Тление наших сердец

~ 3 года назад ~

На улице был погожий денёк, группа из десяти одноклассников собрались у Энн дома, дабы немного развлечься. Компания задорно общалась между собой, пока кто-то, включая Марси играл на плейстейшен, другие ребята попивали газировку, закусывая снэками, которые для них любезно приготовила мисс Бунчой. Конрад медленно допил последние капли газировки из стеклянной бутылки и теперь хищно поглядывал на Энн. — Эй, ребят, что-то скучно сидим, может сыграем во что-нибудь интересное? — обратился он к толпе. — Например? — подала голос Саша. — В бутылочку, — парень ухмыльнулся, покручивая бутылку в руках. Несколько девушек сразу же согласились, а в след за ними и парни, но Конрада интересовала всего одна девушка, которая не особо излучала энтузиазм. — А ты Энн? Ты просто обязана сыграть, как хозяйка вечеринки. — Да? Ну тогда я наверное присоединюсь, — девушка вопросительно глянула на Сашу. — Что что, а это точно без меня, я лучше останусь с Марси и другими. — Что испугалась, Вейбрайт? — вмешался Конрад, который понял, что его пассия без подруги не пойдёт. — Да сдались они тебе, я вот играю, — мурлыкала одна из девочек, по хозяйски беря парнишку под руку. — Так что, Саш, слабо что ли? — парень совершенно не обратил внимание на девушку рядом с ним и продолжил общаться с блондинкой. — Да конечно она идёт, это ведь всего лишь глупая игра, — Энн пулей подскочила к подруге беря ту за руку и шепча тихое «пожалуйста». Саша томно вздохнула, но всё же поплелась с другими ребятами на второй этаж в комнату девушки. Подростки дружно расселись в круг, по очереди крутя бутылочку, спустя несколько раундов все уже весело хохотали над сложившимися парочками, а кто-то смущался от первого поцелуя. И вот наконец горлышко бутылки устремилось на удивленную Энн, парень напротив довольно заулыбался, как мартовский кот. Энн занервничала, не так она представляла себе свой первый поцелуй. Сашу же сидевшую рядом одолевало странное чувство, глядя на то как Конрад уже тянулся через круг, чтобы поцеловать её подругу, почему-то именно в этот момент он особенно её раздражал. А раздосадованный вид брюнетки не прибавлял оптимизма. — Эй, Ромео, лучше бы глаза протер, бутыль то указывает на Мари, — Саша быстрым движением руки слегка направила горлышко на девушку, сидевшую рядом с Энн. Теперь горлышко действительно указывало где-то между двоицей, но Мари, как блондинка и предполагала, ухватилась за возможность двумя руками. — Да, да, она действительно указывает на меня, — радостно щебетала девушка, которая ранее вешалась на парня. Конрад скривился и сконфуженно потянулся к другой девушке, пока Энн спокойно выдохнула. Ещё через пару кругов, бутылочку выдали Энн, которой так и не посчастливилось никому выпасть. Бунчой с мнимой уверенностью крутанула бутыль, та сделала несколько кругов прежде чем медленно остановиться на Саше. Обе девушки удивлённо уставились на стеклянное горлышко. Другие же ребята как и раньше стали подначивать выпавшую парочку. Энн полностью повернула корпус к подруге. — Мы можем этого не делать, если ты не хочешь, — взволновано прошептала она. Саша не знала, что ответить, она находила всю ситуацию страшно смущающей. Одноклассники продолжали хлопать в ладоши и улюлюкать, призывая девушек к действию. Только Конрад недовольно сидел, подперев подбородок рукой. — Ну мы сами в это ввязались, думаю они не дадут нам отступить назад, — вся ситуация действительно очень давила, но не только это не давало Саше отказаться. Про себя же блондинка решила, что это всё азарт и нежелание проигрывать. Теперь Вейбрайт тоже села напротив брюнетки, скрестив ноги. Хоть девушки уже несколько кругов наблюдали как их друзья целуются, но сделать это самим казалось сложнее. Энн приблизилась ещё ближе, она медленно протянула руки к девушке и обхватила её лицо. — Мы правда это делаем? — с смущающей улыбкой спросила блондинка. Энн почувствовала дыхание подруги на губах, и это придало ей уверенности. Она медленно склонилась к ней, прикрывая веки, пока их губы наконец не сомкнулись. Толпа заулюлюкала с новой силой. Поцелуй был ласковым как мимолетный порыв ветра. Энн чувствовала прикосновение мягких губ к своим, ей совсем не хотелось прекращать, но открылась дверь в комнату и удивленный возглас заставил её отстраниться. Бунчой почувствовала как с разгоряченных щёк Саши резко отлила кровь. На пороге стояла её опекун. Её взгляд не предвещал ничего хорошего. Она выцепила внучку из толпы, и больно хватая ту за руку потащила на выход из дома. Оказавшись на первом этаже Августа начала кричать на мать Энн, которая впустила её в дом пару минут назад: — Миссис Бунчой, вы хоть знаете чем занимаются наши дети за закрытой дверью?! — Полагаю, что играют, — женщина выглядела взволновано, смотря на испуганную Сашу и нескольких подростков, включая её дочь, которые спустились следом. — Они играют! И во что! Они, они целовались, — женщина выплюнула последнее слово так, будто это было самым великим кощунством на земле. После этих слов миссис Бунчой была готова облегченно рассмеяться, но яростный вид Августы заставил её взять себя в руки. — Ну это действительно не подходящее занятие для них, но Августа, они в конце концов не убили никого, это ведь всего лишь дети, они просто играют. Но я обещаю вам, что поговорю об этом с дочерью. — Просто играют?! Вы так это называете? — голос её звучал злобно, но она уже не кричала. — Мою внучку развращают, ноги её больше не будет в этом доме вседозволенности и разврата. — Миссис Вейбрайт, я бы попросила вас говорить уважительнее, пока вы находитесь в моем доме. — Вы все грязные грешники, и мою внучку хотите за собой утянуть, — обратилась женщина к подросткам. — Ну все, это уже переходит границы, я попрошу вас уйти. — С превеликой радостью. Августа так сильно сжала предплечье девушки, что та чуть не взвизгнула, но Саша лишь продолжила стыдливо опускать глаза в пол, мысленно прося прощение перед миссис Бунчой за поведение её бабушки. — Саша, не смотря на все в нашем доме тебе всегда рады, — напоследок сказала мать Энн. По дороге Вейбрайт чувствовала себя ужасно пристыжено перед ровесниками и миссис Бунчой. Августа быстро открыла входную дверь дома и силком затащила девочку в дом за волосы. Прогулка до дома не остудила её пыл, а от того она сильнее потянула блондинистый хвост крича на девушку: — Ты хоть понимаешь какой грех совершила?! Хочешь стать такой же потаскухой как и твоя мать? Ну поздравляю, тебе осталось лишь переспать с каким-то ублюдком и забеременеть в шестнадцать. Августа наконец отпустила волосы девушки сильно вздыхая и пытаясь привести мысли в порядок. — Это ведь была всего лишь игра, я даже не хотела в этом учавствовать! Разве христианство запрещает поцелуи? — пробормотала Саша, тут же жалея о своих словах. Ей тут же прилетела звонкая пощёчина тыльной стороной ладони, Августа всегда била её тыльной стороной, когда на пальце было увесистое кольцо, причиняющее дополнительную боль. Вот и сейчас украшение оставило за собой тонкую царапину. — Ты даже не понимаешь в чём твоя вина?! Одно дело целовать мужчину, если это твой муж, но женщина с женщиной, это извращение. В