Игра Богов

Был обычный и серый весенний день, Но тут случилось необычное, Увидел я в воздухе летящую тень... Она была черна как ночь, Но одновременно и прекрасна, Словно это смерти дочь, Воздушна, загадочна, ужасна... Вечный Холод

Каждый раз после ночной зарядки Йохана ощущает себя вновь живой. Пока электричество накапливается в специальном плато в её голове, энергия разливается по телу, словно тёплое молоко, сопровождающееся лёгкими покалываниями в ладонях и у сердца. Сердце самое настоящее, человеческое, не тронутое ни граммом железа. Будучи наполовину роботом, она привыкла, что её не считают человеком, думают, что она ничего не чувствует, ведь так редко улыбается, да и это выходит словно наигранно. Но Йохана чувствует, и делает это не хуже любого другого человека, а сердце светлее и добрее, чем у тех, в чьём теле нет никаких вмешательств современной науки. Калидо сильная, и только это помогает ей ежедневно смотреть на всех неприятелей с холодной спокойностью, а на колкости и шутки отвечать ледяной улыбкой. Она знает, что люди вроде них - слабые существа, и попытки унижения для них - словно подпитка, служащая чем-то вроде поднятия собственной самооценки. Йохана с раннего детства лишена должной родительской любви и поддержки от матери-политика, зато отец - выдающийся учёный, который и спас ее однажды после инцидента в Теодоросе, оберегает свою дочь, будто самое дорогостоящее сокровище во Вселенной. Наверное, она для него и была этим сокровищем. Семья Калидо - одна из богатейших семей-инвесторов научной части Калисты. К ним обращаются тысячи политиков из других континентов, их разработки и вакцины используют во всём мире. Отец, утопающий в своей работе, всё равно каждый вечер находит минутку, чтобы прийти к дочери, включить её зарядное питание и пожелать сладких снов. Он, наверное, даже и не догадывался, как важна была для Йоханы эта маленькая традиция. Особняк Калидо находится в столице Калисты - Ньюэле. Огромный и вытянутый, он уходит с запада на восток. Большие чёрные башенки придают ему хоть какие-то отличительные черты от других таких же огромных резиденций. К особняку проходит дорога из гравия, которая делится на много небольших дорожек. Одни ведут к гаражу с коллекцией машин, от летающих до наземных. Другие – к лабораториям, которые у обычных людей занимали бы территорию небольшого дачного домика. Никаких лишних украшений. Грубый минимализм, где есть лишь самое необходимое. Калиста - единственный континент, где всего три страны, две из которых почти полностью отведены для разработки и испытания различных научных открытий, для добычи материалов, для торговли с другими континентами, ведь в главную столицу не пустят иностранца без специального чипа. Не обладая никакой магией, им удаётся брать наукой и технологиями. Граница Ньюэла надёжно защищена огромной магнитной сеткой. Пройти через неё может кто-угодно (если обойдёт военных), но надолго остаться - лишь калистиец - всем во младенчестве вставляют под кожу микрочип, обозначающий истинное происхождение. Браки между людьми из разных континентов не запрещены, но вызывают кучу проблем и вынуждают заниматься волокитой документов. Йохана имеет такой чип только из-за своей семьи, ведь является человеком со смешанной кровью. Её мать - калистийка, зато отец родился и вырос в Миланте, а затем бежал оттуда, когда границы ещё не были полностью перекрыты для любого транспорта. Дом их семьи больше похож на лабораторию. Длинные бесконечные коридоры, где постоянно кто-то есть. Девять этажей, восемь из которых рабочих. Мать девушки отсутствует большую часть времени, задерживаясь на своей работе в главном штабе Калисты. Йохана никогда не говорила с ней о её буднях, зато отец поделился, что она - перспективный политик, к чьим советам прислушиваются, за кем следуют и кого возносят всё выше и выше. Даже несмотря на отношение матери к себе, Йохана любит её, так же, как любит отца. Наверное, это несправедливо, но она не может контролировать эти