Разобранный

Сон был совершенно сверхъестественной вещью, если вы сели и подумали об этом. В некоторых культурах пробуждение было синонимом возвращения из мертвых. Для них сознание было жизнью, а все остальное — нет. Что было вполне уместно, потому что, когда я проснулся сегодня утром, я был уверен, что не полностью совершил переход, и моя душа все еще была наполовину поймана в загробной жизни. Я чувствовал себя так, словно был одной из тех каменных табличек, в которых хранились души монстров из египетских преступников, магов или кого-то еще. [1] Оглядываясь назад, можно сказать, что сидеть под дождем и хандрить после многодневной сверхурочной работы было не очень хорошей идеей. Награда за мои героические поступки прошлой ночью? Лихорадка и болезненный кашель от гриппа. «Я просто хочу умереть». Я застонала в подушку, мои забитые носовые пазухи делали меня похожей на сварливую овцу. Я позвонил шефу, чтобы вызвать больного, который с радостью одобрил это. Он посоветовал мне немного поспать, и я с готовностью последовал этому совету. Я завернулась, как улитка, в одеяло своей кровати и попыталась не обращать внимания на дискомфорт от ноющего тела и перегруженной головы. Мне казалось, что кто-то использует мое тело как малый барабан и постоянно бьет по нему, со страстью играя перкуссионную партию песни «He's a Pirate». [2] Когда я был моложе, моих родителей никогда не было дома, поэтому мы с Комачи заботились друг о друге всякий раз, когда заболевали. Это была одна из многих вещей, которые укрепили наши родственные отношения. Я выдавила улыбку при этой мысли. Может быть, мне стоит позвонить ей, когда мне станет лучше… Я закрыла глаза и всю дорогу из спальни слышала тиканье моих часов в гостиной. Этот звук убаюкивал меня, как будто я считал овец. Квартира показалась мне намного больше и холоднее, чем я помнила. Я то приходил в сознание, то терял его до полудня. Когда я проснулся, это было для того, чтобы прочистить свой заложенный нос. Когда я потянулся, чтобы выпить немного воды из бутылки, которая была рядом со мной, я заметил, что индикатор уведомления на моем телефоне мигает. У меня было много текстовых сообщений и даже несколько пропущенных звонков. Некоторые были из Харуно, спрашивая о информации по делу для досудебной подготовки. Хирацука-сенсей и Руми прислали сообщения, пожелав мне скорейшего выздоровления и пообещав прийти позже. И держись… Юкиносита действительно написала мне сообщение. «Дорогой Хикигая-кун, пожалуйста, перезвони мне, как только получишь это сообщение». Ух ты, она все еще так пишет? Поговорим о жесткости. «Дорогой Хикигая-кун, это срочное сообщение, пожалуйста, ответь». Ее голос звучал довольно нетерпеливо, должно быть, было что-то серьезное. Было ли это связано с делом? Было еще несколько сообщений от нее. «Дорогой Хикигая-кун, я прошу прощения. Я связался с полицейским участком, и шеф Цуруми любезно сообщил мне, что вы сегодня заболели. Я надеюсь, что вы заботитесь о себе, не беспокойтесь о том, чтобы связаться со мной. Сообщение может подождать». Это очень мило с ее стороны, эта фирменная неловкая задумчивость, которая действительно заставляла вас ценить все, что она делала. «Дорогой Хикигая-кун, я отказываюсь от своего предыдущего заявления. Шеф Цуруми довел до моего сведения, что вы работали по 18 часов в день в течение последних двух недель. Он сказал мне связаться с Хирацукой-сенсеем и дал ее номер. Мое сердце перестает биться, и я уверен, что на мгновение я был клинически мертв. У эмоционального террориста скоро должен был появиться новый товарищ. ШЕФ, ТЫ ПРЕДАТЕЛЬ! «Дорогой Хикигая-кун, у нас с Хирацукой-сенсеем был прекрасный разговор. Она хотела, чтобы я передал ей сообщение. Она говорит, что не сможет навестить вас в течение дня. Она попросила, чтобы я пришел вместо нее. ПЕРВОМАЙ! ПЕРВОМАЙ! ПЕРВОМАЙ! ПЕРВОМАЙ! ПЕРВОМАЙ! В моей голове раздаются гудки клаксонов. Я пытался убедить себя, что Хирацука-сенсей не мог быть таким жестоким. Это, должно быть, шутка. Нет, я, наверное, сплю. Ха-ха-ха, какой