Этот парень из летнего лагеря «Хэкеттс Куори»

«Какого чёрта?!» — это первая связная мысль, что приходит в голову Дилана, когда он возвращается в свой домик вечером следующего дня и застаёт Райана сидящим на нижнем ярусе своей двухэтажной кровати. Серьёзно? И это после того, как он выбился из сил, пытаясь не пересекаться с этим парнем весь день? Что, между прочим, та ещё морока, когда из-за ливня они оба находятся в одном и том же коттедже. Ему даже пришлось пораньше сбежать с ужина под предлогом проверки оборудования в радиорубке. Надо было там и оставаться! Единственная связная мысль, должно быть, достаточно явно проступает на его лице, чтобы Райан смог её прочесть. — Крыша в моей комнате прохудилась, там теперь капает с потолка. Я решил перебраться к вам на время. Крыше нужно немного подсохнуть, прежде чем я полезу туда что-то чинить. — Он пожимает плечами с таким спокойным видом, словно чинить крыши что-то само собой разумеющееся для него. — Придётся дождаться, пока кончится дождь. Впрочем, Дилан вполне может поверить, что Райан и не такое умеет. Сам-то он ни на одной крыше ни разу не был. — О, да без проблем! Это же наш общий дом, сильной и отважной половины дружной команды «Хэкеттс Куори». Это полный, мать его, пиздец! — Просто немного удивился, увидев тебя здесь. Так. Старый план с бегством от проблемы потерпел полный крах и ему срочно нужен новый. Лучше такой, где он уезжает домой прямо сейчас, допустим, из-за болезни какого-нибудь дальнего родственника. Или он может сразу же лечь спать. Да, вполне себе хорошая идея. Дилан уже скидывает свои поношенные кеды у кровати и собирается молча забраться наверх, но у Райана, конечно же, свои планы. — Значит, ты спишь сверху? — зачем-то спрашивает он, хотя уже вроде бы и так это знает. — О да, — слова вылетают из Дилана сами по себе, бесконтрольно. — Я, знаешь ли, люблю быть сверху. Блять. Ну что он несёт? Откуда эта гейская шутка вообще оказалась в его лексиконе? Он же ни в коем случае не хотел распространения таких слухов о себе! — Ну да, — хмыкает Райан. Наверняка снова улыбается, зараза. Дилан не намерен проверять. Он же не мазохист, в конце-то концов, поэтому просто быстрее залезает на свою койку. А здесь, прямо у его подушки, лежит то самое полотенце. Вот же подстава! Линайви комкает его, закидывая в ноги, и накрывается тонким одеялом, даже не позаботившись раздеться. Вот теперь он в относительной безопасности! Можно просто тихонько полежать в темноте, разглядывая потолок, и совсем не думать, что этот парень где-то там, прямо под ним… Боже! — Дилан. Он подскакивает на твердом матрасе, когда справа от него выглядывает голова Райана. — Где Джейкоб с Ником? Уже полчаса как отбой. Приходится развернуться на бок, отодвинувшись ближе к стене. И, конечно же, приходится посмотреть на собеседника. Благо, в комнате горит только небольшая аккумуляторная лампочка и в окружающем полумраке можно разглядеть лишь контуры его тёмной кожи. Глаза Райана кажутся совсем черными. Вчерашний сок снова скручивает желудок Дилана, по позвоночнику пробегает волна ледяных мурашек, прямо к мозжечку его взволнованного мозга. — Э-эм… — Да, ему только и остаётся, что начать заикаться, чтобы завершить образ полного придурка. — Не уверен, в курсе ли ты, но у нашего Джейкоба бурный летний роман. Обычно он приходит под самое утро, безумно счастливый, надо сказать, спит пару часов и снова вылетает из гнёздышка на крыльях любви. — С кем? Ну, конечно же, этот парень не в курсе! — Не знал, что ты любитель сплетен. Но я — да, так что слушай внимательно. Джейкоб без ума от знойной красотки Эммы. И каким-то невероятным чудом этим летом ему перепало. Представляешь? Райан вскидывает брови, удивлённый то ли везением Джейкоба, то ли красноречием Дилана. — А где паинька Ник — ума не приложу, — продолжает сдавать