таком союзе нет никакого смысла, Бог создал мужчину и женщину для продолжения рода людского, все остальное это уже происки сатанизма! Саша хотела оправдаться, ведь она даже не хотела целовать подругу, по крайней мере так она себе внушила, но посмотрев на Августу решила лишь молча повиноваться и вытерпеть любое наказание, которое она придумает. Женщина посмотрела на неё снизу вверх ещё минуту, прежде чем глубоко вздохнуть и поправить причёску. — Тебе стоит привести в порядок волосы, только легкодоступные девушки носят распущенные волосы. Потом спустишься вниз и поможешь мне с ужином. Саша поднялась в свою комнату и села за туалетный столик внимательно всматриваясь в своё отражение в зеркале. Маленькая царапина на щеке слегка кровила, волосы были растрепаны во все стороны, а в глазах стояла пелена слез. Мысли вернулись назад к игре в бутылочку, девушка постаралась отогнать непрошеное наваждение, но воспоминания о нежном и одновременно неуверенном взгляде Энн, её руках на её скулах, аккуратные движения тёплых губ заполонили сознание, сердце затрепетало, а телу стало жарко. Саша испугалась реакции собственного организма на воспоминания. Наверное именно так тело реагирует на греховные действия, решила девушка, вот только если это неправильно, то от чего ей так приятно. Она сильно затрясла головой и хлопнула себя по щекам несколько раз злобно вглядываясь в собственное отражение. Девушка глубоко дышала. — Какая ты жалкая, Саша Вейбрайт, — зло прошипела она. — Мне… мне тошно быть тобой. В чувства её привлёк голос Августы, зовущую ту помогать на кухне. Каждая клеточка тела девушки была настороже, предчувствуя опасность, слишком уж легко она отделалась, зная свою бабушку, она могла с точностью сказать, что буря ещё впереди. Ужинали они в кромешной тишине, Августа заговорила с ней, когда та мыла посуду после еды. — Я собрала остатки костей с мяса и немного каши для твоего монстра, отнесёшь потом. С тех пор как женщина поняла, что бродячий пёс никуда не денется изредка стала отдавать ему остатки пищи, но сама к нему подходить она побаивалась, поэтому кормила его Саша. — Хорошо, спасибо, миссис Вейбрайт. Помыв посуду она тут же бросилась на улицу к четырёхлапому другу. — Живоглот! Живоглот! — девушка слегка присвистнула. Из-за угла показался завидных размеров бродяга, пёс сразу же бросился на хозяйку с порцией слюнявых поцелуев. Девушка искренне засмеялась, наверное впервые за этот день. Она отошла ещё немного и поставила миску с едой. Живоглот тут же принялся поедать лакомство. Девушка гладила его на удивление гладкую шерсть, рассказывая о том, как прошёл её день. — Только ты меня и понимаешь, Живоглотик. Пёс положил мордочку на колени девушки, разрешая себя гладить. — Только тебе я и могу рассказать абсолютно все. Знаешь, мы с тобой оба ещё те везунчики, без семьи, без родителей, только мы с тобой и есть друг у друга, — Саша обняла большое туловище, а пёс не возражал, принимая ласку. — Только ты меня и любишь, малыш. Девушка ещё немного поболтала с псом, прежде чем уйти в свою комнату. Для девочки вечер прошёл быстро, она уже была готова читать молитву перед сном, когда Августа позвала её. Женщина стояла на крыльце дома, Саша тихо подошла. — Кажется тебе стоит проверить своего любимца, — безэмоцианально проговорила женщина. Саша проследила за её взглядом, в нескольких метрах от крыльца лежал её пушистый друг, она не сразу поняла что не так, пока не подбежала к нему. Пёс спал, так ей показалось, девушка принялась трясти друга, но тот не просыпался, он вообще не подавал никаких признаков жизни. Жгучие слёзы стекали с глаз, впитываясь в чёрную шерсть. Саша уткнулась лицом в грудь пса, он был таким холодным, она только сейчас это поняла. — Нет, нет, пожалуйста, ты не можешь, не можешь меня оставить. Он, он… — девочка посмотрела на подходящую к ней Августу. Она взглядом молила сделать её что-то, как будто женщина могла поиграть в Бога и вернуть ей питомца. Августа вплотную подошла к внучке и бездыханному телу пса спокойно молвив: — Вот, что случается с грешниками, Саша, — девочка подняла взгляд, полный безысходности, на опекуна. — Бог их карает, а иногда из-за них страдают и другие. Девочка в ужасе смотрела в серые глаза Августы, слёзы текли ручьём. Неужели это все её вина. Взгляд опустился на миску Живоглотика с недоеденными лакомствами, это было странно, ведь обычно он доедал все под чистую, и в этот момент у Саши в голове что-то щелкнуло. — Ч-что, что было в еде? — хныкая спросила девочка. — Каша, кости с остатками мяса и немного крысиного яда, я насыпала немало, скорее всего он не мучался, хотя кто знает, — Августа слегка улыбнулась наблюдая за тем, как воля её подопечной ломается на её глазах. — Ты сама его убила, Александра, своими руками дала ему яд, а ведь ничего этого вообще не произошло живи ты праведно. Надеюсь ты усвоила урок, а теперь возьми лопату из гаража и закопай его где-нибудь, а то этот блохастый труп портит общий вид дома. Августа безразлично окинула взглядом тело пса, который обнимали дрожащие руки её подопечной и медленно пошагала в дом. Сашу всю трясло от рыданий, она просидела с бездыханным телом до тех пор, пока во всех соседских домах не погас свет. Холодный ночной воздух кусал кожу, но девочка не обращала внимания. Через ещё какое-то время ноги автоматически понесли её в гараж, все остальное происходило будто бы в тумане. Вот она берет лопату, вот пытается закинуть на спину огромного пса, мышцы сразу предательски заболели от огромного веса Живоглотика, но девушка уперто тащила на себе труп питомца в ближайший лес. Через пятнадцать минут она была на месте, Саша аккуратно положила тело под одним из любимых деревьев Живоглота, под которым они часто гуляли вместе, и начала рыть яму. Это заняло у неё несколько часов, мышцы, не привыкшие к такой нагрузке сильно болели, но Саша хотела этой боли, ей нужно было заглушить более сильные душевные страдания. Наконец яма была готова и девушка обессилено свалилась в неё. Могила была ей явно не по размеру, тем ни менее девушка лежала на холодной земле и смотрела в клочки звёздного неба, которые было видно сквозь густую крону деревьев. Сложно было сказать сколько она так пролежала, но наверное впервые за долгое время она почувствовала умиротворение, вылезать не хотелось, но затем вместо умиротворения пришло ощущение жгучей пустоты и одиночества. Хотелось закричать, ударить что-то, но сил не было. Саша медленно поднялась и аккуратно положила тело Живоглота в выкопанную ранее выемку. Напоследок поцеловав его в макушку, девушка начала закапывать яму, когда казалось, что слёзы уже высохли и сил плакать не осталось, соленные капли появлялись вновь, окропляя землю под ней. Накинув последнюю горсть земли девочка нашла увесистый камень и докатила его до места захоронения, чтобы наверняка не потерять место захоронения. — Извини меня. Лучше бы ты пришел к другому дому, где тебя бы приняли и полюбили, ты должен был дожить до старости, извини, что из-за меня твоя жизнь закончилась так рано, малыш. Но знаешь, я благодарна за то, что ты был со мной рядом, я буду очень скучать. Надеюсь в раю тебе будет лучше, чем со мной.