чувства. Родители не дали ей те важные чувства, зато обеспечили её безбедной жизнью до скончания веков. Но какой-то особенной её делает не известнейшая семья, не выдающиеся родители и даже не собственная природа или внешность, отличающаяся своей поразительной экзотичностью и рушащая устоявшиеся стереотипы. Особенной её делает связь с этой самой природой. Начиная с десяти лет, каждый год ей снится сама Миланта. Девушка, олицетворяющая целый континент. Йохана так и не знает, существует ли она на самом деле, ведь каждый год, когда она ей снится, она чувствует её присутствие своей кожей, ощущает мурашки на руках, лёгкую дрожь и неумолимое родное чувство, будто они знакомы всю жизнь. В первый свой приход во сне, Миланта имела нечёткий тусклый силуэт. Нельзя было точно сказать, парень это или девушка, даже голос трудно различим. Но даже этот неясный силуэт пленял и манил. Маленькая Йохана, ещё обычный ребёнок, без грамма железа в себе, ясно понимала: она спит. Но она чётко чувствовала предметы, свою кровать и взгляд этого силуэта. Миланта смотрела на неё, стоя у окна, с которого открывался вид на громадный город, залитый неоновым светом. Она ничего не говорила, не двигалась, просто смотрела, пока Йохана, отчего-то совсем не напуганная, выпрямилась в своей кровати, плотнее накрылась одеялом и поднялась, медленно подходя ближе. Комната девочки широкая и громадная, но совсем пустая и холодная. Да, здесь много мебели и игрушек, но здесь нет особенной домашней атмосферы уюта и комфорта. Но Миланта, которая вроде бы была совсем чужой, казалось девочке самой близкой себе. Она так ничего и не сказала в первый раз. Когда она обернулась в конце, Йохана утонула во взгляде иссиня-чёрный глаз, в которых струились все вселенские водопады и созвездия. Девочка проснулась в ту же секунду, почувствовав необъяснимое желание спасти свой наполовину родной дом - Миланту. Но спасти ли? Это чувство было не её собственным, но каким-то образом теперь она стала его носительницей. Словно кто-то внушил ей, будто она – особенная. Что именно на её хрупких детских плечах эта ответственность. Йохана тогда не понимала, что с ней происходит. Но с каждым разом, когда к ней приходила Миланта, она позволяла заглядывать в свою голову всё охотнее. Сливаться мыслями, становиться единым организмом. После этой ночи она всё рассказала отцу. С этого и начались активные работы с её памятью и мозгом, совершенно безопасные для ребёнка, но изнуряющие своей длительностью и нудностью. Йохана каждый день вела многочисленные дневники, куда записывала своё состояние, свои сны, даже если они были "пустыми". Её сон длился чётко восемь часов - не больше, не меньше. Миланта приходила ещё девять раз, и в самый последний сообщила, что следующий сон будет их последней встречей. Но уже со второго прихода она не молчала. Сообщила, что целый год следила за девочкой, выбирая, точно ли она подходящий кандидат. Ничего не бывает просто так, так что и причастность Йоханы была логична, но пока что неизвестна самой Калидо. Миланта назвала ей пять имён - людей, которых нужно найти, чтобы остановить безумие, которое ещё даже не началось. Йохане стали надоедать загадки, которыми говорила девушка, но даже это уже были ценные сведения. Миланта предупредила, что через день после этого сна произойдёт страшное событие в жизни Калидо, но она перейдёт через него и станет ещё лучше. Даже если вначале ей будет казаться, будто всё закончено. На следующий день жизнь Йоханы и правда перевернулась. Их семья находилась в Теодоросе, зачем именно - Калидо не знает, но её мать всё время выглядела напряжённо и взволнованно. Только собираясь найти отца, чтобы рассказать ему об этом сне, шестнадцатилетняя Йохана попала в ненужное время в ненужное место, где началась непонятная дикая схватка. Солдаты Теодороса стремительно убивали солдат Калисты, которых вскоре заменили надёжные воины - роботы. Вся заснеженная площадь стремительно покрывалась периодическими яркими красками - кровью. Йохана не глупая, и уж точно не растяпа. Она быстро сообразила, что попала туда, где ей не нужно было быть. Спрятавшись под покосившимися набок автомобилем, она неподвижно лежала до тех пор, пока не услышала близко приземлившуюся бомбу. Слыша это тихое пиканье, сердце стремительно билось, пока она в панике выползала, соскребая короткими ногтями толщу ледяного снега. Она почти выбралась, когда раздался взрыв, настолько мощный, что вызвал лёгкую встряску земли. Йохана не помнит ничего дальше, но точно помнит застывшее перед ней в тот момент лицо Миланты и её слова: это пройдёт. Отец, словно ангел-хранитель, отгонял от дочери смерть почти целый год. Он сделал то, на что бы никогда бы не решился, будь ситуация с Йоханой менее критической. Мужчина заменил некоторые части тела и органы дочери на свои разработки. Органы ничем не отличались от настоящих – так же сделанные из живой органики, но с внедрением новых технологий и усовершенствованных тканей. Части тела также отличались не сильно. Левый глаз удалось заменить таким же человеческим, так что теперь у Йоханы синий лишь правый глаз, в то время как второй - железный, хоть и напоминает человеческий, зато имеет свои плюсы в виде различных функций и опций. Зрачок стал красновато-мутного оттенка, в то время как белок – слегка сероватого. Кровавый зрачок двигался с точной исправностью и мог приближать объекты вдалеке, словно прицел снайперского ружья; собирать информацию о людях, доступную в открытом доступе Интернета. Сложный период жизни закончился далеко не за один год. Он продолжается и по сей час, но уже не вызывает такого сильного негодования, как раньше. Йохана нашла лишь четыре человека, да и то, у неё есть только постоянные данные о том, где они и что с ними. Но про пятого, из Миланты, нет ни слова. Калидо даже сомневалась, есть ли этот человек вообще, но вряд ли сама покровительница этой затеи дала ей неверные указания. Осталась ещё одна, глобальнейшая проблема - убедить всех этих людей последовать за ней.

***

—Хорошо. Ты ведь понимаешь, что пока что твой рассказ звучит как бредни человека, жаждущего приключений, как обычно бывает у подростков из любого сериала? Я пытаюсь тебе поверить, но ты должна понимать, что для таких резких слов нужны неопровержимые доказательства, -Асура сворачивает на следующую улицу, пока карамельный кофе в его левой руке из горячего и пряного становится ледяным с каждой минутой всё стремительнее. Сложно идти рядом с человеком, на которого оборачиваются практически все, слушать рассказ о вещих снах, и размышлять над темой бесконечной войны в Миланте. Небо затягивается сумерками, ночь ощутимо ложится на плечи людей, когда появляется небольшой холодок. На Йохану, и правда, смотрят почти все. Непонятно, восхищаются они или напрягаются, но девушка настолько невозмутима, что у Асуры начало складываться впечатление, будто смотрят вовсе не на неё, хоть это и было не так. Кожа Калидо не могла не притягивать внимания: полностью тёмная, скорее чёрная, она казалась прекрасно несовершенной, ведь в некоторых местах виднелись рассыпчатые белые пятна, словно с неё отпала краска – из-за витилиго. Ресницы Калидо были белыми, веки – слегка покрасневшими, а вверх от ладоней шла белая кожа, будто она носила грациозные перчатки. Лунный и неоновый свет красиво отражался в синем узком глазе, который подчёркивали длинные неоновые стрелки цвета индиго. Широкий плащ цвета её стрелок, на манер традициям этого континента, был усыпан россыпью созвездий, бережно накрывающий плечи девушки. Под ним был обычный чёрный топ, слегка утягивающий грудь, и узкие брюки с огромным количеством цепей, на талии придерживаемые узким белым корсетом с золотистыми змеями. В идеально-белых, длинных до поясницы, прямых волосах, путались чёрные украшения из аметиста, а шею украшало весомое колье таких же золотых оттенков. Асура старался не рассматривать девушку, боясь показаться невежливым, но порой забывал об этом, засматриваясь на какую-нибудь