Железное сердце

      Когда Соня слышит в случайных разговорах, какой должна быть женщина, её губы трогает кривая усмешка. Нежная, ласковая, хрупкая, в летящих платьях, на каблуках. Одним словом — сама женственность во плоти. Такая беззащитная, такая... слабая.       Соня знает: когда война становится частью жизни, пробирается в кости, переплетается мышцами вокруг очерствевшей души, быть женщиной — умереть. Мучительно и страшно. Или не умереть, но стать игрушкой, которая в итоге всё равно будет молить о смерти. Исход так или иначе один.       И, задумываясь об этом на миг, Соня чувствует, как ворочается в груди глухой смех, не находящий выхода.       Когда отца не стало, ей было страшно и одиноко. А ещё настолько больно, что не хотелось жить. Сила, которую Соня в себе взрастила, стала её единственным выходом. Тем, что помогало каждое утро открывать глаза, вставать с постели и бороться.       Бороться, бороться, бороться. С врагами, с нескончаемой войной и с собой. Пожалуй, это даже важнее всего остального.       Теперь Соня знает наверняка — она справится. С любой угрозой, обрушившейся на них, она сможет разобраться. Соня Блейд — нерушимый доспех, взращённый одиночеством, сражениями и совсем не женской волей. И долг для Сони то, что для других сама жизнь.       Если не она, то кто?       Ответ, конечно, есть, но Соня не хочет об этом думать. Вместо этого, встав, проходится по пустому поздней ночью штабу. У них затишье, и она отпускает дежурного, занимая его место. Никто уже не задаёт вопросов, почему генерал днями и ночами пропадает в штабе вместо того, чтобы возвращаться домой и отдыхать в комфорте. Просто оставляют её одну на время, тихо притворяя за собой дверь. Соня уверена: в соседней комнате чуткие подчиненные не спят, боясь пропустить момент нападения и оставить её один на один с ним. Соня качает головой. Она может справиться, но не настаивает. Пусть будет так.       Главное, чтобы...       Соня встряхивается и потирает лицо ладонями. Короткий перерыв в неудобном кресле не приносит облегчение. Только совсем не радужные мысли, о которых Соня не желает думать. Пусть даже это всего лишь мысли, она не хочет позволять им брать над собой власть.       Сердце, которое Соня так старательно прячет под тяжёлым доспехом, тоскливо сжимается, и она прикрывает глаза.       Наверное, оно к лучшему. Хорошо, что Кэсси и Джонни сейчас на другом конце планеты, как можно дальше от места, где Соня вот уже который день ждёт плохих новостей. Она совсем не рада, что дочь вслед за ней решает стать военной, но не спорит, стараясь приглядывать и защищать. Джонни это не нужно, у Джонни опыта и умений не меньше, чем у неё. И всё равно Соня ловит себя на мысли, что и ему на передовой — не место. И когда он, сидя рядом в штабе, тянется к ней с улыбкой, Соня с трудом сдерживается, чтобы не стряхнуть его руку и не вышвырнуть вон.       Не потому, что он ей противен. Соня меньше всего хочет, чтобы мужчина, которого она умудрилась полюбить, пострадал.       В крайнем случае... пусть это будет она. Не они. Нет.       Соня усмехается и, выдохнув, снова падает в кресло. Взгляд бесцельно скользит по спокойным пока мониторам, и она, скорее машинально, нашаривает на шее цепочки. Перебирает задумчиво, зная, что именно на каждой из двух. Та, что грубее и холоднее — с жетонами, их Соня не снимает уже много лет. А вторая, будто бы теплее и мягче — с кольцом. Крупный бриллиант в белом золоте чужеродно смотрится на её руке, привыкшей к оружию, а не украшениям. ᅠᅠᅠ       Понимая, что может запросто потерять столь ценную вещь, Соня вешает его на цепочку под внимательный взгляд Джонни. Он пытается не показывать, но Соня чувствует, что его это задевает.        — Я всегда буду хранить его, — обещает она, и Джонни улыбается в ответ.       Он знает.       Соня сжимает в ладони кольцо и прикрывает глаза. Она рада, что семья далеко, но в такие минуты страшно сложно задавить ноющую тоску. По ясной улыбке Кэсси и крепким объятиям Джонни, в которых так уютно и тепло. Соня ни за что не признается, но ей нравится просто сидеть, ощущая Джонни рядом. Зная, что он в порядке.       Наверное, она какая-то неправильная женщина. С браком, который уже ничем не исправить. И вряд ли кто-то когда-нибудь, кроме Джонни, станет терпеть такую женщину рядом. Но когда Соня смотрит в его глаза, она точно знает, что это «когда-нибудь» не наступит.       Соня готова быть кем угодно и делать что угодно в этой жизни ради спокойствия и мира. И каждую секунду своей жизни она точно должна знать — те, кто его дорог, в порядке. Даже если она никогда не будет нормальной женщиной. И даже если ради этого она больше никогда их не увидит.       Справедливая цена за их жизни и счастье.