — Прости меня, я такой идиот — руки Фроста обхватывают тёмного духа.        — Главное мы друг друга поняли?        — Да — бесстрашно отвечает Джек. Мальчик больше не боится, что его бросят, он наконец-то нашёл того, кому по настоящему нужен.       — Эй, я бываю груб и жесток, но это не значит, что я тебя не выслушаю. Ты всё ещё живёшь старыми привычками и понятиями, которые мне придётся ещё долго вытравливать из тебя — Блек постукивает указательным пальцем по лбу Фроста — Ты не у себя дома, где родителям плевать на тебя, я даже близко не этот сброд, так что смело говори, что тебя беспокоит, тебя не проигнорируют и не накажут за сказанное — Джек облизывает губы, ещё не готовый откровенничать.       Несмотря на то, что Питч с семи лет обитал рядом с Фростом, на протяжении десятилетия находился рядом, укрытый тенями, их связь была слишком неоднозначной, чтобы не бояться её разрушить. Долгие годы Бугимен был монстром скрывающимся под кроватью, выходящий по ночам с чётким намерением поживиться свежим страхом, нашептать на ухо кошмары, мирно спящему ребёнку, но года сменяли друг друга, а Кромешник, так и оставался рядом с подрастающим парнишкой, привязываясь к по сути единственному живому существу, способному видеть настоящего Кромешника и дарить ему своё общество и отбирать всепоглощающее одиночество, ставшее извечным спутником Бугимена.       Питч всматривается в подростковые черты лица и осознаёт, что неизвестно, сколько они так просуществовали бы, если б не обстоятельства… Если бы Джек не сбежал из дома и не ушёл убивать время в лес, где когда то в детстве был на открытом уроке, то Кромешник, так до конца и не понял, что ему кто-то нужен, а именно тот самый парнишка, который не боялся говорить с чудовищем.       Питч помнил, что именно после той школьной поездки, мальчишка активнее начал пытаться сдружиться с монстром, отравляющем его жизнь. Когда его не пугали, мальчик рассказывал о каких-то мало значимых для Питча событиях, но столь важных для Джека. Тогда больше всего Тёмного монстра поразило, то как маленький Джек обнимал его, вдыхал запах, что бы понять, на что похож его Кошмар. Ребёнком от Джека пахло либо шампунем, либо сигаретным дымом, который всегда стелился густым туманом на кухне, где курил его отец. Запах дешёвого табака въедался во всё вокруг и в том числе в ребёнка, который был вынужден всё терпеть и подчиняться главе семьи. Сколько бы ни мылся Фрост, табачную вонь полностью он не мог смыть, а на следующий день он вновь завтракал, обедал, ужинал, вновь впитывая неприятный запах.       Поездка в ближайший лес привнесла в жизнь Фроста немного радости и света в его несчастливую жизнь, и когда стало невмоготу находиться в родном доме, он отправился в одно из немногочисленных мест, где был счастлив. Только этот поход не принёс желаемого, тот день стал последней прижизненной встречей с Фростом.       Разорвав связь с Фростом, Питч в течение года не находил себе места. Он думал, что исчезнув из жизни мальчишки, его существование вернётся в прежнее русло, но мысли всё возвращались к светловолосому ребёнку. Не проходило дня или ночи, что бы Питч не вспоминал человеческое дитя. Он запрещал себе думать о Джеке, пытался всячески занять себя, уходить с головой в противостояние с древним врагом, но Король Кошмаров не смог перебороть себя и не выдержал, явился проверить, убедиться, что парень в порядке. Только Дух Страха опоздал, парень был уже мёртв… В день смерти человека, родился новый Ледяной Дух. Питч встретил его будучи полностью в крови его семьи, злой, упивающийся местью за поломанную и отнятую жизнь у единственного существа, которое прокралось в чёрное сердце Бугимена, от которого он своими руками отказался, во благо последнего, но так и не смог сохранить хрупкую жизнь столь важного ребёнка. Питчу казалось, что в тот