незначительную, но красивую деталь в этом странном, удивительно прекрасном стиле. Ботинки, подошва которых была под пятнадцать сантиметров, полностью прозрачные, прикалывали внимание тем, что внутри плавали настоящие рыбы. Йохана сочетала в себе сразу всё, и непонятно было, слишком ли это красиво, или слишком странно. Хотя Асура потерял смысл обоих понятий, когда понял, что эти два слова ей вполне подходят. —Поверь, я такой же человек. Да и никто в здравом уме не станет доверять незнакомцам. Я рада, что ты просто выслушал меня, для первого шага это уже что-то. Калидо предложила сесть в сквере, ссылаясь на усталость, хотя Асура и так догадывался, что ходить в таких ботинках весь день довольно сложно. Йохана угостила его кофе, к которому он не притронулся. Пока они ждали бариста, стояла такая напряжённая тишина, что Асура не выдержал и заговорил первым. Начал рассказывать про несправедливость жизни и опоздание на экзамен. Йохана не перебивала, но, кажется, и не слушала толком. Только под конец она кивнула для уважения и легко, будто только и ждала этого, перевела тему на более важную. Стоит отдать ей должное – потом она, в ходе их многочисленных разговоров, сама вернулась к теме отчисления Асуры и дала понять – она всё слушала. Девушки в окружении Асуры не были нежными и милыми, но такой, как Йохана, он не встречал, кажется, никогда. Холодность, которая была ей лишь к лицу. Выдержка, но не высокомерная. Даже походка Калидо была особенной. Обычной на первый взгляд, но лёгкой и грациозной на второй. —Я знала, что понадобятся доказательства, куда без них. А ещё, признаюсь сразу - я рассказала тебе лишь малую часть того, что мне известно. Просто на тот случай, если ты откажешься. Пока мимо слонялись люди, Асура заметил в толпе с десяток человек, которые ходят за ними уже столько часов. Вначале он хотел предупредить Йохану, но заметив, как та кивает одному из людей, понимает, что это не просто прохожие. Скорее всего - охрана. —Итак, возьми вот это,-девушка протянула ему целую папку, которую всё время бережно носила с собой. На чёрном кожаном переплёте был нарисован какой-то знак в форме восходящей луны и ядерного взрыва. -Это доказательства моим снам, которые были пройдены через аппараты и подтверждены в научной лаборатории. Там есть и доказательства того, что это не ложь - анализы детекторов. Я написала подробнее про свою биографию и про всю историю, начало которой лежит в моём детстве. Написала также и мои цели, которые ты можешь прочитать потом, когда вся информация более-менее уложится у тебя в голове. Асура с явным шоком листал стопки бумаг, к каждой которой были прикреплены чипы - что-то вроде флешек, которые можно вставить в компьютер и просмотреть всю информацию там. Калиста – материк технологий, но Элисса - вовсе нет. Так что Асура рад, что Йохана помнит об этом, и принесла не просто информацию на этом чипе, а нормальные человеческие листы. Хотя в их человечности Асура тоже усомнился. На белой странице (которая оказалась не из бумаги, а из железа, толщиной менее миллиметра, совершенно мягкого, словно настоящий лист) начали сами собой появляться буквы, складывающиеся в огромные тексты. Йохана сказала, что он может нажать или смахнуть в сторону, и Асура неуверенно провёл пальцем влево. Информация поменялась, появились картинки и данные таблиц. —Я буду это изучать до конца жизни,-Дэфо тихо присвистнул, хмыкнув, а затем закрыл папку, только сейчас ощущая её настоящий вес и значимость. —Будет справедливо, ведь заполняла я её как раз таки всю свою сознательную жизнь. Пока девушка спокойно рассматривала местные пейзажи, а именно голубое озеро впереди, в котором начинали отражаться первые звёзды, Асура не мог не думать о своей выгоде в этом до абсурда опасном деле. Он никогда не думал о том, что станет участвовать миротворцем или кем-то вроде этого. Да, ему хотелось бы, чтобы война в Миланте закончилась, но не так сильно, чтобы отдавать за это свою жизнь или бросать всё то, что у него