глупый сон. О, подождите, есть еще одно сообщение? «Дорогой Хикигая-кун, я буду через 20 минут». Это сообщение было отправлено 19 минут назад. DEFCON 1! МЫ НАХОДИМСЯ НА DEFCON 1! ЭТО НЕ УЧЕБНАЯ ТРЕВОГА! ПИСТОЛЕТ ВЗВЕДЕН. ПОВТОРЯЮ, ПИСТОЛЕТ ВЗВЕДЕН! [3] Стук в мою дверь, и все мысленные сирены растаяли в пустоте. Я медленно встала с кровати и, опираясь на стены, чтобы не потерять голову, поплелась в гостиную. Я мельком подумал, не открыть ли его, притворившись, что меня нет дома. Стуки продолжались на протяжении всего моего размышления, и, вопреки здравому смыслу, я открыла дверь. Сюрприз, это была Юкиносита. Она стояла передо мной в повседневной одежде, что было редким зрелищем. На ней была белая блузка и темно-синие брюки, прикрытые ярко-желтыми непромокаемыми ботинками длиной до колен. На ней был темно-зеленый дождевик, скользкий от воды, а сбоку лежал мокрый зонтик. Блин, опять начался дождь? И разве у нее не было машины? Она приехала на поезде? Это не имеет значения, у меня были более насущные проблемы. А именно, я сам. «Что бы ты ни продавал, я не покупаю», — быстро сказала я, намереваясь избавиться от этой неприятности. «Пожалуйста, уходи ава–» Ее рука коснулась моего лба, и я вздрогнул от прикосновения. Ее рука была успокаивающе прохладной на моей коже. «Твой жар просто обжигает». Юкиносита пристально посмотрела на меня. «Я разочарован, Хикигерма-кун, неужели ты даже не можешь избежать заражения микроорганизмами, которые слабее твоих собственных?» «Оставь меня в покое. Две изматывающие матери в моей жизни — это уже более чем достаточно «. На самом деле, если вы включаете Шибу, то получается трое. Я попытался отбросить руку Юкиноситы, но, похоже, мне было намного хуже, чем я думал. Я едва мог вложить в это хоть каплю сил. Юкиносита восприняла мое слабое сопротивление как знак того, что я сдался, и бульдозером ворвалась в мою квартиру. Несмотря на мои протесты, ей удалось втолкнуть меня в мою спальню. После того, как ее уложили в постель, она взбила подушки и положила еще одно одеяло поверх моего собственного. Она порылась в сумочке и достала пузырек с лекарством. «Вот, парацетамол. Это должно помочь тебе справиться с лихорадкой. «Ты повсюду носишь с собой это барахло?» — Спросил я, сбитый с толку. «Всегда полезно быть готовым». Готовы? Кто ты такой? Какой-нибудь швейцарский армейский нож? Вы действительно ездили в Англию? Я начинаю подозревать, что вы на самом деле отправились в Швейцарию и превратились в подразделение поддержки, Юки-но-Свисс-та. Она настояла, чтобы я принял его, а я был слишком не в себе, чтобы действительно сопротивляться, и поэтому я засунул таблетки в рот, а затем запил их водой, чтобы успокоить ее. К моему разочарованию, она не покинула мою квартиру. «Я вернусь с едой, постарайся отдохнуть». И она ушла, ее фигура вошла в глубины моего дома. Даже не спросил разрешения воспользоваться моей кухней. Она даже не знала, где мои инструменты. С другой стороны, она, вероятно, догадалась бы об этом. Мы говорим о Юкиносите. Выбросив эти мысли из головы, я попыталась заснуть, но явная недоверчивость ситуации заставила мой разум работать с невероятной скоростью. [4] В моем бредовом состоянии я едва мог сказать, сколько прошло времени, прежде чем Юкиносита вернулась с миской каши. Ах да, дружелюбные белые помои, которые были в основе многих восстановительных работ в этой островной стране. Она протянула мне миску и ложку. Я первым потянулся за ложкой. Как только я попыталась сжать пальцами посуду, мои мышцы болезненно запротестовали и сдались. Ложка упала на пол, и Юкиносита наклонилась, чтобы поднять ее. — Неужели сейчас? Она раздраженно вздохнула, что заставило меня уклониться. «Ты можешь что-нибудь сделать для себя?» «… извини. Не хотел быть обузой. Юкиносита посмотрела на меня широко раскрытыми, как блюдца, глазами. «Ты, должно быть, действительно болен, если извиняешься передо мной». Ммм… Это было оскорбление, верно? Она вытерла ложку салфеткой и села на край моей кровати, на покрывало. Она