Ты снился мне в кошмарах (Часть 2)

Прошёл час с того момента, как Лиззи смогла уснуть. Блейк не сомкнул глаз, контролируя её самочувствие. Доктор сказала, что ей могут сниться кошмары. Да, он не мог вмешаться в её сны, но мог разбудить, если заметит что-то неладное. Блейк опустил взгляд, отметив, что Лиз так и уснула, вцепившись в его футболку так крепко, словно, если отпустит, он может исчезнуть. Невольно улыбка тронула кончики его губ. Очаровательно, что она в нём нуждалась, однако он хотел бы добиться этого результата не с помощью такого метода. Он устало моргнул, взглянув на белые стены, которые освещало утреннее солнце, пробивающееся сквозь пелену облаков. Поглаживая волосы Лиззи, он задумался о её последней просьбе. Она всегда считала, что преступник должен нести законное наказание, но теперь просила его убить своего обидчика. Если даже Лиззи возжелала совершить самосуд, то стоит только предположить, какую сильную травму она получила. Либо она говорила на эмоциях и, когда проснется, забудет все свои просьбы. Однако это уже его не касается. Хочет она этого или нет, но подонок по имени Остин Прайс будет мёртв. Чувствуя тяжесть в веках, он на мгновение закрыл глаза, уткнувшись носом в копну рыжих волос. Если он поспит минут пятнадцать — будет лучше…

***

Фрэнки размашисто открыл дверь и замер на пороге, уставившись на очаровательную картину двух спящих голубков: Лиз лежала на груди Блейка пока он обнимал её и держал за руку. Фрэнки резко сделал шаг назад, вытаращившись на мать и отца, которые непонимающе уставились на него. — Туда нельзя! — Что значит нельзя?! Я вчера не навестил дочь и снова нельзя? — рявкнул Рональд, отпихнув сына с места. Быстро открыв дверь, Рональд сделал три больших шага вперёд и остановился, строго нахмурив брови. Молли поплелась за ним и через две секунды так же застыла на месте, как и её муж, уставившись на свою дочь, которая мирно спала в объятиях отпрыска проклятой Нурии. — Это ещё что такое? — повысив голос, бросил Рональд, недовольно взмахнув рукой. — Что за беспредел? Лиз спросонья не сразу поняла, что происходит, где она находится и почему кто-то кричит. Невольно она вцепилась в руку Блейка и съёжилась в страхе, боясь, что снова придется защищаться от ударов. Блейк не взглянул на своего глупого отца, который не нашёл ничего лучше, чем кричать в больничной палате дочери, которая была вчера подвергнута ужасной психологической и физической травме. Он коснулся ладонью щеки Лиз, аккуратно, чтобы не задеть её раны, и тихо проговорил: — Всё хорошо. Не бойся. Лиз несколько раз моргнула, увидев сначала Блейка, затем повернула голову и взглянула на хмурое лицо отца, шокированную мать и неловкого Фрэнки, который стоял позади всех. Меньше всего её волновала причина их недовольства. Единственное, что сейчас было важно — она в безопасности, а не там, на обочине дороги, как показалось сначала из-за внезапного крика. — Что ты здесь делаешь? Убирайся и не прикасайся к моей дочери! — Рональд сделал шаг вперёд, пронзая острым, словно клинок, взглядом старшего сына. — Папа, хватит, — вмешалась Лиз и попыталась аккуратно сесть на больничной кровати. — Блейк никуда не уйдет. А вот ты можешь убираться. Потому что последнее, что мне нужно, это слышать твои крики. — Как ты со мной разговариваешь, Элизабет? — теперь суровый взгляд Рональда был устремлен на дочь. Она устало пожала плечами, надеясь избавиться от неуместных споров: — Так, как ты заслужил? Такой ответ подходит? — Ты когда так осмелела? Это он так плохо влияет на тебя? — Рональд кивнул на Блейка. — Не связывайся с ним! Он испортит любого, даже такого воспитанного человека, как ты, Элизабет. Блейк усмехнулся и медленно поднялся на ноги. Окинув взглядом всех присутствующих, он торжественно проговорил: — Я скучал по ругани этой идиотской семейки. Вы великолепны. Особенно ты, — Блейк взглянул на Рональда. — Тут находится твоя дочь, которая вчера была подвергнута нападению, но ты всё ещё злишься на меня, а не пытаешься разузнать, кто же с ней всё это сделал. Главная проблема твоей жизни — это я? Что же, я польщён. Приятно быть центром твоей Вселенной, Рональд Додсон. Рональд фыркнул, искривив губы, демонстрируя свое отвращение. Однако речь Блейка таки помогла обратить внимание на дочь. Рональд молча смотрел на неё, скользя взглядом от царапины на лбу к надутым потрескавшимся губам синеватого оттенка. Лиз опустила голову, не в силах терпеть жалостные взгляды. Учитывая то, что она знала об отце и матери, не стоило полагать, что они поймут её состояние. Однажды Рональд бросил женщину, которая пережила то же самое, что и Лиз этой ночью, а Молли сочла виновной жертву, а не насильника. Что стоит ожидать от этих людей? — Мне жаль, Элизабет, — тихо проговорил Рональд, отвернув голову к окну. — Как ты, Лиз? — Фрэнки сделал шаг вперёд и попытался улыбнуться, как бы сложно это ни было. — Известно, кто это сделал? — Нет, — ответила она. Фрэнки, прикусив губу, вопросительно взглянул на старшего брата. Блейк едва заметно кивнул. Этого было достаточно, чтобы получить ответ на свой вопрос. Он знает имя этого мерзавца и, видимо, они с Лиз что-то проворачивали, если она сочла нужным соврать. — Просто так, без причины на тебя напали, дорогая? — недоверчиво нахмурившись, пролепетала Молли. Лиз медленно перевела убийственный взгляд в сторону матери, которая так и не ступила ближе и всё ещё стояла как можно дальше от кровати, словно её дочь был прокаженной и могла чем-то заразить. — Для того, чтобы сделать это, нужна причина? — спросила она, чувствуя, как кровь быстро закипает в венах, и злость мгновенно оказалась тяжестью около груди. — Просто мы, женщины, можем быть иногда очень эмоциональны, — продолжила Молли, застенчиво улыбаясь. — Иногда можем наговорить лишнего, нехотя разозлив мужчину. В таком случае может случиться что-то подобное. Ты вела себя неподобающе, Элизабет? Скажи, я не буду осуждать тебя. Не буду злиться. Лиз прикрыла глаза и глубоко вдохнула, чтобы потушить резко вспыхнувшую ярость. Обида застыла комом среди горла и глаза снова обжигали слезы, которым она так и не дала пролиться. Она не будет показывать свою слабость перед этими людьми. — Ты права, — напряженную тишину нарушил голос Блейка. — Следуя твоей же логике, Молли, после того, какой бред ты только что сказала, я вполне могу применить к тебе насилие, — он сделал шаг вперёд. — Мы же, мужчины, можем это делать, если женщина «наговорила лишнего»? Да? — Это моя жена. Я сам решаю, что она может говорить, а что