~ Наше время ~

Ранним утром Сашу разбудил один из патрульных, сообщая ей о том, что Грайм срочно вызывает блондинку к себе. Девушка наскоро оделась и, раздражённая и невыспавшаяся, пожаловала к главной палатке, в которой и находился капитан. Шторка палатки приоткрылась, когда Саша зашла внутрь, Грайм с серьёзным видом натирал молот в руках. — О, лейтенант, как спалось? — Могло быть и лучше, если бы я все ещё дремала в палатке. Но ты же не об этом позвал меня поговорить? — Двое патрульных пропали этой ночью, я отправил нескольких жаб на поиски и они нашли их… — Ну и славно, спасибо, конечно, что держишь меня в курсе всех последних новостей, но если ещё раз разбудишь меня из-за подобной ерунды. — Я не закончил, — прервал её капитан. — Они нашли их мертвыми. Саша потеряла дар речи, не лучшая новость, которую хотелось услышать с самого утра. — Самое ужасное, я кажется, знаю что это, рыцари нашли остатки желтоватой пыльцы, которую за собой оставляет убийственный туман. Довольно редкое природное явление в Амфибии, и очень опасное. — То есть всем нам угрожает туман-убийца, а ты решил поговорить о том как я сплю? — Вейбрайт начинала злиться. — Ну он же ещё не здесь, у нас есть время, — Грайм поднялся и достал небольшую карту, раскладывая ту на импровизированном столе, в виде пня. — Я обозначил два укрытия, в которых можно переждать напасть, они были созданы специально для таких случаев. Поскольку все в одном не поместятся, придётся разделиться. — Ну и отлично, ты поведёшь жаб в это, которое поблизости, а я отведу другую группу в то, что немного подальше, — Саша ткнула пальцев в точку на карте, отмеченную товарищем. — Одна просьба, возьми в свою группу Энн. Грайм удивлённо взглянул на неё, а затем лукавая улыбка расползлась по его лицу. — Я думал ты возьмёшь мисс-я вечно попадаю в передряги-Бунчой с собой. Саша пропустила колкость мимо ушей, думая как ответить, врать капитану не хотелось, да и было без надобности, так что девушка решила рубить правду матку. — Просто я тебе доверяю, как никому, уверена с тобой Энн будет в безопасности, да и в укрытие попадёт быстрее. Она мой человек, понимаешь? Не переживу, если по моей вине с ней что-то случится. — Что-то ты не договариваешь. — Когда это ты успел стать таким тонким психологом? — Ну у меня было много времени чтобы изучить тебя, так что именно тебя тревожит? — Ну-у, если она будет в моей группе я буду слишком сосредоточена на её безопасности и могу подвести всех в самый ответственный момент, — Саша удивилась тому, как легко было раскрыться перед Граймом. Жаб внимательно посмотрел на неё, размышляя о чём-то, а затем вынес вердикт: — Да тяжело же с тобой будет юной мисс Бунчой. — В каком это смысле? — возмутилась Саша. — Не обращай внимания, как ты там говоришь? Стариковские загоны, — Грайм дружески ударил её кулачком в плечо. — А сейчас иди и займись тем, что у тебя получается лучше всего. — Не думаю, что сейчас будет уместно танцевать по лесу и напевать песни Майли Сайрус. Грайм несколько раз моргнул, обдумывая сказанное, девушка же невинно наблюдала за его реакцией. — Я имел ввиду иди и заставь их всех плясать под твою дудку, на нас между прочем двигается опасный туман. — О, так вот ты о чем. Это был мой второй вариант, — шутливый тон её голоса убил в Грайме все желание поворчать. Покинув палатку, Саша схватила большую кастрюлю, оставшуюся после ужина и начала бить в неё с помощью поваренной ложки. Звук сразу привлек всеобщее внимание. — Подьем! Советую вам быстрее собраться и разделиться на две группы! — командовала лейтенант. Саша подошла ближе к палатке Энн, которая как раз вылазила из неё, её лицо выглядело ужасно сонным, девушка еле разлепляла глаза. — Доброе утро, собирайся, поспишь на месте. — Доброе, ой, Саша, ты такая зеленная стала за ночь, — поговаривала девушка, обращаясь к высокому зеленному кусту, растущему рядом. Саша с каменным выражением лица наблюдала за тем как Энн поглаживает ветви растения. — Всегда знала, что ты не ранняя пташка, но что б на столько. Энн лишь кое как повернула голову на звук, так и не разлепив сонные веки. — Ой, как странно, ты тут, а звук там, — томно произнесла Энн, готовая уснуть на нивчем не повинном растении. — Пойдем со мной, юный дендрофил. Саша быстро вытянула нужную одежду и слегка похлопав девушку по щекам отправила переодеваться. Она только хотела пойти проверить свою часть жаб, как увидела Хантера. — Из-за чего весь сыр бор, сеньйора? Вы не собираете вещи, только солдат, мы бежим от чего-то? Саша сделала самую недовольную гримасу, на которую была способна, а затем заговорила: — Я расскажу все, когда увижу две группы, ты, между прочим, в моей. — Если хотела побыть со мной вдвоём, могла просто попросить, — прозвучал игрывый голос. — Я уж лучше засуну голову в осиное гнездо, чем проведу с тобой время. Не желая больше продолжать перепалку, блондинка последовала к жабам. Энн шибко удивилась, когда узнала, что не попала в группу к Саше, но противиться не было времени, жабы же приняли новость о убийственном тумане, как нечто обыденное и готовы были отправляться в укрытие. За вещами они решили вернуться позже. Через минут пятнадцать группа Саши уже спускалась в бункер, пока лейтенант стояла на входе пересчитывая товарищей. — Хантера нет, — сообщил Хоп Поп, который заходил последним, — Думаю я мог бы быстро проверить местность по которой мы шли. В спешке Саша и правда не заметила, когда брюнет отстал от группы, спасать его не очень хотелось, но совесть думала иначе. — Лучше это сделаю я. Девушка уже было хотела подтолкнуть Плантера внутрь укрытия и закрыть увесистый люк, но лягух схватил её за кисть. — Тебе как раз лучше остаться, им худо придётся без лидера. А я всю жизнь жил в Амфибии, не пропаду, я быстро, одна лапа тут, другая там. Саша понимала, что в этом есть смысл, и все же внутренний голос вторил, что отпускать ХП одного не стоит. — Ну же, лейтенант, мы теряем время, а я ведь могу быть полезным. После короткого раздумья девушка все же согласилась и сказав «возвращайся скорее с ним, или без него» скрылась под люком. Не теряя времени ХП бросился в обратном направлении в лагерь, попутно выкрикивая имя пропажи, но Хантер так и не откликнулся. Такими темпами Хоп Поп добежал назад в лагерь и кинув быстрый взгляд на здешнюю обстановку думал уже возвращаться, как вдруг увидел парня, копающегося в повозке с вещами. — Хантер, что ты ищешь? От неожиданности парень дернулся, ударяясь головой о крышу повозки и в изумлении уставился на лягуха. — Я? Да я отстал от группы и решил вернуться туда, где меня точно найдут. — А в вещах ты рылся потому что? — Голоден. Поесть захотелось. Хоп Поп ещё раз перевёл взгляд на повозку, единственный ценный предмет, который они перевозили была волшебная