окунула ложку и зачерпнула немного каши. Она поднесла его к моему лицу. О, черт возьми, нет. «Мы НЕ будем этого делать». — Прошипела я. — Это так неловко! «Другого выхода нет. Ты слишком слаб, чтобы сделать это самому, и тебе нужно поесть. Перестань вести себя по-детски. «…» Я неуверенно уставилась на глиняную ложку. Это была ловушка, верно? Юкиносита пыталась отравить меня и забрать мое мирское имущество, должно быть, так оно и было. Подождите, она знала, что у меня ничего не было. Было ли это тогда преднамеренным? Неужели Харуно послала свою младшую сестру в качестве убийцы? Я никому не рассказывала о твоем парне, честно! «С моей стороны это тоже не доставляет удовольствия. Но это к лучшему». Я немного поворчала, прежде чем открыть рот и принять еду. Мой язык совершенно сварился от гриппа, и вместе с заложенным носом я ничего не чувствовал на вкус. Хотя, наверное, это было хорошо. Глотать было немного больно, но я справился. Мои глаза посмотрели на Юкиноситу. Я не уверен, покраснели ли ее щеки от смущения так же, как мои, или мой воспаленный мозг просто сыграл со мной злую шутку. Цикл продолжался до тех пор, пока я не услышала, как ложка ударилась о дно чаши, сигнализируя о том, что мы подошли к концу этого причудливого ритуала. Я почувствовал, как что-то ударило меня по щеке, и уставился на пустую ложку, которую в меня тыкает рассеянная Юкиносита. «Юкиносита…» — Ммм? Что-то не так, Хикигая-кун?» «Я не могу есть фарфор». Быстро, как молния, она встала, собрала миску и посуду и вышла из комнаты, как будто за ней гнались адские псы, поспешно пробормотав что-то и дав мне понять, что собирается вымыть миску. Я слышал, как течет кран и как убирают тарелки. Я откинула голову на подушки. Когда мой желудок был полон, а выносливость из-за гриппа была на пределе, мои веки начали тяжелеть и медленно опускаться. Поскольку делать было больше нечего, я позволил себе заснуть. Δ▼Δ «Мистер солдат! Мистер солдат!» Я услышал стук сандалий по грязи, когда молодая девушка окликнула меня и подбежала ко мне, встав между мной и другим солдатом, пока мы разговаривали. Она начала дергать меня за рукав, к большому огорчению моей спутницы, перед которой я быстро извинился. Я присел на корточки и оказался на уровне глаз назойливого посетителя. «Что-нибудь не так?» — Спросил я на своем зачаточном сингальском. Она покачала головой и потащила меня в центр деревни, где я заметил группу женщин, которые все сидели в кругу с кучей сухой соломенной шелухи в центре. — О-ой! «Мы делаем корзины с зерном!» — весело сказала она, одарив меня зубастой улыбкой. Мое сердце немного растаяло. Она так сильно напомнила мне молодую Комачи, и я недостаточно мужчина, чтобы сказать, что не скучаю по дому. Мне казалось, что прошли десятилетия с тех пор, как я в последний раз видел свою очаровательную младшую сестру или мою любимую Тибу. Маленькая девочка освободила для меня место в толпе, похлопав по земле рядом с собой. С очаровательной серьезностью она начала учить меня плести соломенную корзину. Женщины смотрели на это с веселыми улыбками, в то время как некоторые другие ругали ее, говоря, что она должна перестать беспокоить солдата. Я попытался заверить их, что это не проблема. Мои пальцы двигались неловко, несмотря на четкие инструкции моего наставника. Более опытные ткачихи работали как машины на конвейере: выпускали идеальные корзины одну за другой со скоростью, в пять раз превышающей мою. Я заметил, что другие дети смотрят на нас из просветов между домами и деревьями. Они были в восторге от маленькой девочки за то, что у нее хватило смелости поговорить с самым страшным из страшных солдат. Я фыркнула при мысли, что даже дети считают, что мои глаза указывают на то, что моя персона вызывает подозрение. Мир был жестоким местом. Моя первая соломенная корзина была уродливой и деформированной, дно прогибалось внутрь из-за плохой опоры, которую я в нее вплела. Я собирался выбросить его и попробовать снова, но маленькая девочка выхватила его у меня из рук. «Его можно