Разобранный

Войдя в штаб-квартиру, я направился прямо к информационному столу, где увидел секретаршу-тян, работающую за компьютером. — Шеф у себя? — спросил я. Она бросила на меня беглый взгляд и моргнула, прежде чем снова постучать по клавиатуре. — Он должен быть в своем кабинете. Хотя с ним был еще кто-то, женщина с черными волосами и в костюме. Они вошли примерно… ммм… десять минут назад? Она подписала журнал регистрации гостей как «Юкиносита». Женщина Юкиносита в костюме с черными волосами? Единственным человеком, который подходил под это описание, была Харуно. Будет ли она моим адвокатом по этому делу? Разве она не окружной прокурор? Может ли она вообще заниматься частными делами? Эти вопросы вертелись у меня в голове, пока я стоял перед дверями из красного дерева в кабинет шефа Цуруми. Я постучал один раз и был встречен его приглушенным голосом изнутри. — Хикигая? Проходите. Я повернул дверную ручку и вошел, не сказав ни слова. — Хикигая?.. Мои ноги онемели, когда мои уши встретили голос, чистый, как одинокий духовой в струнном аккомпанементе, и трижды гладкий, как бархат. Дверь захлопнулась за мной со зловещим хлопком, изменение давления воздуха создало легкий ветерок, который заставил ее волосы шевельнуться. Передо мной сидел человек, которого, как я думал, я никогда в жизни больше не увижу. Юкиносита Юкино. Семья Юкиносита, казалось, была невосприимчива к разрушительному воздействию времени, и их младший ребенок не был исключением. Радужки глаз Ледяной Королевы были ярко-голубыми, и этот цвет напомнил мне безоблачное зимнее небо в полдень. Распущенные длинные черные волосы доходили до поясницы, закрывая лицо в форме нежной слезинки. Ее кожа была безупречного бледно-лунного оттенка, не отличающегося от молока или мрамора. Я не мог сказать слишком ясно, потому что она сидела, но она могла быть немного выше подростка Юкиношиты, с которым я мысленно сравнивал ее. Она тоже казалась более зрелой, если это вообще было возможно. С другой стороны, это могло быть из-за ее наряда. Черный костюм, закрывающий белую рубашку на пуговицах, и юбка-карандаш, облегающая ее тонкую талию и бедра. Профессиональный и безупречный — два слова, которые подводили итог всему ее существованию. По крайней мере, снаружи. Экс-президент Клуба обслуживания выглядела так, словно только что вышла из Субу, не постарев ни на день. И она наблюдала за мной, как будто я был каким-то единорогом, который только что галопом спустился с вершины радуги. — Ах да, — сказал Шеф Полиции, откашлявшись. — Это Юкиносита Юкино, младшая сестра нашего окружного прокурора, лично рекомендованная самой Харуно-сан. Учитывая, что вы были так близки с Харуно-сан, я подумал, что это соглашение будет выгодным… Слова шефа оборвались, когда он заметил, что одинокие гости в кабинете уставились друг на друга. И кроме того, шеф, почему вы решили, что я «близок» с Харуно? Неужели ты не заметил, как мои глаза умоляли о помощи? -… вы… уже встречались? Я оторвал взгляд от Юкиноситы и вместо этого посмотрел на Шефа. Мне показалось, что мою грудь сдавили тюбиком зубной пасты. — В свое время мы… э-э… учились в одной школе. — Совершенно верно. Поддержала Юкино, когда та тоже перевела пустой взгляд на Шефа. В ее голосе послышались странные интонации. — Хикигая… сан и я тоже были в одном клубе. … «сан»? Какое ужасное почетное обращение! Я чувствовал себя так неловко, что был уверен, что ниндзя только что надел на меня зудящий шерстяной свитер. — Неужели это так? Шеф кивнул. — Хикигая, так ты познакомился с Харуно-сан? Я неопределенно пожал плечами. — Кажется, примерно так. Я предпочел прислониться к стене, скрестив руки на груди, и демонстративно не сел на свободное место рядом с Юкиноситой. Этот поступок не остался незамеченным Шефом, который сделал страдальческое выражение лица при моем откровенном проявлении грубости. Извините, шеф, но есть кое-что, чего я действительно не могу сделать; я могу замерзнуть до смерти, если приму ваше великодушное предложение. — Ну что ж… давайте введем вас в курс дела. Шеф открыл ящик стола, достал письмо с иском и протянул его Юкиносите, который