Ярче Солнца

      Я была в том самом состоянии полусна, когда ты определенно уже не спишь, но и пробуждению еще не было места, тем более, когда волны так приятно покачивали, возрождая давно забытые воспоминания о колыбельке. Нос морозило, и я натянула большое пуховое одеяло повыше, пряча его в тепло. Еще вчера было жарко, словно в бане, но такой уж Гранд Лайн – океан, отказавший в спокойствии в угоду самым безумным вещам, которые только можно представить.       Дверь тихо скрипнула, кто-то аккуратно зашел в каюту. Он на цыпочках просеменил к кровати и мягко плюхнулся рядом со мной, принеся с собой запах соли, гриля и соломы, заставив меня улыбнуться: это был мой любимый аромат. Минут пять вторженец просто молча лежал рядом. В конце концов я не выдержала и разлепила веки, встретив большие черные с красным отливом глаза прямо перед собой.       – Санджи почти закончил завтрак, – зубы сверкнули в улыбке, когда он наконец-то выполнил свою миссию – расстроить планы кока, заключавшиеся в моем пробуждении с помощью завтрака в постель. Хотя конкретно этим утром я бы предпочла именно такой вариант.       – Холодно, – еще сильнее укутавшись, я снова прикрыла глаза.       – Я принес пальто, – гордо ответил Луффи, заранее знавший, что я ему отвечу. – И перчатки. И шарф. И шапку тоже, хоть ты ее и не наденешь.       Я вновь посмотрела на него, раздумывая.       – Хорошо, встаю... – он засветился и, не забыв чмокнуть меня в макушку, вскочил.       – Мы подплываем к зимнему острову, Нами сказала, что он появился будто из ниоткуда!       – Иди буди Зоро уже, – Луффи усмехнулся.       – Он уже проснулся, – мой взгляд заставил его полноценно рассмеяться. – Да-да, ты последняя!       – Мой организм так на холод реагирует просто! – Лу взлохматил мои волосы (привычка, унаследованная от меня).       – Конечно. Это точно не из-за сочинений под подушкой, – я толкнула хохочушего парня к выходу, раздосадованная тем насколько хорошо он меня знал. Может я и правда пол ночи писала корабельный журнал, но это же была моя обязанность. Нужно же мне было выполнять хоть какую-то работу на Санни.       Десять минут спустя, полностью укомплектованная (то есть замотанная в сто слоев одежды), я наконец дошла до камбуза. Чудесный аромат сразу при выходе из каюты повлек меня туда, и большая часть команды уже была на месте, завлеченная им же. Чоппер, Усопп и Лу, раскладывая омлет по своим тарелкам, наперебой вбрасывали идеи, что же это был за загадочный остров. Френки красивым жестом передавал Робин блюдо с дальнего конца стола. Брук получал от Нами подзатыльник, уже умудрившись провиниться в чем-то, а Джимбей смеялся, наблюдая за этим. Зоро как обычно внимательно и оценивающе уставился на меня, стоило только мне зайти, как он делал постоянно с тех пор, как я присоединилась к Мугиварам. И Санджи, будто почуяв меня, моментально расплылся в своей улыбке "для дам".       – Ника-сама, Вы как раз вовремя! Ваши любимые панкейки готовы. Сегодняшний секретный ингредиент - моя любовь! – прощебетал он, одной рукой отодвигая стул между Луффи и Робин для меня, а другой выставляя упомянутое блюдо перед ним.       – Я же просила выбрать другой суффикс, Санджи, – неловко уселась я, с возрастающим аппетитом разглядывая панкейки и отгоняя вездесущую руку Лу от них.       – Тут без шансов, иначе не выходит.       – А что тебе не нравится? Разве не придает чувства собственной значимости? – спросил Усопп. За его тарелку шла ожесточенная борьба с резиновым проглотом, усилившаяся, когда такое же сражение за мой завтрак было проиграно с первого же шлепка.       – Только придает неловкости. У меня будто раб появился, – скривилась я.       – Я рад быть Вашим рабом, Ника-сама! – Брук покатывался со смеху, глядя на мое выражение.       – Разглядела что-нибудь? – внимание переключилось на Нами и Робин.       Мы подобрались достаточно близко, чтобы способность археолога дотянулась до острова. Он был окружен метелью, так что снаружи увидеть ничего нельзя было, оттого трусливая часть экипажа очень надеялась, что Робин сможет опровергнуть их опасения.       Женщина улыбнулась и кивнула:       – Я знаю, что это за остров, – Нами обрадовалась, команда оживилась.       – Правда?       – У него много названий. "Зимний" с большой буквы, "остров Солнцестояния", "остров Полюса", "Рождественский" и "Новогодний" – некоторые из них, – поднялся гам. Все были более чем воодушевлены этой новостью. Прибытие на такую землю означало праздник, а праздники пираты Мугивары любили.       – Неужели уже Новый Год? – я хлопнула глазами, левая рука на автомате поднялась для проверки даты. Яркий неоново-желтый цвет заставил меня резко сунуть ее под стол. – Точно, тридцать первое же!       – Как ты не обратила внимания, когда только и делаешь, что пишешь этот дневник наблюдений? – фыркнул Лу.       – Корабельный журнал, Луффи-кун, – поправил его Джимбей.       – Не обратила и все, – я нахмурилась и, встретившись взглядом с Зоро, отвернулась.       – Там есть елка? – заверещал Чоппер, Нами продолжила.       – А подарки? Они дорогие?       – И Санта! Должен быть Санта! – Усопп вставил увлеченно.       – Может Дед Мороз? – добавила я.       – И конечно же СУПЕРРРР эльфы! – подключился Френки.       – Сами увидите, – улыбаясь, сохранила интригу Робин.       Завтрак уплели в десять раз быстрее обычного (некто резиновый старался особенно усердно), и через недолгий срок уже были готовы пробиваться сквозь снежную стену.       Корабль знатно помотало. Львенок храбро шел наперекор стихии, работающие колеса было почти не слышно из-за свиста ветра. В лицо то и дело прилетали острые снежинки, даже с учетом двух шарфов и капюшона.       Но в конце концов Санни вырвался из власти метели. Это позволило снова вздохнуть полной грудью, хотя через мгновение дыхание снова перехватило.       Перед нами возвышалась гигантская ель, сверху до низу сияющая разноцветными огнями. Эти огни пылающими нитями также шли от верхушки к небольшому городу у ее основания, создавая эффект волшебного шатра.       Луффи подошел ко мне и взял за дрожащую руку. Я подняла на него взгляд, он тепло улыбнулся, согревая меня изнутри.       – Пойдем, – твердо сказал он и подхватил меня на руки. Я давно привыкла к этому методу перемещения (вспоминая времена, когда по иному просто не бывало) и сразу же обхватила его шею руками. Мы оставили позади хлопавшую ушами команду, в один мощный прыжок добравшись до пристани. Приземлившись, Лу поставил меня на ноги и повел за руку в глубь города.       – Так странно, тут никого нет, – я тоже заметила. Город был пуст, красные кирпичные домики были украшены рождественскими символами, но жителей поблизости не ощущалось.       – Может, тут как в Полярном экспрессе? Все эльфы просто на главной площади провожают Санту.       – Ты не показывала мне его.       – Мой промах. Но смысл смотреть его летом? – Луффи только пожал плечами. – Будет подходящая способность – покажу.       Первым нас догнал Зоро. Они с Луффи установили зрительный контакт, и я в очередной раз смогла наблюдать молчаливый диалог между ними. Зоро предпочитал не разговаривать при мне без надобности. Хоть и расстраивало, но никто из команды не обращал на это внимания, и я решила не зацикливаться на данном обстоятельстве.       