Нужные

Гук видел, что броня Кима давно дала трещину и постепенно крошилась. Но такими темпами он скорее вернётся в орден, чем Тэхён что-либо предпримет. Чонгук осознавал, что, возможно, не прав и торопит события. Но сегодня, на поляне, Тэ окончательно посыпался и раскрылся в его руках. А значит, ведьмака оставалось только мягко направить и слегка подтолкнуть. Маг дал Тэхёну время. А тот показал, что хочет быть с ним. Так что последний ход во взятии этой крепости Чон оставил за собой. Вернувшись домой, Ким заметно нервничал. Он метался по дому, не зная, за что взяться. А у Чонгука уже был план. Для начала ведьмака нужно успокоить и расслабить.       — Тэхён, у нас ещё осталось вино? Считаю, что нам нужно отпраздновать мой короткий, но стремительный полёт, — весело предложил маг, а Ким наконец-то остановился.       — Думаю, да. Сейчас проверю, — тихо ответил Тэ.       — Тогда с тебя вино, а с меня ужин. А ещё давай разожжём камин, как-то зябко в доме, — обняв себя руками и для вида задрожав, попросил Гук.       — Хорошо, я сделаю, — отозвался ведьмак, понемногу возвращая себе самообладание. Пока Чонгук обжаривал мясо и нарезал салат, он то и дело поглядывал на Тэхёна. Ведьмак отыскал вино и поставил его на стол. Спокойно расставил посуду. Сходил за дровами и принялся растапливать камин. В доме аппетитно запахло едой и дымком. Когда они сели за стол и налили себе вина, ведьмак успокоился и даже начал улыбаться. Он благодарил Гука за вкусный ужин и поздравлял с успехами, чокаясь бокалами. Маг облегчённо выдохнул. Тэхён и сам понимал, что опять зазря отдался своим страхам. Ну что тут такого? Они с Чонгуком пара. Ведьмак сам дал на это согласие. Ему нравился Чон, нравилась его близость. Нет никакой проблемы. И постоянно паниковать как подросток, а затем сбегать — глупо. Тэ давно готов ко всему, что мог предложить ему маг. И он достаточно силён и умён, чтобы не терять голову, но при этом быть с Чонгуком вместе.       — Это вино не такое крепкое, как мы пили до этого, — смаковал каждый глоток Гук.       — Да, оно меньше настаивалось, — подтвердил Ким.       — Очень хочу увидеть огонь в камине. Пойдём туда, — предложил маг.       — Давай. Посуду потом помоем. У нас всё-таки сегодня праздник, — Тэхёну полегчало. Они расположились прямо на полу у камина. Чонгук как ребёнок радовался огню и теплу, исходящему от него. Пламя весело потрескивало и придавало волшебства этому вечеру.       — А давай поиграем в игру? — хитро прищурился маг и ухмыльнулся.       — В какую? — заинтересовался ведьмак.       — «Правда или действие». Правила знаешь? — уточнил Гук.       — Нет, расскажи.       — Я спрашиваю у тебя: «Правда или действие?» А ты выбираешь что-то одно. Если ты выбрал правду, то честно отвечаешь на мой вопрос. А если действие, то делаешь, что я попрошу, — объяснил правила Чон.       — Понял. Удивительно, что игра не на выпивку, — хохотнул Тэхён и облизал пересохшие губы. Чонгук это заметил.       — У нас нет цели напиться, мы же празднуем, — подмигнул Киму маг и отпил из своего бокала. — Я начну. Правда или действие?       — Действие, — быстро выбрал ведьмак.       — Хорошо. Неси свои сигареты и закуривай. Тебе нужно выпустить дым так, чтобы получилось колечко, — вот сейчас маг и полюбуется, как красиво Тэ складывает свои сочные губы буквой «О».       — Да легко! — похвалился Ким. Он принёс сигареты, поджёг, глубоко затянулся и выпустил целых пять колечек друг за другом. А Чонгук, глядя на губы ведьмака, только неконтролируемо ткнул языком щёку и выпал из реальности, что не скрылось от глаз Тэхёна.       — Моя очередь. Правда или действие? — спросил Ким после того, как докурил.       — Правда, — озвучил Гук.       — Хорошо. Вопросы можно же любые задавать? — поинтересовался ведьмак с каким-то лукавым взглядом.       — Да, любые, — маг уже предвкушал.       — Во сколько лет у тебя был первый поцелуй и с кем? — выдал Тэхён, сверкая широкой улыбкой.       — Ого! Смелости тебе не занимать. Обычно на такие вопросы переходят не сразу. И это, вообще-то, два вопроса, но я отвечу, — ещё бы он не ответил. Ведьмак был не промах и сам направил игру туда, куда хотел Гук.       — Мне было шестнадцать, и она была моей одноклассницей, — быстро ответил Чон.       — И что? Это всё? — разочарованно спросил Ким.       — Если ты хотел большего, то нужно было другой вопрос задавать, — засмеялся Чон. — А ты во сколько и с кем впервые поцеловался?       — Эй, но я же не выбрал правду или действие! — возмутился Тэ.       — А мы немного изменим правила. Ну так что, расскажешь? — задал вопрос маг и отпил вина. У Тэхёна никто о таком не спрашивал. Он замолчал, опустил взгляд и заулыбался, вспоминая.       — Что тебе пришло в голову? Ты так улыбаешься. Говори давай, — Чонгуку не терпелось узнать.       — Мой первый поцелуй случился довольно поздно. Мне было двадцать два. И так вышло, что он был с парнем… — замялся Тэ, делая глоток из бокала.       — Дальше расскажи, — поторопил его Гук.       — Я тогда проходил обучение, и мой лучший друг Чимин узнал, что я никогда не целовался. И решил исправить это упущение, поцеловав меня, — смущённо признался ведьмак.       — Вот как! Мне ревновать? — засмеялся Чон.       — Нет! Что ты. Это было один раз, чисто по-дружески. И мы никогда не переходили с Чимином черту.       — А в твоей жизни были серьёзные отношения? — наплевав на правила игры, выпалил маг.       — Нет. У меня никогда не было такого, чтобы мне кто-то предлагал встречаться или чтобы я предложил. Короткие романы, не более, — честно ответил Ким.       — А тебе всегда нравились парни? — задал вопрос Тэхён.       — Да. Я не делю людей по полу. Если нам хорошо вместе, то гендер тут вообще не играет роли, — признался Чонгук.       — А у тебя были отношения с девушками? — продолжил Чон.       — Да, были. И я согласен с тем, что ты сказал про гендер и его влияние на счастье двух людей, — откровенно высказался Ким. Чонгук и Тэхён поняли, что совпадали в своих взглядах в этом вопросе. Они оба любовались людской красотой, влюблялись в людей, целовали людей, спали с людьми. И никогда не держали себя в придуманных кем-то рамках. Они были свободны. Разговор тихо лился в вечернем полумраке. Никто из них не замечал, что единственным источником света в доме был живой огонь в камине. Отражение пламени танцевало в глазах Чонгука, и этот блеск так манил. Тэхён отвечал на какой-то очередной вопрос, но замолчал на полуслове и положил свою ладонь на скулу Гука. Его маг был так прекрасен. Подсвеченный неярким светом, такой тёплый и такой желанный. Ведьмак мягко провёл пальцами по коже и подумал, что разговоров достаточно. Чонгук замер и прикрыл глаза. Он сделал свой ход. Дальше дело за Тэхёном. Ким немного наклонился вперёд и поцеловал мага, не убирая руки с его скулы. Гук ответил на поцелуй. Нежный, неторопливый. Это было единственным, чего оба так хотели. Как будто не было никаких проблем и никого в этом мире больше не существовало. Всё в этот момент было неважно, только они.       — До приезда в лес я не обращал внимания на твои губы. И только тут понял, что мне так хочется их целовать. Спасибо, что не дал мне сбежать на утро после нашего первого поцелуя, — ведьмаку нужно было это сказать. Он на мгновение прервался, а после этих слов продолжил. Тэ начал бережно и аккуратно. Он приобнял мага и погрузил пальцы в его мягкие волосы. Губы нежно касались губ. А затем Чонгук подался вперёд и углубил поцелуй. Тэхён тут же отозвался, понимая, чего хочет маг. Он на секунду отстранился, чтобы кончиком языка пройтись по нижней губе Гука, а затем проникнуть им магу в рот. Чон сладко переплёл их языки, обнял ведьмака и утянул его за собой, ложась на спину. Ким кончиками пальцев забрался под футболку и гладил горячую кожу. А Гук развёл ноги, и ведьмак лёг между ними, чтобы быть ещё ближе. Нежность уступила место страсти. Чонгук первым снял с ведьмака футболку, которая мешала ему целовать плечи Тэ и гладить его спину. Тэхён приподнялся и посмотрел на мага пылающим взглядом. Он быстро стянул футболку и с него, а затем припал губами к его груди. Наконец-то ему ничего не мешало. Наконец-то он сможет покрыть поцелуями всё, что захочет. Беспрепятственно пройтись пальцами по напряжённому прессу. Лизнуть