почтительно принял его обеими руками. — Оума Даичи был преступником, который грабил книжные магазины под дулом пистолета. Список его преступлений теперь составляет около километра: незаконное хранение оружия; хранение веществ класса 1, а также хранение наркотиков, регулируемых федеральным законодательством, все без рецепта; кража; покушение на убийство; угроза причинения вреда другим лицам и так далее. Так вот, его семья утверждает, что… — Оума был знатоком литературы. Я прервал его, мое терпение иссякло после того, как я услышал, как вслух перечислили рапорт. Дегуманизация — это одно, а отсутствие перспективы — совсем другое. — У него было многообещающее будущее… если он будет продолжать в том же духе. Он был добр к старшим и родителям, соседи и одноклассники любили его. В общем, он был хорошим парнем. Просто не повезло, и он попал в плохие обстоятельства. На мгновение воцарилась тишина, поскольку и Шеф, и Юкиносита изучали меня с разной степенью интереса. Я отвел взгляд, наполовину испуганный их взглядами, наполовину неуверенный в том, что я пытался донести своим дерзким вмешательством. -… да. Они утверждают, что Оума Даичи был совершенно вменяем и его можно было уговорить. Они настаивают на том, что детектив Хикигая применил чрезмерную силу, когда застрелил их сына. Они утверждают, что это было убийство без уважительной причины. Шеф закончил объяснения и откинулся на спинку мягкого кожаного офисного кресла. — Понятно… — Задумалась Юкиносита, пробегая глазами по строчкам листа бумаги, который держала в руках. — Мне кажется, я понимаю суть дела. У меня есть еще несколько конкретных вопросов к моему клиенту, на которые нужно будет ответить, чтобы я мог структурировать ответ. Ее глаза на мгновение метнулись к моей персоне. — Разумеется. Шеф посмотрел на меня и скрестил ноги. — Хикигая, займи один из конференц-залов. Давайте постараемся покончить с этим как можно быстрее. Ты мне нужен. — Вас понял. Я подождал, пока Юкиносита встанет, прежде чем выпрямиться. Она последовала за мной из офиса в рабочие помещения здания. Мы молча шли по коридору, проходя через различные кабинеты и отделы. Стук ее каблуков по кафельному полу прозвучал в моем ухе громче, чем у всех остальных на этаже. О’кей, это звучало действительно жутко, даже для меня. — Сэмпай! Когда мы проходили мимо двери моего отдела, раздался голос Шивы, заставивший нас с Юкиноситой остановиться и обернуться. В дверях стояли Шиба и еще один мужчина. У этого относительно незнакомого лица были коротко остриженные черные волосы и умные зеленые глаза. На нем не было пиджака, а была белая рубашка с синим галстуком и подтяжки, поддерживающие брюки. Шиба заметил мой взгляд. — Ах, простите! Позвольте представить вам детектива Хиуру Хироси. Это он попросил вас о помощи. — Рад познакомиться с вами, Хикигая-сан. Хиура протянул мне руку, которую я неохотно пожал. — Я вытащил какого-то парня, который имел какие-то дела с Даичи. Сейчас он в камере предварительного заключения. Я надеялся, что вы сможете получить от него какие-нибудь сведения, прежде чем мы его отпустим. Шиба говорит, что ты хорошо разбираешься в таких вещах, и после просмотра некоторых пленок я вынужден согласиться. Я смотрю на Шибу, который хлопает в ладоши и склоняет голову, молча прося у меня прощения. Я могу только вздохнуть, он хотел как лучше, и я не могу сердиться на него за это. — Я посмотрю, что можно сделать. Только… не жди слишком многого. Я наклонил голову в сторону Юкиноситы. — Позволь мне сначала разобраться с этим. Шиба справится с деталями. Мой коллега — детектив поблагодарил меня, прежде чем они с Шибой прошли мимо нас с Юкиноситой. Они одновременно повернули головы и с любопытством посмотрели на женщину позади меня. Типичная для этих нормалов, неужели природная красота Юкиноситы была слишком велика, чтобы устоять перед ней? Я притворился, что не заметил, как Шиба поднял бровь в мою сторону. Да, он помнил ее, и это определенно была не банка с червями, которую я готова была открыть прямо сейчас. — Пошли отсюда. — Сказал я Юкиношите, снова беря инициативу в свои руки. Я подошел к