Ромашки цвета крови.

Прошло около часа, как Саша и Миша сидели в библиотеке друг напротив друга... Молча, прожигая взглядом дырки друг в друге, а тиканье часов, словно древняя пытка, проделывала в нервах дырку. Сашка медленно повернул голову в сторону часов. Было ровно 21:30. -Мне надо по делам, а ты... Ступай домой, как я понимаю, прошлой ночью не спал? -Ты мне не указывай, Александр. И куда собрался? -Если уж так важно, то к парням на высоту. А дальше уже, не ваше дело, товарищ генерал-майор. В Ленинграде тоже есть военные дела, секретность которых распространяется только на нас и наших офицеров. -Да как ты смеешь? Совсем страх потерял? -Нет, страхи есть у всех. Но у меня есть принцип, так что, можешь пойти со мной, но в курс дела вводить не буду. -Вот так? -Да, вот так. Александр молча встал со стула и направился к выходу из библиотеки. -Если сейчас же не встанешь, то закрою тебя прямо здесь! Мише ничего не оставалось сделать, как подчиниться прихотям Романова. Выйдя на улицу, Саша увидел трамвай, который только-только подъезжал к остановке рядом с библиотекой. Вообще, остановки там не было, но водитель трамвая знал расписания работы Сашки, поэтому всегда останавливался в нужном месте в нужное время. -Здравствуйте, Кондратий Петрович... Мне как обычно до Исаакиевского собора. -Здравствуй, Сашенька... -Тихо проговорил мужчина лет сорока. - Сегодня не получится прям до Исаакиевского доехать, там снова бомбили... Сможем доехать только до стрелки Васильевского острова. -Вот это задачка... В районе 2 километров пешком... Но ладно, управимся... Вы сами-то как поживаете? Старик продолжил вести трамвай по путям, осторожно набирая скорость. -Да помаленьку, потихоньку... Спокойно доживаю свои года. -Ой! Да что вы, что вы! Кондратий Петрович, вам ещë жить и жить! -Сашка-Сашка... Всегда удивлялся твоему оптимизму. -Что дано, то дано, Кондратий Петрович... Дальше они ехали молча. Миша молча смотрел по сторонам следя за обстановкой, а Сашка ушел в мир мыслей. Ведь и правда, откуда столько оптимизма, если он сам чуть ли не при смерти... Большая часть города разбита в щепки, людей всë меньше и меньше, а он всë надеется. Наверное, он будет ещë часто размышлять над этим вопросом. А пока что, мечта и вера с надеждой, умирают последними. -Сашка! Приехали! -А? Уже? Ого... Спасибо. Всего вам доброго, Кондратий Петрович. -А чего ж прощаться? Вся жизнь впереди! - улыбнувшись сказал дедушка. - Повидаемся ещë. Улыбнувшись ему в ответ, Сашка выскочил из трамвая и направился к мосту, в сторону Исаакиевского собора. Миша пошëл за ним следом, но перед этим, снял фуражку перед дедом. - Солдатик! Послышался из-за спины Миши голос. Осторожно развернувшись, он увидел Кондратия Петровича. -Что такое? - Скептически поднял он бровь, обращаясь к мужчине. -Ты Сашку не обижай, сам жалеть иначе будешь потом. - Не пойму о чëм вы, простите, но мне надо идти. Мишка убежал догонять нашего героя, а старик в свою же очередь закрыл двери трамвая и ушёл домой. Может Миша и не понял, но дед заметил, как Сашка вздыхал, смотря на него. Он видел, что между ними есть что-то такое, что выше дружбы, союзничества, любви... И он понимал, что их разделять нельзя, даже если они оба забудут всë и всех, они чувствуют друг друга на каком-то совершенно другом уровне... Михаил уже успел догнать Сашку. Шли они снова молча, но почему-то после слов Кондратия у Миши действительно что-то щëлкнуло в сердце... -Саш, подожди. -Чего тебе? - Саша остановился, но не развернулся к нему лицом. Не хотелось. - Мне как можно скорее нужно дойти до собора, а ты меня останавливаешь! По коже Саши прошли мурашки, он почувствовал, что Миша приблизился к нему вплотную со спины. Он обнял его, стараясь почти не касаться, своими холодными руками, его исхудалого тела, но обнял. Ленинград резко окутала паника, ведь, вот только-только Миша чуть ли был не готов его застрелить за стихи "запрещëнных" поэтов, а тут... Обнимает, так ещë и сам... Саша резко откинул его руки. - Не трогай меня! Сам же говорил, соблюдаем субординацию. Не дождавшись ответа Саша ушëл ко входу в Исаакиевский собор, Мише лишь пришлось следовать за ним. Возражений с его стороны не было, но на душе стало как-то гадко, ведь он хотел его просто обнять из-за какой-то тяги души, а его отвергли. Наверное, именно так погибают наши внутренние дети. Они поднялись на смотровой балкон под куполом. Там уже было 3 солдата. Снайпер, офицер-командующий и телеграфист. -Здравия желаю, товарищи, - тихо