сккчаю.

— убью на это целый выходной, но заебусь и починю проигрыватель. скину видос потом, будешь первым, кто услышит на нем цоя. ну, кроме меня, — олег улыбается в тёмный потолок. по питеру — часов восемь; по местному — почти два. олег спал в последний раз больше суток назад, олегу завтра вставать в десять утра, закрывать долги, потом работать, видеть — кого-то, говорить — с кем-то. говорить — с недосягаемостью санкт-петербурга, отсутствием долгих выходных, отсутствием денег на билеты, отсутствием— любви. от тебя. тебе это все — в прикол. тебе улыбаться, жить там, далеко, своей жизнью, жизнью, где меня нет. где я — близкий друг. а я каждую неделю кидаю деньги на телефон, чтобы тебе позвонить. трачу время, отведённое на одиночество — я не уверен, что кто-нибудь вообще понимает меня так как ты. потом рассказываю как переспал с кем-то, кого склеил в баре, и даже не запомнил имени. а ты улыбаешься — «пиздец, мрак». да, точно мрак. я надеюсь, ты там иногда икаешь, размышляя кто кого вспоминает. потому что трахаться круто, но кончается ярче всего — на тебя. — блин, круто, — сережа, кажется, улыбается через километры. наверное, сидит за компом. занимается — чем-то; занимается — собственным. — жду получается. олег улыбается, листая пластинки на авито. получается так. одеяло давит на плечи, стягивает цепью уставшее тело, а мозг все равно отказывается отключаться. ведь где-то там — ты смеёшься. и может лучше не спать ещё час до того как ты наконец решишь уйти по питерскому. — хочу пластинку электрофореза или муджуса. звучит как охуенный план на что потратить все деньги. — реально крутой план, я бы послушал, — сережа в наушниках быстро стучит по клавишам ноутбука. — только пластинка муджуса стоит десять тысяч. — звучит как охуенный план на что потратить все деньги, я же говорю. сережа все рассуждает — ты видел его мерч? дорогой пиздец, за что такие деньги, не надо много ума, чтобы залить худак хлоркой. олег кивает — да, ума много не надо. но у меня его, вроде как, нет. я же первый распинался — отболело, невзаимно, он другой, он — не как я. он сам так сказал. потому что сережа разумовский — гениальный, правильный мальчик. сережа разумовский носит белые рубашки и каждый месяц встречается с новой девушкой. потом злится — видимо никто мой характер вытерпеть не может. олег терпел. страдал от невзаимности. вроде прошло. а теперь вот — звонить раз в неделю, когда идёшь уставший с работы, и хочется хотя бы услышать голос. думать, что отвлекаешь, морщиться — и чуть улыбаться, когда он — «не отвлекаешь, в порядке». — интересно у меня все станет нормально с личной жизнью, если я начну включать пластинки цоя и муджуса? олег знает — не станет. не станет, потому что столько лет прошло, а я все ещё не чувствовал ничего лучше той ночи, когда мы спали вместе, и ты вдруг прижался к моему плечу — расслабленный, странно спокойный. сережа только тихо смеётся: — не знаю. но ты можешь попробовать.