Королева Деэскалации

— Охренеть… — Тихо, заворожённо пробормотал Мицуко Сато, застыв в невысоком проёме, ведущем из полного тьмы холла второго этажа Старшей Школы Уинслоу в класс информатики. Старые двери группа приоткрыла с тихим скрипом, нервно вздрогнув в унисон, задерживая дыхание — и теперь с придыханием облегчённо выдохнув. Странная троица грабителей стояла на пороге двести двенадцатого — что ничуть не изменился за те несколько месяцев, что Тейлор Эберт, лидер необычной группы воров, отсутствовала в школе. Всего шесть уходящих в темноту рядов, в каждом по десять стульев… Шестьдесят одноместных парт, под каждой — чёрные коробки системных блоков, тянущиеся косы проводов к широким, толстым мониторам, балансирующим на неровных партах на одной толстой пластиковой ноге. — Добро пожаловать в кабинет информатики. — Негромко пробормотала Тейлор Эберт голосом, что дрогнул на один короткий миг, невольно вспоминая десятки часов внутри, проведённых в напряжённом ожидании окончания уроков… Миссис Нотт, и ведущая программирование в Старшей Школе Уинслоу, была, пожалуй, единственным учителем, не способным игнорировать показательные издевательства Трио над ней — и потому это полутёмное, заполненное проводами и микросхемами, вместе со струящимся по ним электричеством, было единственным местом в этой поганой школе, о котором остались хоть сколько-то положительные воспоминания. И пусть София неизменно старалась толкнуть её на выходе из класса, а Мэдисон и Эмма обожали отпустить пару едких комментариев по поводу внешности долговязой брюнетки в тяжёлой, грубой оправе очков… Это всё ещё было куда предпочтительнее остальных уроков. И вот как она решила отплатить за доброту миссис Нотт. — Потом экскурсию проведёшь. — Как и обычно, из мыслей её вырвал грубоватый голос Кена, что плечом оттеснил ту в сторону и присел на корточки, быстро развязывая шнуровку на рюкзаке и обнажая голодный зёв холщового мешка. Сунув туда руку, боец АПП быстро выдернул пару отвёрток и, ничтоже сумняшеся, бухнулся рядом с первой партой, чуть дёрнув на себя системный блок и начав сдирать металлическую стенку корпуса. Одним резким движением тот вырвал крышку корпуса и, выругавшись, только потом щёлкнул налобным фонариком. — Тебе надо аккуратно отключить провода от платы, потом… — Неуверенно начал Мицуко, но его старший брат поступил проще — резанув ножом по неаккуратной косе проводов и затем, поднапрягшись, буквально выпотрошил системный блок. С тихим хрустом разрываемого электролита японец злобно дёрнул на себя материнскую плату, эффектно разделавшись с делом секунд за сорок. — Нет времени это всё отсоединять. — Буркнул Кен, нервно оглядевшись вокруг и игнорируя вздрогнувшего от такого обращения с компьютерами младшего брата. — Давайте, хули встали? Я обрабатываю этот ряд, ты, мелочь, тот, что ближе к окну. И изредко поглядывай, не идёт ли кто. — А я? — Неуверенно задала вопрос Тейлор, всё ещё с почти болью глядя на то, как единственное хоть сколько-то приличное место в школе быстро превращается в разграбленное мародёрами кладбище компьютеров. — А ты стой на стрёме. Не хватало нам ещё визита охраны… Услышишь шаги — скажешь, поняла? — Угу. — Пробормотала Эберт и, поправив белый плащ и маску на лице (очень мешающую дышать — но чёрта с два она снимет единственное, что защищает её конфиденциальность, пока они не окажутся хотя бы в паре километров отсюда), быстро выглянула в тёмный проход коридора, приоткрыв — и затем быстро закрыв дверь опять. Хватило бы одного компетентного охранника Уинслоу, чтобы помешать их плану. Да что там! Просто поставить сигнализацию на окна второго этажа, оборудовать двери нормальными замками, чтобы их не мог вскрыть четырнадцатилетний ребёнок, наладить работу камер видеонаблюдения и следить, чтобы придурки из её бывших одноклассников не закрашивали объективы баллончиками-распылителями… Всё это было в Аркадии. Ничего из этого не было в Уинслоу. Чёртова помойка, куда она пошла ради своей подруги. — Тут так классно… — Тихо пробормотал Мицуко, очень аккуратно отвинчивая крохотной отвёрткой какие-то гвозди в корпусе чёрного блока. В отличии от старшего брата, что принялся потрошить уже третью парту, младший брат даже не закончил с первым — но его работа выглядела куда аккуратнее. Вместо ножа Сато аккуратно поддевал какие-то рычажки внутри длинной плоской отвёрткой, высвобождая провода из клемм с тихим, приятным щелчком — без даже намёка на резкие движения. Так, словно у него был в этом неплохой опыт. — И тут учатся, да? — Учат… — Тихо пробормотала Тейлор, бросив ещё один быстрый взгляд в коридор и вновь закрыв дверь. — Это класс информатики. Лучший в этой школе. — Да хватит вам болтать. — Шикнул Кен, нервно оглядываясь по сторонам и резким движением сунув третью плату, вместе со всеми компонентами, внутрь огромного рюкзака. — Эти платы слишком лёгкие. Они точно весят сколько надо? — Ты забыл про блоки питания. — Бросив быстрый взгляд на оставленные позади брата чёрные остовы, авторитетно заявил Мицуко, не отрываясь от медленного процесса извлечения всей доступной электроники из внутренностей системного блока. — Про что? — Непонимающе нахмурился капитан рэкетиров АПП. — Нормально объясняй. — Хрень с вентилятором. — Вздохнул младший. — Куда идут провода от розетки. Их тоже дёргай. — Сразу сказать не мог? — Злобно оскалился старший Сато, сделав пару шагов назад и начав выламывать указанную деталь из первого блока. — Ты же не спрашивал! — Возмутился Мицуко, только закончив со своей первой металлической жертвой и, аккуратно прикрыв пустой уже корпус металлической крышкой, перешёл к следующей парте. — Я то откуда должен был знать, что ты не помнишь, как компьютер разбирается… — Я это охрененно знаю. — Прорычал Кен. — Просто если ты не заметил, мы тут немного торопимся. Быстрее делай. — Да, так хорошо знаешь, что забыл про… — Да тихо вам! — Нервно, на грани паники, шикнула Тейлор, вскидывая руки, отчего белый плащ за её спиной чуть дёрнулся. Оба брата мгновенно смолкли, бросив несколько испуганные взгляды на свою временную предводительницу. Удостоверившись, что те перестали шуметь, подросток нервно выдохнула. — Поругаемся после того, как закончим. У нас вся ночь впереди, но лучше поторапливаться. Мицуко, взвесь пока, сколько мы забираем из каждого компьютера. — У меня нет весов… — Чуть приуныл тот. — Зато есть у меня. — Улыбнулась Эберт, подмигнув ему (и забыв, что это не будет видно за прорезями маски, откуда лишь изредка посверкивали линзы очков, неприятно прислонённых к лицу) и доставая из своей, куда меньшей по размеру сумки, кухонные весы. — Я подготовилась. — Голова… — С неохотным уважением пробормотал Кен, вернувшись к варварскому уничтожению государственного имущества. — Реально. — Тихо пробормотал самый младший в их компании, бросив какой-то непонятный взгляд на Тейлор, и, почему-то, мгновенно отвернулся и покраснел, буркнув что-то невнятное и начав возиться с электронными весами. Она опять что-то сделала не так, да?.. Впрочем, неважно. Они всё равно больше никогда не увидятся, когда эти безумные сутки закончатся. Широко зевнув, девушка вновь на йоту приоткрыла дверь и бросила долгий взгляд на пустой, безлюдный коридор. Честно говоря, когда она только готовилась к этому делу, то была уверена, что, как и учил её Ли, всё очень быстро пойдёт не по плану и придётся импровизировать, убегать, сражаться… В общем, что всё будет как когда к ней вломились четверо рэкетиров. Драка тогда заняла всего минуту! — Два триста. — Пробормотал Мицуко, снимая плату и блок с весов и довольно улыбнувшись. — Нам хватает. Тут шесть десятков компьютеров, так что мы пойдем даже с небольшим запасом… — Тогда не ждём. — Буркнул Кен, но даже на его лице была видна краткая улыбка. — А ты — следи давай за дверями, а не нами. — Да слежу я. — Вяло огрызнулась почти-не-преступница, в который раз уже выглянув в коридор, не увидев в нём, как и обычно, абсолютно ничего, кроме бездны мрака. В прошлый раз она за час успела встретиться и чуть не разругаться с Эми, сразиться с рэкетирами, вызвать полицию, ещё раз поговорить с новой подругой, объяснить, что происходит, заварить им обеим чай… В общем, всего пару дней назад её жизнь полностью перевернулась за жалкие пару десятков минут. Но сейчас? Происходящее было на удивление… Скучным, почти даже тривиальным. Тейлор никогда бы не подумала, что ей придётся описывать федеральное преступление термином, обычно применимым к домашним заданиям