нет, — бросил Рональд. — Ты не имеешь права таким тоном разговаривать с ней. — Тогда ты закрой ей рот. Очень пожалеете, если это придется делать мне. Поверьте на слово и не проверяйте, на что я способен. — Не удивлен, что ты способен испортить жизнь. Это всё, что ты можешь. Портишь каждый мой день с момента своего рождения. — Звучит, как комплимент. Блейк зря понадеялся, что это конец. Рональд, сунув руки в карманы, задумчиво уставился в потолок: — Но ведь Молли права. Я уверен, что ты, Элизабет, что-то нам не договариваешь. Неужели на тебя напали просто так? Не было никаких предпосылок для этого? Ты не спровоцировала на это? Не сделала что-то, что привлекло к этим последствиям? Лиз замолкла, уставившись в одну точку на кровати. Отец был, к сожалению, прав. Желание узнать настоящего отца Блейка уже второй раз навлекало на неё неприятности… Однако, это не может служить оправданием насилия. — Пап… — промямли Фрэнки, коснувшись локтя отца, чтобы увести его, потому что он, как и мать, говорил совершенную ерунду, которая плохо влияла на Лиз и вполне могла довести Блейка до той самой точки невозврата, когда его безумие не имеет границ. В таком случае и Рональд, и Молли будут в опасности, а несмотря на то, что их родители были далеко не идеальными, Фрэнки не желал им зла. — Что, Фрэнки? Что? — Рональд ткнул себя пальцем в грудь. — Я отдал половину жизни ФБР. Я изучал дела, в которых присутствовало изнасилование. Случаев, когда порядочная девушка идёт по парку и на неё нападает прохожий посреди белого дня, меньше, чем когда женщина сама довела до этого. — Что значит довела до этого? Отец, ты… — Фрэнки пытался быть вежливым, однако Рональд поспешил его перебить. — Меньше надо ходить в коротких юбках по ночным заведениям или, — он взглянул на Лиз и продолжил: — Меньше надо связываться не с теми людьми. Всему есть своя причина! Абсолютно всему! Может, ты спровоцировала мужчину? Может… Блейк в какой-то момент стал слышать голоса отдаленно. В ушах слышался нарастающий свист, мешающий сосредоточиться на том, что происходило вокруг него. Взгляд Блейка скользнул вниз в поисках чего-то острого. Будь под рукой нож, Рональд повторил бы участь отца Хейли. Он взглянул на кувшин с водой, который стоял на столе. Если его разбить, осколком можно перерезать сонную артерию… или распороть живот… Нет, первый вариант надежней… Лиз не так волновали обвинения родителей, как состояние Блейка. Его взгляд, казалось, направлен в никуда, словно он смотрел сквозь стены. Эти пустые глаза ей знакомы. Первый раз, когда она видела Блейка в состоянии лишенного самоконтроля, когда она бежала от него из дома, у него были такие же глаза. Лиз, скинув ноги на пол, поспешила коснуться его руки. Крепко взяв его ладонь в свою, она дождалась, пока он посмотрит на неё. Блейк медленно опустил голову, уставившись на Лиз, как на незнакомку. Она, прикусив губу, едва заметно мотнула головой, молчаливо умоляя его не делать всё, что сейчас крутится в его голове. Лиз знала, о чем он думал. Не стоило даже говорить это вслух. Дверь открылась и в палату вошла улыбающаяся женщина в белом халате, та самая, которая вчера докладывала о состоянии Лиз. Блейк несколько раз моргнул, чтобы прийти в себя и потушить внезапно вспыхнувшее желание перерезать Рональду Додсону горло. — Доброе утро, — женщина взглянула на Лиз. — Как ты? — оглянувшись и отметив, что пациентка таки впустила в свою палату всю семью, она проговорила: — Вижу, что уже лучше, но дальше ещё длительное восстановление. — Когда мою дочь выпишут? — послышался тихий тонкий голосок Молли. — Полагаю, дня через три. — Можно сегодня? — проговорила Лиз. — Мне некомфортно в больничной палате. Чувствую себя… больной, но со мной всё хорошо. Лиз отметила, что доктор опустила взгляд вниз, засмотревшись на то, как она держала за руку своего брата. Быстро отпустив его, она стыдливо опустила взгляд. — Мы можем её забрать сегодня? — спросил Рональд. — За ней нужен хороший уход, мистер Додсон. Вы сможете обеспечить всё необходимое? Я расскажу, как нужно действовать в дальнейшем и какие лекарства принимать от болей. Также советую обратиться к психологу, чтобы эта ночь не закрепилась в памяти вашей дочери сильной травмой, мешающей жить дальше. — Мы лучше любого психолога, но непременно выполним ваши рекомендации, — Рональд учтиво улыбнулся. — Обязательно позаботимся о моей дочке. Спасибо за вашу помощь. Вы очень хороший доктор. Нам с вами повезло. Блейк нарушил тишину тихой насмешкой. Все обратили внимание на него. — Прошу прощения. Просто немного смешно смотреть, как Рональд Додсон делает вид, что он нормальный отец. Госпожа доктор, — он взглянул на неё. — Этому человеку нельзя поручать и аквариум с рыбкой, а человека — уж тем более. Не старайтесь рассказывать ему, как помочь моей сестре. Он ничего из этого не сделает, но вам он обязательно улыбнется и отыграет роль порядочного человека. Я знаю, как это делается. Потому что и сам часто пользуюсь этой тактикой, делая вид, что я порядочный, хотя на самом деле тот ещё псих. Не так ли, папуля? Тишина снова повисла в воздухе. Доктор смотрела на присутствующих, пытаясь сохранять профессионализм и не показать то, насколько она удивлена столкнуться с такой странной семьей. — Я поеду с Блейком, — резко проговорила Лиз. — Что? Элизабет, ты не можешь… — взвыла Молли, ступая вперёд. — Могу, мама. Мне будет гораздо легче оправиться без вас. — Тогда оставайся в больнице, но не уходи вместе с этим… — Молли косо взглянула на Блейка. — …с этим человеком. Он очень плохо влияет на тебя. Видишь, как только вы стали общаться ближе, с тобой постоянно что-то происходит, дорогая. Послушай… Блейк прикрыл глаза, когда боль в голове стала сильнее, чем способность вникать в разговор. Казалось, вокруг звучал шум, похожий на неисправный телевизор. Нахмурившись, он коснулся пальцами висков, аккуратно массируя. Снова… Это снова началось… Семейство Додсонов без труда смогли вывести Блейка на эмоции, которые переросли в секундное лишение самоконтроля. В такие моменты ему нужно завершать все свои внезапные желания, но Лиззи прервала его, и теперь это проклятое чувство незавершенности будет мучить его до того момента, пока он не утолит жажду крови. — Ты собирайся, — Блейк взглянул на Лиз и пытался делать вид, что всё хорошо. — Я скоро вернусь. Вышло не убедительно. Лиз замерла, провожая Блейка настороженным взглядом. Фрэнки, мимолетно взглянув на брата, также заметил что-то неладное. Он быстрым шагом поплелся за ним. Блейк зашел за