Танцуя на раскалённых углях

Несса оказалась права: уже к следующей неделе перешёптывания за спиной и косые взгляды прекратились, когда нашлась более интересная тема для массового обсуждения: залетела девчонка из одиннадцатого класса. Несса её даже знала, правда, не лично: у той была сестра в её классе. Новость разлетелась по всей школе за каких-то два дня, к следующей среде об этом уже говорили все, кому не лень, и Несса видела, как докучали вопросами однокласснице. Однако ни она, ни Климентия в этом не участвовали. Несса, если бы её спросили, что изменилось за эту неделю, пожала бы плечами, мол, ничего, но… Это было не совсем так. Когда её пальцы случайно соприкасались с пальцами Климы на парте — когда они передавали друг другу какой-то школьный предмет, — её лицо озарялось улыбкой, сдержать которую не было ни сил, ни желания. В солнечном сплетении расцветали бабочки, порхали вокруг, взмахивая тонкими крылышками. Солнечные бабочки садились на ладони, плечи, щёки и нос Климы, и тогда руки снова начинали чесаться от желания прикоснуться, но Несса только протяжно вздыхала и, сопя, низко склонялась над тетрадкой или учебником по какой-нибудь физике, периферийным зрением ловя хитрую улыбку одноклассницы. Иногда пальцы Климы невесомо ложились на колени, и тогда становилось невыносимо. Невыносимо также было, когда Несса зависала, любуясь тем, как движется по тетрадному листу рука Климы, и её пространство разрезал голос математички: — Агнесса, уж лучше бы вы на доску смотрели с таким упоением, как в тетрадку соседки. Или вам почерк мой не нравится? Тогда Несса сконфуженно надувала губы, но переводила — очень неохотно — взгляд на доску. Но ещё больше невыносимо становилось, когда её звезда общалась с кем-то другим, курила на переменах за школой. Тогда её улыбка принадлежала не ей, её смех принадлежал не ей, лукавые взгляды… Несса, наблюдавшая за ней издалека, испытывала маниакальное желание оттащить её от других. Её звезда должна светить только ей, так какого чёрта она бросает её во тьме? Разве можно такое простить? Да уж, видимо, ещё как можно. Когда Клима возвращалась и затаскивала её в школьный туалет, тянулась к её губам, прижимая к стене, осыпала поцелуями шею, покусывала, Несса задыхалась и плавилась. Ни один металл не может выдержать слишком высокой температуры. Несса прощала. Пока в один момент волна ревности не сбила её с ног. — Дорога-ая, у меня к тебе очень заманчивое предложение. — Клима, вернувшись с улицы, плюхнулась на стул и подвинулась очень близко, так, что в нос ударил запах табака. — Какое же? — вяло поинтересовалась Несса, стараясь не смотреть на девушку, чтобы не видеть искрящийся взгляд. Та явно была счастлива. Несса — нет. — Хочу вытащить тебя погулять. Поскольку возражения не принимаются, то сегодня, где-то, мм, в семь вечера. Где находится «Сова», знаешь? — Нет. — Ладно. Встретимся тогда возле школы и поедем в одно место. — В «Сову»? — Ага. — У меня репетитор в это время. — И-и? — Клима приподняла брови. — Разве не можешь перенести? Или ты просто не хочешь проводить со мной время, да? Призна-айся. Несса только вздохнула и уронила голову на лежащий на парте учебник. — Ладно, я буду. — Супер! Люблю тебя, детка! Несса замерла, слушая, как замедлилось сердцебиение, удары стали более редкими, но тяжёлыми, и оцепенела, глядя на девушку, которая уже уткнулась в телефон. Ей впервые такое сказали, и почему-то от этого захотелось плакать, но она быстро заморгала, прогоняя подступивший к горлу ком. Это будет по-идиотски. *** Отменить репетитора было легко: позвонила, сказала, что заболела, и всё, свобода. Главное, чтобы не вызвать подозрений у родителей, выйти из дома вовремя. И всё равно это до чёртиков