есть сейчас. Он чуть хмурится, когда мысли уносят его с головой. А что именно он потеряет? Семью? Он итак никогда не был близок с ними. Перспективу заниматься научными открытиями и магией? Возможно. Но, ещё, возможно, Йохане и тем сумасшедшим, кто согласится быть с ней, понадобится его помощь и он сможет быть впервые особенно нужным и важным. Пока мысли несли его в далёкую глубокую пучину, Йохана уже поднялась со скамейки и, осторожно позвав его за собой плавным движением пальцев, пошла вперёд по тропинке, иногда посматривая вокруг, проверяя, нет ли слежки или нежелательных ушей. Конечно, для этого у неё есть свои люди, но даже они не безупречны и могут ошибаться. —Йохана? —Да? —Думаю, я имею право получить свою выгоду с этого дела? Ни один мускул на лице Кадило не дрогнул. Она уступчиво кивнула, прекрасно понимая его чувства, и когда свет фонарей сменился ярким светом от сотен неоновых вывесок с кафе и заведений, снова осмотрелась, догадываясь, что они вышли со сквера снова на оживлённый участок. Это площадь, где сейчас полно народу. Сотни магазинов и лавок, открытые кафе со столиками и едой на вынос. Вокруг - десятки шатров с огромными длинными тканевыми куполами. Всюду гадалки, которые уже несколько раз хотели подойти, видя, что Йохана не местная, но лысый высокий мужчина не подпустил их, и Калидо могла спокойно продолжать разговор с Асурой наедине. —Ты наверняка изучала мою жизнь или что-то в этом духе... —Вернее, твоё досье, да. Продолжай. Асура, чувствуя ночную прохладу, вновь надел на себя помятую мантию и наконец-то выкинул стаканчик с кофе, догадываясь, что этот небольшой подарок от Калидо в виде способа завести разговор был явно лишним, ведь при таких серьёзных темах в горло и кусок не полезет. —...и, наверное, ты знаешь про моего дедушку. Сейчас он находится в какой-то больнице. Я много читал про ваши технологии, медицину, которая всегда была и будет на первом месте. Калистийцы смогли побороть такие болезни, которые раньше, пару веков назад, сгубили миллионы людей... —Асура, пожалуйста, всегда говори со мной прямо. Я понимаю, к чему ты ведёшь. И обещаю помочь твоему дедушке. Ты слышал про моего отца? Асура заворачивает на другую дорожку, и когда они выходят в самый центр площади, к десяткам высоких фонтанов с подсветками и живыми музыкантами, внимательно смотрит на Йохану, с секунды изучая её спокойное лицо и блеск левого железного красного глаза. —Кхаго Калидо. Да, я читал о нём. Знаменитый учёный-разработчик. Йохана чуть кивает, давая знать, что тот угадал, но не успевает сказать ничего больше. Кажется, будто отовсюду, хотя только с запада от них, громко взрывается что-то явно огромное. Асура вздрагивает всем телом, падая на спину, когда оглушительный порыв горячего воздуха откидывает и его, и девушку, чуть назад, а кожу опаляет ядрёный жар. Люди начинают кричать, убегать, когда осколки от некогда высокого красивого здания бывшего Штаба Министерства разлетаются во все стороны. Стёкла взрываются сразу все вместе, волна взрыва настолько большая, что охватила огнём всю местность. Непонятно как, но им с Йоханой повезло: они уже уходили с площади, и были далеко от самого места взрыва. Да и людей рядом со Штабом подозрительно не было видно. Калидо пытается подняться, но ноги не слушаются: становятся ватными. Страх, словно ядовитая змея, зажал горло и не позволяет вдохнуть. В памяти всплывают картинки с детства, когда она также попала в горячую точку, пытаясь найти отца. Люди, которых он послал с дочерью, мгновенно реагируют: кто-то закрывает собой девушку, кто-то уже говорит по рации, сообщая о том, что происходит. Она крупно дрожит, глаза наблюдают за горящим зданием и высокими бронированными военными машинами, на крышах которых сидят люди с автоматами. На всех них теодоросовская армейская форма. Йохана переводит взгляд на плоский браслет на своей руке – яркая красная точка мигает совсем рядом. —Он здесь. —Кто? —Один из пяти людей для нашей миссии. Халис. Из Теодороса.