угол, облокотившись спиной об стену. Его хищный взгляд маниакально следил за прохожими, словно выискивал жертву… Этот парень, который громко говорил по телефону, активно жестикулируя — отличная цель, и причина убить его достаточно весомая — нельзя в больнице повышать тон… — Блейк… — голос Фрэнки нарушил фантазии о том, каким должна быть смерть этого громкого парня. — Как ты? Всё нормально? — Фрэнки, будь хорошим братом, принеси мне какой-то острый предмет. Губы Фрэнки приоткрылись, и он несколько раз непонимающе моргнул, уставившись на Блейка. Он не зря вмешался в их разговор с отцом. Видимо, Блейк таки перешёл ту грань, когда нуждался в причинении непоправимого вреда другому человеку. Было бы хорошо, чтобы он умел руководить своими желаниями, однако, к сожалению для всех окружающих, это было то, что не поддавалось контролю. — Блейк, как насчёт перенести это за пределы больницы? Блейк поднял голову, уставившись на Фрэнки так, словно тот был таким же незнакомцем, как и парень, громко разговаривающий по телефону. Его взгляд казался пустым, холодным и безжизненным. Фрэнки оценил свои шансы и невольно сделал небольшой шаг назад. — Ты прав, — внезапно проговорил Блейк. — Есть вариант получше. — хлопнув младшего брата на плечу, Блейк дружелюбно усмехнулся: — Ты мне очень помог. Отвези Лиззи ко мне и присмотри за ней. Не своди с неё глаз! — А ты? На лице старшего брата появилась едва заметная усмешка, которая, судя по всему, не предвещала ничего хорошего. Он молча обернулся и направился к выходу. Фрэнки проводил взглядом Блейка и с облегчением выдохнул, потирая лоб. Ему таки удалось избежать убийств в больнице. От чувства гордости за себя его губы растянулись в довольной лучезарной улыбке. Он только что с легкостью остановил такого упрямого человека, как Блейк, от возможной массовой резни. Ещё месяц назад он мог только мечтать о том, чтобы просто говорить с ним на равных, а теперь он даже умудрился повлиять на него. Это определенно заслуживает уважения. — А я хорош, — пробурчал себе под нос Фрэнки и, пока пребывал на волне самоуверенности, подмигнул мимо проходящей медсестре. Получив неодобрительный взгляд девушки, он поспешил испариться, мгновенно падая с небес самолюбования на землю неловкости. На пороге в палату он столкнулся с недовольным отцом и огорченной чем-то матерью. Она, опустив голову, следовала по пятам за мужем. — Все нормально? — Фрэнки взглянул на отца. — Разве может быть все нормально? Моя дочь вместо отцовского дома выбрала жить с этим отродьем дьявола! Неблагодарная. — продолжая бурчать недовольства, Рональд быстрым шагом, размашисто махая руками, направился прочь. Молли мелкими перебежками плелась за ним, опустив взгляд к полу. Фрэнки постукал костяшками пальцев по двери и вошел, как только Лиз дала разрешение. Оценив её вид, он улыбнулся. Она была готова. — Ты уверена, что тебе не стоит остаться в больнице? — спросил он. — Тут всё давит на меня. Не могу здесь находиться, — откинув с лица волосы, Лиз положила в сумку все выписки из больницы, рекомендации и список таблеток. Наклонившись, она хотела поднять тяжелую сумку, однако Фрэнки поспешил сделать это вместо неё. Фрэнки ещё раз оценил взглядом Лиз. Казалось, что она лежала в больнице только потому что её мучил кашель, а не потому что она пережила избиение и изнасилование. Он думал, что в таких случаях люди проходят очень длительное восстановление, однако Лиз вела себя подозрительно спокойно. Либо же она, как и всегда, проливала свою боль вместе со слезами только за закрытой дверью, пока никто не видел. Фрэнки хотел бы входить в круг доверенных лиц, чтобы сестра могла при нём демонстрировать свои эмоции, но она никого к себе не подпускала… кроме Блейка. Они вышли из палаты. Лиз застыла на месте, медленно переводя взгляд на прохожих, которые, казалось, смотрели только на неё. Уставившись на мужчину в бежевом легком пальто, она затаила дыхание. Небритая щетина, рост, телосложение, черты лица… он был так похож на того ублюдка, который напал на неё… В ушах снова застыл его голос, его томное дыхание и хриплый насмешливый смех… Тело пробрало волной дрожи. Ноги обмякли. Лиз сделала маленький неуверенный шаг назад. — Эй, ты как? — Фрэнки, насторожившись, взглянул на Лиз, которая в одно мгновение побледнела, как смерть. — Где Блейк? — сейчас он был как никогда нужен. — Он попросил меня отвезти тебя к нему, а сам отправился по делам. — По делам? — Лиз нахмурилась, чувствуя, как сердцебиение ускорилось, а воздуха становилось всё меньше. — Нет… Он мне нужен… Лиз сделала ещё один шаг назад, быстро вернувшись в свою палату. Присев на корточки и облокотившись спиной о стену, она подняла голову и коснулась ладонью груди. Она не могла даже представить, что будет так реагировать на окружающий мир. Все и всё вокруг чудилось опасным. В каждом прохожем она видела того, кого снова наняли, чтобы продолжить дело их предшественников. Остин Прайс, который нанял Элейн и того подонка, который изнасиловал её, может, он снова попытается сделать это? Фрэнки, вероятно, слишком рано предположил, что она в порядке. Он растеряно опустил взгляд, не понимая, что должен сделать. Лиз, тяжело вдыхая воздух, прерывисто выдыхала, словно вот-вот перестанет дышать вовсе. Что это? Это паника? Оглянувшись в коридоре, он пытался найти врачей, чтобы сестре дали кислородную маску или что делается в таких случаях? Прикрыв рот дрожащей рукой, он на секунду замер, задумавшись, затем вспомнил, что только что сказала Лиз. Ей нужен Блейк. Может, он лучше справляется с такими инцидентами? Фрэнки бросил сумку на пол и поспешил достать телефон из кармана. Набрав номер Блейка, он вслушался в гудки. Если он не ответит… К счастью, мысль продолжать не пришлось. На другом конце провода прозвучал голос Блейка. — Я не знаю, что делать! Я не понимаю, как совладать с таким состоянием. Что? Зову врачей, а они… — тараторил Фрэнки. — Остановись, — перебил его Блейк. — Медленно и спокойно рассказывай, что случилось. Фрэнки, взъерошив рукой волосы, попытался говорить спокойней: — Лиз стало нехорошо, когда мы вышли с палаты. Она, кажется, боится чего-то. Наверное, боится этого мерзавца. Не знаю. Тяжело дышит. Это называется паническая атака, насколько мне известно. Или что это? Я не знаю. Я не знаю, что делать. Что? Скажи, что делать. — Паническая атака сейчас скорее у тебя, чем у неё. Передай ей телефон. Фрэнки протянул телефон Лиз, однако она уставилась в пол, совсем ничего не замечая вокруг себя. Фрэнки самостоятельно прижал телефон