волнительно. Оказавшись возле школы, она осмотрелась. Людей в это время на улице было немного, все спешили куда-то по своим делам в жакетах и пальто, пряча лица от налетающего ветра. Климентии всё не было видно. Наконец, когда Несса, устав ждать, открыла на телефоне книгу, прямо возле уха раздалось: — Бу. Несса вздрогнула и, сглотнув, обернулась. Клима стояла сзади и довольно улыбалась. — Ты совсем уже, что ли?! — злобно воскликнула Несса, нахмурившись. — Да ла-адно, не ссы. Кто тебя ещё может напугать? Несса подумала, что неадекватных мужланов не так уж и мало, но не стала говорить. Вдруг это шокирует? Она пробежалась быстрым взглядом по однокласснице: та, одетая в лёгкую куртку и водолазку, а также джоггеры, с макияжем — тенями на веках и помадой — казалась ещё красивее, ещё ярче, чем была. Её волосы ровно струились, тогда как у Нессы непослушно ершились, торчали в разные стороны, закручиваясь снизу. — Идём, — не дожидаясь ответа, Клима взяла девушку за руку и потянула за собой. — Ты хоть объяснишь мне, где находится эта «Сова» и что из себя представляет? — Если тебе это о чём-нибудь скажет, то это магазин на улице Ташкентской. — Как всё стало понятно. Несса поняла только то, что это почти конец города. Довольно долго пришлось ждать маршрутку; к тому времени Несса уже пожалела, что вообще согласилась, и хотела пойти домой, точнее, сказать, что домой, но никак не могла решиться и каждую минуту давала новый шанс, говоря себе, что вот-вот транспорт появится. Хотя ветер, проникающий сквозь ничуть не защищающую толстовку на флисе, и капли дождя приносили с собой отнюдь не весёлые мысли. Наконец, надежда и ожидание принесли свои плоды, маршрутка приехала. Забитая, пропахшая табачным дымом, пробирающаяся сквозь пробки, наполненная недовольными пассажирами — но тёплая. Пожалуй, тепло было только в ней. В Климе, может быть, тоже, но недостаточно. Её объятий было мало. Держания руки на талии — мало. Прижимания к себе — мало. Всё из-за того, что Клима уткнулась в телефон и вставила наушники. И Несса с опаской осматривала окружающих, сканируя на наличие отрицательных эмоций. Но каждому было фиолетово, каждый занимался своими делами, так что тревожность медленно разжала клешни и ослабила хватку. Отдохни, девочка, пока можешь. Несса понятия не имела, что такого особенного в магазине на Ташкентской улице — край города, ей-богу, — и видела перед собой только обшарпанное, разукрашенное граффити здание на остановке. Справа от него шёл навес, защищающий от дождя. К тому времени дождь усилился и теперь безжалостно атаковал их, так что пришлось мигом рвануться к укрытию. Сидя на лавочке, Несса сложила руки и, выгнув бровь, взглянула на одноклассницу. — Что дальше? Мы кого-то ждём? — Ага, — та кивнула, буравя взглядом телефон, — двух ребят из нашей школы. Они должны подойти с минуты на минуту. — Занятно. Ты не говорила, что будет кто-то ещё. — Ага, ты бы тогда не пошла. — То есть, ты специально? — Ну а что? Надо же тебя социализировать. Несса поджала губы, чувствуя, как внутри пламенем разрастается ярость. Какого чёрта Клима решает за неё? Она же не ребёнок, которого нужно так опекать. — Не надо. Мне и так нормально. Она пнула носком кроссовка валяющиеся листья. Осень в этом году наступила рано и благодаря сильным ветрам значительную часть деревьев уже оставила голыми.  