шкатулка, но даже он не знал, где именно она спрятана. — Прости, но мне придётся рассказать об этом Саше и Грайму, а пока давай спрячемся в безопасном месте. — Разумеется, — медленно проговорил парень, будто бы пробуя слово на вкус. Хоп Поп отвернулся, дабы проследовать назад в укрытие, как вдруг спустя пару шагов почувствовал сильный удар по голове, не в силах стоять, он упал на землю, голова кружилась. Хантер стоял позади, глубоко дыша и держа увесистую деревянную палку в руках. Он обошёл лягушку и теперь Плантер видел носки его обуви перед глазами. — Я не хотел, — произнёс он, прежде чем нанести смертельный удар, но руки не слушались. Вдруг он услышал приближающийся шум: рой насекомых спасался от приближающейся опасности. Теперь Хантер размахивал палкой из стороны в сторону, дабы отогнать от себя насекомых. Когда они пролетели мимо вдалеке показался желтоватый дым. Парень сделал несколько больших шагов назад. — П-помоги мне, — Хоп Поп смотрел на него с мольбой в глазах, не имея сил подняться, — п-пожалуйста, умоляю. Хриплый голос старика давил на ноющую совесть. Парень быстро попытался прикинуть, что делать, бежать вдвоём будет сложно, да и если Плантер расскажет о том, что видел, Саша быстро сложит дважды два и поймёт, что он искал, а после того, как он напал на одного из них радушного приветствия ждать не стоит. С другой стороны, туман прекрасно сделает всю работу за него. Ещё немного поколебавшись смотря на протянутую в его сторону лапу ХП он побежал в укрытие со всех ног, пытаясь заглушить внутреннюю неуверенность. За месяца проведённые в Амфибии он ещё не встречал убийственный дым, но прекрасно знал о здешних укрытиях. Благодаря выбросу адреналина в крови он бежал подобно грациозной пантере, пробираясь сквозь все препятствия. Наконец среди палок и листьев он увидел люк в земле. Парень сел на корточки и стал лупить по металлической двери, крича со всех сил. Дым был готов подобраться к нему в любую секунду, он был так близко, что в один момент он перестал стучать, наблюдая за тем как его смерть приближается все ближе. Хантер устало прикрыл глаза, он не был готов к такой участи, но и убежать не представлялось и шанса, как вдруг люк с силой отворился и Саша силой затянула его внутрь за одежду, с громким грохотом закрывая дверь. — Где ХП?! — взволновано крикнула Саша. — Я в порядке, спасибо, что спросила. — Я не это спросила, он ушёл искать тебя. — Я не знаю где он, не видел. Я слегка отстал от группы, но благо нашёл люк. Саша отошла к стене и прямо по ней спустилась вниз. Если Плантер остался снаружи, то скорее всего уже мертв. Девушка судорожно соображала, как расскажет об этом Энн. — Не знал, что вы с ним были так близки, — сказал парень, наблюдая за её реакцией. — Потому что мы не были. Если бы не ты, он бы был жив! — взревела девушка, хватая Хантера за шиворот и толкая к стене. — Эй, я не просил себя искать, а ты обвиняешь меня?! Ещё мгновение Саша всматривалась в его карие глаза, а затем медленно опустила руку, оседая назад на пол узкого коридора. — Где остальные? Саша указала на громоздкую дверь в нескольких метрах от них. Хантер хотел было что-то сказать, но затем просто прошёл в укрытие. Это была небольшая прямоугольная комната, с деревянными полками, на которых хранились продукты, и на удивление парня алкоголь. Прибрав к рукам маленькую бутылочку какого-то пойла, он поспешил назад в узкий проход. Хантер сел напротив девушки, из-за маленького пространства их согнутые в коленях ноги соприкасались. — Что это? — взгляд Саши устремился в бутылку. — Не знаю, но пахнет весельем, — открывая бутылку произнёс парень. Затем сделал внушительный глоток, немного кривясь, за ним ещё один. Кинув взгляд на Сашу он протянул ей алкоголь, приглашая присоединиться, та лишь скривилась и продолжила прожигать взглядом пол. Через какое-то время раздражённый голос Саши разорвал тишину вокруг: — Может хватит прожигать меня взглядом, скоро до дыр засмотришь. — Просто пытаюсь понять кто ты. — И кто же я? — саркастично спросила Саша, наблюдая как человек напротив снова прикладывает губы к горлышку бутылки. — Ты одинокая и потерянная, если бы мне пришлось сравнивать тебя с цветком, то я бы сказал, что ты засохшая роза. Она была прекрасна, пока суровая жизнь не изменила её, отрывая лепесток за лепестком, пока от неё ничего не осталось, кроме колючек. Но кто знает, может в твоей душе однажды наступит лето, и роза вновь зацветёт. — С чего ты это взял? — Я вижу это в твоих глазах, я хорошо знаком с этим взглядом, так как видел его сотни раз в зеркале. Саша выхватила бутылку из его рук, делая немаленький глоток, жидкость обожгла горло, захотелось прокашляться, но она сдержалась. — Тебе пожалуй уже хватит, а то всякий бред несёшь, кто бы мог подумать, что тебе нужно так мало, чтобы напиться. И к твоему сведению, я не одинока. — Правда? Неужели в этом мире есть люди, знающие о Саше Вейбрайт абсолютно все и принимающие каждую часть её? — он ненадолго замолк, наблюдая за реакцией. — Я так и думал. Парень снова облокотился о стену позади. Пару минут они передавали флягу друг другу, думая о своём. — А ты не из разговорчивых. — Зависит от темы разговора, знаешь как-то сравнения меня с засохшим цветком не сильно вдохновляют. Парень усмехнулся. — Я тебе не нравлюсь. — А должен? — Обычно люди просто в восторге от меня. — Что ж, не я. Парень наклонился чуть ближе. — Может я тебе и не нравлюсь, но ты точно представляла меня голым, — Хантер подмигнул, ухмыляясь. Саша удивлённо моргнула несколько раз, а затем задорно рассмеялась, видимо алкоголь сделал своё дело для этих двоих, потому что Гарсия присоединился к веселью. — Ну так, кто ты такой и как попал сюда? Саша решила пользоваться временной возможностью, пока алкоголь развязал Хантеру язык и узнать побольше. — Дай подумать, на земле я был известен как Магистр темных искусств, и кому как не властителю тонких материй перемещаться сквозь миры. — Правда? — Да нет, конечно, — прыснул со смеху Хантер. — Я это только что придумал, неужели поверила? — Ну ты так серьезно говорил «я магистр тонких искусств и маг напридачу», — старалась копировать голос Гарсии девушка. — Сейчас, когда я это повторила, то это и правда смахивает на какую-то ересь. Ну а если серьезно, расскажи мне. Хантер резко посерьёзнел и сделал ещё глоток, после ещё небольшого раздумья он все же заговорил: — Дома, ну в нашем мире, я доставал багатеньким дядькам всякие редкие штуковины о которых меня просили. — Местный барыга, что ли? — Я называю это предпринимательством. — Как скажешь, — с ухмылкой произнесла девушка. — Ну в общем, шкатулка стала одной из вещей, которые меня попросили достать, с помощью своих связей я вышел на её след, а когда получил, то решил немного с ней позабавиться, прежде