Смена ролей

Прошел целый год с щелчка. Вспышки. Уничтожения. Никто так и не определился с названием. День, когда мир развалился на части. Когда вся история стала известна миру и распространилась, спасибо Стражам и Капитану Марвел, люди стали понимать, что то, что произошло, не изменится. Земля воздвигла памятники тем, кого потеряла. В Вашингтоне поставили столбы с именами погибших, и инсталляция была открыта для свободного посещения в первую годовщину трагедии. Стив пошел туда, вместе с Наташей и Брюсом. Тор не покидал Новый Асгард уже несколько месяцев. Пеппер тоже пошла, с двухмесячной Морган на руках и Роуди, потому что социальный имидж все еще важен, кто бы что ни говорил. Хэппи привез их, но остался в машине. А Питер вообще не пошел. Мероприятие транслировалось в прямом эфире в новостях и во всех соцсетях. Это большое дело. Вместо этого Питер смотрит «Маску». По всей галактике ходят разговоры. О героях и неудачниках, о Таносе и Камнях Бесконечности. Танос мертв, камни исчезли, как и половина существ. Горе никогда не закончится, никогда не ослабеет. Воспоминания начинают затуманиваться, но они пытаются держаться за лица и голоса. Некоторые существа проклинают землян за их небрежность, их слабость. Говорят, что будь они на их месте, то точно бы победили. Некоторые сомневаются, некоторые нет. Небула прилетает на Землю. Ракета отправляется в Новый Асгард, она — в Башню Старка. Кому: Небула На следующей неделе будет год по земному времени с тех пор как мы виделись. Если бы ты смогла приехать, я был бы рад. От кого: Небула Скоро увидимся. Она приносит ему коробку с металлическими деталями с какой-то планеты, известной своим оружием. Она говорит ему, что знала, что ему негде будет использовать лазерный пистолет, поэтому она просто принесла всякие интересные детали, из которых Питер мог бы собрать что-нибудь новое. Это странный подарок, но это лучше чем брелок. Она сидит рядом, пока на экране проигрывается фильм. У большинства планет разные годовые циклы, и годовщина не будет общей для всех. Но Небула следила за земным временем и приехала как раз вовремя. Трех недель с Питером достаточно, чтобы познать сентиментальность землян. — Спасибо, что приехала, — говорит он, когда начинаются титры. — ПЯТНИЦА, включишь следующую часть? Спасибо. Небула неловко протягивает руку и гладит по голове. — Не за что. Этот жест не то чтобы нежный, но он и не грубый. Питер придвигается ближе, заворачиваясь в одеяло. Он не прижимается к ней, но они достаточно близко, чтобы почувствовать тепло от не-механических частей ее тела. Мероприятие длится несколько часов, и Пеппер и Роуди должны присутствовать, но наличие ребенка дает прекрасный повод улизнуть пораньше. Роуди находит предлог, чтобы последовать за женщиной, и они оба возвращаются, заставая подростков за просмотром «Маски». Мультфильма. — Мы вернулись, — кричит Пеппер, выходя из лифта. Роуди уходит на кухню, чтобы налить себе чего-нибудь выпить, а она вытаскивает Морган из люльки. Морган капризничает, и Пеппер проходит мимо гостиной, прямо в детскую, чтобы уложить ее. — Привет, Пеппер, полковник. Как все прошло? — небрежно спрашивает Питер. — Хорошо, — отвечает Роуди из кухни. Он заходит в гостиную со стаканом сока в руке и садится в глубокое кресло. Он вздыхает, откидываясь на мягкую спинку. — Много плачущих людей. — Да уж. — Но все не так уж плохо. Там хорошо. Тебе стоит сходить туда, когда народа будет поменьше. — Да, так и сделаю. Через минуту к ним присоединяется Пеппер, держа в руке радионяню, и садится рядом с Питером. Как и Роуди, она тяжело вздыхает. — Я так устала. Просто ужас. — Да ладно тебе, Пеп, это было не настолько плохо. Там… — пытается Роуди. — Один мужчина спросил меня, является ли Роуди отцом Морган, — говорит она Питеру. — Ты шутишь. — Я чертовски серьезна, — она испускает еще один тяжёлый вздох. — Хватит с меня на сегодня. Закажем пиццу с тройным сыром. Небула, надеюсь, это не прозвучит оскорбительно, но ты ешь пиццу? — Не думаю, что это оскорбительно. Я никогда не пробовала «пиццу», но Питер часто о ней упоминал, так что я бы с удовольствием. — Ну, а вдруг люди не с Земли не могут есть сыр или что-то