Через пару минут у Климы зазвонил телефон, она обмолвилась парой фраз, а затем к ним под укрытие забежали двое ребят: парень и девушка, на вид чуть старше. — Ну наконец-то! — довольно воскликнула Клима и налетела на них с объятиями. — Дорога-ая, знакомься, это Мирослава, Мира, — она кивнула на девушку, — и Адам. Ребят, а это Несса, мы вместе учимся и не только. Ну, я рассказывала. Девушка просто безразлично кивнула, парень же улыбнулся с теплотой, оторвав взгляд от телефона. Несса улыбнулась в ответ. В отличие от Миры, тот вызывал какие-то эмоции: как минимум, заинтересованность. — Ну что, раз все в сборе, то в магаз? — спросила Мира. Голос у неё был такой, что заслушаешься: мелодичный, выразительный, звонкий. Одно удовольствие слушать его, несмотря на обыкновенную внешность. Капюшон прячет волосы, и только две русые прядки обрамляют лицо. Сама по себе девушка невысокая, примерно такого же роста, что и Несса, без выделяющихся округлостей. — Да, идём, — кивнула Клима и первая, как предводительница, направилась к магазину. Мира шла за ней, а Несса и Адам замыкали шествие. Все остановились у холодильников со слабоалкоголками. — Ну что, Адам, угощаешь, как всегда? — Конечно, — ответил парень, нехотя пряча вибрирующий телефон в карман. — Только выбирайте не очень дорогое, а то разорите вы меня. Клима и Мира рассмеялись и взяли бренди-колу, Адам — «Гараж». — Тебе что? — обратился он к Нессе. — А хоть кому-то из вас есть восемнадцать? — Здесь продают несовершеннолетним, не ссы, — добродушно рассмеялся и заиграл бровями. — Могу порекомендовать этот же напиток, похоже, у тебя мало опыта. Компотный неплохой, а грейпфрутовый лучше не бери, если не хочешь потом сразу выплюнуть. Несса хмуро уставилась на стоящие в ряд бутылки и, пожав плечами, взяла рекомендованный «Гараж» малинового цвета. Она внимательно, с опаской осмотрела компанию и, когда Адам пошёл оплачивать, спряталась за его спиной, делая вид, что вообще не с ним. Конечно, у неё не было причин ждать подвоха, но и причин для доверия не было тоже. Если бы её спросили, доверяет ли она кому-либо вообще, она бы ответила «нет». Никому. Ни себе, ни родителям, ни Климе. Вероятность, что над тобой захотят поиздеваться, подшутить, очень высока. Несса не раз убедилась в этом за восемь лет (не)общения с одноклассниками. Вопреки опасениям, продавщица молча продала алкоголь, назвала сумму, и Адам расплатился. — Куда теперь? — поинтересовалась Несса, когда вышли из магазина. Дождь к тому времени уменьшился и теперь только легонько капал, ветер стих и больше не пробирался под одежду, пытаясь сдуть всё на своём пути. Затишье. После или перед бурей? Кто знает. — Во двор. Мы там часто зависаем, когда погода норм. — Клима взяла её за руку и повела рядом с собой. Несса оглянулась на оставшихся позади. Мира чуть кривилась, как будто это ей до смерти осточертело, Адам, у которого звонил телефон, сохранял полуулыбку и в то же время хмурился. Видимо, в конце ему это надоело, он, отстав, ответил и приглушенным тоном стал что-то выяснять. Разобрать получалось с трудом, но в уши врезалось женское имя. С девушкой ругается, что ли? Придя во двор, Несса осмотрелась. Песочница, пустые бутылки вокруг, бычки от сигарет. Как типично и противно. И стоило ради этого прогуливать допы? — Как здесь мерзко, — поморщилась Несса. — Какая цаца. Сидела бы себе дальше дома и не шла к нам, — фыркнула Мира, садясь на борт песочницы и ставя по обе стороны от себя две бутылки слабоалкоголки. Несса медленно обвела её взглядом, с ног до головы. В руках у этой фифы только-только появилась сигарета, и Несса, в один шаг оказавшись рядом, тут же выхватила её и заправила себе за ухо, сама не зная, зачем. — Я твоего мнения не спрашивала — это первое. Я не знала, что вы будете здесь, — это второе. И лучше ко мне не лезь. Та снова фыркнула и достала ещё одну сигарету. — А то что? Расплачешься и убежишь домой плакать? Буду только рада. — Нет, дорогая. — Несса мило улыбнулась. — Я сделаю так, что расплачешься ты. Она выпрямилась и с вызовом вскинула голову, сжимая кулаки. Каждая мышца тела