использовать, как бы он ни выглядел!» Она одарила меня ослепительной улыбкой, которая осветила темные уголки моего сердца. «Это правда?» — Сказал я. Ее лицо внезапно сморщилось в замешательстве, и она задала мне еще один вопрос. «Я всегда называю мистера Солдата «мистер Солдат'… но каково настоящее имя мистера Солдата? Привет… Я здесь уже месяц, и ты спрашивал меня об этом так много раз. — Меня зовут… Δ▼Δ Влажное и холодное ощущение на моем лбу пробудило меня ото сна. Я увидел перед глазами пару рук с бледно-белыми тонкими пальцами на мягкой на вид ладони. Они сняли полотенце с моей головы и окунули его в миску, наполненную водой, прежде чем выкрутить излишки и нанести повторно. «О», — тихо сказала Юкиносита, заметив мои открытые глаза. — Прошу прощения, что разбудил вас. После короткого сна я почувствовал себя еще хуже. Все болело, и у меня кружилась голова, несмотря на то, что я лежал на спине. Глаза, которые она строила, вызывали у меня еще большую тошноту, как будто меня держали вверх ногами и крутили. Эти глаза напомнили мне о том времени в зале суда. Моя рука протянулась и мягко взяла ее за запястье. Ее глаза расширились, но она не отстранилась. «Это было плохо…» — Прошептала я, не уверенная, откуда взялись эти слова и мысли. Все, что я знал, это то, что у меня было непреодолимое желание объясниться. «Мы должны были выжить… Другого выхода не было… Много хороших людей… мог бы погибнуть…» «Я знаю», — тихо сказала она, и ее губы изогнулись в мягкой улыбке. «Ты, вероятно, составил какой-то ужасный план, в котором только ты совершал злые поступки. Это просто те, кто есть». Я моргнул. За кого она меня принимала? Ангра Майнью? [5] «Признание Тобе-сана. Проблемы Ишики-сана со Школьным советом. Мои собственные проблемы…» Она замолчала, ее глаза затуманились. «Во всех этих случаях ты не беспокоился о себе. Став мишенью, вы можете отбросить осторожность на ветер. Варианты, которых у вас никогда раньше не было, открываются перед вами… и в некоторых случаях они могут быть единственными вариантами, которые у вас есть «. Эти слова… Знает ли она? Знает ли она о Шри-Ланке? Тот год, который я провел в джунглях? — Я… я не была согласна со многими твоими решениями, — медленно произнесла она, словно пробуя каждое слово на вкус, прежде чем выпустить его в мир. «Но я не думаю, что это делает тебя плохим человеком». Странное чувство наполнило мое сердце. Как и в тот раз с корзинами, мое сердце озарилось светом. Что это было за чувство? Нирвана? Просветление? Величество? Благоговение? Нет, ни один из них не является достаточно описательным. Я замолчал, не в силах ответить на ее сильные слова. Юкиносита продолжала ритмично прикладывать мокрое полотенце к моему лбу еще несколько минут, прежде чем заставить меня принять еще одну таблетку. «Тебе нужно поспать», — сказала она и натянула одеяло до моего подбородка. «… спасибо… за то, что сделал все это …», — сказала я, тяжело дыша. — Все в порядке. Она обернулась, ее длинные черные волосы закрутились вместе с ней. Она пробормотала что-то еще себе под нос, чего я не совсем расслышал. Но я не зацикливаюсь на этом, позволяя сну снова овладеть мной. Δ▼Δ Наступило следующее утро, и моя голова больше не казалась надутым воздушным шаром. К моему облегчению, у меня больше не кружилась голова от простого стояния, и мне удалось относительно безопасно дойти до коридора. Мои уши уловили звуки гремящих кастрюль и шипения на кухне. Любопытно. Кто был в моей квартире сегодня утром? Я направился к кухонной прихожей и столкнулся лицом к лицу с необыкновенным зрелищем. Две головы с длинными черными волосами стояли бок о бок перед прилавком. Неужели мой грипп перерос в какую-то более безумную болезнь? Потому что у меня двоится в глазах. «Сингулярность здесь? Неужели какой-то сбежавший искусственный интеллект наконец изобрел клонирование?» — Проворчал я, протирая глаза. Оба обернулись. «Что за чушь ты несешь, первым делом с утра?» Ах, этот строгий тон, должно быть, Юкиносита. «Йоу». Этот беспечный голос, это был Руми, все