Сын Синего Алмаза: Стать Человеком

Орион и Жемчуг отправились в гости к Розовой Жемчуг. Тем временем лазуриты устроили некое собрание. Прошло несколько дней после того как Четырнадцатая и Пятнадцатая побывали с Орионом у Гранат, и то что они рассказали, задело многих. Но вовсе не слова про слияния, нет. А слова о сдерживании себя. Они настолько задели их, что ляписы просто не могли держать это в себе, как бы иронично это не было. Они всю жизнь сдерживали себя в желаниях, особенно при появлении Ориона. Они не могли себе позволить делать и говорить что вздумается, всегда существовали некие рамки, пусть со временем они и стали шире. Но, судя по всему, из-за Ориона, они начинают давать трещины. — Моё мнение таково, что нам не следует бездумно заниматься глупостями, а нужно сосредоточиться нам том, что нужно Ориону, — сказала Третья. — Ему нужно, чтобы мы были более открытыми. И он хочет сделать нас счастливыми, — ответила на это Двенадцатая. — Да. Но тогда он может на всю жизнь остаться связан с нами, он может не увидеть мира, почти не общаться с другими. Сколько времени он сейчас тратит, чтобы быть со всеми нами? Целую уйму, — возразила Пятая. — И ему это нравится! Разве он не должен заниматься тем, что ему нравится? — подала голос Семнадцатая. — Он должен повзрослеть и стать достойным наследником своих родителей, обоих миров, а уже после заниматься тем, что нравится. И есть шанс, что заниматься он будет не нами, — была пессимистично настроена Вторая. — А не пошли бы в одно места эти правила и условности? — встала Шестнадцатая. — Орион всегда считал нас за равных, никогда не приказывал, относился уважительно... — Вот и мы должны сделать то же самое, не нарушая его границ, — также встала и Вторая. — А может стоит спросить его самого? Может стоит высказать, чего мы хотим? Он тоже не подчиняется нам, он не слуга, и не станет слепо исполнять даже то, что ему не нравится! — Хватит, — тихо сказала Первая. Она была весьма мрачна настроением. — Мне не нравится идея о том, чтобы сейчас заваливать его нашими проблемами. Но и терпеть всё это вечно, вы, я полагаю, не сможете. Моё решение таково: пусть все хорошо подумают над тем, что хотят сделать, чего вы хотите, и как это может не оттолкнуть Ориона. А когда ему исполнится, скажем... восемнадцать лет, все желающие обратятся к нему. До тех пор мы продолжим использовать систему голосования. — Почти шесть лет, что ж, более менее. Хоть я хочу сейчас, — пожаловалась Пятнадцатая. — Хочешь? Хорошо, ты можешь прямо сейчас пойти к телепорту и сделать это, так? — Пяца стушевалась. — То то же. Это нужно не только для размышлений, но и для того чтобы вы набрались решимости, либо же передумали. Ещё вопросы или предложения? — Вообще то да, — подняла руку Четырнадцатая. — Эм, мы не собираемся сейчас лезть к Ориону, так? Но если мы хотим стать более открытыми, как насчет стать честнее и открытей друг с другом? — То есть? — подняла Первая бровь. — Ну, мы ведь вечно либо заняты Орионом, либо работой, либо обучением. А если и отдыхаем, то, как бы сказать, разрозненно и однообразно. Как насчет того чтобы чаще быть друг с другом? Говорить на интересные нам темы, в том числе потаенные, и делать друг с другом то, что мы обычно делали с Орионом. Ведь, мы все... семья, — закончила та слегка смущенно. — Хорошая идея, — кивнула Первая. — Как раз остынем и не наделаем глупостей. — Отлично! Как насчет устроить вечер танцев прямо сейчас? Можно даже в наушниках, если не всем по вкусу будет одна музыка. — Чтож, если это требуется чтобы мы все успокоились, полагаю, можно, — все даже удивились, что Первая разрешила такое и так быстро. Но постепенно, все расслабились, ведь они уже давно знают друг друга, и были в таких неловких и постыдных ситуациях, что уж танцевать вместе им не стыдно. И это опять благодаря Ориону, в прежней рабочей атмосфере такое точно бы не вызвало сближения. Все разбились на пары или тройки-четверки, и вместе танцевали, или летали за напитками