к её уху. — Лиззи, — послышался голос Блейка, и она дважды моргнула, наконец-то подняв взгляд. — Ко мне дошли слухи, что тебя что-то тревожит. Для начала: ты помнишь, что делать? Глубоко вдыхай… Повторяй, я хочу слышать. — она покорно выполнила. — Умница. Выдыхай и слушай меня. Ты сейчас поедешь вместе с Фрэнки ко мне. Тебе нечего бояться. Никто не навредит тебе. Обещаю. Если бы ты была в опасности, я бы не оставил тебя. Доверься мне, Лиззи. Мне нужно решить одно дело, и потом я вернусь, чтобы подарить тебе то, что ты хочешь. Ты меня услышала? Она кивнула и наконец-то сама взяла телефон в руку: — Да. — Если ты переживаешь, советую взять острый предмет и в случае сильного желания можешь всадить кому-то в шею. Честное слово, тревогу снимает, как рукой. Как тебе идея? Лиз улыбнулась: — Замечательная, — саркастично ответила она, хотя знала, что он говорил совсем без сарказма. — Вот и всё. Если будет кто-то приставать, говори, что твой брат серийный убийца и, думаю, есть большая вероятность, что они отстанут. Она издала нервный смешок, устало коснувшись дрожащими пальцами лба. — Слышу, что тебе стало лучше. А теперь повтори, что ты должна сделать, — проговорил он. — Поехать с Фрэнки к тебе и, если что, пырнуть кого-то в шею острым предметом. Фрэнки, широко распахнув веки, перепугано уставился на сестру, не представляя, о чём эти двое говорили, если в итоге Лиз уже собралась кого-то убить… когда рядом будет только он. Это так унимают паническую атаку? Очень странные методы. Лиз невольно улыбнулась, заприметив реакцию Фрэнки. Она без голоса, одними губами произнесла «шутка». — Умница. Я буду вечером, — проговорил Блейк. — А ты отдыхай и ничего не бойся. Никого страшнее, чем я, в твоей жизни уже не будет. — Это точно, — она уверено кивнула, затем, прежде чем он положил трубку, поспешила проговорить: — Блейк… — Слушаю, родная. — Спасибо. — Отблагодаришь, когда поправишься. Прозвучали гудки. Лиз медленно опустила руку, уставившись на экран телефона, размышляя над тем, что он сказал. Не стоит углубляться, ведь понять посыл его слов не сложно. Блейк даже в качестве благодарности всё принимает на счёт похоти. Благо, он оказался не настолько ужасным, чтобы просить это сейчас, когда от слова «секс» ей хочется встретиться с туалетом и продемонстрировать свой завтрак. — Как ты? — спросил Фрэнки, надеясь, что на этот раз ей стало лучше. — Достаточно хорошо, чтобы не пырнуть меня в шею острым предметом? Лиз попыталась улыбнуться и, опираясь об стену рукой, медленно поднялась на всё ещё слабые ноги. О панике, которую Блейку, как и всегда, получилось потушить, напоминало лишь легкое головокружение. — Не переживай. Это просто шутка, — ответила она и тихо добавила: — Но это не точно. — Прекрасно, — прошептал Фрэнки, не понимая, за что ему всё это. Старший брат — убийца, сестра шутит об убийствах, а он сам поклонник убийств. Чудесная семейка. Вторая попытка выйти из палаты оказалась успешной. Лиз контролировала внимание только на пути перед собой, чтобы не врезаться в других людей. Как только они сели в такси, Лиз выдохнула, однако косо поглядывала на водителя, пытаясь понять, не является ли он наемником Остина Прайса. Внутренним ощущениям она предпочла не доверять. Сейчас они говорили, что все вокруг — враги. В памяти всплыл момент, когда Блейк просто исчез, ничего не сказав. Он выглядел так, словно ему стало нехорошо, а только что сказал, что подарит то, что она хочет… Если установить цепочки из событий, то Блейк, которого вывел из себя отец, в состоянии злости отправился на поиски приключений. Что, если его эмоции подвергнут его опасности? — Ты случайно не знаешь, куда именно пошел Блейк? — спросила Лиз, взглянув на младшего брата. Глупый вопрос. Откуда Фрэнки знать это? Он даже не знает, кем на самом деле является Блейк. Пусть лучше и дальше находится в неведении. Так хоть сохранит спокойный сон, в отличие от Лиз, которой Блейк каждую ночь снится в кошмарах. — Не знаю, — проговорил Фрэнки, косо взглянув на то, как сестра нервно теребила пальцы. — Ты переживаешь за него? — Что? Нет, — она робко улыбнулась. — Нет, конечно. Просто спросила. Лиз отвернулась к окну, сосредоточив своё внимание на мелькающих домах и деревьях, которые начали сбрасывать с себя жёлтое одеяние. Она, по-видимому, слишком очевидно демонстрирует свои чувства к Блейку. Если продолжит так же, все вокруг узнают об их ненормальной связи. Нужно быть немного сдержанней. Фрэнки дождался, пока машина остановится. Вручив купюру водителю, он поспешил выйти и открыть дверь для Лиз. Она, пытаясь не демонстрировать боль при движении тазом, аккуратно встала на асфальт. Забрав её сумку, Фрэнки наклонился и прошептал около её уха: — Я знаю про тебя и Блейка. Можешь не скрывать. Она забыла о боли, отпрыгнув на шаг. Уставившись на Фрэнки, Лиз на мгновение замерла, забыв о том, как происходит механизм дыхания. — Не бойся. Я никому ничего не рассказал, — Фрэнки попытался сгладить ситуацию теплой дружелюбной улыбкой. — Я просто однажды нечаянно застал вас за поцелуем. — И… и как ты относишься к этому? — Сначала, если быть откровенным, я испытывал шок и что-то вроде отвращения. Потом как-то принял и привык к вашим постоянным взглядам, вашим попыткам прикоснуться друг к другу. И, поверь, не сложно заметить, что между вами что-то есть. Блейк — не тот, кто о ком-то переживает, а сейчас мне кажется, он готов убить за тебя. Фрэнки нарочно подчеркнул, что убить — это преувеличение, а не норма для Блейка, чтобы не вызывать подозрений. — Это всё, что ты знаешь? — А что-то есть ещё? — спросил Фрэнки, хотя и понимал, о чём она спрашивает. Лиз хочет узнать, что ему известно о старшем брате, однако это не то, что он может ей рассказать без разрешения Блейка. — Нет, ничего, — она быстро прошла вперед. Витая в собственных мыслях, Лиз вовсе забыла о помощниках дьявола, которые охраняют место обитания своего хозяина. Замерев на месте, Лиз зажмурила веки, вслушиваясь в приближающийся лай собак. Фрэнки остановился, однако с Харлеем и Винни ему довелось подружиться, ведь здесь он был далеко не редким гостем. Харлей остановился в шаге от них, пока Винни обнюхивал гостей, будто работал в этом дворе контролером, выдавая пропуск пройти дальше. Лиз приоткрыла один глаз, чтобы наблюдать за его действиями, и едва заметно улыбнулась, когда пёс, которого она прозвала «чёрным бесом», мирно сел рядом и дружелюбно склонил голову на бок. Видимо, она вошла в круг доверенных лиц, учитывая, как эти собаки приняли её в первый раз. Если