в порядке. — Доброе утро вам двоим. Я поздоровался. «Доброе утро, Хикигая-кун» «Хатиман, доброе утро». Они вопросительно посмотрели друг на друга. Мой мозг наконец проснулся и сделал проницательное наблюдение. «Подожди, Юкиносита, почему ты все еще здесь? Тебе следовало уйти некоторое время назад. «Было слишком поздно уезжать, автобусы и поезда остановились». Она спокойно объяснила. «Я остановился в комнате для гостей напротив твоей, прошу прощения, я взял на себя смелость поискать и взять одеяла из твоего шкафа». — Все в порядке. Я рад, что она выбрала безопасный вариант и осталась. «Лучше ты сделал, чем не сделал». В конце концов, дела в Токио становились все более сомнительными. Юкиносита вытерла руки о фартук, прежде чем внезапно двинуться вперед и вторгнуться в мое личное пространство со скоростью мастера куноичи. Она откинула мою челку и измерила температуру моего лба тыльной стороной ладони. Я услышал, как Руми издал звук, напоминающий звук задушенного дельфина, которому закрыли дыхало. «Хм, у тебя все еще небольшая температура, но она ниже, чем прошлой ночью». Она отметила это, прежде чем кивнуть самой себе. «Иди и умойся, завтрак скоро подадут». «О-хорошо…» Когда я вернулся из ванной, меня ждал обычный японский завтрак. Я вдохнул отчетливый аромат ностальгии. «Почему полная классика?» — Спросил я двух женщин, которые заняли места за столом по разные стороны, заставив меня сесть в ногах ради фэн-шуй. «Цуруми-сан пришла утром, заявив, что обычно готовит завтрак по пятницам. Она отказалась позволить мне выполнять работу в одиночку, поэтому мы пошли на компромисс, чтобы работать вместе «. — «Вместе» — это сильно сказано. — Проворчала Руми, отправляя в рот кусочек риса. «Возможно, так оно и есть.» Юкиносита кивнула головой в знак согласия. «Цуруми-сан не умеет готовить ничего, кроме японских блюд, поэтому мы были вынуждены приготовить полностью традиционное блюдо». «Тчч!» Руми прищелкнула языком и смущенно отвела взгляд. Мы позавтракали в относительно комфортной обстановке. Юкиносита немного поговорила с Руми, сказала, как было приятно снова встретиться с ней после стольких лет, и спросила о ее школьной жизни. «Думаю, все не так уж плохо. По крайней мере, у меня есть несколько друзей. С ними весело общаться, — бесстрастно сказала Руми. «О? Я рада за тебя, — сказала Юкиносита, и в ее голосе звучала неподдельная радость. Руми удалось сделать то, что мы не смогли сделать сами. Я надменно вздернул нос. — Да, действительно. Руми сильно вырос, и я ожидаю получить некоторую благодарность за свою роль в этом «. «Неужели это так?» Юкиносита посмотрела на меня с подозрением, а Руми просто закатила глаза. Нахальное отродье. «Говоря об улучшении, Хикигая-кун, твоя квартира на удивление чистая». Глаза Юкиноситы оглядели гостиную, когда она это сказала. Действительно, все относительно безупречно. Несколько слоев пыли тут и там от неиспользования, но, кроме того, все было аккуратно и организованно. «Я не настолько безнадежен». «Как будто.» Усмехнулся Руми, игнорируя мой ответ. «Это чисто только потому, что тебя никогда не бывает дома с самого начала». «Неужели это так?» Глаза Юкиноситы сузились от гнева. «Это действительно имеет смысл, но в то же время парадоксально. Что случилось с человеком, который хотел быть домашним мужем, чтобы избежать работы? И теперь тот же самый человек переутомляется?» Я почувствовал надвигающуюся метель и быстро решил, что в «сражайся или беги» лучшим выбором будет «бегство». «Я все еще верю, клянусь! Просто на этот раз я зашел немного далеко. Этого больше не повторится, мне очень жаль!» Один из моих 108 Навыков Одиночки: умолять сохранить мне жизнь. -Эээээ? Это был бы не первый раз, когда он падал больным от истощения «. Руми вмешалась с самодовольным выражением на лице, довольная свершившейся местью. Взгляд Юкиноситы стал еще холоднее. «У-у-у, Р-Руми! Ты здесь раньше обычного!» Я запиналась в своих словах, отчаянно пытаясь сменить тему для собственной безопасности. — А что с этим такое? «Шизука