страх и рисок

«Надеюсь, всё это действительно было сном» — первым делом подумала Ноэлль Холидэй, проснувшись у себя дома. Обычное утро обычного дня, когда ученица №2 отправляется в школу, чтобы получать новые знания. Прийдя раньше всех, как обычно, олениха стала ждать одноклассников, что-то калякая на огрызке черновика. Время шло, но в кабинете не показывались ни Сьюзи, ни Крис, ни Бёрдли. «Наверное, всё ещё спит. Хотя я бы проснулась, если бы меня во сне убили. А может, ему другой сон приснился. Не может же быть так, что мы вчетвером попали бы в один и тот же сон. А остальные опаздывают, как обычно…» Прошёл целый урок, но никто не пришёл. — Н-ноэлль, — тихо позвала на перемене ученицу мисс Альфис. Девочка подошла к учительнице. — Ты не можешь п-позвонить Бёрдли? Он сегодня срочно н-нужен для фотографии на д-доску почёта, п-последний д-день, когда фотограф у н-нас. — Хорошо, мисс Альфис, позвоню! — кивнула Ноэлль. Холидэй достала телефон и набрала номер товарища. Гудки. А затем механический голос сообщил о том, что девочке стоит записать сообщение на автоответчик. Пробрал небольшой холодок, ибо этот голос чем-то напомнил ей Королеву. Блондинка положила трубку. — Не отвечает, — сообщила она Альфис. — Ух… П-позвоню ему сама на следующей перемене, — со смятением во взгляде кивнула ящерица. После второго урока бывшая придворная учёная действительно вышла в коридор, чтобы попробовать дозвониться до ученика №1. Ноэлль решила отойти в уборную и проходя мимо Альфис, заметила, что та смущённо лепечет что-то в трубку. «Она звонит Бёрдли или тому флористу, что ей цветы носит?» На следующем уроке первые пять минут учительница в кабинете отсутствовала и в классе царил балаган, но олениху настигло нехорошее предчувствие. Тут дверь распахнулась и все замолчали, увидев ошарашенное выражение морды классной руководительницы. — Б-бёрдли… Не п-проснулся, — еле выговорила ящерица, пытаясь сдержать подступающие слёзы. Ноэлль Холидэй выпрямилась и застыла. Она не смогла выговорить ни слова, не смогла пошевелиться. Движения сковал груз вины. Подступили сомнения. «Боже, что я натворила? А может, он не из-за этого умер, может, просто совпало? Нет, нет, нет, нет, не должна была я вчера идти в библиотеку, нет… Бог не простит меня, я попаду в ад, точно попаду… Никогда, никогда я не свяжусь с Крисом больше… Он ведь меня подстегивал продолжать… Нет, не надо сваливать вину на других, тем более в убийстве… Как так… Гордость семьи, школы, города, внезапно — жестокий убийца… Почему именно со мной это происходит?..» -★- — Н-да. Синей птице, что приносила счастье, не повезло по полной программе, — отстранённо и понуро проговорила шеф полиции, оперевшись на лопату и смотря на надгробие. — Обморожение в тёплой библиотеке, надо же так умудриться… Наверняка хороший пацан был. — Лучшие уходят рано, — тяжко вздохнула учительница начальных классов, кидая последнюю горстку земли. — Бедный мальчик… Столько смертей видела, но каждый раз плачу, будто умер мой ребёнок… — дама тихо шмыгнула носом и утёрла рукавом глаза. — Вы в первую очередь мать, миссис Дриимурр. Матерям тяжело переживать любые смерти. Они лучше остальных знают, что перед своим уходом любая душа проходит долгий и упорный путь становления. У нас всех ещё и души слабы, — горько усмехнулась полицейская, печально опустив уши-плавники к широким плечам. — А души монстрят ещё слабее. Пожилая леди с силой воткнула лопату в землю неподалёку от могилы. Сложив руки на черенке инструмента, она вместе с молодой женщиной молча смотрела на то же самое надгробие, смахивая солёную влагу с короткой белой шерсти на щеках. Это было единственное надгробие пятнадцатилетней души на местном кладбище.