бы не было Блейка рядом, от неё вряд ли осталось бы больше, чем несколько косточек. — Идём, — проговорил Фрэнки. Лиз косо взглянула на Харлея, который был более гордым, чем его приятель, и держался в стороне. Эти ребята всё ещё вызвали у неё страх, однако, возможно, у неё получится с ними подружиться. Фрэнки открыл дверь, которая, как и всегда, не была заперта на замок, и нахмурился. В гостиной горел свет. Лиз напряглась, но шла за ним, сжав руки в кулаки. Фантазия уже нарисовала картины, в которых в доме притаился наемный убийца. То, что Харлей и Винни вряд ли бы пропустили его сюда, Лиз предпочла не учитывать в общую картинку. Она остановилась и уставилась на того, кого уж точно не думала увидеть. С дивана вскочила перепуганная брюнетка, поправляя короткое платье. — Вы кто? — спросила она, замерев в одной позе. — Это ты кто? — спросил Фрэнки. — Я тут застряла. Не могу выйти, потому что снаружи два бешенных пса. — Ты гостья Блейка? Лиз непроизвольно фыркнула, закатив глаза. Да, конечно, эта девушка именно гостья, если нынче так называется одноразовый секс. Просто погостила. В его постели. — Да, — ответила девушка. — И я тут уже более двенадцати часов торчу. Вы можете провести меня к воротам? — Конечно. Я тоже ухожу и проведу тебя, — проговорил Фрэнки, затем подошёл к Лиз, и поцеловал её в щеку. — Ты не будешь бояться одна? — Нет, все хорошо. Можешь идти. — Ты уверена? Не будет больше паники? — Не будет, — Лиз улыбнулась и посмотрела вслед Фрэнки. Ей определенно повезло с братьями. Оба помогают, оба переживают за неё и оба делают это по-своему. Младший — внимательный и чувственный, а старший — сильный и заботливый. Они очень разные, но, определенно, что-то общее таки у них есть. Если бы только Блейк не был убийцей… Хорошо, что хоть Фрэнки оказался нормальным в совершенно ненормальной семье Додсон, где каждый тащит за спиной груз психологических проблем. Лиз провела взглядом девушку, которая, подхватив с дивана свою сумочку и бархатную накидку на плечи, поспешила пройти за Фрэнки. Опустившись в мягкое кресло, Лиз тяжело вдохнула. И почему только у неё возникает такое дикое чувство недовольства, когда Блейк проводит время с другими девушками? Неужели это ревность? Она ведь сама отказалась от Блейка и всё ещё по какой-то причине думает о том, с кем он и где. А прямо сейчас она пылала диким желанием отчитать его, но уж точно не имела на это права. Он ведь свободен и может делать что угодно. Лиз облокотилась головой о спинку кресла, на мгновение прикрыв глаза. Теперь, в тишине, спокойствии и полном одиночестве появилась возможность обдумать всё, что случилось. Не только сегодня, но за всю жизнь, ведь самые ужасные события начались ещё далеко задолго до появления Блейка после войны. От самого момента, когда отец принуждал её и Фрэнки следить за экзекуциями над старшим братом, до того самого момента, как она узнала, о том, что Блейк — один из самый опасных серийных убийц в истории США. Лиз тяжело вдохнула, снова и снова осознавая, с кем имеет дело, так как со вчерашнего дня она напрочь об этом забыла. Блейк — убийца, тот, кто дважды доводил её до нервного срыва после стрельбы на площади, тот кто отрезает людям части тела, пытает, мучает и получает от этого удовольствие… но, тем не менее, ей совсем не помешал этот факт приехать в его дом. Между родителями и убийцей она выбрала второй вариант. Как это возможно? Неужели семья гораздо хуже, чем человек, который лишает людей жизней? Однако именно он оказал поддержку, в которой она нуждалась. Именно он всю ночь был рядом. Только он был целиком и полностью на её стороне, оберегая от обвинений и нападений родителей. Есть какая-то странность в том, что человек, который, казалось, вместо сердца имеет камень, оказался более понимающим и сострадательным. Лиз прикрыла глаза, с головой нырнув в царство сновидений, которое незаметно словило в свои сети. Прошлый день был слишком сложным, чтобы устоять перед его силой… Лиз вскочила, услышав в стороне посторонний резкий звук. Приложив руку к груди, чувствуя под ладонью, как колотилось сердце, подобно ударам по барабанам, она уставилась в сторону звука. В прихожей послышались голоса. Один из них принадлежал Блейку. Лиз опустила руку и выдохнула, но потом убедилась, что слишком рано успокоилась. В гостиную Блейк вошел не один. Рядом с ним шёл Остин Прайс, на лице которого светилась довольная улыбка. Они дружно переговаривались, пока оба не увидели перед собой Лиз, которая замерла и, казалось, вовсе не дышала. — Это моя сестра, — проговорил Блейк, обращаясь к Остину. — Элизабет Додсон? Это ведь вы приходили в офис к моему отцу? — нахмурившись, спросил Остин, осматривая её внешний вид. — Что с вами случилось? — Авария, — резко ответил Блейк. Лиз, сжав руки в кулаки, резко перевела взгляд на Блейка, пытаясь понять, что он делает. Блейк же вопросительно взглянул на Лиз, не понимая, когда и зачем она ходила в офис к Прайсам. Она опустила голову, чтобы избежать лишних вопросов и не видеть того человека. — Давай к делу, — Блейк обратился к Остину. — Я покажу то, что мне нужно перевезти в Мексику. Пройдем за мной. Лиз, нахмурив брови, уставилась вслед Блейку и его нежеланному гостю, которые направились в сторону подвала. Какая ещё Мексика и что вообще происходит? Она глубоко вдохнула воздух, словно его здесь было слишком мало, и провела дрожащими пальцами по волосам. Этот человек, которого Блейк привёл в дом — заказчик всего, что с ней случилось. Ещё и имел наглость спрашивать, что с ней случилось! Подонок! Её потерянный взгляд метался с одного угла зала в другой. Приложив ладонь к груди, она ходила взад-вперед, не в силах остановиться, однако звук выстрела заставил замереть на месте. Несколько секунд она стояла, как вкопанная, затаив дыхание, затем, словно пол под ногами горел, быстро помчалась в подвал. Открыв дверь, Лиз застыла на пороге. Остин сидел на полу и держался за плечо, кривясь от боли. Блейк стоял рядом, держа в руках пистолет. — Что ты творишь? Кто ты такой и что тебе нужно от меня? Деньги? — прорычал Остин, в панике оглядывая помещение. Колекция винтовок на стене могла бы свидетельствовать о том, что хозяин этого дома увлекается стрельбой, однако с недавних пор винтовки ассоциировались только с нашумевшей в криминальном мире персоной — со Снайпером. — Это ты? Ты этот… — пробурчал себе под нос Остин. — Ты Снайпер? Блейк медленно присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с Остином. Растерянные глаза его гостя заставили Блейка