приятелей Линайви. — Но это же лето, время любви, бессонных ночей и приключений. Кто знает, быть может, малышка Эби осмелилась нарушить комендантский час, и Нику тоже перепало немного романтики? Готов поспорить, о его скромной симпатии ты тоже не догадывался? — Нет. Я обычно не лезу в чужие дела, — подтверждает его догадки Райан. — А как же ты? Дыхание Дилана перехватывает: — А что я? — Я скорее поверил бы, что это ты не соблюдаешь время отбоя, а не Ник. Да уж, хорошее же впечатление он о себе производит! Прямо под стать его образу лагерного Дилана. — Что ж, я до глубины души польщён твоим мнением обо мне, но, будет тебе известно, полноценный сон сохраняет тонус кожи и помогает мозгу восстановиться. — Ты хочешь сказать, что соблюдаешь режим? — улыбается Райан. Боже, что это случилось с миром? Разве Райан когда-либо улыбался так часто? Или просто раньше Дилан не обращал на него достаточно внимания, чтобы заметить это? Сейчас же он, наоборот, не может отвести глаз. Этому парню безумно идёт улыбка! — Все приличные мальчики соблюдают режим, тебе ли не знать. — Да, ты прав, Дилан, — кивает Райан и, наконец, возвращается на своё место, прямо там, снизу. — Ладно, тогда не буду больше отвлекать. У Линайви одновременно возникают две мысли, и каждая с одинаковой интенсивностью начинает пульсировать в его и без того измученной голове. Одна кричит ему: «Нет, поотвлекай ещё!», а вторая пытается воззвать к рассудку: «Молчи, никаких больше ночных бесед». Соблюдать режим этой ночью Дилану так и не удаётся. Это, наверно, и справедливо, ведь, как оказалось, он совсем не приличный мальчик. Дождь барабанит по крыше, не прекращаясь до самого утра. И Дилан умудряется отключиться лишь через пару часов, как раз после возвращения крадущегося Ника. Но спит он очень беспокойно, то просыпаясь, то вырубаясь вновь, пока небо за окном, наконец, не начинает светлеть, подводя к концу и эту бесконечную ночь, и его мучения. Джейкоб так и не возвращается — уж у него-то ночка точно была получше. Дилан решает выскочить из домика в эту безбожную рань, чтобы избавить себя от всех возможных утренних встреч, нежелательных переодеваний и всего прочего, чего он предпочёл бы избежать. Уж лучше он пойдёт в свою радиорубку, поймает какую-нибудь интересную волну, проверит, не окислились ли где контакты. Он спускается с койки на грани своей осторожности, чтобы, не дай бог, не разбудить… И, конечно же (ну, конечно же!), натыкается прямо на взгляд проснувшегося Райана. Заспанный с утра, тот приподнимается c грубой подушки и щурится. К апельсиновому соку в желудке Дилана присоединяется тахикардия. Должно быть, он слишком резко встал сегодня, и организм, и так измученный плохим сном, реагирует проблемами с сердечным ритмом. Что там полезно для сердца? Брокколи и авокадо? — Ты чего так рано? — шепчет Райан. Одеяло сползает с его груди, и он, конечно же, спал без футболки! Разве могло быть иначе? Именно этого Дилан и собирался избежать. Любого разглядывания этой шоколадной (он серьезно подобрал именно это сравнение?) кожи, и этого хоть и худого, но на удивление рельефного торса, и… Блять. Эти плечи, ключицы и эта, чёрт возьми, ямочка у его шеи! — Утренняя пробежка, — невпопад отвечает он, отворачиваясь. Сердце заходится в его груди как сумасшедшее. Кажется, брокколи здесь уже не поможет. Лишь бы он не покраснел слишком заметно! — Ты бегаешь? — голос Райана так и сочится сомнением. — Скорее просто гуляю. — Но там же дождь. Дилан поспешно обувается и практически на ощупь роется в своей сумке в поисках худи. Он слышит, что Райан встаёт с кровати и, слава богу, одевается. — Подожди меня, пойдём вместе. — Я пойду в радиорубку. — Не всё сделал там вчера? — Ты не представляешь, как много там… — Дилан наконец находит свою кофту и выпрямляется, ну конечно же, не вовремя. Проход между