Кровная месть

28 Они гладили друг друга, стоя под струями воды. Лауро продолжал целовать лицо, губы Келла. Его чёрные, как смоль, волосы были совсем мокрые и прилипли ко лбу. Манчини провёл языком по телу Келла и опустился перед ним, облизав языком его орган. — Лауро, что ты де... — Возвращаю тебе долг, за прошлый раз в ванной, — посмотрел на него сицилиец и принялся за дело. Келл просто улетел на десятое небо. В спальне его также ждал сюрприз: повсюду были расставлены десятки свечей вокруг громадной кровати с белоснежными кружевным бельем. Келл ахнул. — Это все для меня? — Нет, для кота соседского. — Ты меня так балуешь, может быть... и правда любишь? — неуверенно спросил парень. — А ты ещё сомневаешься? Манчини одним движением уложил его на белую кружевную простынь. — Боюсь, что в один прекрасный день ты скажешь все то, что сказал в ту ночь в особняке. — Не надо об этом сейчас, кто не рискует, тот не выигрывает, — Лауро провёл пальцами по всему телу парня. — Чего бы ты сейчас хотел, Келл, быть может у тебя есть какие-нибудь особенные пожелания? — Есть, — немного смутился парень, — но не знаю... — Говори. Келл опустил глаза: — Понимаешь, я в некотором роде все ещё девственник и мне... хотелось бы попробовать хоть раз сверху. Не к знакомым же мне идти, предлагать такое... Манчини усмехнулся: — Ещё бы не хватало, чтобы ты обратился к знакомым. Ты — мой, Келл, помни это. И, если тебе так хочется овладеть мной, то я, пожалуй, соглашусь. — А у тебя когда-нибудь такое было? — поинтересовался Келл. — Было, — ответил Лауро, — с Бруно один раз. Два... — поправил он, вспомнив комнату с наручниками. Теперь будет три, — он разлегся на животе, раскинув ноги в стороны. — Щенок хотел своего хозяина? — Что?! — Успокойся, я шучу. Знаю, как заводит тебя эта фраза. Приступай. — А что мне делать? — спросил Келл. — Пальцами сначала? — Желательно. Можешь просто отдаться страсти, чувствам и своей фантазии. Келл с восхищением смотрел на его ровную, смуглую спину, на тугие ягодицы. Будь он художником, лучшего натурщика не найти. Келл провёл языком по спине Лауро и спустился к ягодицам, вспоминая, что он точно также сделал с ним. Его язык облизал отверстие, пытаясь проникнуть внутрь. Лауро издал стон. Несколько минут он продолжал сводить с ума языком, а затем вошёл пальцами. — Возьми смазку, — сказал Лауро, протягивая взятый со стола пакетик, — намажь меня и себя. Разобравшись со смазкой, Келл начал протискиваться внутрь. — Лауро, я вхожу... — Я чувствую. — Тебе не больно? — Все нормально, продолжай осторожно, не торопись. Келл сходил с ума от новых ощущений, которые ему были незнакомы прежде, проталкиваясь в узкое, тугое отверстие, возбудившись от этого до невозможности. Природа сама подсказала, что делать дальше, он продолжал двигаться, как в трансе, пока не кончил. Лауро перевернулся на спину. — Поздравляю с потерей девственности во всех отношениях, — он поцеловал Келла в губы. — А тебе нормально было? Ты же активный, снизу не привык. — С тобой мне хочется близости во всех отношениях, — ответил Манчини, — соединиться всеми возможными способами. — Это было так невероятно, — Келл лежал на спине и тяжело дышал, погруженный в новые ощущения и впечатления. — А ты мне позволишь как-нибудь ещё сделать так? — Я тебе слишком много позволяю, — прошептал Лауро, проведя языком по его соску, — но сейчас пришла моя очередь, — он резко закинул ноги Келла к себе на плечи. — Лауро... — Что? — Я так сильно влюбился в тебя и это может меня погубить... — проговорил парень. — И я тебя люблю, — Манчини дотянулся до него и поцеловал в губы, а потом начал погружаться в него толчок за толчком. Глаза Келла были полуприкрыты, на щеках блуждал румянец. Время от времени он издавал сладострастные стоны. — Что ты чувствуешь? — прошептал Манчини. — Тебя... в себе... всего тебе... — Тебе нравится это? — О... да... Лауро наклонился к нему, начав одновременно с движениями, целовать его в губы. — Хочу тебя всего, — прошептал Манчини, — чтобы ни один кусочек твоего тела не скрылся от моих глаз. Хочу твою белую гладкую кожу, — он вышел из него и тут же снова ворвался. Не выдержав, Келл выгнулся и вскрикнул. Потом Лауро лежал на нем и они долго целовались. Часа два, а может и больше, без перерыва. Манчини облизал все его тело, как мороженое в знойный день. Провёл языком по соскам, по самым сокровенным местам и отверстиям. Это была безумная ночь, которая запомнилась надолго. Келл заснул на Лауро. Но утром нужно было ехать по своим делам. — Я навсегда запомню эту ночь, — проговорил Келл. — Ещё бы, здесь ты лишился девственности в плане актива. — Келл, у меня тут будет важный приём, — сказал Лауро, — я не хочу, чтобы ты обижался, но тебе не стоит показываться в то время, пока у меня будут гости. Видишь ли, потом придётся долго объяснять, почему у меня дома живёт несовершеннолетний парень. — Да я все понимаю, — ответил Келл, — без проблем. Посижу у себя в комнате. — Вот и славно, — ответил Лауро, он привлек парня к себе и поцеловал. Келл холодно ответил на поцелуй и ушёл к себе в комнату. "Да он даже не может меня никому показать. Для всех я буду лишь несовершеннолетний ребёнок, которого он совратил". Но Келлу было слишком интересно, что будет происходить на приёме и он устроил себе неплохой наблюдательный пункт.