и едой, выбирали музыку, смеялись, обменивались тайно сделанными фотками Ориона. Да, такое веселье им точно не помешает. Лишь Первая сидела на диване, наблюдая за всеми. Пока от толпы не отделились Восемнадцатая, подойдя к ней. Они смотрели друг на друга, Первая слегка устало, а Восемнадцатая с неким... пониманием. — Что? — Да так, ничего. Потанцуем? — протянула Восемнадцатая руку. — Хм, — хмыкнула ляпис, но приняла предложение, надев наушник и настроив его на частоту Восемнадцатой. Там играла спокойная и медленная мелодия колокольчиков, без резких звуков. — А ты, тоже... попробуешь признаться, через шесть лет? — спросила Воца. — Не знаю. Мне кажется, я скучная, пустая, что с меня можно взять. Стоит ли тратить на меня время? — Стоит. Так бы ответил Орион. И ты... не должна делать ничего особого, чтобы Орион тебя любил. Чтобы мы тебя любили. Чтобы я тебя любила. Ты уже сделала достаточно, даже за эти годы, ты стала лучше, добрее, ты столько нам позволяешь, даже когда это идет в разрез с правилами, думаешь над компромиссами. Ты прекрасный самоцвет, Первая. И так думаю не только я, — сказала та, под конец погладив Первую по щеке. — С.. спасибо, — выдавила из себя Первая. — Но я боюсь. Боюсь неприятия, боюсь что меня оттолкнут, не поймут, посчитают хуже дефектной. — Как и все мы. Кто-то больше, кто-то меньше. Ты не одна. И ты должна думать и о себе, о том чего хочешь ты, а не только об остальных. — Может быть. Но пока, у меня и у нас есть время подумать. — Верно. Так давай же, проведем его приятно, — и Восемнадцатая обняла Первую. Та, подняв руки, лишь обозначила объятия, не решившись коснуться. Пока, что-то ей не давало делать такое. Но она хотела стать ещё лучше, и быть может, сделать что-то для себя. Но не сейчас.

***

В покоях Розового Алмаза было необычно, как у них на корабле. Куча человеческих штук, еды, украшений. В комнате Жемчуг же было чисто, минималистично, там было лишь то, что нужно было ей для работы. — Привет, Розовая, вижу у вас тут всё хорошо, — махнула рукой Синяя, поправляя прическу. — Эм, да, здравствуй. Никаких происшествий у нас нет, это правда, — Жемчуг старалась не показывать этого, но она сильно удивилась, как Синяя изменилась за эти годы. Эта прическа, одежда, даже манеры и походка. Она будто стала живее, увереннее, ярче, позитивней. Если раньше Розовая мерцала своим видом и эмоциями, пока Синяя скорее стояла как мебель, то теперь для неё ситуация выглядела ровно наоборот. Даже её глаза, ныне не скрытые волосами, мерцали жизнью. — Вау, та самая Жемчуг! А вы действительно немного похожи, — смотрел Орион то на одну, то на другую. — Верно, мы были созданы для служения алмазам, — с гордостью произнесла Розовая. — Этим я и собираюсь заниматься столько, сколько смогу! — Ну, а в моем случае Синей больше нет, так что я забочусь о кое-ком другом, — обняла Жемчуг Ориона со спины, трепля его волосы. Розовая же была в культурном шоке, мало того что она назвала Синего Алмаза просто Синей, так ещё и обращалась подобным образом с её созданием! — Я.. сожалею... Но и рада, за то что... ты поняла, — не могла собраться со словами Розовая Жемчуг. — Угу, — сказала Синяя, начав доставать из самоцвета подушки, расположив их в центре комнаты, а после по-турецки села на одну из них. Это же сделал и Орион. Словно смотря, нет ли здесь другого третьего, Жемчуг тоже позволила себе сесть. — Жемчуг, а чем ты тут занимаешься? Ты же наверно кучу всего знаешь о Кристалле, — спросил Орион. — Не то чтобы, в основном я знаю о логистике и экономике, порой помогаю Розовому Алмазу в её важной работе, — на самом деле Жемчуг сильно преуменьшала, ведь в работе с цифрами ей практически приходилось самой всё переделывать, чтобы вышло правильно и без ошибок. Зато Розовый Алмаз была хорошая в общении с самоцветами и людьми, так что вместе они хорошо дополняли друг друга и справлялись с работой. — Круть, помогаешь Алмазу! Управлять целой планетой! Не могу представить, чтоб занимался тем