один сосок и прикусить другой. Зацеловать шею и услышать, как Гук тихим, но таким сладострастным стоном отзывается на его ласки. Чон был возбуждён и чувствовал, как ведьмак тёрся об него пахом. Он переместил свои руки на такие манящие ягодицы Тэхёна и, сжав их, толкнул на себя. Ведьмак сразу догадался, что нужно сделать. Он медленно и плавно задвигал бёдрами, ощутимо упираясь своим бугорком на брюках в такие же топорщащиеся штаны Гука. Ким оторвался от столь желанной шеи и, продолжая двигаться, наблюдал за лицом мага. Тот закрыл глаза и с шипением втягивал воздух сквозь сомкнутые зубы. Тэхён сделал особо резкий толчок, и Чонгук застонал, а затем открыл глаза.       — Я хочу тебя, Тэ, — жарко прошептал Гук.       — И я тебя. Но у меня нет ничего. Ни смазки, ни презервативов, — ведьмак сказал как есть.       — Парней, значит, домой водишь нечасто? — тихо засмеялся маг.       — Ты первый, кого я сюда привёл, — признался Ким.       — Мы что-нибудь придумаем. Пойдём, — начал вставать с пола Чон. Поднимаясь наверх, в хозяйскую спальню, они целовались на ходу. Тэхён полностью отпустил себя и больше не пытался сбежать. Как только они оказались у кровати, он развязал узелок на спортивных штанах Чонгука и двумя руками стянул их вниз. А затем пылко поцеловал мага, одновременно пытаясь снять и свои брюки. Тэ чуть не упал, запутавшись в штанине. Но Чон подхватил его и удержал.       — Тише, Казанова, — хохотнул Чонгук. Ведьмак справился с брюками и выпрямился. Он обхватил мага поперёк талии и уложил на постель. Кровать отозвалась тихим скрипом. Тэ присел сверху на Гука, целуя и гладя его тело. Сжимал сильными пальцами, как будто боялся, что маг мог уйти. Чонгук громко дышал и крепко держал ведьмака в своих объятиях. Покусывал шею, искал его губы. Тэхён вновь подарил ему томный поцелуй и заскользил своим языком сначала по нижней губе и подбородку, затем по шее и ключицам. Остановившись на них, он втянул губами кожу, оставляя розовый след. А затем, поставив обе свои ладони Чону на грудь, продолжил опускаться поцелуями на живот. Дойдя до пупка, он быстро лизнул пресс и выпрямился.       — Ты такой красивый, Гук, — прошептал ведьмак в тишине комнаты. Чонгук посмотрел на ведьмака над собой и блаженно улыбнулся. Тэхён переместился на кровать. Он запустил свои пальцы под резинку белья мага и, нетерпеливо сняв его, кинул на пол. Ведьмак хищно рассматривал тело перед собой. Затем положил руки на сильные бёдра и сжал их.       — У тебя невероятные бёдра. Такие твёрдые, такие сексуальные, — облизнул губы Тэ. Он наклонился к животу Чона и продолжил выцеловывать его, спускаясь ниже. Дойдя до лобка, Ким специально сместился и начал исследовать внутреннюю часть бедра, слегка прикусывая её. Чонгук тяжело глотал воздух. Он изнывал и предвкушал дальнейшее действие, а Тэ дразнил. Тэхён оторвался от бёдер и взял в руку налившийся член Гука. Провёл большим пальцем по головке. Сжав ствол крепче, на пробу медленно двинул рукой вниз, а затем вверх.       — Тэ-э, — простонал маг. Ким наклонился ближе и провёл языком по горячей плоти. А затем приоткрыл рот и вобрал в себя головку, не выпуская член из рук. Маг, тяжело дыша, схватился пальцами за простыню и скомкал её. Ведьмак взял ствол чуть глубже, слегка посасывая. А Чонгук не выдержал и вплёл свои пальцы в кудрявые волосы Кима. Тэ ещё немного помучил его и остановился. Напоследок обвёл языком венчик головки.       — Вернись ко мне, я тоже хочу к тебе прикоснуться, — почти молил ведьмака Гук. Тэхён поднялся к губам мага и мокро поцеловал. Он облизывал их, прикусывал, заводясь всё больше и больше. Чонгук вцепился в ткань белья ведьмака и потянул её вниз. Он ощутил, как оголённый член Тэ прижался к его собственному. От такой откровенной близости обоих повело. Гук скользнул рукой между их телами и сжал возбуждение ведьмака. Он ласкал плоть, то резко проводя по ней ладонью, то нежно гладя пальцами. При каждом движении Тэхён издавал звуки, похожие на утробный рык, и целовал мага с ещё большей страстью.       — Гук-и, Гук-и, остановись. Меня надолго не хватит. Есть идея. Развернись ко мне спиной и ляг на бок, — сиплым голосом простонал Ким. Маг сделал, как его просили. Тэ пристроился сзади, просунув одну руку под тело Чонгука и обняв его торс. Чон чувствовал, как в его ягодицы упирался твёрдый член. Он изнемогал от этих ощущения и желания.       — Малыш, сомкни свои восхитительные бёдра, — сладострастно прошептал ведьмак на ухо магу, а затем прикусил хрящик. Гук терпеть не мог, когда его называли ребёнком, мальчиком, малышом. Но сейчас обращение ведьмака показалось ему настолько эротичным, что впредь, слыша это слово, он будет вспоминать этот момент. И теперь он абсолютно не против, чтобы Тэ и дальше его так называл. Чонгук понял, что Тэхён собирался сделать. Маг положил одну ногу на другую и согнул их в коленях. Ведьмак придвинулся вплотную. Взяв свой член в руку, он просунул его между бёдрами Чона и застыл. Чужая промежность приятно сдавливала и опаляла жаром. Желание выжигало кислород в лёгких и вынуждало тело действовать. Но Тэхёну нужно было отдышаться, чтобы не закончить всё слишком быстро. Его магу тоже должно было быть хорошо, торопиться не стоило. Тэ зарылся носом в волосы Чонгука и втянул в себя его запах. А затем несдержанно дёрнул тазом и зашипел сквозь зубы. Он сжал естество Гука рукой и начал быстро двигать ею. Опустил губы на шею мага и прикусил пылающую кожу, вновь помечая его. Ведьмак наконец-то отпустил себя, открылся полностью. Голодно оскалился и погрузил свои зубы в податливую и такую желанную плоть. Сильные бёдра дрожали, но продолжали ощутимо сжимать скользящий между ними ствол. Тэхён терялся в каждом новом толчке, которые гнали по его телу пьянящее наслаждение. Ведьмак целовал мага в спину, плечи, шею. Всюду, куда мог дотянуться. Прижимал к себе ближе. Чонгук отвёл руку назад, насколько мог, и ухватил мужчину за ягодицу, проминая её пальцами. Гук сладко постанывал, а Ким хрипло рыкал, вторя ему. Движения стали резче и размашистее. Чонгук также необузданно двигался ведьмаку навстречу. Их тела взмокли от пота, и каждый новый толчок сопровождался влажными шлепками. В какой-то момент Тэ убрал свои пальцы с напряжённого члена мага и, опустив их ниже, помял мошонку. Гук задрожал всем телом от этого прикосновения. Тэхён ещё немного поиграл пальцами с яичками и вернул руку обратно.       — Тэ, я уже скоро, — простонал Чон.       — Я тоже, малыш, — он чувствовал, как ствол мага в его руке едва уловимо подёргивался от наслаждения. Тэхён ещё несколько раз ощутимо дёрнул ладонью и особо глубоко толкнулся. А маг, отзываясь на эти действия, всем телом задрожал, кончая в кулак ведьмака.       — Тэ-эхё-ён, — шёпотом протянул он. От осознания того, что Чон простонал его имя в оргазме, в паху ведьмака защекотало. А затем он, протяжно, хрипло ахнув, излился между сжимающими его бёдрами. Ведьмак крепко обнял Чонгука, уткнувшись ему в плечо, и вдохнул терпкий запах их страсти. Они неподвижно лежали ещё несколько минут, а затем Гук развернулся к Киму и поцеловал его в губы.       — Это было невероятно, Тэ, — улыбаясь признался маг.       — Спасибо, мне тоже понравилось, — Ким провёл по щеке Гука пальцами.       — Я очень хочу большего. Как только выберемся, куплю тебе ящик смазки и презервативов, — засмеялся Чон.       — Зачем ящик?       — Чтобы в магазин часто не выезжать из этой прекрасной глуши, — пояснил Гук.       — Ты хочешь остаться в моей глуши? — изумлённо переспросил ведьмак.       — Я хочу остаться с тобой, — прошептал Чонгук, ласково водя кончиком пальца по губам, лбу, щеке и носу Тэхёна.       — Я тоже хочу, чтобы ты остался, — будто раскрывая тайну, ответил Тэ. Чонгук приблизился к лицу Тэхёна и нежно поцеловал.       — Пойдём в душ? — предложил Ким после поцелуя. Они вместе стояли под тёплой водой и нежно омывали друг друга, целовались, ласкали руками. Пока горячая вода в бойлере не закончилась, оба успели испытать оргазм ещё раз. На этом силы закончились. И их хватило, только чтобы наскоро сменить простынь и уснуть в объятиях друг друга.

Jem — 24

In just 8 hours they'll be

Laying flowers

On my life, it's over tonight

Через 8 часов на мою могилу положат цветы.

Моя жизнь закончится сегодня вечером.