усмехнуться. Любимое зрелище. — Видимо, ты много обо мне слышал. Не говори, что ты тоже мой фанат. Ох уж эта утомительная популярность, — Блейк устало вздохнул, демонстративно подув на дуло пистолета, как на свечу, которую потушил. — Но ты не переживай. Я оставлю автограф… ножом на твоей спине. Ты в предвкушении? — он взглянул на Остина и, тепло улыбнувшись, добавил: — Я тоже. Мы очень повеселимся. — Ч-что? Что происходит? — заикаясь спросил Остин, снова оглядываясь по сторонам. — Что… что я с-сделал? Зачем я тут? Просто так? Я ничего не делал! — Ты прав, — Блейк резко поднялся. — Ты лишь заказчик. Мы ждём звезду нашего вечера. — О чём ты? Что происходит? Раздался звонок, оповещающий, что перед воротами находился гость. Блейк поднял палец вверх и довольно кивнул: — А вот и наш долгожданный гость. Пойду встречу, чтобы не казаться невежливым. Обернувшись к выходу, Блейк увидел Лиз, которая замерла в проходе, уставившись на Остина большими испуганными глазами. Остановившись рядом с ней, Блейк вложил рукоять пистолета в её ладонь, от чего она наконец-то перевела взгляд на него. — Лиззи, нужна твоя помощь. Следи за ним, пока я поднимусь наверх. Лишние движение — и стреляй ему в голову. Лиз отрицательно мотнула головой, прерывисто выдыхая. — Понял. Тогда просто стреляй в ногу. Он не умрёт. Лиз проводила Блейка потерянным взглядом, затем опустила голову, уставившись на пистолет, тяжесть которого едва могла удерживать в обессиленных руках. Едва слышное скуление отвлекло её от лицезрения оружия. Лиз посмотрела на Остина. Он, касаясь рукой своего плеча, пытался остановить кровь. — Элизабет, помоги… пожалуйста, — проговорил он. — Ты же из полиции? Из ФБР? ЦРУ? Чёрт возьми, плевать. Просто позови на помощь. Лиз молча смотрела на него, крепче сжимая пистолет в руках. В голове паутиной путались мысли — от благих до самых грешных. Она и правда сотрудник правоохранительной структуры, который увидел, как разыскиваемый преступник выстрелил в человека… в человека, который заказал её изнасилование. — От меня ничего не зависит, — прошептала Лиз. — Всё зависит от решений моего брата. Твоя жизнь в его руках. На твоем месте, я бы не полагалась на его милосердие. В нём нет этого качества, и я как никогда этому рада. Её губы содрогнулись в слабой улыбке. Неожиданно странный, ранее неизведанный вид удовольствия уступил место страху и приятно разливался по всему телу мелкой дрожью. Блейк вернулся не один. Лиз мгновенно потеряла чувство, которое только что в ней пребывало, и слишком резко упала в бездну ужаса, преобладающего в ней почти сутки. Она резко сделала три шага назад, опершись спиной о стену. Мужчина с Блейком — это он. Это тот самый человек, который ночью заставил её пережить все краски ужаса. Он резко остановился на месте, нахмурив брови, как только его взгляд нашёл Лиз, с которой он был достаточно близко знаком. Вероятно, он пришёл сюда под тем же предлогом, что и Остин — работа, но что-то пошло не так. Блейк подошёл к перепуганной до смерти Лиз и забрал пистолет из её рук. — Майкл, беги! — выкрикнул Остин. — Немедленно! Звук выстрела прогремел в помещении. Лиз непроизвольно вздрогнула, когда мужчина, скрывая крик в горле, зарычал и свалился на землю около двери. — Куда же ты? — Блейк медленно ступил вперёд, удивленно подняв брови. — Мы ведь только начали веселье, а ты уже уходишь. Какой ты недружелюбный. Разве можно так?! Лиз сжала кулаки, больно впиваясь ногтями в руки. Один вид этого человека вернул её в эту проклятую ночь. Ком в горле мешал вдыхать полной грудью. Лиз отвела взгляд, чтобы прийти в себя, упустив из виду, как Блейк приковал Остина наручниками к одной из труб, которые стояли тут, вероятно, именно для этого. — Ты! — Блейк указал на Майкла дулом пистолета. — Для тебя у меня особенный подарок. Надеюсь, тебе понравится. Я старался. Ты готов? Блейк включил свет во второй половине подвала, которая находилась во тьме всё это время. Лиз медленно повернула голову, увидев место, похожее на очень не стерильную операционную: столы для медицинских инструментов, светильники, прозрачный шкаф с инфузионными и антисептическими растворами, эндоскопическое оборудование, электронные часы, видеокамеры. — Ч-что, чёрт возьми, происходит? — прозвучал хриплый голос мужчины. Лиз и сама хотела бы понять, что происходит. Не сложно догадаться, что все они тут собрались, чтобы наказать её обидчиков, но причем тут операционный стол? Что в этот раз в безумной фантазии Блейка? Лиз должна быть напугана, но сейчас она чувствовала лишь волнительное предвкушение. — Ты помнишь эту девушку? — спросил Блейк, кивнув в сторону Лиз. Она с трудом заставила себя посмотреть на него. Встретив взгляд его серых глаз, Лиз отвернулась, нервно покусывая губы. — Первый раз вижу, — ответил тот. Тишину нарушил хриплый смешок Блейка. Ему начинало нравиться это чудное мероприятие. Этот вечер обещает быть интересным… и кровавым. Подняв руку, он снова нажал на курок. Пуля пошла на вылет в плечо. Снова раздался мучительный стон. — Теперь вспомнил? — проговорил Блейк. Мужчина молча ухватился за плечо, опустив голову. Кажется, отвечать он не собирался. Интересно, как много пуль нужно будет на него потратить? Главное не превратить этого парнишку в решето до того, как будет реализован новый интересный сценарий его любимого дела. Ещё один выстрел. Лиз содрогнулась, глубоко вдыхая воздух, однако ни на секунду не отвела взгляд от монстра, который ещё недавно наслаждался, причиняя боль своей жертве, но уже теперь на месте жертвы была не она, а он сам. Казалось, что должно быть неприятно смотреть на мучения другого, ведь он тоже человек, однако Лиз словила себя на мысли, что получает удовольствие. Немного неестественное, необычное, но всё же удовольствие. — Ладно, — едва слышно прошептал мужчина. — Я скажу. Только не стреляй. Я знаю её. Я всего лишь выполнил заказ. — Вот так бы сразу. Кто сделал этот заказ? Мужчина тяжело дыша, облокотился спиной о стену. Он долго молчал, периодически кривя губами. Блейк не любил долго ждать. Протянув руку, он положил палец на курок. Конечно, это заставило мужчину заговорить. Как же они предсказуемы. Тривиальные людишки. — Он, — мужчина кивнул в сторону Остина и проговорил: — Остин Прайс. — Это ложь! — Остин забыл, что ранен и прикован наручниками к трубе. Резко метнувшись вперёд, он замычал. — Это не правда, чёрт тебя побери! Зачем мне эта девчонка? Это не я! Блейк опустил пистолет вниз и пересекся взглядами с Лиз. Она, как и он, на мгновение засомневались в показаниях