чем продать. — Доигрался? — Ага, вот прячусь от убивающего дыма в каком-то подвале с десятком говорящих жаб, кому расскажешь — не поверят, — посмеялся Хантер, блондинка улыбнулась. — Почему не нашёл нормальную работу? — На нормальной работе мне столько не платили. — И куда же юный Хантер тратил свои «миллионы»? — иронично поинтересовалась девушка. Хантер стал одной рукой разминать шею, взвешивая за и против, но под напором голубых глаз решил сдаться. — Моя сестра тяжело больна, лечение дорогостоящее, обычная работа не покрывала её медицинские счета и на треть, пришлось стать кхм-кхм… — Предпринимателем? — Именно, — Хантер тепло улыбнулся. — Мне жаль. А родители не смогут в твоё отсутствие позаботиться о ней? — Их лишили родительских прав, и довольно давно, они были заядлыми алкашами и игроманнами. Сейчас мы на попечении нашей тёти, но она обычная официантка, так что не сможет помочь. — Ты вернёшься к ней, я точно знаю, — Саша слегка сжала его колено в ободряющем жесте. — Спасибо. Хантер хотел было положить свою руку поверх её, но тяжёлая дверь открылась и несколько жаб подошли ближе к люку. — Лейтенант, полагаю туман прошёл и мы можем вернуться назад в лагерь, разрешите проверить. — Разрешаю. Саша быстро встала, возвращая серьёзное выражение лица. Жаб аккуратно приоткрыл люк, а затем вышел наружу, его не было где-то минуту, во время которой все затаили дыхание и ждали его возвращения, благо он сообщил хорошие новости, и солдаты начали выходить наружу. Путь до лагеря они преодолели довольно быстро. Но вернувшись в глаза сразу бросилась кучка жаб, собравшаяся вокруг чего-то, сердце Саши почувствовало неладное. Пробираясь сквозь жаб, она дошла до Энн, сидящей на земле и рыдающей взахлёб. Подле неё лежал Хоп Поп, вся его кожа была в ужасных волдырях, некоторые из них лопнули, а из некоторых сочилась кровь и гной, тело его было сильно изуродовано, только один глаз был открыт и он смотрел прямо на Энн. — Саша, — брюнетка сразу увидела подругу в толпе, та бросилась обнимать её. — Он, он умирает, м-мы можем сделать хоть что-то? Саша смотрела на заплаканное лицо девушки и не знала как её утешить, смотря на состояние Плантера можно было разве что удивиться, как он ещё жив. Лягух же пытался что-то прохрипеть, получалось неразборчиво. — Уб-убейте меня, — даже он сам понимал, что остаётся только облегчить его страдания. Саша достала маленький нож из кармана. — Энн, мы не сможем ему помочь, это твой последний шанс попрощаться, — грустно отозвалась Саша. — Нет, нет, Хоп Поп, ты не можешь… ты же моя семья, ты не можешь вот так оставить меня. Девушка хныкала, поглаживая лапу Плантера в руках. Лягух в свою очередь горько смотрел на девушку, которая хоть и не сразу, но стала важной частью его жизни. — Энн, ж-живи счастливо, доберись на Землю и найди свою с-семью. Я был рад познакомиться с тобой, — еле проговорил лягух. — Я тоже, ХП, я тоже, — голос дрожал и она никак не могла это контролировать. — Давай, — сказал Хоп Поп блондинке, переводя на неё взгляд. Саша аккуратно поднесла нож к его горлу и ловким движением воткнула его в сонную артерию, Плантер тут же закрыл оставшийся глаз и замер. Больше он никогда его не откроет, а его внуки так и не увидят своего дедушку. Энн просидела в объятьях Саши довольно долгое время, пока все остальные собирали пожитки и готовились к отъезду. Напоследок Энн настояла, чтобы его похоронили. Жабы без лишних слов быстро выкопали яму и погрузили туда тело их нового товарища. Каждый сказал по несколько слов, прежде чем закопать его и поместить небольшой надгробный камень, где Грайм вырезал инициалы Плантера. Хантер наблюдал за всем процессом со стороны, не в силах и близко подойти к некогда живой лягушке. Следующая неделя их похода прошла без приключений, на них несколько раз нападали опасные твари, но на этот раз обошлось без жертв. Энн понемногу стало лучше, хоть мысли о Хоп Попе заставляли до боли зажимать челюсть, но в остальное время она вела себя вполне жизнерадостно. В один из вечеров, когда девушки сидели и уплетали ужин, Грайм подошёл и присел рядом. — Совсем скоро мы будем в Ньютопии, но до этого как вы смотрите на то, чтобы заехать в небольшой городок, он как раз по дороге. — А что там? — поинтересовалась Энн. — Ну скоро большой праздник, жабы будут его праздновать, я подумал раз вы двое скоро вернётесь домой вам бы не помешала небольшая вечеринка, чтобы запомнить Амфибию только как нечто хорошее. Да и вообще поездочка вышла та ещё, так что я решил вам просто необходимо повеселиться. Саша перевела взгляд на подругу. — Звучит здорово, я только за. — Я тоже, только там будет где остановиться? — Об этом не переживай, в том городе живет моя сестра, её поместья хватит на нас всех. — Ого, у тебя есть сестра? — Я тоже удивилась, когда впервые узнала, она старшая сестра Грайма. — Да, и будьте готовы, Беатрис довольно своеобразная личность. С этими словами, Грайм ушёл прочь, а девушки так и остались болтать, в итоге к ним подключился Хантер, который старался малость избегать Энн, после случившегося с Хоп Попом, но завидев её довольное выражение лица решил не стоять в стороне. Так и прошёл их вечер в тёплой компании друг друга, даже Саша смягчилась по отношению к парню и с интересом слушала его историю, изредка вставляя саркастичные комментарии. Следующий день подкрался незаметно, и вот они верхом подъезжают к новому городу, не окружённому стенами. Вокруг была сплошная суета, жабы пили и веселились, уютные домики были украшены снаружи, а на улицах звучал звонкий смех. Все были так заняты весельем, что даже не обратили внимания на людей, зато несколько жаб поздоровались с Граймом, тот в свою очередь еле отказался от предлагаемой выпивки с друзьями. Жабы проделали ещё небольшой путь по городу, прежде чем доехать к роскошному особняку, охранник сразу узнал Грайма и впустил того вместе с остальными внутрь. Холл дома был большим и просторным, было видно, что здесь живут обеспеченные хозяева, с двух сторон раскинулась лестница на второй этаж. Через пару мгновений с лестницы спустилась жаба в элегантном костюме для стрельбы из лука и седовласой косой на плече. Беатрис изящно спускалась по лестнице, но завидев брата не удержалась и побежала к нему, по-родственному ударив в живот, а затем накинулась на него с удушающими объятиями, Саша чуть не прыснула со смеху от такого приветствия, а армия жаб, любезно отвернулась, дабы не смущать командира. — Грамзи, старый ты засранец, как давно не навещал сестру, а тут даже письма не отправил, но я все равно рада. Мой дом, твой дом, только помни, что ты в гостях. Грайм наконец выпутался из объятий и слегка прокашлялся. — Прекрасный захват, Беатрис, как обычно. — Может представишь меня? — Ах да, с моими товарищами ты знакома, а