окаменела от напряжения, ноги автоматически раздвинулись до ширины плеч, принимая боевую стойку. Ногти впивались в нежную кожу на ладонях, готовясь в случае чего пройтись по этому миловидному личику. — Как стра-ашно, уже описалась, — ядовито рассмеялась Мира. — Да и вообще, я не собираюсь с тобой воевать, это не в моих интересах. — Эй, вы чего? — Клима нахмурилась и встала между ними. — Девчат, не ссорьтесь, мы здесь не для этого. — Она тоже села и похлопала рядом с собой. — Несси, давай, садись и вкуси сей плод наслаждения. Несса нехотя села, всё ещё горя желанием надрать зад новой знакомой, и устало прислонилась к плечу Климы, открывая бутылку. Она слишком рано научилась стоять за себя, не доверять новым знакомствам и видеть во всех врагов. Как ей удалось подпустить к себе так близко Климу, вопрос. Ей самой было интересно. Задумавшись, она сделала глоток и попыталась вспомнить. Вот шестой класс, зима, жуткие морозы. Из двадцати человек пришло только семь, и то большая часть ввалилась в кабинет вместе со звонком. Придя за пять минут до начала урока, Несса увидела только Климу. Тогда они впервые перекинулись парой фраз, хоть и банальных: о погоде и учёбе. Клима сказала, что пошла, потому что её почти пинками вытолкали из дома. Несса же пошла, чтобы не слушать ругань родителей, хотя она была уверена, что если бы захотела остаться, никто бы и не заметил. Седьмой класс, весна. Когда весь класс собрался на экскурсию, а Несса не смогла поехать из-за того, что деньги были больше нужны на то, чтобы купить душевую кабину вместо старой, покрытой ржавчинами ванны, Клима по странному стечению обстоятельств тоже не поехала. А поскольку это происходило в учебный день и ради пары человек решили не проводить урок, они тогда впервые погуляли, поедая сладкую вату. Восьмой класс. Появилась новая математичка пожилого возраста, с очень острым слухом, и когда Клима начала перешёптываться о ней с одноклассниками, смеясь над очками на шнурке, та услышала и вызвала к доске. А затем стала делать это на каждом уроке. Клима через неделю объявила ей бойкот и стала уговаривать весь класс сорвать урок, но никто не встретил это предложение с энтузиазмом. И только Несса, которая в тот день дежурила, намастила доску, стащив брусок мыла из туалета. Когда дело дошло до поиска пакостников, Несса честно признала свою вину. Её отправили к директору, и Клима вызвалась следом, признаваясь, что затея-то её. Так и пошли дружно на ковёр. С тех пор они и начали сидеть вместе и общаться на регулярной основе. Несса улыбнулась воспоминаниям, нехотя возвращаясь в реальность. Бутылка опустела на одну треть, а она даже не почувствовала вкуса. Чтобы исправить это, она сделала ещё глоток и прислушалась к ощущениям. Отдавало слегка ягодами, как в настоящем компоте, когда пьёшь эту спасительную прохладу в жаркий летний день. Чувствовался также спирт и горчинка, присущая пивным напиткам. — Ну как тебе? — Адам уставился на неё с любопытством. — Неплохо. Несса пожала плечами и запоздало, с сожалением отметила, насупившись, что с её талии исчезла рука Климы, а сама девушка разговаривала с Мирой о какой-то телепрограмме. Обе спорили и доказывали друг другу свою точку зрения. — …и не собиралась туда заходить, — донеслись обрывки фраз Климы. — Что вообще классного в METRO? Я и так знала, что там просроченная продукция. А видела очки, которые у них продаются? К ним даже прикасаться страшно, всё думаешь, как бы не сломались. Дужки так туго прикреплены, что и не наденешь нормально. — Зато цены дешёвые, удобно тариться оптом. Отделение игрушек нереально крутое, там сто-олько пазлов, сколько тебе и не снилось! — Всё равно у меня после выпуска нет желания что-то покупать