Бизнес-класс

Самолёт плавно поднимается вверх, оставляя позади твёрдую землю, открывая лишь бескрайний горизонт, виднеющийся из небольших иллюминаторов. Тэхён нервно трëт лицо водой, стараясь быстрее очнуться от происходящего вокруг. Однако, как только он открывает глаза, картинка остаётся всё той же. Холод окутывает сознание, пальцы, на ощупь, дотрагиваются полотенца и крепко прижимают к лицу. Тэхëн стоит непоколебимо на месте, глубоко вдыхая аромат свежей, постиранной ткани. — Да кто он такой! — чуть ли не рычит на выдохе, вспоминая весь разговор заново. Чуть промокшая ткань оказывается отброшена на раковину. Рука касается двери, отпирая замок и открывая проход в небольшую комнату самолета. Внимание привлекает вскрытая, не допитая омегой бутылка вина, блестящая в приглушенном свете. Ноги сами движутся именно к ней, а пальцы с огромным удовольствием берут в свои объятья. Губы прижимаются к горлышку с резьбой. Он пьет глоток за глотком, погружая сознание в новое расслабление. Пустая стекляшка остаётся там же – на столике с напитками. Тэхëн берёт поднос с разными бокалами и пикантным ужином, в этот раз выбранным на свой вкус, уже в который раз пытаясь пойти навстречу неизвестности, но только вот теперь его окружает небольшая поддержка внутри – затуманенный разум всегда помогал в неопределённых ситуациях. Через несколько секунд, показавшимися часом, он встречается с чёрными глазами, в ямочках улыбающимися на то, что омега всë-таки соизволил выбраться из своего мнимого укрытия и теперь приближается ближе; хотя походка всё равно неуверенная, слегка покачивающаяся из стороны в сторону. — Вот ваша еда, — вежливо, ставя поднос перед альфой на стеклянный стол, — Выбирайте всё, что душе угодно. Чонгук кровожадно усмехается, намеренно поедающим взглядом проходясь по телу стюарда, и только потом мельком осматривает то, что ему принесли. Не долго подумав, он переключается обратно на соблазнительного юношу, каштановые пряди волос которого слегка влажные отчего-то. Тэхëн уделяет внимание открытым участкам кожи груди и отчётливо виднеющимся мускулам, которые натягивают чёрную рубашку: ещё немного и кажется, что пуговицы не выдержат. Он смотрит на незнакомца, при этом не замечая, как его мысленно раздевают и раскладывают на всех поверхностях. Язык, слегка липкий от послевкусия вина, проходит по алым губам, – Тэхён облизывается, не стесняясь своих внутренних порывов, слава Богу пока что не вышедших за пределы воображения… — А десерт… Чонгук протягивает руку и хватает тонкое запястье, со всей силой притягивая желанное тело к себе, не давая тому договорить. Зрачки медовых глаз увеличиваются в несколько раз от таких резких манёвров, а алкоголь в крови даёт о себе знать. Тэхëн прижимается двумя половинками точно на вставшее возбуждение незнакомого мужчины. Сердцебиение увеличивается, отдаваясь звоном в ушах. Чужие пальцы скользят под собственную рубашку, быстро вытаскивая из штанов и оглаживая бархатную кожу, вызывая новые ощущения, будоражащие изнутри и вынуждающие прогнуться в пояснице навстречу горячей груди. — Ты, — шепчет на ухо, очерчивая омежью скулу кончиком носа, и прижимается ближе, продолжая ощупывать каждый сантиметр. — Я принесу после, — настаивает на своем, чувствуя, как всё неимоверно горит внизу, как собственный организм хочет получать эти прикосновения к себе. — Не стоит, мне хватит и тебя. А подушечки пальцев скользят всё выше и выше, проходясь по всей спине. Дыхание начинает сбиваться, становясь более резким и глубоким. Чонгук внимательно вслушивается и понимает, что желает этого омегу не меньше, чем желают его. Руки сжимают тонкую талию, отодвигая, но продолжая крепко держать рядом с собой. Альфа заглядывает так глубоко в бездонные глаза Кима, словно пытается забраться в душу, найти причину таких позывов. Между их лицами остаётся пара жалких сантиметров, сокращаемых альфой за секунду. — Ты пил, — утверждает, вдыхая яркий винный запах, исходящий от губ. — Нет, — тихо-тихо, ощущая разгоряченное дыхание на своём лице. — Теперь мне нужно попробовать, чтобы удостовериться, — соблазнительно шепчет, бессовестно облизывая языком омежьи губы, медленно ощущая на вкус остатки сладостного аромата вина. А Тэхëн, без остатков зазрения совести, тонкие пальцы зарывает в черные волосы, сжимая корни и притягивая в плотную, наслаждаясь действиями со стороны. Чонгук прикусывает нижнюю губу, а затем зализывает, вынуждая томно поскуливать в ответ на такие провокации. — Решил воспользоваться мной? — предполагает Тэхëн, ведь одна рука исчезает с талии и достигает ремня, постепенно расстёгивая и добираясь до ширинки. — Ты против? — усмехается, видя желание в опьяненных глазах. — Я пью для того, чтобы контролировать ситуацию, а не терять контроль над собой, — объясняет, замечая, как тёплые пальцы пробираются дальше – под белье. — Тогда потеряй хоть раз, — уговаривает низким, бархатным голосом, окутывающим всё. — Впервые слышу такой ответ. — Впервые могу дотронуться до тебя, Ким Тэхëн, — заглядывая точно в карамельные глаза, пугая своим шёпотом и тем, что пытается донести, вызывая мелкие мурашки по каждому участку кожи. Вторая рука берёт подбородок, Чонгук притягивает нераспробованные до конца губы и заключает в глубокий, размерный поцелуй, медленно пробуя весь спектр чувств, которые так давно хотел испытать. Тэхëн льнет в ответ, подчиняясь своему внутреннему желанию почувствовать больше.