справочному бюро, чтобы взять ключ от конференц-зала у секретаря-чана. Она скептически посмотрела на мою странную просьбу, но быстро исчезла, когда заметила присутствие Юкиноситы. Глаза офисной служащей расширились, и она схватила меня за воротник, потянув мою верхнюю часть тела за стойку, к моему большому дискомфорту. Она была так близко, что я почувствовал приятный аромат ее духов. Это было немного резко, но успокаивающе. Кажется, зеленые яблоки. — Эй, что ты делаешь?! Я зашипела от боли. Мой живот был прижат к краю столешницы. С такого расстояния я мог сказать, какого цвета бюстгальтер на ней был чуть ниже воротничка. Фиолетовый, да? — Кто эта девушка, Хикигая? — Испуганно прошептала секретарша-тян. — Только не говори мне… — Больно, ты можешь отпустить?! — Умоляла я шепотом. Мои вытянутые руки дрожали, когда они пытались удержать меня от падения головой в нее; они были последней линией защиты, останавливающей мой желчный пузырь от раздавливания. — Пожалуйста?! — Ни за что… Ты прятал от меня жену? И она приехала за тобой на работу? В ее глазах загорелись угольки безумия. — Нет. — Я поспешила возразить как можно категоричнее. — Она всего лишь мой адвокат. И не могли бы вы любезно отпустить меня? — Адвокат? Секретарша-тян моргнула, и ее глаза вернулись в нормальное состояние. Несколько секунд она молчала, потом на ее лице отразился ужас. — Подожди, так слухи правдивы? На тебя подали в суд? — К сожалению, так оно и есть. И как именно она наткнулась на это? — Отпустите меня, пожалуйста. Секретарша ослабляет хватку, позволяя мне наконец нормально дышать. — Вот… Она безжизненно протягивает мне ключи. — Желаю удачи… с твоей проблемой. -… спасибо? Ключи были от конференц-зала в самом конце коридора. Неужели это был ее способ приставать ко мне? Когда я вернулся к Юкиносите, я почувствовал, что она смотрит на меня, и это продолжалось даже после того, как мы спустились в отведенную нам комнату. Ах, теперь у нее такое странное выражение лица. Это из-за всех тех помех, которые случились по дороге сюда? — Извините за задержки. Все немного… сейчас неспокойно, — извинился я. Я должен помнить, что теперь она была адвокатом из престижной семьи и работала бесплатно, тратить свое время было довольно бесчувственно. — Нет, дело не в этом. — Юкиносита покачала головой, и на ее лице появилось задумчивое выражение. — Я просто удивлен. Похоже, тебя не беспокоят все эти разговоры. Я думал… ты ненавидела, когда тебя выделяли. Рука, готовая повернуть ключ, остановилась. «А… Я никогда этого не замечала. Мы вошли в конференц-зал, который представлял собой большое прямоугольное помещение с многочисленными окнами по обеим стенам. Окна на стенах, выходящих в коридоры, были закрыты грязно-белыми венецианскими жалюзи, что давало нам уединение. В центре комнаты стоял большой блестящий деревянный стол в форме овала, вокруг которого стояли офисные стулья. -… хорошо где угодно. — Прокомментировал я, когда мы оба стояли у входа, выпрямившись, как шомпол. Мы неловко занимаем свои места, я — в конце стола, а Юкиносита — в нескольких креслах от меня. Разговор не начинался, никто из нас не знал, как открыть тему. Не желая быть пойманной в этой неловкой тишине, я открыла рот, чтобы заговорить. — Сделай… — П-мы… Мы оба попытались заговорить одновременно и быстро закрыли рты. — Д-да? — Спросила я, нервничая от напряжения, которое чувствовала. — Н-нет! Все в порядке. На лице Юкиноситы отразилась паника. — Пожалуйста, продолжайте. -О-хорошо… а ты… хочешь выпить? — Это было бы… хорошо… Она тщательно подбирала слова. С другой стороны, она была адвокатом, и не было бы слишком странно, если бы сейчас это была ее стандартная манера речи. — Консервированный кофе подойдет? -… если в нем не слишком много сахара. Я откатываю стул назад и направляюсь прямиком к миниатюрному холодильнику в углу комнаты. Я открываю дверь и быстро хватаю две банки холодного кофе. Я протягиваю один Юкиносите, который нерешительно осматривает напиток, прежде чем принять его со словами благодарности. Единственный звук в конференц-зале — это звук открывающихся алюминиевых контейнеров, когда