кроватями совсем узкий, не мудрено, что Райан стоит прямо перед ним. Как у парня могут быть такие длинные чёрные ресницы? — Раз уж мы встали пораньше, давай сходим к причалу. — Даже заспанный, ранним утром Эрзалер думает о делах. — Проверим ограждения и лодки. — Ты решил запрячь меня ещё до начала смены? Серьёзно? И тут через окошко, прямо между ними, падает солнечный луч. Не какой-то там лучик, а настоящая широкая полоса. Оба парня, не сговариваясь, подходят к окну. — Дождь закончился? — то ли спрашивает, то ли удивляется Райан. — Хвала небесам! — Да, это очень хорошо. Они стоят у окна какое-то время, разделяя на двоих этот несомненно радостный момент. Сердце Дилана потихоньку приходит в норму, зато внутри, там, где раньше всё скручивало, теперь разливается неописуемо приятное тёплое чувство. Он не может перестать улыбаться. — Снова меняем расписание? — Но сначала нужно проверить дорожки, — кивает Райан. — Если будет солнечно, они быстро высохнут. — Хорошо, возьмём гольфкар и проедем по периметру. С кровати Ника доносится несчастный голос: — Парни, уже что, пора вставать? — Нет, Никки. Спи, малыш. Дилан подходит к приятелю и напоказ заботливо поправляет его одеяло. Затем они с Райаном, всё в том же молчаливом согласии, выходят на улицу. Ещё пропитанный влажностью, утренний воздух освежает, но, судя по небу, намечается хороший ясный денёк. Из лесной чащи уже доносится щебет птиц. И Дилану даже мерещится, что не было никакой беспокойной ночи — в нём откуда-то необычайно много энергии. Он даже первым занимает водительское место в гольфкаре, припаркованном за ручьём со стороны бассейна, и вальяжно откидывается на спинку сиденья, изображая из себя невесть кого. — Тебя подвезти? — спрашивает Дилан у парня, что садится рядом с ним. Но Райан — не Кейтлин и, конечно же, подыгрывать ему не станет. Вместо этого он достаёт из кармана связку с ключами от машины и позвякивает ею в своей ладони. — Ну, попробуй, если сможешь. — Точно! — Дилан умело скрывает своё смущение болтовнёй. — Постоянно забываю, что в «Хэкеттс Куори» вся власть в ваших руках, мистер Эрзалер! Позволите ли вы мне вести? — Хм… — Этот парень сам вставляет ключ в замок зажигания. — Ладно. Только веди аккуратней, дорогу могло размыть. Если в чём-то Дилан Линайви и хорош, так это в аккуратном вождении. Обычно он столь педантичен за рулём, что отец иногда доверяет ему даже свой старенький, но безумно ухоженный «шевроле» второго поколения. Этой машиной мистер Линайви дорожит так сильно, что его сын и царапинки на ней не посмел бы оставить. Но то домашний Дилан, тот, что зубрит учебники и до сих пор не выбросил свою детскую коллекцию фигурок по Вархаммеру. Здесь же, и особенно в компании этого парня, ему не хочется выглядеть занудой, и поэтому он, конечно же, резко трогается с места. Райан смотрит на него с упрёком. Но Дилан ничего не может с собой поделать, он широко улыбается, выруливая к Скалистой дороге. — Так, значит, «огненная вечеринка» в силе? — Я всё ещё не уверен, что это хорошая идея. — Да ладно тебе, Райан! Ты не можешь обломить нас всех сейчас, когда даже погода «за». Только посмотри на это небо! Тот собирается сказать что-то наверняка серьёзное, но тут Дилан как раз наезжает на кочку, заставляя его ухватиться за приборную панель. — Мистер Х завтра уезжает на целую ночь. Целая ночь в нашем распоряжении. Ты только послушай, как это звучит! Ну же! Огромный костер, жареный зефир. Пиво… — Никакого алкоголя. — Ну хорошо, без пива. Посидим с газировкой, как в детсаде. Ты расскажешь детишкам несколько своих страшилок. — Это не то чтобы страшилки. Райан хоть и отвечает, но сам напряжённо следит за дорогой, и Дилану от этого ещё веселее. — Но они же страшные! — Некоторые из этих историй могли реально происходить. — Тем ещё страшнее! Только представь эти напуганные лица