момент сошёл с ума и видит призрака Фроста: мертвенно бледного, с бегающим взглядом, не понимающего происходящего вокруг. Только это был не призрак, а переродившийся дух, замёрзшего насмерть подростка. Питч знал, что переродится дорогого стоит, это тяжело, больно и в целом не проходит бесследно для разума. Питч не хотел, что бы Джек перерождался духом, он хотел ему обычной человеческой жизни и безболезненной смерти, не как было у него, но увидев ожившего Фроста, он не мог думать о последствиях, для него существовал, только тот факт, что мальчишка рядом и плевать, что будет дальше, они больше не будут одни. Будучи человеком Фрост жил хоть и в полной семье, но внешнее благополучие было лишь фикцией, семья не была здорова: ни психологический, ни физически. Для Фроста семьёй стал монстр под кроватью, а не родная кровь и плоть, впрочем, как и для Бугимена.       — Я не собираюсь играть в угадайку, не хочешь говорить и не надо. Главное знай, что ты дома.       — Я знаю, Питч — ледяной подросток приглаживает растрёпанные волосы и спускает ноги с кровати — Странно, я столько выпил и не чувствую себя плохо, как бывало с отцом, я ожидал, что от меня должно за километр разить перегаром, а по факту всё нормально — Питч ухмыляется, слушая голос Ледяного Джека.        — У нас не бывает ни запаха перегара, ни похмелья. Мы слишком быстро регенерируем, что бы алкогольный яд подействовал на нас известным тебе образом — Питч приближается к Фросту — От тебя исходит свежесть — Питч замолкает, но мысленно продолжает сравнение с ощущениями, как зимой, когда выходишь на мороз после долгого сидения дома и вдыхаешь полной грудью обжигающий холод, когда болезненно щиплет нос, но ты рад этим ощущениям.       — Когда этиловый спирт попадает в кровь, мозг начинает тормозить. Ты думаю сам знаешь, что мозг управляет всеми реакциями в организме, отвечает за принятие решений, регулирует эмоции и поведение — Блек взъерошил светлые волосы — То есть, пьяный человек буквально не в состоянии себя контролировать — в его голове перестают работать те структуры, которые отвечают за самоконтроль, впрочем ты сам это понял, сколько ты выпил?       — Мальчишка, нравится тебе трепать мне нервы — беззлобно проговаривает Блек — Рассказывай куда за алкоголем наведался. Я же сказал сидеть дома, а не шляться где-то в поисках выпивки — голос стал строгим, лишённый прежней мягкости.       — Не знаю. Залетел на какой-то завод, а там рядом был его склад — Джек поднимает большие глаза на Блека полные неуверенности и сожаления — Мне было плохо, после увиденного, хотелось больше не думать и забыться не на долго — Джек плотнее прижимается к телу тёмного — Я даже вкуса выпитого не почувствовал.       — Что ты пил?       — Everclear — было написано на этикетке — Питч хмыкнул.       — Губа не дура.       — В смысле? Что я выпил?       — Уж точно не бурду своего отца, он глушил дешёвую водку, а тебе достался один из самых крепких напитков мира. Между прочим, запрещенный к продаже в 13 штатах Америки. В основном его используют как основу для приготовления «убойных» коктейлей, так как в чистом виде его употребление крайне опасно. Ликёр содержит 95% алкоголя, но из-за многоуровневой очистки он не имеет ни вкуса, ни запаха.        — Откуда ты столько знаешь? — восхищённо смотрит на него парнишка.        — Поживи с моё, нахватаешься всякой ненужной ерунды. И Фрост, уясни, что я тебя никуда не отпущу, тебе стоит бояться не того, что тебя выставят за дверь, а того, что ты не сможешь сбежать от меня.       — С чего мне бегать? — Джек смотрел на Питча с лёгким недоумением.       — Потому, что ты глупый подросток, а я злой дух, не знающий сострадания — Питч проводит по светлым волосам — В моей душе тьма и ты при всём своём свете, не сможешь её развеять. Зло навсегда останется злом.       — Я не собирался тебя менять. Да и не такой уж ты и злой. Вредный, противный, острый на язык, раздражительный… — начал перечислять качества Питча, но его перебили.       — Джек — одного имени было достаточно, что бы молодой дух замолчал, сдерживая ехидную улыбку       — Ты расскажешь ещё что- то про мир духов и магию? — говорит он, решая отступить со своими шуточки.        — Конечно — Питч опирается на стену и начинает свой рассказ ***       Когда мальчишка был вновь утомлён долгим и насыщенным информацией разговором, уснул, Питч пошёл в один из самых отдалённых коридоров своего жилища, где велась тяжёлая аналитическая работа по поиску одной Луноликой твари, которая сколотила группу Хранителей и пыталась диктовать свои правила уже не одно столетие.       Помещение, где Блек вёл своё расследование не выглядело, как показано в популярных фильмах и сериалах, про полицию и детективов. Здесь не было доски с уликами, заметками, фотографиями с прорисованными стрелками или красными нитками, показывающими взаимосвязь событий. Это комната не представляла собой ничего интересного, наверное по этому Фрост в неё либо не заходил, либо не найдя ничего примечательного, пошёл дальше изучать общий дом. Комната выглядела как обычный кабинет: большой квадратный стол, один стул, гостей в этом доме не жаловали, и поэтому мебель в большинстве своём была рассчитана на одного Бугимена. Так же было несколько стопок с книгами и блокнот с заметками, которые Блек и так помнил наизусть. На столе лежали листы с основной информацией на каждого из Хранителей, краткая характеристика, на каждую пока ещё живую тварь, прислуживающую Луноликому диктатору.       Первым в списке был Ник Северянин, Хранитель веры в чудо: достаточно физически сильный дух, способный рубить своими саблями головы на лево и на право, разрубать тела на части без особых усилий. По личной шкале, Кромешник, присвоил ему рейтинг 7. В личную карточку Ника были вписаны его сильные и слабые стороны, примерное время, когда он стал духом и при каких обстоятельствах, а так же место постоянного пребывания — резиденция старшего Хранителя была на Северном полюсе.       Следом шёл Хранитель Надежды. Активный почти двух метровый дух, похожий на кролика переростка. Астер Банниманд обзавёлся домом в Австралии. Хранитель надежды идеально владеет своими магическими бумерангами и может смести все, что окажется на его пути. Его Питч ставил на один уровень с Северянином, они были схожи по силе. Оба использовали человеческое оружие и не имели особых сверх сил, в связи с чем и пользовались прижизненным оружием. Физической силой оба были не обделены, только Банниманд обладал звероподобной внешностью и часто ею пользовался: перемещаясь на четырёх лапах куда быстрее, имел нечеловечески развитые органы чувств: обоняние и слух. И в отличии от Северянина имел ещё один приятный бонус: он мог перемещаться по кроличьим норам, открывая порталы в нужные ему места. Санта в свою очередь компенсировал этот недостаток летающими санями и запасом магических порталов, оставшихся со времён существования Омбрика, его учителя и друга. Омбрик тоже был Хранителем, но во время последней битвы отправился в мир иной, не без помощи Бугимена. С тех пор отношение Северянина перешло с безликой неприязни ко всем тёмным сущностям, на личную ненависть к Кромешнику и неоспоримое желание выпотрошить его самым жестоким образом.       