мы начинаем потягивать кофе. Не в силах этого вынести, я уставился вверх, намереваясь попросить Юкиношиту закончить то, что она начала говорить раньше. Как только моя шея шевельнулась, я увидел, как ее глаза метнулись в сторону. Внезапно почувствовав себя неловко, я отвернулась, но в этот момент поймала взгляд Юкиноситы, возвращающийся к моей персоне. Что, черт возьми, происходит?! Мне нужно было как можно скорее попасть в RTB. Как мне закончить эту миссию за один раз? Мне нужен только один бой с врагом, верно? Капитан сказал, что в таких обстоятельствах лучше всего использовать тактику блицкрига. Хорошо, тогда мне нужно- — Ну, тогда… Хикигая-сан, — внезапно сказал Юкиносита, застав меня врасплох. То, как она обратилась ко мне, заставило мою кожу покрыться мурашками. — Думаю, будет лучше, если мы начнем. — С- конечно. Звучит как хорошая идея. Юкиносита полезла в сумку и достала блокнот и ручку. — Давайте начнем с вашей версии событий. Что произошло на месте преступления? Ее голос звучал холодно и уныло. По иронии судьбы, я почувствовал себя более непринужденно с этим тоном. Я начал рассказывать о том, что произошло в том книжном магазине, стараясь включать соответствующие детали, такие как приблизительное время и порядок, в котором происходили события. — Значит, вы были в этом книжном магазине, когда заметили, что вошел Оума Даичи. Вы быстро сопроводили Ни-сана в безопасное место, прежде чем решили вступить с ним в бой? — Повторила Юкиносита, глядя на свои записи прищуренными глазами. — Он приставил пистолет к лицу кассира. Мне удалось занять относительно выгодную позицию и разоружить его. Однако… — Затем он взял в заложники невинного человека и пригрозил убить его ножом… Юкиносита закончила мою фразу и напевала себе под нос, рисуя ручкой стрелки между точками. — Существует ли полицейский протокол в подобных ситуациях? — Э-э-э… вроде того? Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить класс, в котором этому учили. — Это было больше похоже на общее руководство, которому нужно следовать, я не думаю, что в полицейском управлении есть официальный протокол. Вам придется перепроверить. — Не могли бы вы сказать мне, что это были за инструкции? — Ну, что касается очных ставок с подозреваемыми, то многое зависит от суждения офицера, о котором идет речь. Первым шагом всегда является вербальное взаимодействие с преступником, независимо от того, вооружен он или нет. Эскалация наступает только после того, как дипломатия терпит неудачу «. Я поднял три пальца. — Есть три арендатора, о которых вы должны подумать. Способность: есть ли у преступника способность причинять вред другим? Возможность: есть ли у преступника шанс использовать свою способность причинять вред другим? Jeopardy: представляет ли преступник реальную угрозу для жизни вас, других или самих себя? С каждым перечисленным критерием я опускал палец. — По-моему, я следовал протоколу. Я обезоружил преступника и попросил его замолчать. Он не слушал, а потом еще больше обострил ситуацию, пригрозив убить гражданского жителя. — Я полагаю, вы считали, что его невозможно уговорить? — Спросил Юкиносита, с любопытством глядя на меня. — Я бы так сказал. В то время я думал, что он под кайфом от наркотиков. Вскрытие показало, что он принимал допинг. Но это уже постфактум, я думаю. Я боялся за жизнь невинных, и у Оумы была возможность покончить с этим. Я взвесил все риски и рискнул. — Понимаю. Юкиносита устало вздохнула и положила ручку на исписанную чернилами страницу. — С моей точки зрения, я бы согласился, что вы следовали протоколу. Но это от человека, незнакомого с нюансами, и мне придется спросить шефа Цуруми о любой официальной полицейской процедуре, чтобы я мог подтвердить. — В общем, дело должно быть открытым и закрытым. У них не так уж много оснований для опоры, особенно когда я уверен, что свидетельские показания подтвердят ваши показания. Тот факт, что он был жестоким преступником, должен был нарисовать перед присяжными очень плохую картину. Если мы хорошо договоримся, суда можно будет избежать. Мы могли бы избежать явки в суд? Это означало бы, что я мог