Майкла. Остин выглядел так, словно готов был отдать жизнь за то, чтобы доказать, что это не он. Однако Блейк не спешил делать выводы. Всё может быть гораздо запутанней, чем кажется. Смерть Остина откладывается на неопределенный срок. С ним ещё нужно провести поучительную беседу, а вот его друг сегодня точно отдаст душу небесам. — Вставай. — в приказном тоне проговорил Блейк, взглянув на Майкла. Тот поднял голову, посмотрев столь невинным взглядом, словно ангел, не совершивший ни одного греха в своей жизни. Его глаза округлились, посиневшие губы дрожали, что дополняло его жалкий вид. Блейк подхватил его за локоть, толкая в сторону операционного стола. Мужчина едва не упал на пол, но сумел удержаться окровавленными руками за кушетку. — Кто ты такой? Что ты хочешь от меня? — хриплый низкий голос Майкла содрогнулся и на секунду стал похож на женский. — А что ты хотел от моей сестры? Мужчина косо взглянул на девушку, которая стояла в другом конце помещения, молча наблюдая за всем, что происходит. Неожиданно его губы тронула едкая ухмылка, которая скорее была защитной реакцией. — Она была хороша, — приговорил он. — Я не виноват. Это просто мужской инстинкт. Блейк смотрел на него пустым безэмоциональным взглядом, воспользовавшись паузой, чтобы окончательно не потерять голову, однако свист в ушах заглушал здравый смысл. Резко ступив вперёд, он рукой надавил на грудь мужчины, чем повалил его спиной на операционный стол. Оба запястья удалось с лёгкостью застегнуть наручниками, с ногами оказалось сложнее. Пока новая жертва брыкалась на операционном столе, как раненное животное, Блейк осмотрел свои инструменты. Он взял в руки шприц и медленно, не спеша набрал какую-то жидкость. Обернувшись, он удовлетворено усмехнулся. В глазах блеснул азарт, словно начиналась очень важная игра, в которой он обязан был выложиться на полную. Подняв шприц вверх, он проговорил: — Доктор Блейк готов к операции, — он хрипло засмеялся, ведь даже для него эта фраза прозвучала необычно. — Когда-то я хотел быть ветеринаром и по иронии судьбы у меня есть операционная, а на операционном столе — животное. Ты ведь ничем не отличаешься от дикого зверя после того, как напал на мою очаровательную сестру. Взгляни на неё, пока можешь, — проговорил Блейк. — Какой человек в здравом уме мог сделать с ней всё это? Блейк одной рукой крепко ухватился за раненное плечо Майкла и проговорил: — Советую так не дёргаться, потому что хирург из меня так себе, однако обещаю, что операция пройдет успешно в любом случае. Лиз не дышала. Уставившись на Блейка, она видела его безумный взгляд и сумасшедшую улыбку… Сейчас она не видела прежнего Блейка. Сейчас перед ней был тот самый ужасающий и беспощадный Снайпер. Такой же, как и тогда в домике в лесу, когда он скормил отрезанные пальцы Элейн её напарнику. Тогда и сейчас она находилась в ужасе, но в этот раз ужас был приятным. По крайней мере, пока что, ведь она всё ещё не знала, что будет дальше. Блейк выпустил всю жидкость и забрал пустой шприц. Взглянув на Майкла он невинно пожал плечами и объяснил, что только что произошло: — Я вколол тебе тетродоксин. Он предотвращает передачу сообщений нервной системой и, следовательно, сокращение мышц в ответ на нервную стимуляцию. Проще говоря, он парализует, но нервные окончания будут работать, — Блейк слегка наклонился, чтобы посмотреть в его бегающие по всему помещению глаза. — Ты будешь чувствовать всю боль, которую я причиню тебе, но не сможешь пошевелиться. А это, — Блейк набрал второй шприц и медленно опустил кончик иглы к обездвиженному телу новой жертвы: — Это адреналин. Он не даст тебе умереть от болевого шока, отчего твои мучения продлятся дольше. Сейчас добавим ещё физраствор и жгуты, чтобы ты не умер раньше времени от кровопотери, — Блейк отложил пустой шприц и улыбнулся: — Видишь, я учёл всё, чтобы мы развлеклись как можно дольше. Чувствую, будет весело, но тебе не кажется, что чего-то не хватает? — мужчина застонал, Блейк кивнул и сказал: — Я тоже так думаю. Блейк взял пульт и нажал на кнопку. С потолка опустилось большое зеркало в полный рост прямо над операционным столом. — Это для того, чтобы ты не упустил ни секунды, когда я буду отрезать по одной части твоего тела. Ты будешь чувствовать боль, будешь видеть всё, что происходит, но ничего не сможешь сделать, пока рано или поздно не умрёшь от потери крови, — Блейк снова посмотрел в бегающие глаза до смерти перепуганного мужчины. — Ты спрашивал, кто я такой. Меня зовут Блейк. Более знаменит как Снайпер. Приятно познакомиться, Майкл. Нас ждёт занимательный вечер. В главной роли — ты, а я всего лишь режиссёр. Лиз невольно сильнее прижалась к стене, широко распахнув веки. Совсем не моргая, она уставилась на то, как Блейк взял скальпель, медленно опустил руку около лица обездвиженного Майкла, который выпучил глаза, в ужасе представляя, что сейчас будет. Остин, который до этого совершал попытки вырваться из наручников, притих в страхе привлечь к себе внимание. Он смотрел в сторону импровизированной операционной. Его лицо побледнело, как смерть, и, казалось, он так же, как и Лиз, иногда забывал вдыхать воздух. — Не бойся, — теплота поселилась в спокойном голосе Блейка, когда он смотрел на испуганное лицо своей жертвы. — Я позабочусь, чтобы ты ничего не пропустил и мог видеть всё, что с тобой происходит. Тебе наверняка захочется закрыть глаза и не видеть в зеркале, как уменьшаются части твоего тела. Не переживай, для этого в первую очередь я отрежу тебе веки и ты не упустишь ни секунды, — проговорил Блейк, на что Майкл резко замычал, не имея возможности говорить. Блейк кивнул и продолжил: — Не благодари. Лиз широко распахнула глаза и затаила дыхание, когда Блейк одной рукой оттянул одно веко Майкла, а другой, в которой держал скальпель, сделал надрез и медленно срезал нежную кожу. Мужчина не мог пошевелиться, однако едва слышное мычание сейчас было его единственным способом кричать от боли. Остин, представляя, что следующим на операционном столе будет он, приложив руку ко рту, пытался не произнести ни звука, однако ужас накрыл его с такой силой, что по щекам скатились слёзы. Блейк косо взглянул на Остина, который всхлипами нарушил идеальную тишину: — Ты в курсе, что нельзя отвлекать доктора, когда он делает операцию? Я ведь могу нечаянно убить твоего друга… раньше времени! Не делай так. Ладно, дружище? Остин, словно умалишенный, закивал так быстро, что едва смог остановиться. Блейк вернул своё внимание к пациенту. Приложив палец к подбородку, он