Со вкусом печëных фиалковых дынь

Сильнейший король демонов Аратаки Итто… Первый и величайший глава банды Аратаки — Аратаки Итто… «Гордость Они» Аратаки Итто… И просто «идиот» Аратаки Итто!!! Куки скривилась и потерла переносицу. Этот Они будто является её личным демоном, заставляющим прикладывать ладонь к лицу — хотя бы стараться не прикладывать — и выпивающий своей наивностью из неё все жизненные соки. Он, видите ли, ребёнок в теле взрослого, статного, красивого, мускулистого, кхм… мужчины. И он со всей свойственной ему серьёзностью её не замечал. Вот вообще. Конечно, он ценил её может быть немного больше, чем остальных членов банды за вклад в общее дело, может, все-таки немного выделял среди остальных за острый ум и терпеливость, может — совсем самую малость — нуждался в ней. Но не так, как ей бы хотелось. Из всех женщин Итто, кажется, замечал только госпожу Хину — без преувеличения боготворил, и Сару Кудзë — но больше как соперницу. А интересовала ли его вообще «та самая сторона» женско-мужских отношений — Куки не знала. И временами хотелось просто провалиться сквозь землю. В банде она появилась немногим больше года назад и тут же стала неотъемлемой её частью, но и тогда самопровозглашённый «король Они» был чертовски недальновиден. А не видел он дальше своего носа ничего и никого, даже когда Куки изо всех сил старалась сжать локтями собственную грудь, чтобы выглядело хоть немного пособлазнительнее наливных фиалковых дынь в костре напротив, влажно и притворно задумчиво облизать губы, постаравшись зацепить его взгляд и тут же ругнулась про себя, потому что он этого не заметил и вовсе отвернулся на оклик Гэнты. А ведь она, представьте себе, здесь ради него. Конечно, свободная жизнь в банде спасает её от наказов матери и жалкого влачения праведной жизни жрицы в храме, но, будто бы у Куки больше вариантов нет. Отнюдь. Здесь она остаётся именно по своей воле. И ради этого двухметрового ребёнка с рогами и чертовски привлекательной внешностью. Кажется, он специально мажет своё тело красной тушью, выделяет рога, не надевает майку на голый торс и обвешивается цацками-клепками… А ещё этот ошейник. Так хочется иногда посадить его на цепь да покороче. Она такая жадная, когда он рядом. Когда его долго рядом нет — становится ещё хуже. И если бы у Куки спросили, мол, что с тобой? Такая умная девушка с амбициями и целями, ты можешь стать учёным, ты можешь занять высокую должность, так зачем это всё? Куки бы лишь отвернула голову стыдливо и не ответила. Потому что «он». Нуждался. В ней. Сам того не понимая. И этого до поры до времени хватало. Но время шло. И становилось мало.

***

Итто сыто облизнулся и потянулся, поиграв мышцами под лучами яркой луны. Поковырял острым когтем между передних зубов остатки еды. Перевёл взгляд вперёд. Взор приковали не те две сочные спелые дыни, что дожаривались на костре. И тут же отвернулся на спасительный оклик члена банды так резко, что хрустнуло в шее. Не заметил, как уже после девушка соблазнительно облизала губы и подалась ещё ближе. Ему хватило и этого на пару бессовестных минут перед сном. Итто хоть и имел инфантильный характер, но ребёнком точно не был. Эта девушка давала в полной мере это осознать. Конечно, в постельных делах профаном он не был, но в отношениях… увы, здесь нужно было задействовать мозги, а не выдающееся тело. И тут, к сожалению, Итто не знал, с чего начать. А ещё и девчонка эта — Куки — казалась такой неприступной гордячкой и птицей слишком высокого полёта, тогда как он предпочитал жизнь приземлëнную и размеренную. Он боялся, что она рано или поздно просто уйдёт. Ей просто надоест. С её-то умом — а он это в ней искренне уважал, ещё бы, диплом Ли Юэ! — она явно могла чего-то добиться в жизни. Да и молодая ещё была слишком — едва совершеннолетие справила. Он перекинулся парой слов с Гэнта, попрощался и сорвал с земли длинную травинку, пожевал. Куки не уходила. — Доедать будешь? — спросил он. Девушка дёрнулась, будто обожглась, оторвала взгляд от яркого костра в ночи и хмуро посмотрела на Итто. — Нет. Надоели уже эти дыни. И ушла, походкой роковой женщины виляя бёдрами, будто её гэта магическим образом не увязали в песке. Итто впечатлился. — До завтра, — кинул ей в спину. Куки не глядя махнула рукой и скрылась за скалой. А он так и остался сидеть на траве, жуя травинку и скептическим взглядом смотреть на догорающие в костре обугленные дыни. Голодно не было. Точнее, не тем, что было доступно. Он был иного рода.