сказала, что она хотела, чтобы я проверил тебя, ты болен и все такое. Я вышел из дома раньше. О, Шизука, если бы я не ненавидел тебя до глубины души за то, что ты натворила вчера, я был бы так благодарен тебе за заботу. «Послушай, Хикигая-кун. Почему Цуруми-сан у тебя дома? Я нахожу странным, что старшеклассница наносит тебе личные визиты. Хотя она может быть законной, разница в возрасте оставляет желать лучшего. О, если, конечно, это не докажет мою теорию о том, что ты на самом деле лоликонщик. Неужели твоя мораль деградировала вместе с твоими глазами?» «Абсолютно нет». Я немедленно все отрицал. «Просто так получилось, что я хорошо знаком с семьей Цуруми». «О?» Она подняла бровь. «Пожалуйста, объяснись». «Ну, Шизука вышла замуж за дядю Руми, Цуруми Кэндзи, начальника полиции. Я также служил с отцом Руми в JSDF, он был моим командиром, на самом деле именно он порекомендовал мне эту работу, сказал, что его брат хочет нанять или обучить детектива. Очевидно, я соответствовал всем требованиям, поэтому, когда меня… уволили со службы, я отправился в Токио. «Хатиман…» Руми обеспокоенно потянула меня за рукав. Она знала, что моя неудавшаяся военная карьера была не лучшей темой для разговора. «Все в порядке, на самом деле ничего особенного, Юкиносита уже знает». — Заверил я ее, взъерошив ей волосы для пущей убедительности. Руми шлепнул меня по руке и свирепо посмотрел на меня. Юкиносита тепло посмотрела на него. Когда с завтраком было покончено, эти двое собрались уходить. Прежде чем она это сделала, Юкиносита сказала, что вернется позже вечером, чтобы проверить меня. Руми упомянул, что Шизука тоже собиралась зайти позже. Юкиносита улыбнулась и призналась, что было бы приятно увидеть ее снова. Ха, знаешь, теперь, когда я думаю об этом, Юкиносита в последнее время очень много улыбалась. Должно быть, это какой-то новый мировой рекорд. И, как они и обещали, вечером на моем пороге появляются три женщины с бутылкой шампанского в руках у Шизуки. «Хатиман!» — Окликнула моя бывшая учительница, когда она распахнула дверь моей спальни. «Ты жив?!» — Нет, не собираюсь! — Крикнул я в ответ. «И ты действительно приносил выпивку с несовершеннолетним?» «Это шипучее безалкогольное!» — Сказала она с гордостью, как будто ее принципиальная приверженность ответственности была достойна признания. Я думаю, взрослые бывают всех форм и размеров. Юкиносита и Руми последовали за мной, и в мою комнату официально вторглись и заняли внешние силы. Шизука слегка толкала и подталкивала меня, ее глаза ясно давали понять, что она хочет знать, что произошло вчера. Я демонстративно отвел взгляд от ее понимающей ухмылки. Юкиносита начала готовить ужин, и мы присоединились к ней на кухне, беседуя, пока она творила свое волшебство. Все это было громко и раздражающе… но весело. Ужин шел как по маслу, пока Руми не сделал безвкусное замечание, что я веду себя вяло. Шизука подтвердила, что у меня вернулась температура, и силой уложила меня обратно в постель, как будто это была какая-то рутина из ситкома. Когда она накрыла меня одеялом и выключила свет, она подошла ближе и прошептала мне на ухо: «Кендзи рассказал мне о доках. Я горжусь тобой». — Прошептала я в ответ с притворным гневом. «Положите в него носок, леди. Дай мне поспать. «Хорошо, тебе не нужно злиться на меня! Неблагодарный придурок. В ее словах нет яда, и я выдавила улыбку, когда она ушла, закрыв за собой дверь. Я слышала приглушенные голоса девушек, болтающих в гостиной. Я уловил несколько фраз о телешоу и несколько разговоров о еде. Я заснула с мыслью, что моя квартира больше не кажется такой большой и пустой. Δ▼Δ На следующее утро я проснулся, чувствуя себя совершенно отдохнувшим. Я была уверена, что полностью выздоровела, поэтому быстро написала шефу сообщение о том, что приду сегодня, и вышла из спальни. Я вскочила с кровати, намереваясь быстро позавтракать и убежать на работу. Когда я вышел из своей комнаты, я заметил, что из кухни снова доносятся звуки, что было странно. Руми снова заходил? Сегодня был