Часовщик

Изуку Мидория для своих трёх лет был поразительно умным малышом, на взгляд окружающих — почти вундеркиндом. Но для Инко он оставался самым лучшим ребёнком на свете. Изуку же только начинал себя полностью осознавать, как мальчика по имени Ито. Да, у него и раньше были моменты осознанности, но всё было как в тумане и как будто нереально. Маленькое тело, крохотные ручки и огромный поражающий мир. Его детский мозг не выносил тяжести, свалившейся на него, поэтому он падал в холодную, но освежающую бессознательность. Сейчас же воспоминания потихоньку возвращались к нему, он вспомнил своё отчаяние и желание жить, и что-то щёлкнуло в его мозгу. Он понял. Он переродился. Открытие напугало и взбудоражило одновременно. Интересно, он единственный случай подобного? Как бы то ни было, в возрасте трёх лет Изуку отдали в детский сад, как и положено всем малышам. Совмещать разум подростка и сознание ребёнка было тяжело, постоянно хотелось совершать нелогичные и импульсивные вещи, но Изуку боролся с этим, оттого снова не нашёл друзей среди ровесников (что по уму были намного ниже его уровня), предпочитая отсиживаться в тёмном углу. В одной группе с ним оказался очень активный и грубый ребёнок: Бакуго Кацуки. Изуку следил за ним иногда с ленивым интересом, так как было любопытно наблюдать за таким необычным ребёнком. К тому же, несмотря на замашки будущего хулигана, он был довольно смышлён. Но и это ненадолго заинтересовало Изуку. Инко он убеждал, что у него всё хорошо, мать только вздыхала, зная про нежелание её сына с кем-то общаться, но принимала это, ведь её ребёнок особенный. В возрасте четырёх лет, когда у многих проявляется причуда, Изуку задумался, могла ли его родная причуда перейти с ним или же ему достанется совершенно новая, другая? Он в предвкушении считал дни и ждал, ждал, ждал. Когда же он услышал в голове заветное «тик-так», он встрепенулся и попробовал активировать её. Так как дело было в садике, то он смог воочию наблюдать её действие и убедиться, что да, она снова с ним! Он подошёл к замершим детям и внимательно вглядывался в лица. Когда действие причуды закончилось, воспитатели и некоторые дети заметили, что ребёнок с огромными изумрудными глазами переместился в пространстве и начали засыпать его вопросами. — Вау, твоя причуда — это скорость? Ты как «рассекающий Джо» можешь быстро двигаться? — слово взял самый любопытный мальчик, заинтересованно обходя его по кругу. Изуку смутился, в прошлой жизни вокруг не было столько народу, как сейчас. Только родители, что радовались за него. — Н-нет, — подал он голос, что прозвучал до странного неуверенным, хотелось спрятаться от взглядов вокруг. — Я могу останавливать время. — Круто! — сказал этот мальчик, и с ним согласились остальные. Воспитатели быстро разогнали переполох и попросили не наседать так на ребёнка, что сейчас, должно быть, испуган от первого проявления своей способности. Изуку, на самом же деле, тихо ликовал, он был безумно рад, что с ним осталась частица его прошлого. Когда об этом сообщили Инко, то она очень обрадовалась и, забрав Изуку домой, устроила маленький праздник для них двоих. Когда они так уютно сидели, то мальчик с грустью понял, что воспоминания об его родной матери и её нежный образ постепенно вытесняются принятием Инко, как своей новой матери. Это вызывало смешанные чувства, от горечи до тепла в груди при взгляде на хрупкую зеленоволосую, как и он сам, женщину. Отца в новой жизни у него не было, мать говорила, что он уехал работать, но Изуку шестым чувством понимал, что это не так. Больно грустной она была, как бы ни пыталась этого скрыть, упоминая его. На пятый день рождения он понял, что потихоньку растущее раздражение от того, что все его сверстники собирались стать про-героями, выливается в настоящую злость. А что вы хотели от мальчика, которому всю его сознательную жизнь описывали героев, как недостойных жить, и рассказывали самую гнусную подноготную их жизни. Тогда он решил для себя, что для того, чтобы не выделяться из толпы, ему нужно тоже делать вид, что всё это геройское сообщество не противно ему до безумия. Он даже выбрал героя, про любовь к которому ему придётся говорить, если спросят. Выбор пал на Всемогущего, так как значительнее фигуры не было, и больше половины детей мечтали как раз быть, как он, поэтому, чтобы отвести от себя подозрения, даже попросил Инко купить мерч по этрму герою. Когда ему было шесть, то вся комната была увешана изображениями Всемогущего. Это становилось отвратительно, но он покорно терпел эту раздражающую улыбку, подпитывая своё раздражение на героев. К этому времени он уже умел читать и писать, спасибо дошкольному образованию. Он старался быть максимально ребёнком, чтобы им никто не заинтересовался, поэтому старался не демонстрировать выдающихся успехов в учёбе, но провалился в этом и его всё равно посчитали вундеркиндом. Порой матери очень слепы в своей безусловной любви к детям, иначе Инко бы давно заметила, что что-то не так с её сыном, раз ему настолько легко даётся всё, что бы ему не предложили выучить. К тому же, пришла пора отдавать мальчика в начальную школу, так как неминуемо надвигался апрель. Изуку с волнением и действительно детским предвкушением ждал нового этапа в жизни. Так вышло, что в прошлом он не ходил в школу, скрываясь вместе с родителями, что сами старались в свободное время его обучить всему, поэтому когда он получил свою первую школьную форму, его радости не было предела. Единственное, что удручало, так его навыки общения. Для окружающих он был маленьким нелюдимым ребёнком, предпочитающим одиночество. Даже в этой жизни пока социализироваться не вышло. Но он считал, что быстро отточит навык. Всё-таки в шесть лет окружающие дети будут более осознанны, так ведь? Незаметно наступило начало учебного года, Инко проронила слезу, глядя на так быстро выросшего мальчика. Она в сотый раз проверила, хорошо ли сидит рубашка, поправила аккуратно завязанный галстук. Провожать школьников родителям нельзя, так что Изуку отправился в школу по заранее заученному маршруту. Он очень надеялся, что всё будет нормально.