задумчиво осмотрел свои инструменты. Подхватив простой канцелярский нож, Блейк аккуратно выдвинул лезвие, помахав перед лицом Майкла. — Это для твоего члена. Я скормлю его своим собакам, — Блейк взглянул на лезвие ножа и продолжил: — Тебе не стоило прикасаться к моей сестре. Надеюсь, ты жалеешь об этом, но немного поздно. Не так ли? Блейк положил нож на место и взял пилку: — Начнем с простого. Положив край пилки на запястье своего пациента, Блейк стал делать резкие движения, пока окровавленная кисть не свисла вниз, удерживаясь на одной коже. Подхватив нож, он срезал её, и кисть упала на пол, образовывая вокруг себя кровавые потоки. Блейк подошёл в другой угол, и после нажатия несколько кнопок на магнитоле в помещении раздалась музыка. Под звуки барабанов Блейк насвистывал мелодию, пытаясь вникнуть в темп. Любое дело идёт лучше под биты Нирваны. Вернувшись к пациенту, он снова осмотрел его. Проверив, открыта ли дверь в подвал, Блейк позвал своих псов недлительным свистом. Несколько секунд — и в помещение галопом, перепрыгивая ступеньки, залетели двое псов. — Нуждаюсь в вашей помощи, друзья, — обратился к ним Блейк, получая в ответ умный заинтересованный взгляд. Он нажал на кнопку на операционном столе, и тот медленно стал опускаться вниз, слегка наклоняя пациента на сорок градусов так, чтобы он выровнялся с головами собак. — Знаешь, Майк, или как там тебя зовут, — проговорил Блейк. — Я хотел пожалеть тебя, правда, потому что во мне есть так много добродушия… Хотел отрезать твой член ножом в наказание за то, что ты сделал, но разве ты заслужил такой пощады? Это всего два-три движения. Какое в этом наказание? Как ты думаешь? Я слишком милосердный, да? Блейк с интересом посмотрел в обезумевшие от ужаса глаза своей жертвы, действительно ожидая ответ. Тот только отрицательно мычал. Блейк не смог перевести его речь, однако для себя расценил это как положительный ответ. — Я рад, что ты согласен со мной. Нужно немного больше стараться, чтобы наказать тебя за то, что ты сделал. Правда? — снова спросил он и сам же дал ответ на свой вопрос: — Правда. Так рад, что мы настолько одинаково мыслим. Ты чудо, Майк. Расстегнув ширинку на брюках своего пациента, он резко стянул его штаны вниз. Майкл замычал так громко, начиная понимать, что сейчас будет, что смог перекричать музыку. Блейк поднял с пола отрезанную руку и помахал перед носом двоих собак, которые облизнувшись, внимательно следили за тем, что показывал хозяин. Кинув любимое лакомство Харлея и Винни на пах своего пациента, он тихо проговорил: — Взять. Собаки сорвались с места, накинувшись на приманку, словно голодные пираньи. Не контролируя, за что цепляются зубы, их острые клыки перемололи обмякший член Майкла, как мясорубка. Кровь хлыстала в разные стороны, словно прорвался фонтан. Пациент мог только мычать, а следующий на очереди, которого звали Остин, прикрыл рот ладонью, но это ему не могло. От увиденного он не смог сдержать рвотные позывы. Блейк сделал шаг назад, чтобы захватить в поле зрения всё, что происходило. В этот момент он думал только о том, как прекрасна будет картина кровью этого человека. Мгновение фантазий прервал прерывистый женский вдох. Блейк настолько увлекся, что совсем забыл о Лиззи. Он медленно обернулся, увидев её бледное лицо и большие глаза, которые были прикованы к месту экзекуций. Блейк неспешно ступил в сторону Лиз. Она перевела на него ошарашенный до смерти напуганный взгляд. Её холодная кожа покрылась мурашками и стала цвета свежего снега. — Лиззи, — осторожно проговорил он, остановившись в шаге от неё. — Ты боишься меня? Странный вопрос. Даже он это понял. Хорошая девочка Лиззи только что своими глазами увидела то, каким образом Блейк убивает людей, каждый раз придумывая что-то новое. Она просила убить этого человека, но вряд ли она полагала, что это будет именно так. Он не ошибся в своих догадках. Несмотря на то, что Лиз сама просила Блейка лишить жизни своего мучителя, она точно не представляла, что метод будет настолько жесток. Она молча продолжила смотреть на него, не в силах произнести ни слова. Голос исчез. Блейк кивнул, понимая, что напугал её. Дав команду собакам остановиться, он на мгновение отошёл. Вымыл руки в умывальнике, дождавшись когда вода поменяет красный цвет на прозрачный, вытер о полотенце и снова вернулся к Лиз. На этот раз он подошёл вплотную, не отстраняясь и не боясь напугать ещё сильнее. Она глубоко вдохнула, задержав дыхание, когда ощутила тепло, исходящее от его тела. Он был слишком близко. Казалось, она чувствовала запах крови, который оставался на его одежде. Блейк нежно положил ладони на её щёки. Её ресницы вздрогнули. — Я не должен был разрешать тебе находиться здесь. Ты будешь ещё сильнее бояться меня. Так ведь? Лиз наконец-то смогла поднять голову, чтобы посмотреть в его глаза. Открыв рот, она пыталась что-то сказать, однако от увиденного поглотил шок, который оставил на её ладонях свой след в виде холодного пота. Лиз нашла способ ответить иначе. Поднявшись на носочки, она аккуратно коснулась губами его щеки. Блейк замер. Теперь дыхание перехватило у него. Он ожидал скандал, истерику, молчание, что угодно, но не это. — Это отвечает на твой вопрос? — тихо-тихо проговорила она. Блейк лишь кивнул, не в силах что-то ответить, совершенно сбитый с толку её поступком. — Я не настолько сильна, чтобы и дальше наблюдать за этим. Для меня это слишком, даже с пониманием, что этот человек заслужил всё это, — продолжила она. — Я буду ждать тебя в спальне. Ладно? Он снова просто кивнул, смотря на то, как медленно она переставляет ноги и удаляется. Ещё минуту Блейк стоял, пытаясь понять, что произошло. Лиззи только что спокойно отнеслась к тому, что он расчленял живого человека? Это точно она? С ума сойти… Ладно, это всё весьма интересно, но у него есть незавершенный процесс. Над тем, насколько необычный и странный поступок сделала Лиззи, он подумает позже. Сейчас его ждал пациент. Обернувшись, Блейк подошёл к операционному столу и на этот раз взял плоскогубцы. Теперь самое время убрать Майклу пальцы. Они определенно лишние. Потом на очереди будут ноги, потом голова… Завершающий этап — творчество. Новая картина в коллекцию. Потом, судя по всему, Лиззи будет ждать его в спальне. Это то, что он не мог себе представить даже в самых смелых фантазиях. Лиззи ждёт его, пока он убивает человека. Звучит, как кошмарный, но весьма приятный сон. Теперь Блейк совершенно не знал, чего ожидать от этой девушки и это ему точно приходило по вкусу.