Ведьмак давно проснулся. Он лежал в кольце рук Чонгука и сам прижимал мага к себе. Даже ногу на него во сне закинул. Как они проспали всю ночь в такой позе, он не представлял и тихо хихикал над этим. Чон всё ещё был погружён в дремоту, посапывая и делясь своим теплом с Кимом. Тэхён долго рассматривал татуировки Гука, а затем нежно погладил обнажённую кожу и ласково прикоснулся к ней губами. Маг только смешно дёрнул носом и прижал Кима к себе сильнее. Ведьмак нежился в этих объятиях, таял, расцветал. Ему было хорошо и спокойно. Чонгук проспал ещё полчаса, а затем открыл глаза. Он сонно улыбнулся и потёрся носом о волосы Тэ. И Тэхёну захотелось всегда засыпать и просыпаться рядом с этим парнем. Он больше не сомневался. Сегодня они не торопились вставать, не спешили на тренировку и не хотели отстраняться друг от друга. Их пропитывали умиротворение и тихое счастье. Чон смотрел на Кима и видел, как тот не мог перестать легко улыбаться. Он не стал подшучивать над ведьмаком, потому что улыбка тоже не сходила с его губ ни на минуту. Они выбрались из нагретой постели ближе к ужину. Смеясь и бесконечно касаясь друг друга, вымыли вчерашнюю посуду. Тэ даже не гундел, что остатки еды присохли и требовались усилия, чтобы их оттереть. Готовить обоим было лень, поэтому их ужин состоял из купленного ведьмаком для Гука шоколада и чая.       — Тэ, а зачем десять плиток? — спросил маг, разглядывая молочный шоколад с разными добавками.       — Я не знал, какой именно ты любишь. Поэтому купил весь, что был, — ласково ответил ведьмак. А Чон издал звук умиления и, засияв, полез к Киму миловаться. Где-то между очередным поцелуем, Чонгук закинул смеющегося Тэхёна на плечо и понёс в спальню.       — Гук, я хочу поделиться с тобой своими мыслями, можно? — робко спросил ведьмак, уже лёжа в постели.       — Тэхён, не спрашивай. Просто говори. Я же обещал, что всегда поддержу тебя, — ответил маг, проводя рукой по спине Кима.       — Мне очень хорошо с тобой, честно. Но я не знаю, что мы будем делать, когда миссия закончится. Тебе нужно будет вернуться в орден. А я не уверен, что готов покинуть лес, — эти мысли тревожили Тэ.       — Спасибо, что делишься со мной. Это очень важно и ценно для меня, — Гук мягко поцеловал ведьмака в нос, а тот улыбнулся.       — Я думал об этом. И ты знаешь, что я не хочу возвращаться. Может быть, позже, но не сейчас. Между управлением орденом и жизнью с тобой в лесу я выберу второе. Думаю, что мне предстоит серьёзный разговор с Хосоком. Я объясню всё и попрошу его стать постоянным главой ордена, — маг давно обдумывал это решение, ещё до встречи с ведьмаком. Но именно сейчас был уверен в нём как никогда.       — Малыш, я не хочу, чтобы ты жертвовал своей жизнью ради меня и запирал себя здесь, — тихо сказал Ким.       — М-м-м, малыш. Я определённо пересмотрел своё отношение к этому слову после вчерашней ночи. Называй меня так чаще, — томно протянул Чон.       — Гук, я серьёзно.       — Это не жертва, а осознанный выбор. Ты сказал, что мы творим свою судьбу сами, и я верю тебе. Я не хочу заставлять себя становиться тем, кем не хочу быть. И я не запираюсь здесь, а остаюсь с тем, кто мне действительно важен, — делился сокровенным Чонгук. При упоминании судьбы глаза Тэхёна расширились. Он до сих пор не сказал всей правды Чонгуку, и это давило. Они вновь уснули вместе, а когда проснулись, их встречал новый солнечный день. Всё было хорошо и спокойно, они с полуслова понимали друг друга, тянулись друг к другу, влюблялись сильнее. Но в это утро ведьмака начало ломать. Недосказанность ныла внутри и натягивала нервы. Он должен рассказать Чонгуку. И самое главное — он скажет магу, что теперь верит в их связь. Пусть до этого он врал и недоговаривал. Пусть боялся, отрицал и не верил. Сейчас он был уверен, что Гук обязательно поймёт, почему он тянул с этим признанием. Тэхёну так надоело всё время быть начеку и сдерживать себя. Если снаружи он словно лёд, то внутри бушевало пламя. И он решился. Он расскажет магу об этом сегодня. Сейчас.       — Гук-и, мне нужно тебе кое-что рассказать, это важно, — голос немного дрожал.       — В фильмах, как правило, после таких слов пары расстаются. Только не говори, что ты женат, — мага отчего-то накрыло паникой.       — Нет-нет, успокойся, — Тэ сглотнул и продолжил: — когда я сказал тебе, что наша встреча — лишь последствие принятого кем-то решения, я наврал.       — Я не понимаю.       — Пойдём и не нервничай, всё хорошо, — ведьмак взял парня за руку и переплёл их пальцы. Тэ привёл Гука в свой кабинет и достал из закрытого на ключ ящика в столе книгу. Между страницами виднелась закладка.       — В ночь нападения на твоих родителей я проснулся от боли в груди. Не мог толком вдохнуть. Промаялся до утра. Тогда я ещё не знал, что произошло, но чувствовал, что это непростой приступ. И начал искать. Я перерыл все свои книги, ездил в ковен, искал там. Магия помогла мне найти ответ. Когда я был в библиотеке ковена, откуда-то с верхней полки мне на голову свалилась вот эта книга. Больно, кстати, ударила, — ведьмак потёр ранее ушибленное место. — После встречи с моей головой книга упала на пол и от удара раскрылась вот на этой самой странице. Так я узнал про некую связь. Мои «симптомы» подходили. И даже предупреждение как будто для меня писали.       Вот, смотри: «Магическая связь возникает, только если так было предначертано Судьбой. Её нельзя разрушить, даже если кто-то из связанных не знает о ней или отрицает её». Ведьмак водил по строчкам пальцем и зачитывал вслух.       — Я не знал, с кем связан, и не верил, что это возможно. До тех пор, пока в день нападения на тебя не произошёл новый приступ, а на следующий день — третий. Но окончательно я убедился, только когда ты сказал, что видел меня во сне, не будучи знакомым со мной. Мы связаны, Гук-и, — ведьмак закончил свою длинную и пылкую речь и ждал реакции мага.       — Не понял, а в чём заключается эта связь? — Чонгук был немного шокирован.       — Мы можем чувствовать друг друга на расстоянии или видеть во сне. Ощущать, что кому-то из нас грозит опасность. А ещё мы можем подпитывать друг друга энергией. Нам суждено было встретиться. Не при таких обстоятельствах, так при других, — вслух объяснил Тэ, а про себя добавил: «И полюбить». Ведьмак и так был сегодня максимально откровенен. К такому признанию он пока не готов. Тэхён только-только начал верить.       — Почему ты не сказал мне сразу, как понял? — немного обиженно спросил маг.       — Честно, я не верил до последнего. И не хотел вываливать на тебя такую информацию.       — А сейчас поверил? — обида прошла мгновенно. Гук уже знал ответ на свой вопрос.       — Да, — коротко, но твёрдо подтвердил Тэ.       — А я сразу понял, что ты врёшь, когда ты тогда про судьбу рассказывал! Уж чересчур сильно ты старался меня убедить. Чуть ли не пяткой в грудь себя бил, доказывая. Видимо, в книгах не всё пишут. Надо дописать, что в комплекте к этой связи идёт встроенный детектор лжи, — Чонгук нёс бред и смеялся.       — Но твоя фраза, что мы во многом творим свою судьбу сами, запала мне в душу. Она отчасти верна. Я сам выбрал свой путь, а Вселенная подарила мне тебя. И здесь нет никакого противоречия. Всё сплетается воедино и складывается лучшим образом. Поэтому я верю в нашу связь. Иди сюда, судьба моя. Послала же мне Вселенная зануду! — Гук продолжал разоряться, но притянул к себе ведьмака и обнял, оставляя поцелуй на кончике носа. А Тэхён даже на «зануду» промолчал. Он был так счастлив. Вроде бы и верил, что Чонгук поймёт его и поверит в их связь, но всё равно побаивался. Но сейчас это уже было неважно. Он признался. Они оба приняли свою судьбу и друг друга. И от этого стало так легко на душе, как никогда. Теперь ведьмак будет нежно взращивать их чувства и трепетно заботиться о своём маге. Они почти весь день проговорили. Было ещё так много всего, чего они друг о друге не знали и что хотелось рассказать и узнать. Под вечер маг сам вызвался разжечь камин. Ему так понравилось сидеть у огня с Тэхёном, что он начисто проигнорировал предложения ведьмака включить отопление, если тот мёрзнет. Хоть на улице и было солнечно, но ночи становились холоднее. Гук обдумывал ещё один способ согреться, и ведьмак точно примет в нём участие. Улыбнувшись своим мыслям и воспоминаниям об их первой ночи, маг вышел из дома, чтобы принести дров. Чонгук взял несколько поленьев и уже шёл обратно, но сквозь окно увидел ведьмака в гостиной и замер. Тэ танцевал под тихую музыку. Он изящно двигал руками и бёдрами в простом рисунке танца. А под последний фортепианный аккорд щёлкнул пальцами и остановился. Чон наблюдал за тем, как Ким улыбаясь провёл рукой по своим волосам. Свет заходящего солнца заполнял гостиную, и Тэ довольно жмурился от него. Этот момент оседал в памяти Чонгука как одно из самых прекрасных воспоминаний в его жизни. Гук поспешил вернуться к своему ведьмаку.       — Не знал, что ты умеешь танцевать. Это было красиво, — прямо с порога выпалил маг.       — Подглядывал? — метнул в него хитрый взгляд Тэхён.       — Да. Как на такое можно не смотреть? Я вот вообще танцевать не умею.       — Это просто. Я научу, а джаз поможет, — ведьмак сделал музыку на проигрывателе погромче.       — Ого! Ты слушаешь музыку на пластинках. Не замечал здесь раньше проигрывателя.       — Он стоял в кабинете. И да, я немного старомоден. Иди сюда. Маг оставил дрова у камина, затем вернулся в кухню. Тэхён положил свои руки Чонгуку на талию и притянул к себе. А Гук обнял ведьмака за плечи. Глубокий женский голос начал петь под медленный аккомпанемент саксофона. Чонгук всей массой раскачивался из стороны в сторону и смеялся.       — Говорил же, совсем не понимаю, что делать.       — Прочувствуй мои движения. Я буду тебя направлять. Ведьмак переместил свои руки на бёдра Гука и в такт музыке надавливал то на одно бедро, то на другое. Тем самым показывая тому, как двигаться.       — Вот так, молодец. Добавь немного плавности, — Тэхён чарующе прикрыл глаза.       — Как горячо. Если продолжишь в том же духе, танцевать стоя мы будем недолго. Ведьмак лишь маняще улыбнулся и поцеловал своего парня. Он запомнит этот момент. Их сладкий поцелуй резко оборвался. С оглушающим грохотом стена дома взорвалась и разлетелась в щепки. А ведьмака и мага оторвало друг о друга и бросило в разные части комнаты.       — Ну, здравствуйте, голубки. Далеко же вы забрались, — входя через разрушенную стену, сказал колдун. Тэхён лежал на спине в обломках дерева и медленно приходил в себя. Он с трудом сел, держась за голову, и увидел, что Чонгука придавило куском сломанного стола. Тот лежал лицом вниз и не подавал признаков жизни. Кругом валялись разбитые и сломанные взрывом вещи, а среди этого хаоса возвышался колдун в чёрном плаще.       — Гук-и, — ведьмак тихо позвал мага и, шатаясь, попытался встать.       — Куда это ты собрался? — охотник за чужой силой неуловимо повёл пальцем, и из-под его плаща роем вылетели длинные кинжалы и зависли в воздухе. Он легко прищурил один глаз, и первый кинжал полетел в Тэхёна, вонзаясь в его плечо по рукоятку. Ведьмак душераздирающе закричал от боли.       — За мной должок, — сказал колдун. Следующий кинжал пронзил живот. Удар был такой силы, что Ким упал на деревянный пол, заливая его кровью.       — А если вспомнить, то не один. Ещё два кинжала достигли своей цели и пронзили грудь ведьмака. Чонгук очнулся от мучительных криков Тэ. Маг поднял голову и выполз из-под обломка стола. Колдун не видел его, но внезапно напасть не получилось. Стоило Гуку встать на ноги, как враг обернулся.       — Ты вовремя очнулся, Чонгук. Представление в самом разгаре. Чон повернул голову к лежащему на полу Киму и болезненно прошептал:       — Тэ... Колдун злобно оскалился.       — Я убью тебя, — в ярости бросил маг, отрывая взгляд от Тэхёна и поднимая вверх ладони, которые опаляла бушующая сила.       — Не успеешь, — усмехнулся колдун. Он поднял палец, и Чонгука резко оторвало от пола и ощутимо ударило об потолок. От боли Гук на несколько секунд потерял возможность дышать. Колдун опустил палец, и тело парня полетело вниз, с глухим звуком встречаясь с полом. Чон хрипел и пытался вдохнуть, но не мог.       — И ещё раз, — колдун вновь повёл пальцем вверх. Чонгука второй раз сильно приложило об потолок, а после вновь кинуло на пол. Маг затих и перестал шевелиться.       — Один готов, теперь разберёмся со вторым, — улыбнулся убийца обветренными губами. Тэхён мучился от боли, но больше не кричал. Колдун подошёл к нему и посмотрел сверху вниз.       — Какая живописная картина. Смотрел бы и смотрел, — всё с той же пугающей улыбкой.       — Как ты выследил его? — Тэ должен был это знать.       — Маленький отважный ведьмак. Такой красивый, но такой глупый, — колдун просунул руку под плащ и вытащил оттуда крохотный пакетик, а затем швырнул его Тэ на грудь. — Я следил не за ним, я следил за тобой. Ведь где ты, там и он. Тэхён из последних сил поднял ослабевшую руку и взял пакетик дрожащими пальцами. В нём лежал окурок. Его окурок. Ведьмак сразу всё понял. Не было сил ругать себя, но в одно мгновение внутри стало нестерпимо больно. Больнее, чем от ран. Больно за Чонгука. Больно от того, что он не смог его уберечь, от того, что не смог предусмотреть всё. Чувство вины затапливало. Он нарушил закон контакта.       — Я долго наблюдал за нашим юным магом, а потом и ты приехал в его город. Силу несложно спрятать. Всего-то нужно принять чужой облик. Продавца в магазине, хозяйки комнаты или старушки. Поэтому никто из вас меня не почувствовал, — начал колдун.       — Этот мальчик был для меня бесполезен. Я чувствовал, что сила в нём угасла. А значит, забрать её не получится. И тут появился ты. Рано или поздно ты бы помог ему восстановить способности. Вас нужно было только попугать и подтолкнуть. А дальше вы уже сами справлялись с ролями в моём спектакле. Мне оставалось только напоминать о себе и ждать. Но вот с фурой ты меня провёл. Я долго восстанавливался, а этот долбанный лес искал ещё дольше. Ты знал, что он глушит магию внутри себя своим туманом? Конечно, знал. Но я упорный, и ты мне любезно помог, сделав такой подарок, — колдун кивнул на зажатый в руке ведьмака пакетик.       — К твоей чести хочу сказать, что достать личную вещь кого-то из вас было непросто. Из-за твоей защиты в дом Чонгука я так и не попал. Вещи в магазине были бесполезны, там ему ничего не принадлежало. И ты так ловко замёл все следы, спалив здание дотла перед отъездом. А в своей комнате даже постельное бельё поменял. Браво! Такой внимательный и осторожный. Но не всегда. В день нападения ты выбросил окурок, а не сжёг, как делал всегда. И я смог его найти уже после того, как вы сбежали. Он немного фонил твоей силой, и я её почувствовал. Вот и всё. Тэ вспомнил, как неожиданно случилось нападение. Ведьмак был довольно близко к Чонгуку, следил за ним. Он шёл и курил на ходу. В тот момент, когда Гук промазал огненным заклинанием по колдуну, Ким как раз выглянул из-за последнего дома на улице, примыкающей к полю. Тэхён быстро догадался, что мага, скорее всего, дезориентировали зельем. Поэтому тот промахнулся и сидел на земле, не пытаясь подняться. Мужчина не задумываясь отправил недокуренную сигарету в полёт щелчком пальца и побежал к машине. Это был единственный раз, когда он не сжёг, а просто выбросил то, что принадлежало ему. Он весь путь так старался ничего не упустить. Любой мусор, недоеденные продукты, бутылки, обёртки, бумажки, окурки, посуда, одежда, его травы, даже крошки и выпавшие волоски — он подмечал всё. Но это было бессмысленно. Ведьмак ошибся ещё в самом начале. Будь проклят этот чёртов бычок и этот чёртов колдун! Так нелепо. Он точно бросит курить, когда выберется. Если выберется.       — Как ты нашёл Чимина? — Тэхён хотел понять и это.       — Если внимательно наблюдать за кем-то, то можно узнать много интересного. Ведьмовские ковены очень безалаберно относятся к своим знаниям. Я просто принял чужой облик и пришёл в библиотеку твоего ковена. Поулыбался милой ведьмочке, повосхищался тобой и получил красочный рассказ о вашем маленьком братстве и каждом его члене. Меня очень заинтересовал твой лучший друг, и я направился к нему в гости. Выкрал телефон этого очаровашки и прочитал трогательную переписку с тобой, ТэТэ. Мне повезло, успел прямо перед вашим приездом.       — Что ты сделал с ним? — хоть ведьмак и надеялся на лучший исход, но был готов к худшему.       — Лучше спроси, чего я с ним не сделал, — мерзко ухмыльнулся колдун.       — Ты поплатишься за всё, мразь, — Ким тяжело вытолкнул из себя слова.       — С тобой очень приятно болтать, но у меня ещё куча дел. Да и тебе осталось недолго. Пока-пока, — колдун взмахом пальца поднял тело Гука в воздух и вышел вместе с ним через взорванную стену. Тэхён завыл. Ведьмак лежал на полу и истекал кровью. Счёт шёл на минуты. Враг всадил в него четыре кинжала. Боль была настолько сильной, что дышал Тэ с трудом. Тело начало неметь. К пальцам рук уже подбирался могильный холод. Цепляясь ускользающим сознанием за последние лучи солнца, ведьмак понял, что умирает. Его начнут искать нескоро. А к завтрашнему утру Чонгука может уже не быть в этом мире. От этого осознания Тэхён заплакал. Решение было, оно пришло очень быстро. Не было времени сомневаться или обдумывать. Если он сейчас умрёт, то с ним умрёт и Гук. А этого Тэ не мог допустить. Ведь он был счастлив. Они были счастливы. Здесь, в этом доме. Хоть на такое короткое время, но вместе. Ведьмак отчаянно пытался не закрывать глаза. Кончиками пальцев, которые уже практически не слушались, он начертил нужный символ прямо в озере собственной крови. А затем начал говорить слова заклинания. Губы едва шевелились, голос потерялся в хрипе и стал тише шёпота.       — Взываю к Хранителям сторожевых башен Юга. К силам света и пламени, — он с трудом вспоминал слова, которые знал много лет.       — Взываю к Хранителям сторожевых башен Востока. К силам воздуха и бури, услышьте меня, — только бы хватило сил.       — Взываю к Хранителям сторожевых башен Запада. К силам воды и морских глубин. Я вызываю вас, — он должен договорить.       — Взываю к Хранителям сторожевых башен Севера. К силам матери земли и жизни, — Тэ закашлял.       — Я вызываю вас. Откройте врата между мирами и впустите всесильного Духа, — ведьмак уже не понимал, произносил ли он эти слова вслух или мысленно.       — Принимаю Духа пришедшего в себя как дар. Отдаю кровь мою как плату за него… Дай мне силы повелевать остальными и служить тебе, — только бы его услышали.       — Я принимаю Духа пришедшего как дар и кровью своей плачу за него. С сего момента и до последнего вздоха я — раб его. После вздоха последнего я — раб Повелителя той стороны, — зрение уплыло во тьму, и Тэхён закрыл глаза.       — Я призываю тебя… Последние слова с шипением вырвались из приоткрытого рта со струйкой крови. И сердце ведьмака остановилось.