бы избежать недель стресса и не терять выходные дни, чтобы сидеть в зале суда. — Это было бы идеально, — тихо сказала я. — Я тоже так думаю, Хикигая-сан. Мне показалось, что что-то скользкое скользнуло по моей спине, и я вздрогнула от этого почетного слова. Это прозвучало так НЕПРАВИЛЬНО, когда прозвучало из ее уст. Совершенно и совершенно непостижимо. — Ладно, хватит, я этого не вынесу. Брось почетные звания. Я чувствую себя так, словно нахожусь в какой-то странной альтернативной вселенной, где ты действительно проявляешь ко мне немного уважения. Зови меня как-нибудь иначе, как угодно. Просто… полностью отбрось это почтительное обращение. «…» «…» Рот Юкиноситы был разинут, и я хлопнула себя по руке. Ладно, я не хотел, чтобы это стало таким суровым ближе к концу, я просто поплыл по течению и оказался здесь. Я все еще могу извиниться, верно? Имя не имело такого уж большого значения в общей схеме вещей. — Я… это так… Хикигая-к-кун? Мои глаза расширились от изумления. Я не это имел в виду! Ты мог бы просто назвать меня по фамилии и покончить с этим! Я был так ошеломлен, что едва смог выдавить из себя ответ. — Д-д-да т- все в порядке. Я думаю… Я сейчас в таком замешательстве. — Гм! Она громко откашлялась, и легкий румянец выступил на ее лице. — Теперь, когда вы рассказали мне о событиях преступления, не могли бы вы рассказать мне, что произошло до этого? Я просто хочу знать правильный контекст. Я рассказал, как меня вызвали на работу раньше обычного, чтобы Шеф мог вкратце рассказать нам о деле Оумы Даичи в то утро. Даичи использовал пистолет в предыдущих ограблениях, поэтому нас предупредили, чтобы мы ожидали перестрелки как наихудшего сценария. Полиция подготовила профиль и потенциальные места, где преступник может напасть в следующий раз. Команды были созданы и распределены соответствующим образом. В тот день я ушел рано и… Рука Юкиноситы остановилась, и она перестала писать заметки. Кажется, я видел, как дернулся ее глаз, но не был уверен. — В тот день вы рано ушли с работы? -… да? -… честно говоря, даже после стольких лет он все еще такой? Я слышал, как Юкиносита что-то прошептал, но не могу разобрать. — Что это было? — Спросил я. — Вообще ничего, — ответила она, давая понять, что часть разговора закончена. — Значит, вы ускользнули с работы и случайно столкнулись с преступником? Скользить — это уже чересчур… — Куда ты это везешь? — Вероятность такого исхода едва ли правдоподобна. — Заявил Юкиносита. — Д- да, но ты же знаешь: не в том месте и не в то время. — Боюсь, что в конце концов вы можете быть виноваты в этом деле. Подожди, что? -… ты потерял меня. — Призналась я, мое замешательство заставило мой голос потерять все эмоции, которые в нем были. — Все ясно. Из-за отсутствия у вас трудовой этики вы столкнулись с преступником. На самом деле, можно сказать, что он привел туда преступника. Взгляд, который она бросила на меня, был таким пустым, что я мог бы поклясться, что разговариваю с листом бумаги для принтера. — Погоди, по-моему, ты только что сказал что-то действительно возмутительное. — Но вы не отрицали того, что я сказал? — Нет, я полностью отрицаю это! И кроме того, это не моя вина. Во всяком случае, это твоя сестра виновата! Она сама выбрала это место! — А? Вы случайно не встретили ее там случайно? В этот момент температура в комнате упала градусов на двадцать. — Н-нет… Мы встретились на улице, и она– — Что ж, приятно видеть, что ты легко падаешь на хорошенькое личико, как и ожидалось. На мгновение мне показалось, что ты действительно стал лучше как человек. — Разве ты не сказал, что я проскользнул две секунды назад? Уголок рта Юкиноситы угрожал расплыться в улыбке, и я видел, как она физически пытается сдержать смех. Мне от этого легче не стало, и я фыркнула, что заставило Юкиношиту, в свою очередь, тихо хихикнуть. Как будто прорвало плотину, я обнаружил, что смеюсь вместе с ней. Напряженная атмосфера и неловкость улетучились вместе с тем, что я мог описать только как… — Так это и есть то, что называется «ностальгией»? — Спросила Юкиносита, и ее губы изогнулись в веселой улыбке. — Неплохое