же самым, — ей было странно слышать эти слова. Ведь он сути тоже Алмаз, разве для него это не должно быть естественно, управлять колониями? — Мм, да. А у тебя как всё, Синяя? — Прекрасно, я счастлива. Бывали и тяжелые моменты за эти годы, но они определенно того стоили. Я ни о чем не жалею, — сказала та, и взяла человека за руку. Ещё один такой простой жест, но ведь по факту она взяла за руку Алмаза! В глазах Розовой, Синяя сейчас тоже была по мощи как Алмаз, раз могла позволить себе такие действия. Орион заметил что-то в поведении Розовой Жемчуг. Логика подсказывала ему вести себя сдержанно, поговорить и мирно уйти. Но его приключенческая железа прям вопила, что стоит сделать чет эдакое. — Да, и я очень люблю Жемчуг, она очень дорогой для меня самоцвет, — сказал он с улыбкой, и подвинув подушку, обнял Жемчуг за талию сбоку, головой чуть ли не заваливаясь ей на колени. А она на автомате погладила его по голове. И тут случился бум. — Да... Да как вы так можете?! Ты, Орион, ты Алмаз! А ты его Жемчуг! Так не должно быть! Есть границы, правила! Без них... без них все просто сойдут с ума! Вы не должны заниматься таким! Ой... — прорвало Розовую Жемчуг, но под конец она закрыла рот ладонями, виновато склоняя голову. Орион размышлял. Это то, о чем говорила Гранат? Агрессия, причиной которой является зависть, поскольку человек не может делать то, что делает объект агрессии. Розовая Жемчуг тоже, очень сдержанна в плане своих желаний. — Розовая... — была застигнута врасплох Синяя. — Жемчуг, а ты разве не можешь делать также с Розовым Алмазом? — не был Орион уверен, что поступает сейчас правильно, но сердце подсказывало ему, что он не может стоять в стороне. — Нет конечно! Это неправильно! Я всего лишь Жемчуг, а она Алмаз. — Ну, мы тоже, — подала голос Синяя. — Да и она тебе приказывает? — спросил Орион. — Эм, не то чтобы, скорее просит, и всегда говорит пожалуйста, и благодарит, — улыбнулась та от теплых воспоминаний. — Но что это меняет? — Просто, эти правила... это лишь условности. Не обязательно прям всегда их соблюдать, если это не принесет никому вреда. Да и Розовая же любит веселиться, так? Она точно была бы не против провести время с тобой, — говорил он, в попытке убедить Розовую Жемчуг. Однако при этом, от его слов, задумывалась и Синяя Жемчуг. — Да и ты вроде создана для Розовой? — Конечно же! — Думаю, она бы обрадовалась, если бы ты как минимум высказывала свои предложения, даже если не говорить о об объятиях, как у нас. Просто ты могла бы проявлять инициативу в таких вещах. — Я, ну, может быть... Конечно же только если это пойдет на пользу моим задачам служения. Хоть я всегда считала, что веселиться она может только со Шпинель, ведь она как раз и была создана для этого. — Ам... А я для чего был создан? — от этого вопроса установилась тишина. Нарушила её Синяя, положив Ориону руку на плечо и сказав: — Для счастья, вот для чего. Твоего, и тех кто тебе дорог. — Ох, эм, хороший ответ, Жемчуг, — улыбнулся человек. — Но, в общем, подумай об этом, Розовая. Порой правила идут в разрез с тем, как будет лучше. — Спасибо.. Орион, я приму это к размышлению. А пока что, не хотите чая с лепестками роз? — Да, спасибо, — ответила Синяя, и ведомым только им языком, говорила с Орионом, обмениваясь взглядами. Он немного застеснялся, но раз его не осуждали за действия, то всё было хорошо. Может, он впервые сделал что-то для самоцвета не из его семьи, сам. Если так, он будет счастлив. И также Орион задумался о том, как сделать счастливыми своих самоцветов. Чтобы, даже если они тоже сдерживаются, то стали более свободными. Не держали в себе. Он уже всё пробует, но ему хотелось бы больше. К сожалению он знает не так много способов. Но он знал, кто знает, а именно - люди! Значит ему предстоит ещё один выход в общество, и пусть у него было плохое предчувствие, он надеялся что всё будет хорошо. Потому что он не мог откладывать счастье на потом, он хотел делать всех счастливыми здесь и сейчас.