не один из тех дней, когда она обычно приходит. Ух ты, какой хороший парень, почти такой же хороший, как Комачи. Если чуть поумнее. Без обид, Комачи. Но не бойся, моя обожаемая младшая сестра по крови, ты определенно симпатичнее! Я подошел к кухне и заглянул внутрь, как мультяшный вор, несмотря на то, что находился в собственном доме. Я был неправ. На кухне в желтом фартуке поверх рабочей одежды стояла Юкиносита Юкино. «Доброе утро, Хикигая-кун». «Хорошо, мор… нет, подожди! Это совершенно неправильно!» — Вырвалось у меня, останавливая себя на полуслове. «Почему ты– Нет, как ты сюда попал? «Хирацука-сенсей дала мне свой комплект запасных ключей. Мы оба согласились, что ты бесполезен сам по себе. Я должен был догадаться. «… еще слишком рано подрывать мою уверенность в себе». Я вздохнул, признавая свое поражение. — Делай, что хочешь. Я взял книгу, сел на свое обычное место в конце стола и начал читать, чтобы скоротать время. Я поднял глаза, когда услышал, как Юкиносита выходит из кухни с подносом в руках. «О? Я рад видеть, что ты продолжаешь заниматься этим хобби. Юкиносита поставила миску на стол передо мной. -"Завоевание счастья»? Ты, наконец, признал, что твой прискорбный образ жизни не приносит удовлетворения, Хикигая-кун?» «Напротив, я просто получаю дополнительные доказательства того, что счастье требует гораздо больше усилий, чем несчастье, поэтому лучше всего ничего не делать «. «Я вижу, ты снова стал таким же эффективным слизняком». Юкиносита разочарованно вздохнула. «По крайней мере, это настоящая литература, а не те юношеские фантазии об исполнении желаний, которые у тебя так часто возникали. И притом на английском языке. «Да, но удивительно, как много ты можешь усвоить, когда за год службы можно прочитать только одну книгу, и она оказывается на иностранном языке. Я думаю, что запомнил его еще до того, как действительно понял. И я все еще читаю легкие романы! Это, безусловно, «настоящая литература», черт возьми! Я просто жду следующего тома «Черной пули»! [6] «Это так? Впечатляет.» — Это сарказм? «Избавься от этой мысли». Юкиносита поставила свою собственную посуду и наполнила ее едой, прежде чем сесть. «Спасибо за еду», — прошептали Мы. Я подождал, пока она откусит кусочек, прежде чем приступить к еде сам. «Это нормально, что ты приходишь сюда? Разве ты не занят и все такое? — Спросила я, беспокоясь, что могу доставить ей неприятности. — Это не проблема. Юкиносита категорически отрицал это. «Мой отец в курсе этого дела и с радостью позволяет мне посвящать ему все свое время». «Да? Кажется немного странным, если честно. Юкиносита тихо рассмеялась. «Я думаю, что мой отец все еще пытается отблагодарить тебя. За то, что охранял Ни-сан. О, и Сестренка-сан также передает свои добрые пожелания по поводу твоей болезни.» — Скажи ей, что мне это не нужно. Мне вдруг стало любопытно. «Тогда где же ты работаешь вне дома?» «Я работаю в офисе окружного прокурора, временно под руководством моей сестры. Вы сегодня отправитесь в полицейский участок?» «Мне нужно закончить кое-какие документы. Я, наверное, скоро уеду. «Я понимаю, тогда мы должны уйти вместе». Я поднял бровь, но ничего не сказал. Мы закончили завтракать, и я вернулся в свою спальню, чтобы надеть рабочую одежду. Надев рубашку и брюки, я надел наплечную кобуру. Следующим был мой пистолет. В связи с происшествием на корабле две ночи назад я разобрал пистолет, чтобы его протерли и смазали заново. У меня еще не было времени соединить верхнюю и нижнюю ствольные коробки с рукояткой. Выровняв пазы и установив его на место, я был встречен удовлетворительным щелчком. «Хикигая-кун? С тобой все в порядке?» Голос Юкиноситы донесся из-за двери. «Я в порядке», — крикнула я в ответ. «Дверь можно открыть, я тебя плохо слышу». Дверь в мою спальню медленно открылась, и осторожными шагами вошла Юкиносита. «Что случилось?» — Спросил я. «Нет, просто ты отнял у меня довольно много времени. Я беспокоился, что, может быть, ты все еще болен. «Ох. Извини за это. Я как раз собирала свои вещи. Я