там, — парировала Клима. — Это вы о чём? — Несса невольно придвинулась поближе к однокласснице и уткнулась подбородком ей в плечо, догадываясь, что речь идёт о самой популярной программе. — О «Ревизоре»? — Ага. Смотришь? — Не-а. — Вот и не вмешивайся, — фыркнула Мира. — А ты не указывай, — огрызнулась Несса, но скорее, по привычке. Она тоскливо вздохнула, наблюдая за тем, как девчонки снова возвращаются к своей дискуссии и даже Адам тихонько то воркует, то переругивается с кем-то по телефону, называя уже другое женское имя. И до неё никому нет дела, как обычно. Ощутив, как одиночество начинает протягивать к ней свои мерзкие тёмные щупальца, Несса подняла взгляд вверх, к звёздам, чтобы отвлечь себя. Она не разбиралась в созвездиях, но почти всегда могла найти Большую Медведицу. Так и в этот раз. Глядя на самую яркую, мерцающую звезду, Несса представляла, что та зажглась во время её первого поцелуя с Климой. Может, её зажгло сияние их сплетённых душ… — Эй, может, хоть ты со мной поговоришь? — обратилась она к Адаму, устав пялиться в небо. — О чём? — Да о разном. Расскажи о себе, о Мире, раз уж вы пришли вместе. Какие между вами отношения? Вы встречаетесь? Хотя по вам непохоже… — Эй, полегче. — Адам спрятал телефон в карман и взлохматил волосы. — Я не знаю, что ты хочешь обо мне услышать, но ладно… Я учусь в одиннадцатом классе, Мира тоже. Мы одноклассники и из той же школы, что и ты, и Клима. Я видел тебя как-то в обществе Климы, но ты меня, наверное, не замечала. Ладно, это всё неважно. Что насчёт меня и Миры, то нет, мы не встречаемся. — Неудивительно, — хмыкнула Несса. — С её-то характером. Но Адам просто покачал головой. — Она неплохая, но это могут понять только те, кто её хорошо знает. — Мне плевать, если честно. Несса решила не спорить и перевести разговор на другую тему. Поглощая напиток, она обсуждала с Адамом любимые и нелюбимые школьные предметы, учителей, погоду, книги и сериалы. Как оказалось, им обоим нравился сериал «Доктор Кто» и киновселенная «Марвел». Адам лучшим супергероем считал Железного Человека, а Несса — Тора. Увлёкшись разговором, Несса потеряла счёт времени и перестала замечать окружающий мир, сосредоточившись полностью на новом знакомом. Тьму разрезала уже не Клима, а он. Девушка, едва не захлёбываясь, делилась впечатлениями и чувствовала, как из глубины души поднимается светлая и тёплая энергия, наслаждение разговором, ощущение родства с человеком, которого знает от силы час. У них сбегались взгляды на многие вещи. Не было неловкости, когда Несса делилась с ним мнением насчёт супергеройских фильмов, тот не смотрел на неё как на диковинку, не понимая, о чём речь, не отмахивался, как родители, когда она просила их посмотреть вместе фильмы. Отступило на задний план уныние из-за того, что Клима продолжала болтать с Мирой, не обращая внимания на свою якобы девушку. Бутылка «Гаража» подходила ко дну, голова давно помутнела, вокруг всё слегка поплыло, но Несса ещё могла сфокусироваться на Адаме и понять, что он вполне ничего. Каштановые волосы, колыхающиеся на ветру, чёрный свитер под горло и расстёгнутая спортивная куртка, плотно облегающие ноги джинсы — это бросалось в глаза и приковывало взгляд, оторваться было практически невозможно. Несса не знала, сколько времени прошло: полчаса, час или два, — но это не имело никакого значения. Пусть она впервые вернётся поздно, пусть получит тумаков от родителей, главное, что сейчас ей хорошо. Она впервые тусит в большой компании, и от этого на душе так радостно и волнительно. Однако не всё и не у всех было так радужно. У Миры разболелась голова, и Несса заметила это, когда утихла трёпка, а сама девушка стала держаться за голову, морщась. Клима тут же завозилась возле неё. — Снова перепила, да, горе ты моё луковое?  — Зачем вообще пить, если не умеешь? — фыркнула Несса, хмурясь. — Чтобы ты спросила, — огрызнулась Мира и застонала. — Хочу сдохну-уть… — Опять, — шепнул на ухо Адам, смотря на эту картину со скукой, как на что-то банальное и не представляющее интереса. — Каждая попойка так заканчивается. Несса смотрела на девушку, которая морщилась и поджимала губы, и думала, что будь она на её месте, то решила бы не пить вообще больше. — Мне снова тебя домой проводить? — хмыкнула Клима, скорее констатируя факт, чем спрашивая, и выглядела при этом вовсе не утомлённой. — Ладно, ребят, мы пошли. — Может, такси лучше вызвать? — предложил Адам. — Я оплачу, разумеется. — Да не надо, тут пройтись всего-то полчаса от силы. Мы же рядом живём. Отведу её домой и к себе сразу, ещё не поздно будет. Возражений больше не было. Несса невидящим взглядом смотрела, как отдаляется фигура её девушки почти в обнимку с Мирой, и горло сжал такой спазм, что казалось, проглотишь его — и он раздавит желудок под своей тяжестью. Глаза жгло, но слёз не было. Она вообще не умеет плакать, наверное. Только ощущение предательства поселилось в душе и теперь никак не желало уходить, откусывая по кусочку каждую секунду. — И ты собираешься вот так просто отпустить её? Несса, содрогнувшись от прозвучавшего голоса, обхватила себя руками, дрожа и чувствуя, как рассеивается тепло и просачивается внутрь холод. Её солнце ушло светить другой, а она теперь, как маленькое несчастное растение, увядала. Непринуждённая атмосфера, накрывающая их куполом, растворилась, и ветер, которому больше ничего не мешало, налетел на девушку с жестокими, беспощадными объятиями. Не было сил защищаться, и Несса позволяла ему хлестать себя по лицу. — А что мне остаётся? — Она поёрзала на борту, который вмиг стал неудобным и жёстким. — Ты могла бы пойти с ними. — И что бы мне это дало? — Несса выдохнула пар изо рта и пнула носком окурок. — Только под ногами буду мешаться. Им так хорошо вместе, а я… как будто и не значу ничего. Может, так и есть. — Слышу слова маленькой глупенькой девочки. Ты действительно готова отдать свою любовь? За неё как бы бороться надо, иногда даже в буквальном смысле, а не пускать всё на самотёк. Уверен, если бы пошла с ними, твоя значимость в глазах Климентии выросла бы. Ты, видимо, ещё не поняла, но такой человек, как она, всегда будет в центре внимания, окружен многими людьми. Боюсь, у тебя просто не хватит силы духа, чтобы мириться с этим. Несса, тряхнув волосами, обвела собеседника медленным надменным взглядом. Алкоголь уже начал выветриваться, и мир снова обретал чёткость, а с порывами ветра в голову прокрадывались дельные мысли. — Уж не тебе мне советы и упрёки раздавать. Не подходит тебе эта роль, милый, ты, скорее, весь из себя такой плейбой, встречаешься одновременно с несколькими… Да-да, не удивляйся, я слышала краем уха твои разговоры по телефону. Так вот, наведи сначала порядок в своей жизни. Если мне нужно набраться смелости, то тебе — честности. Сам же потом пожалеешь. Адам покачал головой, усмехнувшись, и Нессе показалось, что он смотрит на неё с нотками восхищения. — Ладно, один-один. Не буду к тебе лезть. Идём, провожу тебя домой? — Он подал руку, и Несса, чуть колеблясь, вложила в неё свою, но тут же выдернула и засунула ладони в карманы. Это было бы нечестно по отношению к Климе. Но домой ей действительно нужно было. Подумать обо всём и переварить эту ситуацию не помешает. Потом она, конечно же, напишет Климе и спросит, всё ли нормально с Мирой, но это будет уже позже, гораздо позже. А сейчас хочется просто уничтожить этот грёбанный мир по атомам. Может, хоть тогда перестанет так болеть душа.