это Саша, человек, про которого я тебе писал, а то её друзья, — Грайм махнул лапой на стоящих позади Энн и Хантера. Энн скривилась от такого пренебрежения её скромной персоной и растерявшись сделала самый неловкий реверанс в её жизни, видимо здешние хоромы так повлияли на неё. Саша наблюдая за столь неподходящим приветствием чуть не залилась хохотом. — Реверанс, серьезно? — шепнула она подруге. — Заткнись, — зло шепнула Энн, понимая всю нелепость ситуации, блондинка лишь хохотнула. — Да, миледи, — Саша издевательски присела в лёгком реверансе перед подругой. После небольшого знакомства Беатрис, как хозяйка поместья, приказала слугам расположить гостей, Энн и Сашу поместили в одной комнате. Пока девочки обустраивались к ним пожаловала Беатрис. — Девушки, вам все нравится, я надеюсь? — Да, у вас безумно уютно. Энн не врала, после пропахшей сыростью жабьей башни, дом Беатрис походил на небольшой уютный дворец, с прекрасно подобранной мебелью, большими комнатами и дорогим убранством. — Я рада, это я занималась планировкой. Рада сообщить, что сегодня в поместье будет вечеринка, разумеется вы будете моими дорогими гостями, я даже подготовила для вас праздничные наряды, — на этих словах жаба мило хлопнула в ладоши. — Мы очень благодарны, приймём за честь посетить ваше мероприятие. — Ой, она всегда такая вежливая? — хихикая спросила она у Энн. — Вроде того, — улыбнулась брюнетка, — но мы и правда очень рады приглашению, мы любим хорошо поразвлечься. — Отлично, именно такой настрой и нужен, сегодня довольно важный день. Я также хотела бы провести вам небольшую экскурсию, готовы? — Конечно! Пару мгновений спустя они уже расхаживали по поместью, даже Хантер присоединился, хозяйка дома также показала им прекрасный сад за домом и огромный лабиринт из зелени, в который им приказали не входить, если они не хотят потеряться, через какое-то время они вновь проходили по коридорам дома. — Беатрис, вы говорили, что сегодня довольно важный день, можно узнать подробнее? — поинтересовалась Энн. — Ну кроме того, что сегодня большой праздник последнего урожая, для меня этот день по своему важен, сегодня годовщина смерти любви всей моей жизни. — Ох, извините, мне жаль. Жаба лишь слегка посмеялась. — Не переживай, детка, это было два года назад, так что мне уже лучше. Но раньше мы вдвоём жили здесь, одной теперь довольно одиноко, вот я и обрадовалась, когда вы приехали. — Ваш муж наверное был прекрасным жабом. Беатрис внимательно посмотрела на Сашу, а затем разразилась заливистым смехом. — Муж? О, нет, нет, нет, я говорила о женщине, хоть мы с Фелис не были официально расписаны, мне нравится считать, что мы с ней были женатиками, — хихикнула Беатрис, предаваясь давним воспоминаниям. — Жду недождусь тот день, когда тоже покину этот мир и воссоединюсь со своей жабкой. К сожалению родители так и не приняли нашу с ней связь, ну и пусть идут на корм цаплям. Поэтому из всех близких мне людей у меня была только моя Фелис и Грайм. Саша все время стояла в ступоре, пока Энн и Хантер с интересом слушали историю. — Ну да, что ж это я, совсем не показала вам бальный зал, пойдёмте. Блондинка все ещё не пришла в себя после такого откровения, союз двух женщин не укладывался у неё в голове, и Энн поняла это, мельком взглянув на подругу. Саша так и не продолжила экскурсию, поспешив скрыться в выделенной для них с Энн комнате. В скором времени там её и нашли ребята, весело общаясь между собой. Саша сидела у изголовья кровати, обхватив руками колени, а между бровей появилась маленькая складочка. — Зря ты не продолжила экскурсию, Беатрис рассказывала ещё много чего интересного, — отозвалась Энн, садясь рядом на кровати. — Беатрис почти всю жизнь хранила этот секрет, значит это не правильно, — поспешила поделиться своими переживаниями Саша. Энн сразу поняла о чем пойдет речь и внутренне напряглась, однополые отношения не были её любимой темой для разговоров. — У двух женщин не может быть детей, какая-то ерунда! — голос блондинки был переполнен волнением и почти срывался на крик. — Как ты можешь так говорить, когда они были так влюблены? — Это противоестественно! — теперь она и правда кричала. Слова полоснули сердце брюнетки по живому, как девушка, принявшая своё влечение к своему полу уже давно, она не раз воспринимала гомофобные изречия на свой счёт, но слышать это от близкой и такой любимой подруги было больнее всего. — Если Беатрис жила с мыслью о том, что с ней что-то не так, что она неправильная, противоестественная и однажды она встретила человека, который доказал ей, что с ней все хорошо, что она была нормальной, разве мы не должны за неё порадоваться? — Мне кажется это прекрасно, открываются такие возможности, — поддержал девушку, молчавший до этого Хантер. Саша посмотрела на них двоих как на умалишённых, затем быстро покачала головой из стороны в сторону, всячески отрицая их слова. Увидев это Энн резко поднялась с кровати, со звуком вдыхая воздух, в этот момент вся её горечь перешла в злость. — Знаешь, может если бы ты не была такой твердолобой гомофобкой, то давно бы заметила, что мне нравятся девушки! Я лесбиянка, черт возьми! Так что будь аккуратнее, а то укушу, и заражу тебя женолюбством! Когда она закончила кричать, то с силой закусила нижнюю губу до крови, чтобы не расплакаться. Не так она планировала ей рассказать, Энн вообще никогда не хотела, чтобы подруга узнала. Теперь Саша смотрела на неё с полным неверием в глазах, кажется блондинка даже забыла как моргать. Энн стало неловко в собственном теле от этого взгляда, блондинка смотрела на неё так, будто бы и не знала никогда человека, стоящего перед ней. Будучи без сил стоять тут и дальше, тайка побежала вон из комнаты. Хантер оказавшийся невольным зрителем тоже поспешил ретироваться. Саша же так и осталась сидеть, ещё сильнее обняв колени, переваривая услышанное. Ближе к вечеру весь особняк стоял на ушах, так как прибывали первые гости, и Беатрис спустилась забрать Энн на примерку платья, оставив Сашу на Грайма. Девушка стояла перед большим зеркалом, любуясь тем, как ткань нежно розового цвета облегает стройную талию, открывая одно плечо и струится почти до лодыжек. Беатрис же пыталась укротить непослушные волосы в элегантный пучок, выпуская две передние пряди обрамлять смуглое лицо. — Можно у вас спросить, по поводу ваших отношений? Грайм и ваши родители, они не были против? — Бунчой слегка волновалась, задавая личный вопрос. — Они могут думать что хотят, — резко заявила женщина. — Разве смерть близких не учит, что жизнь коротка и она всего одна? Фелис была для меня особенной, она была моей жабкой, понимаешь? С ней первой мне никогда не надо было притворяться. — Это похоже на чудо. Хотелось бы и мне её знать. Знаете, думаю я такая же как и вы. От