такое. Я не знаю. Это был долгий день. ПЯТНИЦА, ты все слышала, — Пеппер трет глаза и встает. — Я схожу переоденусь. Если не вернусь через десять минут, то значит я уснула. Не будите меня, только если здание не в огне. Она уходит, даже не обернувшись. Питер никогда не видел ее такой измученной, даже когда она была беременна, или когда вставала по шесть раз за ночь, чтобы успокоить Морган. Он смотрит на Роуди в поисках ответов. — Президент заставил ее произнести речь, даже не предупредив. Обрушил это на нее прямо посреди толпы, и она не смогла отказаться. Все это чертовски выматывает. — Придурки, — Питер краснеет, когда понимает, что оскорбил правительство перед Военной Машиной, но полковника это, кажется, не беспокоит. Роуди мрачно улыбается и кивает. — Не то слово. Она, конечно, хороша в речах, но никому не нравится, когда его ставят в неловкое положение. И когда ему задают неудобные вопросы. Думаю, ей нужна минутка другая, чтобы передохнуть. Пеппер не возвращается через десять минут. Они едят остатки пиццы, которую привозят через полчаса, и убирают часть Пеппер в духовку, чтобы она не остыла. При малейшем намеке на шум из комнаты Морган Питер оказывается там меньше чем за секунду. Он переодевает ее, а затем приносит в гостиную, чтобы не будить Пеппер. Небула прибыла утром и лишь мельком видела Морган. Теперь она смотрит на маленького человека с любопытством. — Я не знала, что люди бывают такими маленькими. — Да, мы рождаемся весом примерно в два или четыре килограмма, а потом растем лет восемнадцать. — Все еще надеешься вырасти? — дразнит Роуди. — Эй! У меня еще есть шанс! — Тони думал так же, пока ему не исполнилось тридцать. Небула смотрит на ребенка, который смотрит прямо ей в глаза. Питер берет ее за руку, держа легко, на случай, если она захочет освободиться, и подносит ее к Морган. Та протягивает ладошку, чтобы схватить руку инопланетянки. — Вы познакомились с мистером Старком, когда он был примерно моего возраста, верно? Каким он был? — спрашивает Питер, неуверенно, но с нотками любопытства в голосе. — О, боже. Питер понимает эту фразу неправильно. Он думает, что Роуди не хочет говорить об этом, поэтому спешит исправиться: — Вы не обязаны отвечать, простите. Я не подумал… — Нет-нет. Просто… когда я впервые встретил Тони, ну… он был очень похож на тебя. Полон надежд. Чертовски любопытный: всегда влипал в неприятности, желая узнать, может ли он сделать что-то просто потому, что захотел. Вся его подростковая жизнь была словно из «Парка Юрского Периода», он делал то, что хотел, а не то, что должен. Но с ним было весело. Постоянно втягивал меня в такие проблемы, что до конца жизни хватит. — Вы были хулиганом, полковник? — Чтобы ты знал, я был невинной жертвой давления со стороны сверстников. — Конечно, — говорит Питер, явно не веря ни одному слову. Он смотрит на Небулу, которая не сводит глаз с Морган. Оглядываясь на полковника, он нерешительно спрашивает: — Вы по нему скучаете? — Каждый день, — честно отвечает Роуди. — Как думаете, это когда-нибудь пройдет? Я все еще скучаю по дяде Бену, и кажется, будто это было только вчера, но теперь все повторяется и… простите. Сегодня итак был трудный день, мне не стоило этого говорить. — Не знаю, можно ли когда-нибудь перестать скучать по тому, кого любишь, — осторожно говорит Роуди, — но ты не будешь скорбеть вечно. В конце концов, боль утихнет. Ты должен сосредоточиться только на хороших воспоминаниях, а не на потере. И когда поймаешь себя на мысли, что хотел бы, чтобы Тони был рядом, напомни себе, что на самом деле, он все еще с тобой. Люди, которых ты любишь, сделали тебя тем, кто ты есть сейчас. Их надежды и ценности заложены в тебе, и дают тебе силы продолжать жить. По крайней мере, это то, что говорю себе я. — Это…имеет смысл. Спасибо. Роуди грустно улыбается. — Он бы не хотел, чтобы мы сидели и проливали по нему слезы. — Нет, он бы не хотел, — вынужден согласиться Питер. — А еще он говорил, что у тебя дерьмовый вкус на сериалы, и может быть, нам стоит это исправить? Питер смеется, застигнутый врасплох, но благодарный смене темы. — Ладно, ладно. Как насчет «Офиса»? — Мы движемся в правильном направлении.