А вот неустанное наблюдение зоркого глаза за каждым моим движением объяснить было проще простого. Не только Луффи знал меня, как облупленную, в обратную сторону это тоже работало. Проснувшаяся в нем однажды гиперопека наверняка являлась главной причиной, по которой первый помощник не упускал меня из виду.       Я крепче сжала сильную руку, чем вызвала довольную ухмылку на лице капитана.       Когда мы уже подходили к центральной площади, остальная команда наконец нагнала нас. Джимбей остался следить за Санни. Чоппер перевозбужденно скакал впереди, невероятно гармонично вписываясь в атмосферу с бубенцами, которые Усопп привязал к его рогам.       – Ника-сан, не хотите со мной добавить музыки в этот чудесный день? – Брук уже держал скрипку на голове, и мои глаза заблестели.       Я затянула Щедрика. Песня, перепеваемая в моем мире на стольких языках, что не пересчитать, один из самых узнаваемых рождественских гимнов. В детстве мне повезло выучить ее и в оригинале, и на английском, и даже предпринимались попытки выучить на японском, но в итоге я остановилась на первых двух вариантах. Под музыку, изливающуюся из-под смычка скелета, я пела на украинском, вспоминая музыкальную школу и любимый хор.       Языки интересно работали в этом мире, точнее, интересно работали в моем случае: все, что я слышала, было мне понятно, и всем было также понятно, что бы ни говорила я на любом из известных мне языков. Каждая песня в моем исполнении сразу переводилась для окружающих.       Луффи подпевал. За время, которое мы провели вместе, он изучил меня так хорошо, что мои любимые песни и танцы стали для него естественными, будто он знал их всю жизнь. Мне нравился его голос. Когда не кривлялся, его вокальным данным можно было позавидовать. Одно из наших многих совпадений. Неоново-желтый мелькнул слева. Я сунула руку в карман.       Песня за песней, и вот мы вышли к ели. Вопреки моим ожиданиям, толпа эльфов не ожидала нас под ней, лишь горка подарков, сложенных друг на друга и подписанных нашими именами, и стол с вкусностями со всех концов света.       Я подняла глаза к небу. Совсем недавно было светло, но звезды и луна уже захватили небосвод в свои объятия. Высокая башня с часами у края площади привлекла мое внимание. Пять минут до полуночи.       – Как же так?.. – ребята обернулись на меня с удивлением на лицах.       – Что?              – Уже почти полночь. Только что было утро.       – Ты чего, мы же весь день гуляли по острову, – Нами недоуменно подняла бровь.       – Целый день? – я огляделась. Все непонимающе смотрели на меня. Все, кроме Луффи. Он смотрел на часы и сжимал мою ладонь, будто боялся, что она исчезнет. – А, понятно.       Я потянула Луффи за руку, он повернулся ко мне. Зубами стянула перчатку со свободной руки и прикоснулась к его щеке. Неоново-желтый браслет ярким пятном высунулся из-под рукава пальто. Луффи улыбался и плакал.       – Должно быть сон, – я улыбалась ему в ответ, на слезы мне не хватало сил даже в этом мире.       – Я бы сказал, что это будущее, – заявил он, потираясь щекой о мою руку.       – Помнишь песню про снежинку? – я отняла ладонь и поймала практически хрустальную зимнюю звездочку на лету. Луффи кивнул, сделав точно так же. – Загадывай желание.       Под бой часов наши лбы соприкоснулись, и не осталось ничего, кроме двух сердец, бьющихся в унисон ради общей мечты.       Последние удары, мы раскрыли ладони. Две снежинки красиво переливались в свете огней елки. Мы взялись и этими руками друг за друга, пальцы крепко переплелись между собой, широкие улыбки сверкали на лицах.       – С Новым Годом!

***

      Я открыла глаза. Белый потолок сливался с серыми стенами. Все снова плыло.       – Будущее... Какое будущее?...