Love me - Hate me

Прошло несколько лет с дебюта. Всеобщая Чиминозависимость росла в геометрической прогрессии, единственным не Чиминозависимым оставался Чонгук. Их отношения с Паком так и не наладились, хотя Пак старался, правда, но ничего не выходило, Чонгук был непреклонен. В первые годы все попытки старшего подружиться Чон встречал злостью и агрессией. В то время Чимину часто доставалось от Чона за излишнюю назойливость и тактильность. Шли годы, попытки Чимина наладить отношения с макнэ не прекращались, но взамен агрессии пришло безразличие. Чон просто стал игнорировать Пака, будто того и нет вовсе. Надежду Чимину давали лишь фансайны и фансервис Чигу. Все-таки Чон профессионал и не позволит своей личной неприязни сказаться на работе. Фансервис для Чимина стал отдушиной, ведь он мог касаться Чона, говорить с ним, смеяться и не бояться быть избитым или проигнорированным. Об этом он и мечтал, когда вступал в группу, чтобы все участники были одной большой семьей, опорой и поддержкой друг друга. Но сраный Чон Чонгук портит все мечты Чимина, ведь без него нет того ощущения целостности, и как бонус не складывающиеся отношения с Чоном больно бьют по самооценке. Не то, чтобы Чимин считал себя самым ахуенным, но всегда был уверен, что, благодаря своей коммуникабельности сможет найти подход к любому человеку. К любому, кроме, как оказалось, Чон Чонгука. Макнэ не раз доводил Чимина до слез и невроза своим игногором. — Да что он, блять, о себе возомнил?! — в очередной раз жалуется Чимин своему соулмейту. — Я, сука, вокруг него как собачка кручусь, а он даже бровью не ведет! Как будто меня и нет! — начинает переходить на всхлипы Пак. — Тэ, за что он так со мной? Что я ему такого сделал? Я же просто хочу, чтобы мы все семеро были как семья, как самые близкие люди, могли рассчитывать друг на друга. А он… — уже не сдерживается и плачет в голос парень. Чимин всегда был излишне эмоциональным и воспринимал все слишком близко к сердцу. Не зря среди бантан именно он слывет плаксой. — Чимин-и, тише, не плачь. Ты же знаешь, что в семье не без урода, — обнимает друга Тэхен. — Нашел из-за чего расстраиваться. Ну, игнорит тебя мелкий и что с того? Тэхен перетаскивает всхлипывающего Пака к себе на колени, укладывает его голову себе на плечо и начинает поглаживать по спине, нашептывая успокаивающие слова. — Не обращай внимания, малыш, ты же его знаешь. Он как вобьет что себе в голову… — Но почему? — перебивает Пак. — Почему он вбил себе в голову, что я ему враг? Он так сильно меня ненавидит и даже поговорить со мной не хочет! — Чимин начинает всхлипывать чаще и рыдания грозятся перейти в настоящую истерику. — Ч-ш-ш, тише, успокойся, слышишь? Я уверен, что это не так, он не ненавидит тебя, — Тэ сильнее в объятиях сжимает дрожащее тельце друга и начинает хаотично оставлять легкие поцелуи везде, где дотянется. — Не плачь, маленький, все наладится, все обязательно будет хорошо. Я люблю тебя, слышишь? — Спасибо, Тэ, я знаю… — заплаканный Пак поднимает глаза на друга. — Только ты меня и спасаешь. От рыданий глаза и нос покраснели и припухли, губы приоткрыты и блестят от слез и слюны, из уголков глаз скатываются последние слезинки. Пак всегда, двадцать четыре на семь, в любое время и в любом состоянии невообразимо мил, но заплаканный Пак Чимин вызывает только одно желание — пойти войной на его обидчиков и защитить от всего плохого в этом жестоком мире. Тэхен медленно и очень осторожно приближается к лицу Пака, практически невесомо касается его губ своими. Он не торопится, поцелуй выходит даже почти целомудренным. Не почувствовав сопротивления, Тэ прижимается губами сильнее, ближе, целует нежно, ни в коем случае не давит, не настаивает, дает выбор — прекратить все здесь и сейчас или продолжить. И Чимин выбирает. Пак также нежно и не спеша отвечает на поцелуй. Между ними никогда не было страсти и похоти, только забота, поддержка и вот такая вот своеобразная дружба. Не смотря на то, что тела реагировали на ласку, на самом деле они никогда не хотели переспать друг с другом всерьез. Вот и сейчас, они целуются медленно, долго, сплетая меж собой языки, Тэ отрывается от губ и по линии челюсти легкими поцелуями спускается к шее. Опаляет своим дыханием, прижимается губами нежно, а потом мокро целует. Пак не может сдержать первого тихого стона, хотя оба знают, что дальше они не пойдут, это лишь способ переключить внимание. Как вдруг раздается шум, заставляющий парней остановиться. Они отрываются друг от друга, поворачивают головы к источнику звука и видят, что в дверях стоит Чонгук, скрестив руки на груди. Макнэ выдает раздраженное «Серьезно, блять? Опять? В общей гостиной?», закатывает глаза и уходит прочь.