***

Когда на корабле Орион высказался о том, что хочет пойти к людям один, все были резко против. Ведь он ещё мал, не овладел способностями, не подготовлен. Но человек уверял их, что он справится, и что когда-то же он должен это сделать. — Я хочу сделать это один! Хочу пообщаться с людьми и узнать много нового! И это не потому, что я не хочу быть с вами или не понимаю важность безопасности. Просто... это то дело, где я должен разобраться самостоятельно. Я пойму, если вы не разрешите... — Но к чему такая срочность и спешка? Если не это сюрприз конечно же, — спросила Первая, ей действительно было интересно. — Может и сюрприз. Но всё же скажу, что я хочу набраться знаний о том, как сделать вас счастливыми. А люди, постоянно сталкивающиеся с несчастиями, но всё ещё имеющие силы идти вперед, точно должны много об этом знать. — Как в духе Ориона, — усмехнулась Одиннадцатая. — Но действительно, ему нужен самостоятельный опыт общения. Даже если где-то провалится, без ошибок ведь не научится? — Да, поддерживаю, — сказала Тринадцатая. — Обучение это важно, тем более человеческим знаниям о которых не пишут ученые. Но только если это безопасно. Как насчет выбрать место, где есть самоцветная охрана? Желательно такая, что давно служит розовой. — Думаю, это всех устроит. И да, Орион, хоть мне очень хочется чтобы ты взял рацию, но думаю, нам не стоит тебя подслушивать. Это твой опыт. Просто возьми с собой маячок, на случай если что-то случится. Так всегда будет ясно, где ты, — передала Первая ему жетон в форме синей капли. — Спасибо. Большое спасибо, вам всем! — Ух, может не вежливо, но не задерживайся! Мы только выглядим спокойно, а на самом деле будем очень волноваться, — сказала Девятая. — Я понимаю! Всё будет в порядке, я вам обещаю! — сказал Орион, и оставалось ждать звонка с Розовой, чтобы обо всем договориться.

***

Местом было решено выбрать таверну-ресторан возле башни самоцветов, недалеко от людских трактов. Там был набор здоровой еды, которую подавали бесплатно, платой было само посещение ресторана, ведь это давало самоцветам опыт общения с людьми. Как раз то, что нужно было Ориону. Взяв с собой немного медных монет, на всякий случай, Орион двинулся туда. Лишь Восемнадцатая дежурила в районе телепорта, на всякий случай, но за ним не шла. И вот уже через десять минут, он был внутри. Большой освещённый зал, сделанный из кристаллических материалов, множество столов, барные стойки, экраны с новостями погоды и картами местности. И тут было полно людей и самоцветов, всё буквально пестрило цветами. Орион даже не знал к кому подойти. Внимательно осмотревшись, он увидел у барной стойки большого мужчину в ободранной куртке и со множеством шрамов на лице, на его кулаке был кастет. Вот он точно пережил много несчастий, а значит знает много знает и об обратной стороне. И может о том, что интересовало Ориона. — Здравствуйте, я подсяду? — обратился Орион с самым невинным лицом. Мужик же смотрел на него какое-то время, а потом лишь кивнул. — Мне нужен совет. — Жри мясо и тягай тяжести, а то ты такой мелкий, что смотреть противно, — гаркнул мужчина. — И ваще че до меня прикопался? Че те надо? — Я же говорю, совет! — изо всех сил пытался Орион не испугаться. — В плане счастья. — Да ты видно с самоцветными дурачками переобщался. Валяй, бухти. После месяца в лесу башка устала без вестей, — тут Орион решил схитрить, и прочесть эмоции собеседника. Все же от этого никому вреда не будет. Орион почувствовал истощенность, боль, но при этом довольство и интерес. Чтож, по крайней мере его не хотят прогнать. Но и довольство этот человек скорее получает от выпивки, чем от его компании. — В общем, это... Сэр! Научите меня как сделать девушек счастливыми, чтобы они не держали свои желания в себе, — сказал Орион, ожидая чего угодно. — Че? Пацан, по моему о таком надо разговаривать со своим отцом, а не с незнакомцами, — отмахнулся мужик. — Но... у меня нет отца, — и в этот момент от незнакомца почувствовалась такая горечь. Что он аж сплюнул в сторону. — У меня тоже не было, мда, — криво улыбнулся он и кивнул. — Дай угадаю, родители сдохли, а добрые самоцветы тебя взяли к себе? — Ну, да, — в целом, всё было примерно так. — О старый Рим, они же... Черт, они могут всё знать о воинском деле и строительстве, обладают магией, но эти идиотки ведь совсем не знают как жизнь жить! Духи, ходящие по земле, кому жизнь не ведома, — распирался тот своим удивлением. — Выходит, тебе и неоткуда узнать о таком? — Да. Я знаю