предчувствие. — Чуть не забрал меня обратно. Хотя мне кажется, что где-то там ты пропустил оскорбление по поводу моих глаз. Я замечаю озорной блеск в ее глазах и быстро скрещиваю руки в ее направлении. — Не-а-а-а! Нет! Ты упустил свой шанс. Дай мне хотя бы спокойно насладиться своей ностальгией. Да будет тебе известно, мне действительно нравилась средняя школа. Я бы не прочь немного пережить это заново, за вычетом жестокого обращения. — В самом деле… кажется, это было так давно. — Ну, я бы сказал, что прошло уже некоторое время. Много чего произошло между нашим выпуском и сейчас. -… кстати, об окончании школы… с тех пор вы разговаривали с Юигахамой-сан? -… У меня нет. — С сожалением признался я. Я потерял контакт почти со всеми, кого знал в Тибе, после того как ушел на базовую подготовку в конце средней школы. Юигахама не был исключением. Какая-то часть меня чувствует вину за то, что я никогда не пытался связаться с ней после этого, но я не был уверен, как я вообще начну такой разговор с кем-то вроде Юигахамы. Особенно при тех обстоятельствах, по которым мы расстались. Я не хотел брать на себя слишком много и жестоко позволять ей заглядывать слишком далеко. Поэтому я пошел по пути наименьшего сопротивления и никогда не беспокоился, безответственно пропуская это мимо ушей… а ты? — У меня есть. Она ответила просто, несколько раз обхватывая пальцами банку с кофе, словно не зная, куда девать руки. — Вы редко вступали в разговор, так что было неясно, поддерживаете ли вы еще связь. Мир вокруг меня временно сменился с белого дневного света полудня на теплые янтарные лучи низкого заката. Со мной были два самых близких мне человека. Знал ли я тогда, что ждет меня в будущем? Разве я когда-нибудь представлял себе, что все будет именно так? Когда я шел к алтарю, чтобы получить диплом, у меня все еще был шанс изменить свои планы. Правильно ли я поступил? Правильно ли это для Юкиноситы, Юигахамы или для меня? — Хикигая-кун? Голос Юкиноситы вывел меня из задумчивости. Впервые за этот день я совершил ошибку, посмотрев ей прямо в лицо. Это очаровало меня, как произведение искусства; я заметил, что она по-прежнему носила волосы таким же образом, с двумя тонкими лентами, которые разделялись на два хвоста по обе стороны ее гладкого лица. Интересно, была ли ее кожа такой же мягкой, как я помню? — С тобой все в порядке? Я тряхнула головой, чтобы очистить мысли, и одним глотком допила кофе. Я бросил пустую банку в мусорное ведро, прежде чем повернуться к ней лицом, стараясь не смотреть ей в глаза. — Я почувствую себя лучше, как только мы закончим этот судебный процесс. — Кротко говорю я. Ее губы сложились в легкую улыбку, когда она согласилась с моим планом. — Давай встретимся с Юигахамой-сан после того, как наши проблемы пройдут. В течение часа мы закончили допрос. Юкиносита закончила, сказав, что она удовлетворена этой информацией и что ее более чем достаточно, чтобы построить сильный встречный иск и защиту. — Не беспокойся, Хикигая-кун, ты в хороших руках. — Надменно заявил Юкиносита. — Как юрист, моя жизненная работа заключается в том, чтобы мои клиенты получали наилучший результат. — Ты хочешь сказать, что дело твоей жизни не в том, чтобы навлечь на меня вечные страдания? — Пожалуйста, Хикигая-кун. Она поддразнила его в ответ, не теряя ни секунды. — Естественное состояние твоей жизни — это бесконечные мучения, тебе не нужна моя помощь в достижении такой цели. «Touché.» Я почувствовал, как начинает формироваться ухмылка, и изо всех сил стараюсь подавить ее, но с треском проваливаюсь. Это странное жужжание в груди сделало невозможным любое сопротивление. Мы вышли из офиса, и я проводил ее до выхода из здания. Она на мгновение остановилась, чтобы оценить газон, который был только что подстрижен этим утром, придавая территории полицейского управления вид парка. Полицейские толпились во дворе и сидели на скамейках, наслаждаясь приятной вечерней погодой перед окончанием рабочего дня. — Хикигая-кун. Я повернул голову в мою сторону, и мои глаза были временно ослеплены светодиодным экраном телефона Юкиноситы, который был поднесен прямо к