сунул H & K в наплечную кобуру, это действие привлекло внимание Юкиноситы. То, как расширились ее глаза, заставило меня усмехнуться. «Ты боишься?» — Поддразнила я. — Н-нет, не собираюсь… но я никогда не был так близко к одному из них… Японские законы об оружии были строгими. Чтобы получить лицензию, вы должны посещать занятия в течение всего дня, пройти физическое и психическое обследование, а затем также пройти тщательную проверку биографии. Даже тогда вы могли купить только дробовики и пневматические винтовки, никаких пистолетов. Для правоохранительных органов все было немного по-другому, но ограничения на власть все еще действовали. Японские полицейские традиционно носили новый Nambu Model 60, револьвер двойного действия, заряжаемый специальным патроном Smith & Wesson калибра 0,38. Наряду с этим, некоторые офицеры предпочли носить современные пистолеты в качестве основного оружия. В основном это были пистолеты калибра 9 мм стандарта «Парабеллум». С ростом преступности в последнее время этот вариант стал более популярным среди правоохранительных органов. Мой собственный Heckler & Koch P30L получил этот 9-миллиметровый патрон, хотя вы редко увидите эту модель в стране. Как детектив, я также имел возможность получить лицензию на скрытое ношение оружия. Японцы редко видят оружие, так что в основном это немного в новинку. Я сняла свой блейзер с вешалки и уже собиралась надеть его, когда меня прервала Юкиносита. «Где твой галстук?» «Я его не ношу». «Почему бы и нет?» Ее глаза сузились от отвращения. «Разве вы не детектив? Ты должна выглядеть соответственно.» «Я не могу связать ни одного. Кроме того, это замедляет мое утро. — Возразил я, защищаясь. Юкиносита вздохнула и быстро пошла вперед, отталкивая меня с дороги. Она схватила черный галстук со специальной вешалки в гардеробе. «Стой спокойно». Она подошла ко мне и расстегнула мне воротник, прежде чем я успел возразить, начав процесс удушения цветной плоской веревкой, известной как галстук. Что, черт возьми? Стук ее каблуков по моему деревянному полу заставил меня опустить взгляд и уставиться на ее ноги, которые сегодня были обтянуты черными чулками. Они были длиннее и стройнее, чем я помнила в старших классах. Я слышал ее мягкое дыхание, щекочущее мою шею. На таком расстоянии я мог чувствовать запах шампуня, исходящий от ее волос. Это был цветочный аромат, возможно, белой гардении с оттенком кокоса. Ее руки несколько раз прошли мимо моей головы, когда она завязывала галстук у меня на шее, и я также уловил запах мыла, которым она пользовалась, исходивший от ее рук. Это была освежающая острота, как морская соль в струящемся бризе на пляже. Я совершил ошибку, немного подняв глаза вверх, и мои глаза были захвачены формой ее затылка. Я поспешно отвел взгляд, все дальше поднимаясь к ее губам. Они были красивого розового цвета, с мягким свечением. Она пользуется помадой? Не похоже на ее стиль, может быть, бальзам для губ? Интересно, какой у него вкус? Я почувствовал, как она потянула за завязанный галстук, давая мне понять, что она закончила. «Вот, все готово». Прежде чем я успел осознать, что происходит, она уже взяла в руки мой блейзер и помогла мне надеть его. Это должно было бы смутить меня. Например, крайне смущенный тем, что мы делали. Но я не знаю, что чувствовать. Она вернулась в мою жизнь, как второй ураган, опустошивший землю, на которую уже обрушился предыдущий шторм. Это было так хаотично, что я просто смирился с этим. Неужели я теряю контроль над своей жизнью? Неужели я становлюсь «травоядным животным», как жалуются те ученые мужи по телевизору? Я каким-то образом был одной из причин снижения рождаемости. И вот я подумал, что наконец-то стал продуктивным членом общества. «Я провожу тебя до станции», — внезапно сказал я, удивив даже самого себя. Юкиносита вопросительно посмотрела на меня. «Все в порядке, я справлюсь». «Нет», — твердо сказал я. «Я в долгу перед тобой за все, что ты сделал на прошлой неделе». «Если ты настаиваешь…» Дуга 1: «Детектив Хикигая Хатиман»