детишек. — Ладно. Я подумаю, окей? Но детям всё равно нельзя сидеть до самого утра. Максимум до полуночи. Дилана всего так и переполняет радость: — Ты лучший, Райан. Ты знаешь об этом? — Ну конечно, — фыркает этот парень. — Ты сейчас что угодно скажешь, лишь бы я согласился. — Ты не веришь в мою искренность? Эрзалер отрывается от дороги лишь на несколько мгновений, бросая на водителя внимательный взгляд. — Нет, — наконец отвечает он. — Я никогда не могу понять, когда ты шутишь, а когда серьёзен. Дилан разом перестаёт улыбаться, но хоть как-то разобраться в своих эмоциях уже не успевает, ведь Райан хватает его за локоть. — Осторожно! Гольфкар тормозит лишь в самый последний момент — прямо посреди дороги лежит довольно-таки толстая ветка. Их нехило бы тряхануло, а может, чего доброго, завалились бы на бок. — Сумасшедший! — выдыхает этот парень. Пальцы его всё ещё сжимают чужую руку. — Как я вообще доверил тебе руль? — Откуда эта ветка здесь взялась? — С дерева? Дилан сам немного в шоке. Вместе они выходят из машины, чтобы оттащить её в сторону. Земля под ногами всё ещё влажная, местами видны лужи. И Линайви становится неловко за своё безрассудное желание покрасоваться. А если бы это была не ветка, а какая-нибудь несчастная белка, к примеру? Или их занесло бы прямиком вон в тот ствол? Капот бы хорошенько примяло. — Я просто хотел прокатить нас с ветерком, — пытается он оправдаться. — Дай мне второй шанс. На этот раз никакого ветерка. Вот увидишь! Райан лишь смотрит на него этим своим взглядом, и приходится подключить всё своё обаяние, благо, его у Линайви в избытке. — Обычно я очень аккуратен за рулём. Мой инструктор был от меня в восторге. — Ну да. Или он был в восторге, что остался жив. — Парень, кажется, сам себе не верит, но всё равно занимает своё прежнее место. — Ладно, но это последний шанс. На этот раз Дилан ведёт очень осторожно, он не пытается шутить или кого-то из себя строить, и атмосфера между ними заметно меняется в какую-то непонятную сторону. — Заедь сначала к коттеджу, — прерывает молчание Райан. — Захвачу ключ от лодочного сарая. Коттедж уже совсем близко, и Дилан хватается за возможность снова заговорить о чём-нибудь кроме аварий, веток и его глупости. — Будешь чинить крышу сегодня? — Попозже. Когда всё подсохнет. — Тебе нужна помощь? — О да! Помощник из него выйдет что надо. Райан, конечно же, тоже удивлён: — А ты когда-нибудь чинил крыши? — Нет, но я рукастый парень. Смотри, обе на месте. Хорошо, что он уже притормозил на подъездной дорожке к главному дому и может с чистой совестью продемонстрировать этому парню свои ладони. Обе чистенькие и ухоженные. Да, он не то чтобы когда-то держал ими что-то тяжелее паяльника или отвёртки, но он готов учиться новому. Навряд ли крыша сложнее квантовой механики. Райан снова улыбается ему, словно не злился ещё каких-то пару минут назад. А Дилан ведь даже не шутил! — Ладно. Думаю, помощь мне не помешает. Подожди меня здесь, я быстро. И Дилан ждёт. Провожает его зачарованным взглядом до самой двери и ждёт. Что ему ещё остаётся? Оказавшись наедине с собой, он не может не задуматься о своих чувствах. После неожиданной вспышки утреннего веселья на душе становится вдруг неприятно тоскливо. Если забыть обо всех его волнениях, рядом с Райаном так… так хорошо? Но куда его всё это заведёт? К безответной влюблённости в парня? В парня, с которым работать вместе ещё около месяца и который, судя по всему, не заинтересован ни в каких отношениях. Ну а что будет потом, через месяц? Выманивать его номер телефона? Звонить вечерами или слать сообщения, надеясь на ответ? Черт возьми, да Дилан даже не в курсе, откуда Райан приехал в «Хэкеттс Куори»! Может быть, он живет на другом конце света. У всей этой истории не может быть хорошего финала. В любом случае, Дилану будет не очень весело.