проговорил Саша, чтобы не сбить снайпера с выяснения местонахождения фашистского стрелка. - Офицер Мальков, докладывайте обстановку ситуации. - Докладываю: в последнее время всë тихо, кроме ночных нападений фашистов в виде обстрела окон жилых домов. В данный момент наш снайпер ищет местонахождение стрелка или стрелков, точное количество не ясно. -Принято. Миша стоял в сторонке, курил и не мешал, хотя был жутко удивлëн, что оказывается, Ленинград участвовал в таких действиях. Хотя, за эти 2 дня, ему казалось, что Петровский парадиз всего лишь доживает свои последние дни, как обычный человек. Но оказалось, что нет... Он действительно прикладывал всё свои силы к победе СССР в Великой Отечественной войне. Саша присел рядом со снайпером и начал зарисовывать на листок обстановку, которую они видят с засады на балконе собора. - Александр Петрович, вы уже дорисовали? -Да, держи. - так же шёпотом ответил тот солдату и протянул зарисовку. -Вот смотрите, последние выстрелы были в эти окна. -трясущейся рукой солдат старался поставить ровные крестики. - А до этого здесь. - Всë так же что-то указывал он Александру. - Значит, сидят они вот здесь. - Показал он на нарисованное окно одного из домов с чертежа. -Принято. Стреляй, но не сейчас. Выдержим немного времени, понаблюдай. Саша аккуратно сел с коленей на пятую точку и прикрыл глаза. Он устал, но показывать этого не хотел, он хотел казаться сильным. На крышу тихо заскочил чей-то силуэт, из-за чего Саше пришлось открыть глаза. Это был Семëн. -ЗДРАВИЯ ЖЕЛАЮ, ТОВАРИЩИ БОЙЦЫ! - С усмешкой проговорил Сëма, подходя к телеграфисту. - Чего ты ржëшь, салага? ТААААК, ПОСТРОИЛСЯ ОТРЯД! - В шутку, снова, проговорил командным тоном тот. Миша немного напрягся. Но решил, пока никак не реагировать, ведь кто его знает, что он дальше выдаст. Пока что, только наблюдает... -СМИРНО! РАВНЯСЬ! ЧТО ЗА ВНЕШНИЙ ВИД?! - продолжая шутить, обратился Сëма всë к тому же телеграфисту. Офицер был не против таких редких шуток, поэтому сидя в сторонке тихо усмехался с подобного цирка и закурил трубку. -ЗДРАВИЯ ЖЕЛАЮ, товарищ старлей! - тоже смеясь и подхватывая шутку ответил темноволосый камрад-телеграфист. -ОРËЛ! МОЛОДЕЦ! Автоматик не мешает? -Мешает, товарищ лейтенант! -Так сними и полежи отдохни, поспи, на голове постой! -Спасибо, товарищ старший-лейтенант, всегда об этом мечтал! Темноволосый парнишка вместе с Сëмой вскочили на край балкона и одновременно закричали: "Geben Sie auf! Hitler ist gebrochen!". Всë бы ничего... Они бы сразу спрыгнули обратно и успокоились... Но Михаила Московского слишком переполнило желание подчиняться инструкциям и подчинять всех этим инструкциям, поэтому он схватил их за рукава и оттащил вглубь, ближе к куполу. -Совсем с ума сошли? Вам кто позволил такое вытворять? - Генерал-майор, это всего лишь шутка, мы же не нарушаем каких-либо уставов... - Вы, как раз-таки, нарушаете! Знаете, что такое уставной кодекс поведения солдата? - красные глаза Миши наполнились агрессией и ненавистью. Парни даже как-то испугались его больше, чем в те моменты, когда бросались грудью на амбразуру, во время какого-нибудь боя. За них уже хотел вступиться офицер-командующий, но Саша вскочил раньше. Не сильно высокое худощавое тельце подлетело вплотную к Мише и схватило его за китель. - Тебе кто позволил им что-то говорить? -Устав и звание. По-твоему, я не прав? -Здесь, в Ленинграде ты-никто! - Сашу переполняла злость, из-за чего он совсем не контролировал свою речь. - Они всего лишь пошутили и ничего такого не сделали! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ КАКОГО ЭТО ЖИТЬ В СТРАХЕ ПОЧТИ 5 ЛЕТ? КОНЕЧНО, В ТВОЕЙ МОСКВЕ ПОБЕЗОПАСНЕЕ, ТЫ ЖЕ У НАС ТАМ В ГЛАВКЕ СИДИШЬ! ИНДЮК ВАЖНЫЙ НАШËЛСЯ! -Ты за словами-то следи! -А что, не прав? Ты хоть знаешь, как, иногда, становится легче, после, хотя-бы, минуты простого смеха от души?! Нет, ты не знаешь; ты же робот с установками, запрограммированными правительством! Их бы спор продолжился, но в фуражку Миши прилетела пуля. Все упали на пол. - Я увидел где они! - шепотом сказал снайпер. -Так, слушай мой приказ. - Прокряхтел Саша, подползая к снайперу. - Сейчас, в 23:10, ты подстреливаешь нацистов-снайперов. И до завтрашнего дня 11:21 мы остаемся здесь, для дальнейшего выяснения их действий. Всем ясно? -Так точно! - Тихо ответили все в один голос. Кто же знал, что тот самый "сумасшедший" император Романов Александр Петрович всë ещë остался в подсознании у нашего Сашки. Хотя, его упорство сейчас им очень даже кстати...