резкого признания Беатрис даже на секунду перестала плести волосы и внимательно посмотрела на отражение девушки в зеркале. — Тебя ждёт прекрасная жизнь, не простая, с трудностями, — нежно проговорила она. — Будь с теми, кому ты доверяешь, и когда ты найдёшь таких, ваша связь будет сильная. Я тронута, что я в их числе. Энн искренне улыбнулась, было приятно вот так заявить о себе и получить понимание и поддержку в ответ. В другом же крыле дома Саша надевала нежно голубое платье, открывающее плечи и с большим разрезом сбоку. Когда девушка вышла из-за ширмы, Грайм удивлённо посмотрел на неё, до этого он не видел её ни в чём другом, кроме как штанов. Саша стала напротив зеркала неуверенно вглядываясь в отражение, носить платье, да ещё и такое красивое было непривычно. — Знаешь, думаю не хватает последнего штриха. Грайм подошёл и расплел волосы, которые теперь легкими локонами ниспадали на плечи. — Ты выглядишь… прекрасно, просто потрясающе. — Грамзи, ты что плачешь? — с улыбкой произнесла Саша. Жаб быстро отвернулся, вытирая плащом мокрые глаза. — Нет, просто в глаз что-то попало. Ну не об этом сейчас, тебе то самой как? — Непривычно, — Саша ещё раз покрутилась перед зеркалом. — Может волосы все же собрать? И вообще в этом платье негде спрятать мою коллекцию ножей! — Думаю подобные наряды для этого не предназначены. — Что ж, это большое упущение, — произнесла блондинка, попутно пытаясь замаскировать один из ножей под украшение. Грайм быстро забрал оружие из её рук. — Тебе это не понадобится, просто развлекись. Саша недовольно надула губы, и бросила печальный взгляд на коллекцию ножей, которые ей пришлось оставить. Затем на лице девушки появилась грустная гримаса. — Грайм? — Да? — отозвался жаб, пытаясь выпутаться из длинного перьевого боа, в котором случайно запутался. Саша продолжала говорить, оперевшись на трюмо и вглядываясь в своё отражение. — Что если бы ты узнал что-то важное о человеке, которого думал знаешь как свои пять пальцев. А он в свою очередь скрывал о себе нечто важное? — Ну зависит от обстоятельств, — Грайм упал на пол, не сумев поладить с аксессуаром. — Возможно он боялся рассказать, так как думал, что ты не поймёшь или перестанешь с ним общаться, или это было чём-то личным. Тебе стоит поговорить с Энн и обсудить то, что тебя беспокоит. Саша сразу отлипла от зеркала и заволновалась. — Я не говорила, что это Энн! — Да тут и к гадалке не ходи, у тебя все на лице написано. Девушка села на ближайший стул, печаль все ещё читалась на её лице. Грайм в замешательстве разминал фаланги пальцев на лапах, не зная как успокоить девушку, в итоге он медленно подошёл и неловко обнял её, похлопывая по спине. — Все образуется, дорогая, то есть кхм-кхм, лейтенант. Но если кому-то расскажешь о том, что я тебя обнял, умрешь самой страшной смертью, — не серьезно сказал жаб, а может он и не шутил, проверять не хотелось. Саша замерла от неожиданности и тоже неловко обняла Грайма в ответ. Глаза начало слегка щипать, а в душе стало тепло, от такой, чуть ли не родительской поддержки. На минуту Саша даже задумалась, не так ли отцы утешают своих дочерей? Вечеринка шла полным ходом в огромном бальном зале расположилась громадная сцена с музыкантами, поодаль стояли столы с самыми разнообразными закусками и алкоголем. Весь зал был украшен цветами, лианами и другими растениями, что придавало торжеству сказочности, некоторые цветы даже немного светились. Гости же во всю веселились с цветочными венками на головах. Энн болтала с толпой жаб, оказалось Беатрис собрала подле себя очень талантливых рептилий, так девушка познакомилась с музыкантами, писателями, художниками, все они были по своему интересными личностями. От того Энн прекрасно проводила время, пока взгляд не поймал обворожительной красоты девушку на огромной лестнице, ведущей в бальный зал. Грайм стоял рядом по-джентельменски придерживая руку своей леди, Саша же цеплялась за неё как за единственную опору, чтобы не упасть на обуви с небольшим каблуком, которые ей любезно одолжила сестра Грайма. Со стороны же Энн казалось, что Саша не идёт, а парит по этой лестнице, сродни грациозному лебедю. Дойдя до края лестницы, Саша мгновенно забрала свою руки и пошла прямиком к брюнетке. Шаг её был медленным и уверенным. Жабы расступились перед ней, как море перед Моисеем. Наконец, когда она подошла к Энн, обе просто замерли и неловко смотрели друг на друга. Окружающее их веселье и музыка — единственное, что делало ситуацию менее неловкой. — Ты очень красивая. — Отлично выглядишь, — одновременно с Сашей произнесла Энн. Одновременно произнесённая фраза заставила подруг чуть рассмеяться и снять гнетущее напряжение. — Прости меня, — уже серьезно сказала блондинка. — Я не хотела тебя обидеть. — Знаю, но обидела. — Мне жаль. — И это я тоже знаю, — с полуулыбкой произнесла тайка. — Тогда, мир? — Саша протянула вытянутый мизинец. — Мир! — Энн обхватила её палец своим. На лицах обоих расцвела улыбка, теперь от прежнего недопонимания и неловкости не осталось и следа. В этот момент к девушкам подошла Беатрис, вручая обеим по бокалу напитка. — На моих вечеринках никто не уходит трезвым, а иначе, что я за хозяйка? — Заботящаяся о здоровье детей? — сказал не пойми откуда взявшийся Грайм, мысль о том, что Саша будет пить ему явно не притила. — Ой, а ты кто, председатель нравов? — хохотнула Беатрис. — Не порть девушкам веселье. Весело подмигнув им обоим, и напоследок вручив по два цветочных венка, она утянула брата в пляс. Девушки же за общим весельем и танцами не заметили как бокалы в их руках стали сменять друг друга. Спустя ещё несколько песен они снова оказались рядом с хозяйкой вечеринки. — Батрис, вы что-то немного загрустили, что-то случилось? — встревожилась Энн. — Ох, не совсем, детка. Просто обычно я просила музыкантов спеть что-нибудь романтическое для нас с моей Фелис. Но сейчас даже не знаю стоит ли. Энн перевела взгляд на сцену, рассматривая инструменты, а затем назад на Беатрис. — Разумеется стоит! Мы с Сашей можем что-то исполнить! Блондинка, стоявшая рядом резко перевела удивленный взгляд на подругу. — Если вы выступите это будет прекрасно. — Давай, Саш, я уже пообещала мисс Беатрис, — Энн лукаво улыбнулась беря ту за руку и таща на сцену. Саша уже была немного навеселе так что ни сил, ни желания сопротивляться не было. Так они и поднялись на сцену, Энн напела Саше песню, которую они обе знали, и вручив блондинке гитару, а себе забрав микрофон они начали своё выступление. До ушей донеслась приятная музыка, а затем чистый и ровный голос брюнетку дополнил мелодию. — Представь нас с тобой. Я представляю, — пела Энн, буравя взглядом гитаристку. — Я думаю о тебе день и ночь. — Так и надо — думать о девушке, в которую влюблена. И крепко обнимать