Песочник — безголосый Хранитель Снов. Толстый как шар карлик, золотого цвета, общающийся с помощью изображений из песка, которые он показывает выше головы, в виде жестов. Его главной особенностью является золотой песок при помощи которого он создаёт хорошие сны. По сути он является самым сильным из Хранителей, так как каждую ночь он подпитывается детскими сновидениями. Коротышка с помощью своего песка показывает спящим детям счастливые сны, то о чём мечтают малыши, в то же время подпитываясь каждую ночь энегнией, которую производят спящие дети. Их положительные эмоции лучшее топливо для потусторонних сущностей, впрочем все всплески эмоций, которые производят люди, вне зависимости от возраста могут использоваться духами в своих целях. В первую очередь для подпитки собственных сил. Это не обязательно для всех иномирных существ, но человеческие эмоции весьма приятный и вкусный бонус к вечной жизни.       Песок Сэнди является энергией, которая циркулирует от ребёнка, к ребёнку, от сна к сновидению, постоянно обновляясь и приумножаясь в ручёнках пухлого человечка. Песочник может придавать золотому песку любую форму, в том числе и смертельного оружия, а с ним этот малыш прекрасно обращается, несмотря на внешнюю мягкость и добродушие.       — Не долго быть тебе сильнейшим, при встрече ты сильно удивишься, чему я научился — Кромешник неприятно ухмыляется, зная, как будет недоволен Сэндимен, когда узнает, что в его песочнице играет не только он…       Взгляд переходит на переливающееся бирюзовым небольшое пёрышко, приколотое к записям о единственной представительнице прекрасного пола в группе Хранителей. Яркая, необузданная энергия феи всё ещё наполняла утерянную частичку оперения. Единственная женщина среди мужчин, которая действительно старается избежать конфликтов, сгладить острые углы, наивно полагая, что живёт ради благой цели, а не очередной марионеткой в руках Луноликого.       Этот умелый кукловод не одно столетие создаёт вокруг себя культы, питаясь верой в себя любимого. Блек, прекрасно понимал, на что толкает его раздутое эго, но ничего поделать с собой не мог, особенно, когда покусились на него самого и то, что ему принадлежит. Поначалу Луноликий играл с людьми, поглощал человеческие умы, пока ему не стало мало жалких людишек и он не перешёл на сверхъестественных существ, из которых можно было получать куда больше энергии.       — Вас осталось пятеро. Четыре марионетки и хозяин — Кромешник складывает привычным жестом руки за спиной, отступая на пару шагов назад и с высоты собственного роста всматривается в бумаги на столе, в очередной раз надеясь увидеть, то что он упускает. Места баз каждого из четвёрки были известны Бугимену, но не самого Луноликого. За долгие годы поисков, он так и не нашёл место, где он прячется, словно на земле его и нет, а если и есть, то он умело скрывается и его визиты носят временный характер, только для поддержания порядка среди паствы или вербовки новых сторонников, среди молодых и растерянных духов, пока не нашедших себя в новом мире. Луноликий выискивает не просто молодых духов, этого не достаточно, для формирования послушной паствы, он ищет неуверенных в себе, испытывающих потребность в подчинении, не имеющих собственных идеалов духов, не знающих как реализовать себя и дарует им смысл жизни, недалёким, глупым существам высшую целью — веру в добро и справедливость. Эмоционально зрелые и самодостаточные, сформированные личности, и как правило образованные не попадались среди Хранителей. Способности слушать других, критично воспринимать и обрабатывать информацию — это не про служителей добра.       Происходящее не волновало бы Питча, если бы не то, что вслед за высокими ценностями Хранителям прилагается экстремистская тематика на уничтожение несогласных с их политикой. Если бы Хранители просто забывали свои прежние цели и жили учением Луноликого, Питч даже пальцем не пошевелил бы для фанатиков, не способных получать удовольствие от своих занятий, растрачивающих себя на служение своему идеалу, но они посмели объявить войну тёмным духам, на которых Блеку, так же плевать, но они решили напасть на него, за что и поплатились членами своего культа. Омбрик был не первым, кто умер за «свои» идеалы. Папки с информацией на умерших хранителей стояли аккуратной стопкой на краю стола. С верху было дело почившего последним Омбрика. Питч смотрел на папки и чувствовал, что разгадка витает в воздухе, стоит протянуть руку и вот оно — найдётся место где засела Луноликая зараза.       — Место, где это место? — вновь подал шелестящий голос Кромешник. Рассуждения вслух иногда ему помогало найти решение, но он облазил кажется всю планету, но Луноликого так и не нашёл. Его прихвостни слишком верили в своего кумира, что бы выдавать его местоположения, но скорее всего просто не знали. В своё время он устраивал засады вблизи домов Хранителей, но их господин так ни разу так и не появился. Питч предполагал, что у лидера Хранителей нет постоянного дома или он прячится в местах, где не ступает нога ни духа, ни человека, по со временем и эта версия отпала. Лидер светлых должен был где-то попасть в поле зрения Питча, его теней-шпионов или по крайней мере одного из тёмных духов, которых по приказу Луноликого истребляли. Но у него словно не было дома на земле.       — Дом — задумчиво протянул Питч — вновь взглянул на разложенные папки и внёс лёгкий беспорядок в документы. Северянин отправился в вершину стола, Туоф осталась на уровне Восточной Азии, вблизи Индии, Кромешник схематично разделил стол в соответствии с картой земли. Кролик — как и положено отправился на континент Австралия, где на оставшихся материках ему составил компанию Песочник и бывшие Хранители. Предположим, ты так же как я можешь прятать вход в свою обитель, но след или упоминание должно было остаться — Блек потирает виски длинными, утончёнными пальцами.       — Всех значит, я нашёл, а тебя нет. Может не зря тебя называют Луноликим? Прячешься не на Земле, сюда только временно спускаешься — Питч расплывается в довольной ухмылке — Ну что ж, с твоим раздутым эго, такого исхода следовало ожидать. Быть у всех на виду, освещать своим светом тьму, развеивать мрак ночи — очень символично. А как практично! Твои последователи видят в тебе символ света, уничтожающего тьму, с таким подходом даже нет необходимости лично поддерживать своё влияние в умах марионеток. Каждую ночь вера в тебя в их сердцах не уходит, как же сильно ты промыл им мозги — Кромешник улыбнулся своей самой гадкой улыбкой, найдя ответ на свой давний вопрос: где прячется светлая тварь. Питч запрокидывает голову в злом хохоте.       — Я доберусь до тебя, теперь это дело времени — острые клыки блеснули в темноте, предвещая кровопролитие — Очень умно спрятаться так далеко, зная, что тёмные, даже после перемирия будут желать тебе смерти. У всех на виду, ты, наверное, злорадствовал, зная, что твой дом виден всем, но никто не может его найти. Но я его нашел. Игра началась — Кромешник растворяется в родной тьме, с чётким планом своих дальнейших действий.        В груде разбросаны дел, среди однообразные характеристик, отсутствовал упоминание об одной девушке, единственной, воспоминание о которой вызывало в Кромешнике не только негативные эмоции. Кэтрин выглядела немного старше Джека, обладала пышными каштановыми волосами, большими карими глазами и имела поразительно способность находить общий язык с кем угодно, даже с Королём кошмаров. Их общение не продлилось долго, но этого было достаточно, что бы Питч стал нежно называть её Принцессой кошмаров. Только ничто не вечно под луной, даже в мире духов, девушку захватили идеи Хранителей и она покинула общество тёмного духа, возненавидела и предала их отношения, выдав нахождение Блека остальным Хранителям, выступив в первой войне против тёмных сущностей. Но девушка так и оставалась с мягким сердцем и в решающий момент не смогла нанести удар. Конечно она умерла не от руки Кромешника, он всеми силами пытался достучаться до остатков её разума, но всё было бесполезно, идеи абсолютного добра всё разрушили, что было между ними…