Сказочная тайга

      Тишина оглушала, давила на барабанные перепонки. Хотелось кричать, но голоса не было, - будто бы со стороны, я слышал свой глухой и хриплый стон. Верхушки деревьев закрывали меня от внешнего мира.       Здесь темно. До боли в глазах темно. Но видно было всё, от травинки до широких стволов величественных сосен. И всё чёрное, пустое, неживое. Всё мёртвое.       Пытаясь встать, я заметил яркое белое пятно. Оно сильно выделялось среди гнетущей тьмы. Я чувствовал его ровное дыхание, ритмичное биение сердца, пристальный взгляд. Оно притягивало, и я, сам того не понимая, начинал медленно подходить к существу.       Становилось страшно, внезапная паника окутывала с головой, пьяня разум, но ноги продолжали идти.       Я пробирался всё ближе и ближе. Трава щекотала ноги, чувствовалась холодная роса, но всё казалось до абсурда фальшивым.       И вот я здесь, в нескольких метрах от…ворона?       Но он не простой, - белый. Красный глаз сверкал, будто рубин, а на месте второго зияла чёрная дыра. Умный взгляд осматривал меня с ног до головы.       Когда подошёл ближе, всё вдруг замерло, кроме меня и ворона.       - Ну здравствуй, Оле-е-еж.       Я не мог понять, что меня больше удивляло - то, что ворон умеет разговаривать, или то, что он знает моё имя.       Ещё это странное "Олеж", вроде просто птица, а такая наглая. Даже в хриплом карканье слышались нотки высокомерия и надменности.       - Ты кто?       - Ворон. А что, по мне не видно? - он с хищным оскалом поднял левое крыло и взмахнул им перед собой.       - Видно, но больше на попугая похож. - что же, он не отказывал себе в дерзости, чем я хуже.       - Для тебя могу быть и попугаем. - и подмигнул мне оставшимся глазом.       Не знал я, что мне на это ответить. Так что просто промолчал. Пернатый тоже ничего не говорил. Одна его фраза поставила в тупик и меня, и его.       Неужели мы были обречены на молчание?       - Ладно, Оле-е-еж…       - Я не Олежа, я - Олег. - перебивать нехорошо, но если очень бесит, то можно. Есть в том, что он растягивает "е", что-то мерзкое. - Называй меня так.       - Хорошо, Оле-е-ег, - произнося имя, он подчёркивал последнюю букву, - с первым вопросом мы разобрались. Давай другие. Вопросов, если честно, туча. А какой задать, не знал.       - Где мы? Очевидный вопрос, который интересовал меня больше всего.       - Как где? Ты же видишь, что мы в лесу.       - Здесь от леса только название да деревья. Зверья нет, звуков жизни не слышно - птицы не поют, кузнечики не стрекочут. Не в лесу мы, врёшь ты всё. Где мы?       - Ах, какой пытливый ум, какая внимательность, Оле-е-е… - тут он осёкся, - г. Не провести тебя. Ну, слушай. Мы, как тебе сказать, здесь. У этого места нет ни чёткого определения, ни названия. На этот вопрос мы тоже нашли ответ. Давай, у тебя есть ещё один вопрос. Задавай, не стесняйся, Оле-е-ег. - он прищурил глаз.       - Как тебя зовут?       - Меня? - зачем-то переспросил он. - У меня нет имени. Из всех, находящихся здесь, лишь у тебя оно есть.       - Здесь есть кто-то, кроме нас? - происходящее начинало пугать - непонятное место, говорящий ворон, кто-то незнакомый.       - А это уже четвёртый вопрос, не положено.       Внезапно пришёл ещё один вопрос, на который мне хотелось знать ответ. Откуда он знает меня?       - Чтож, теперь моя очередь, Оле-е-ег. - он говорил это с таким удовольствием, что я невольно начинал готовиться к худшему. - Ты знаешь его?       - Ког…       Не успел я договорить, как перед глазами всплывает картинка, на ней улыбающийся Сергей держит в руках скромный букетик цветов.       В груди защемило. Этот человек сделал мне столько добра, сколько за всю мою жизнь никто для меня не делал. Говорить правду не хотелось, ведь попугай не внушал доверия. Эх, была не была.       - Нет.       Он долго смотрел мне в глаза, видимо, пытаясь понять, правду ли я говорю или нет.       - Если ты соврал, то тебе это потом так окупится. Попомни мои слова. А теперь, бывай.

***

      За окном тьма непроглядная. Холодные капельки пота стекали с моего лба.       - Такой правдоподобный сон. - тихо произнёс, чтобы не разбудить Сергея. - Теперь гадай, по-настоящему это было или нет. Шелест листвы слился в одно:       - Да, по-настоящему.