только, что люди делают друг друга счастливыми, но не знаю как именно. Но очень хочу узнать, не хочу ждать. — Торопливый значит? С другой стороны это правильно. Запомни, пацан, завтра может не наступить, так что сегодня надо делать всё на что ты способен. Желательно конечно, чтоб не навлечь на себя проблем, потому что и о завтрашнем дне надо заботиться. — Как запутанно. — Не забивай башку. Так значит, девка нравится? — Угу, несколько, — мужчина сейчас не пил, но кажется немного подавился слюной, поскольку закашлялся. Их разговор имел немного двойной смысл, и каждый понимал его по своему. — Кхе... Мда, дела. Только не говори, что они все самоцветки? — Да, все, — мужику понадобилось время, чтобы это переварить. — Нда... Я ваще без понятия чем тебе помочь, пацан. Я не знаю как кадрить самоцветок, и не знаю как бегать за толпой девок. Извиняй. — Мне это и не нужно, мне бы хоть что-то узнать. Я ничего не знаю. Представьте, будто мне надо сделать счастливой людскую девушку. — Уф. Так, ладно. Расскажу. Только одно условие! Если спросят откуда ты узнал, то про меня ничо ваще не болтай. Ничего! Я знаю дамочек, они могут быть горячи и в плане удара кулаком. Это я точно знаю про самоцветок. — Хорошо, обещаю, я вас не выдам! Тем более, что даже не знаю как вас зовут. — И правильно. Что ж, подкаты сразу пропустим, тебе они не помогут. Расскажу про то, че дальше обычно бывает. Слушай и запоминай. Авось добрым словом помянешь, когда слягу в могилу. И мужик начал рассказ. Он хотел, что пусть уж лучше этот пацан кадрит самоцветок, чем живет так как он. Пусть хоть у кого-то будет хорошая жизнь. Или хотя бы ему дадут по губам и он выучит ещё один урок, что не стоит гнаться за двумя зайцами. Благо мужчина не рассказывал о эротике и подобном, он был уверен, что за такое его самоцветы и под землей найдут. Но рассказал о том, как обычно ведут себя парочки, что делают, что это вообще значит, и где тут счастье зарыто. И много о том, как это вообще происходит и связано друг с другом. Ну и немного уроков как быть человеком дал, а то пацан совсем на пришельца похож. Уходил Орион уже просветленный, наполненный знаниями. Как же ему повезло, что ему сразу попался такой знающий человек! Он был окрылен, и хотел применить знания на практике. Осчастливить свою семью. Ну, если они не будут против. Если не захотят, он конечно не будет навязываться, но уж кого-то он обязательно осчастливит. — Хэй, малец, погоди-ка, — окликнул его кто-то. — Что? — Орион посмотрел на троих людей, что шли с руками в карманах. — Да мы прост видели как ты базарил с Боровом. Пасынок его значит? Пошли-ка с нами, — подошел тот и попытался взять его за руку. — Это зачем это? — отошел Орион на шаг. — Да папка твой, проиграл нам кругленькую сумму. А долги не отдавать ой как не хорошо. Так что пошли. — Нет! Он не мой отец, а если бы и был, то дети не должны отвечать за поступки предков! — пытался выглядеть уверенно Орион, хоть у него и дрожали ноги, не желая нормально двигаться. — Должны. Давай, мы и так задолбались его по лесам искать, не усложняй нам работу, если не хочешь чтоб мы почикали твоё смазливое личико, — достал тот нож. — Нет! — только и смог крикнуть Орион, пока люди приближались. Но вот их в одно мгновение смыло потоком воды. Перед ним приземлилась Восемнадцатая. На шум сбегались самоцветы, люди. Но не обращая ни на кого внимания, лазурит просто взяла Ориона на руки и понесла его к порталу. Последнее что видел Орион, это как в сторону смытых преступников направлялся оранжевый самоцвет, более двух метров ростом, разминая кулаки. — Я... так за тебя испугалась, — из глаз ляпис шли слезы. — Я тоже. Теперь... я буду наказан? — чувствовал себя виновато человек. — Нет. Не позволю тебя ругать, когда ты хотел как лучше. Но... Орион, пожалуйста. Хотя бы пока ты не обретешь способности и не сможешь постоять за себя, позволь себя защитить. Пожалуйста. — Да. Я никогда не отказывался от вашей защиты. От твоей защиты. И я... тоже хочу защищать... тебя... — говоря всё тише, смолк человек. Он ещё никогда в жизни так не боялся, и кажется на сегодня его нервы просто выгорели. Самоцветам понадобилась ещё неделя, чтобы успокоиться и перестать сопровождать Ориона вообще повсюду. И всё это время, он убеждал их, что они не виноваты, он не виноват. Опасности случаются, и что можно сделать, это быть к ним готовым. Теперь он точно овладеет своими силами. Но и от счастья родных не отступится. Пока следует отдохнуть от людей, и сосредоточиться на том, что рядом.