моему лицу. Импровизированный флешмоб, как хитро. — Эй! Прекрати это! — Давайте обменяемся контактной информацией. Номер телефона и адрес электронной почты. Я свяжусь с вами, если произойдут какие-то события, а также с тем, что вам предстоит сделать. Если у вас есть какие-то вопросы, не стесняйтесь задавать их. Ну, не могу же я сейчас сказать «нет», правда? Похоже, что Юкиносита действительно в чем-то похожа на свою сестру. Может быть, это просто передается по наследству? А теперь появилась страшная идея. Представить, как две дочери превращаются в мать, было ужасающим мысленным экспериментом. После того как мы сохранили номера телефонов друг друга, я продолжил сопровождать ее в город. Оживленность вечернего часа пик принесла шумные толпы и машины, когда люди начали расходиться по домам. — Спасибо, — неожиданно сказал Юкиносита, глядя вперед. — Хм? Для чего? — За безопасность Ни-сан. Я не знаю, как сказать слова, которые точно описывают мою благодарность… но спасибо… очень сильно. Я раздраженно вздохнул и почесал затылок. — Как я сказал твоему отцу. Я просто делал свою работу, это не так уж важно. — И все же… Спасибо… -… не за что. Мы дошли до угла улицы, и меня встретили машины, сигналящие друг другу на перекрестке. Пешеходы просачивались сквозь просветы застрявших в пробке автомобилей. Подобно пчелиному гнезду, каждый находил свой путь через эту область высокой энтропии. [1] Я вдруг кое-что вспомнил и поворачиваюсь к своему спутнику с некоторым беспокойством в голосе. — Тебя подвезти? — Спросил я Юкиноситу. — Я привез свою машину. — В этом нет необходимости. Мой отель рядом с метро, я сейчас поеду. — Теперь не заблудитесь. — Пошутил я, с удовлетворением наблюдая, как лицо Юкиноситы краснеет от смущения. — Да будет вам известно, что мое чувство направления улучшилось… — Мой адвокат очаровательно надул губы. -… несколько. — Хех, как скажешь. Увидимся позже. — Да. Приятного вечера, Хикигая-кун. Она пошла прочь, ни разу не обернувшись. Я смотрел, как ее спина становится все меньше и меньше, исчезая в беспорядке толпы и зданий. Она ушла, и дышать стало гораздо легче. Встреча с Юкиноситой снова укрепила мое мнение, которое у меня всегда было: отношения — странная и непостоянная вещь. В них нет никакой последовательности. Мы с Юкиноситой не разговаривали много лет, и это чувствовалось по нашей первоначальной неловкости. Конечно, у нас обоих были ожидания, но мы также понимали, что все меняется и люди меняются. Будь то из-за общества или какого-то другого внешнего влияния, поведение меняется. Мы не были уверены, сможем ли вернуться обратно в бытие… кем бы мы ни были. Так что представьте себе мое удивление, когда мы перешли к привычному подшучиванию, вызвав воспоминания о наших словесных спаррингах в Клубе обслуживания. Мы разговаривали так, словно ничего не произошло, словно этого промежутка времени никогда и не было. Похоже, ничего не изменилось. Но это было только на поверхности. Глубоко внутри, где эти части тела не были видны. Многое можно было бы поменять местами. Возможно, даже убрали. Люди становятся совершенно другими животными, движимыми разными вещами, даже если внешне ведут себя одинаково. Разные животные внутри наших старых оболочек. Источник: Я. Никто из нас не знал, как вести себя друг с другом, какие уровни близости уместны. Не обращай внимания, а как насчет меня? Что я чувствовал правильным? Это было то, что я чувствовал, верно? В отличие от Харуно, в моей жизни не было скрытого гнева на Юкиноситу. На самом деле, я не могу сказать, что вообще что-то чувствовал по этому поводу. Не было никакого стереотипного порыва, никакого ощущения, что мой мозг плавится. Мой разум не превратился в хаотичную мешанину инстинктов и рациональности из-за моего старого интереса, стоящего прямо передо мной. Ни желания, ни тоски. Даже знакомого укола сожаления. Почти полная противоположность тому, что мы чувствовали, когда в последний раз разговаривали с Юкиноситой в старшей школе. Так что… Могу я предположить… Означает ли это… Значит ли это, что я наконец-то справился с Юкиноситой Юкино? Дуга 1: «Детектив Хикигая Хатиман»