её, — вошла в партию Саша. — Так счастливы вместе! — пропели девушки одновременно, улыбаясь друг другу. Беатрис слегка всплакнула, слушая любовные строки песни, Грайм стоявший рядом протянул ей платок. — Посмотри на них, Грамзи, они счастливы. — Похоже на то, — жаб слегка улыбнулся, глядя на Сашу. А песня продолжалась: «Я не представляю, что полюблю кого-то ещё, кроме тебя, детка» — пела Энн, блондинка вступала после неё: «Ты и я, я и ты. Неважно как, жребий брошен, а значит так и должно быть». В конце песни в жилах девушек бурлила кровь, а толпа гудела, счастливые, но уставшие они спустились со сцены. — Что-то здесь жарковато, не хочешь выйти на улицу? — Ты и правда выглядишь запыхавшейся, — подколола брюнетку Саша, залпом осушая очередной бокал напитка, который ей всучил здешний официант с подносом для напитков. — И ничего не запыхавшаяся, это у ты уже еле на ногах стоишь! — враньё, но девушке нужно было хоть как-то упрекнуть блондинку. — Я готова хоть всю ночь провести на ногах, — улыбчиво произнесла Саша. Тайка приплющила глаза и с весёлым криком «Доганяй», побежала прочь из зала, удерживая цветочный венок на голове. Саша усмехнулась и побежала следом. Каблук гулким шумом отдавался по полу в тихих коридорах поместья. — Не отставай! — весело кричала Энн. — Не дождёшься! Стены поместья быстро сменились просторами улицы. Энн быстро соображала куда бежать дальше, взгляд устремился на лабиринт, находящийся внизу по склону от дома, туда она и рванула. Саша погналась вслед за брюнеткой. Прохладный ночной воздух покусывал открытые участки кожи, в душе было весело, а в голове пусто от выпитого алкоголя. Начиная бежать по склону, Саша скинула с ног замедляющую обувь и теперь мягкая трава приятно касалась босых ног. Даже лабиринт был украшен фонариками, лентами и цветами, проходы в нем были засыпаны аккуратным гравием, а высота кустов почти вдвое превышала рост девушек. — Попробуй найди меня, Саша! — Ты не спрячешься от меня, Бунчой! — смеялась девушка. Дурацкие улыбки не сходили с лиц обеих. Энн же молилась о том, чтобы не прибежать в тупик, один раз ей таки не повезло и она попала в один из таких, но благо блондинка потерялась ещё где-то за предыдущим поворотом и Энн смогла спокойно побежать по другому пути. Запыханная, но он все же добежала до центра лабиринта, где росло огромное дерево, на его зелёных кронах находилось множество светящихся огоньков и на удивление сотни маленьких бабочек. Энн с открытым ртом уставилась на эту красоту, вытянув руку, дабы одна из бабочек приземлилась на неё, но вместо этого, она выбрала её пучек на голове. Наблюдая за этой красотой, Энн даже не заметила как сзади на неё навалилась Саша, упирая спину брюнетки к огромному дереву, облокотившись руками по бокам от её тела, загоняя её в своеобразную ловушку. Девушки тяжело дышали от бега, а их тела находились совсем рядом. — Попалась, — с придыханием подметила Саша. — Ага, — ответ прозвучал совсем тихо. Саша не могла отвести взгляд от раскрасневшейся девушки, у которой в кои-то веки в волосах были бабочки а не листья, а глаза горели ярким огнём, таким, что он сжигал сердце Саши дотла. Она придвинулась чуть ближе, в нос мягко ударил запах цветов, которыми пахла брюнетка. Сердце Энн от такой близости стало бешено стучать, но она и дальше стояла, не смея разрушить столь интимный момент, всматриваясь в голубые, как небо глаза. Взгляд блондинки скользит по манящим розовым губам. Ещё одно маленькое движение вперёд и Сашины губы невесомо касаются губ Энн. Такие мягкие и тёплые, такие податливые. Саша становится храбрее, когда подруга отвечает на поцелуй. Её руки нежно опускаются на скулы брюнетки. Внутри Энн все горит, нет никаких бабочек в животе, только желание, желание трогать, целовать, быть ближе, ещё ближе, она медленно, будто боясь спугнуть оленёнка ложит одну руку на тонкую талию, а второй зарывается в золотистые волосы. Саша опускает руки на тонкую кожу шеи, затем едва задевая грудь, скользит по талии и опускается на бёдра, подхватывая девушку, дабы та обхватила ногами её бёдра. Тела прижимаются к друг друг, Саша входит во вкус и оставляет поцелуй на смуглой шее, в этот момент, не выдержав, Энн издаёт стон наслаждения. Приятный звук словно ведро холодной воды окатывает блондинку. Она резко открывает глаза и чуть ли не одним шагом оказывается в метре от Энн, та на секунду потеряв равновесие, чуть ли не падает. Саша в ужасе смотрит на разгоряченную брюнетку и слегка опухшие от поцелуя губы, по инерции дотрагиваясь указательным пальцем до своих. — Нет, нет, нет, нет, — повторяла блондинка как мантру. Энн понимала к чему все идёт, стало больно и неприятно, чувство окрыленности мигом покинуло её раненое сердце. — Этого не должно было случится. — Но случилось, — спокойно сказала Энн. — Это греховно, это просто ошибка! Господи, кто мы теперь такие? — Я верю, что слово, которое ты ищешь это лесб… — Я не грязная лесбуха! — что есть сил крикнула Саша, пугая стаю бабочек. Лицо Энн скривилось в обиде, слово полоснуло по живому и она резко отступила на шаг, как будто её ударили. — Быть такой это нормально, — тихо проговорила брюнетка. — Нет! Нет! Если ты грешишь, то и сама сгоришь в огне и ближних за собой потащишь! В голове блондинки всплыли картинки её пса, её бабушки, которая била её за каждый неверный шаг, она почувствовала себя запертой в маленькой коморке, в которой её закрывали бывало и на несколько дней в качестве наказания. В голове же Энн слова блондинки не имели никакого смысла. — Ты первая меня поцеловала! — голос сорвался на крик. — Не я! Признайся, Саша, ты хотела этого, сколько бы ты не отрицала, не сваливала это на алкоголь, атмосферу, Бога, ты хотела поцеловать меня! Ты могла ведь ничего не делать, — соленные слёзы начали копиться в глазах, а комок в горле мешал говорить. — Мне хватало нашей дружбы, мне хватало того, что я просто находилась рядом с тобой, как подруга. Мне бы всегда было достаточно иметь тебя в своей жизни как недостижимую мечту, но ты решила все испортить, поцеловав меня. Слёзы жгли глаза, Энн была зла, а Саша опостушена, было легче не чувствовать ничего, чем столько вины и так много боли. — Не подходи ко мне больше, Вейбрайт, — Энн постаралась выровнять голос. — Мы доберёмся до Ньютопии и вернёмся домой, я помогу, чем смогу, но там наши дороги расходятся. Я больше не хочу тебя в своей жизни. — Энн, не говори так. Мы же друзья, я готова за тебя жизнь отдать, ты же знаешь! — Знаю, но ты не готова отдать мне своё сердце. Вот в чем проблема. Саша осела на землю, все её тело будто парализовало, а голос застрял где-то внутри. Она слышала отдаляющиеся шаги по гравию, когда шаги совсем стихли она хотела заплакать, но слез не было, была только невыносимая боль и чувство потери.