по математике, но… У неё не было ни опыта Мицуко, ни силы и уверенности Кена, чтобы разбирать компьютеры (да и оставлять больше следов, чем нужно, тоже не хотелось — да, на её руках были перчатки, но кто знает, как ещё полицейский Департамент Броктон-Бэй мог отследить преступников), а потому выполняла самую простую роль — стоящего на стрёме дозорного, нужного, чтобы заранее предупредить подельников о возможной угрозе. Угрозы не было. На самом деле — вообще ничего не было. Ни фонарей полиции, вызванных охранником, ни самой охраны, что по идее могла бы и услышать как их перепалку, да хотя бы и не самого тихого Кена, проделывающим «демонтаж микросхем» с изяществом стада носорогов… На худой конец Тейлор была готова встретить тут непонятно как оказавшееся в такой час в школе Трио — вместе с Панацеей и её отцом, которые бы отказались от неё на глазах ликующих мучительниц, чтобы окончательно превратить ситуацию в абсурд… Зная её удачу, что завела в тихое Кафе в Доках целого лейтенанта АПП, решившую лично разобраться в происходящим на вверенной ею территории, можно было ожидать любого, самого неблагоприятного развития событий! Кроме того, в котором всё пройдёт гладко. Это нервировало первые минут двадцать — и когда часы на её телефоне показали пол-второго (несложно было посчитать, что прошёл уже час — так как на территорию школы они приехали за несколько минут до полуночи), напряжение лишь росло. Казалось бы, ей стоило радоваться тому, что всё проходило как нельзя лучше — но тёмные своды высоких потолков шептали ей о том, что расслабляться было нельзя. Эта школа не упускала своих жертв так просто. Сердце, бешено колотящееся в груди, нисколько не успокаивалось, руки то и дело сжимались на рукояти верной дубинки на поясе — и Тейлор Эберт, впервые совершающая преступление, позволяла себе нервно постукивать пальцами по толстой стене, присев на пол около выхода из класса и с тихим стуком прислонив голову к стене, уставившись невидящим взглядом в потолок. Дело постепенно шло к окончанию — не меньше половины компьютеров уже были разобраны, и, учитывая что после пятого блока даже Мицуко несколько ускорился, с выражением боли на лице принявшись резать провода заместо их аккуратного отключения, закончить они могли уже за ближайшие десять-пятнадцать минут. Рюкзаки (три гиганта, вложенные один в другой до этого) тоже становились всё толще и толще — один, весивший почти сорок килограмм (Кен поднял его с трудом, пыхтя и нервно рыча сквозь стиснутые зубы) был уже полон, ещё один, такой же — аналогично, и последний был на подходе. — О. — Заставил её почти подпрыгнуть на месте тихий голос Мицуко. — Кого-то тут очень не любили… — Чего? — Непонимающе пробормотала Тейлор, подняв взгляд — и коротко нахмурилась, а затем, осознав, застыв каменным изваянием и увидев, как младший Сато приблизился к предпоследней парте в конце последнего, шестого ряда — и провёл рукой по её тёмной поверхности. — Не отвлекайся. — Буркнул Кен, запихивая очередную микросхему внутрь рюкзака. — Чё ты там нашёл? — Да тут вся парта грязная! — Недовольно хмыкнул младший. — Я только пытался снять крышку блока, а там всё в какой-то липкой дряни, вот и решил посмотреть… — И чё увидел? — Хмыкнул старший без даже тени любопытства, явно произнеся это лишь для того, чтобы поддержать разговор. — Уверена, там нет ничего интересного. — Постаравшись не дрогнуть голосом, произнесла Тейлор, поднявшись и сделав короткий шаг к ним. — Давайте возвращаться к делу. — Но тут столько написано. — Непонимающе Мицуко с детской непосредственностью. — Почему они так кого-то не любили? «Даю юридические консультации по бытию тупой сукой». Тут училась проститутка, что ли? — Мицуко, достаточно. — Всё нервное напряжение, которое Тейлор испытывала, мгновенно вернулось, обступило, приняло её в свои холодные, мрачные объятия — и голос подростка нервно задрожал. В ноздри словно сам собой ударил ошеломляющий, душащий гнилостный запах. — Но я не понимаю! А если я пойду в школу, меня тоже могут так обзывать? Вот — «Королева шлюшьей красоты Уинслоу». Или… Нет, не понимаю, а вот тут «заносчивая пизда-коротышка». Или вот, предлагают «съебаться за своей лезбиподружкой из Доков»… — Хватит! Наступила тишина — и лишь спустя секунд Тейлор поняла, что это был её голос. Громкий, пронзительный, разорвавший тишину класса — и вместе с тем хрупкий, ломкий. Подросток стиснула кулаки, зажмурившись и отвернувшись. Каждое слово, произнесённое Мицуко, возрождало в её памяти десятки и сотни оскорблений, сыпавшихся на неё долгие полтора года. Она могла справиться с этим. Главное не вспоминать… Шкафчик. Шорох. Темнота. Боль от обломанных до мяса ногтей, которыми она царапала металл дверцы… — Да не ори, Эберт! Резкий, грубый голос. София. Она опять здесь. Они опять запихнут её внутрь. — Можешь орать, Эберт, всё равно тебе тут не помогут. Посиди там и подумай о том, чтобы просто сдохнуть, дрянь! А она тут — в темноте, где ей не могут помочь. Издав протяжный, истошный всхлип, Тейлор рухнула на землю, толкнув себя к стене, вжавшись в неё всем телом. Она не могла дышать. Кислорода не хватало, хотя та отчаянно делала широкие вдохи раскрытым ртом — это не помогало. Нисколько. Они решили задушить её? На горле сами собой сомкнулись тяжелые лапы, вдавливая её судорожные вдохи обратно в трахею. Перед глазами потемнело, а непослушные, немеющие и трясущиеся руки взлетели к груди, обхватив себя изо всех сил. Это не помогало — сердце стучало как бешенное, отдаваясь в ушах гулким ритмом эха. Им не хватило предыдущего случая. Трио решило добить её. Эмма спасла её только для того, чтобы лично закончить то, что они начали. Она опять одна — в Уинслоу, на чужой территории. Они вновь ползают по её телу, вновь здесь, вновь… Нет, нет, нет! Её жалят, пожирают заживо сотни насекомых, они сожрут её кожу и окажутся внутри, разрывая, кусая, пережёвывая своими маленькими челюстями… Помогите. Кто-нибудь. Тепло. Её рукам было тепло. Что-то… Кто-то держал их изо всех сил, и отчаянно что-то говорил — уверенно, чётко, не очень громко — но равномерно и успокаивающе. — Считай, пожалуйста, Тейлор, считай… — Что? — Её хриплый шёпот словно раздавался откуда-то со стороны. Её колотило, кожу кололо от укусов… Укусов кого? Что… Внезапно перед её расплывающимся от слёз взором возникла какая-то дурацкая схема, на которую кто-то трясущимися руками направил фонарик. — Плата. На ней есть несколько вот таких колбочек… — Небольшой, тонкий и подрагивающий палец медленно и плавно прислонился к чёрному цилиндру, выходящему из зелёной поверхности. — Сколько их? Пожалуйста, скажи, сколько их. Всё в порядке. Всё закончилось. Тебе всего лишь надо сказать, сколько их тут, хорошо? Полыхающая во всём теле боль. Скрип обломанных ногтей по металлу. И затем — отчаянный и далёкий плач. Она вспоминала — против воли. То, что показалось ей бредом, фантомом сошедшего с ума разума — отчаянный и знакомый шёпот, бормочущий что-то далёкое, но успокаивающее. Ей помогли тогда. Ей помогли сейчас. — Их… — Тейлор резко втянула воздуха в грудь, когда её мозг сам собой начал обрабатывать поступивший запрос. Глаза моргнули, лишь затем — сфокусировались, и она неловко, медленно, пробормотала. — Тут… Тринадцать? — Правильно. — Прошептал чей-то тихий, успокаивающий голос. — Верно. Молодец. Всё правильно, их тринадцать. А тут? Новая плата. Семь секунд — и новый ответ. — Шесть? — Конечно. Да. Их шесть. — Небольшая пауза. — Ты… — Голос неуверенный, испуганный — но знакомый. Отличающийся от того, что она только что слышала. Этот голос не плакал и просил её прийти в себя, нет, лишь спрашивал о каких-то чёрных штуках. — Ты в порядке? Тейлор медленно моргнула, чувствуя, как мир вокруг неё словно становится чуть светлее. Её дыхание — загнанное, тяжёлое, всё ещё качало в лёгкие слишком много кислорода — и потому она медленно сложила руки вместе и приложила ко рту, стараясь дышать как можно медленнее. — Да. — Прохрипела Эберт, мгновением позже поморщившись от звука собственного голоса. — Я… Откуда ты знаешь? — Наконец тихо прошептала она, поднимая полные слёз глаза на вцепившегося в неё мальчика. — Знаю что? — Всё ещё крепко держа её за плечи нервно уточнил Мицуко Сато, не торопясь отпускать девушку. Это было… Унизительно — что её утешали вот так, словно ребёнка, но… Было в этом что-то постыдно-приятное. Человеческая поддержка, по которой она так соскучилась за эти годы. — Как справляться с таким. — Тихо прошептала Эберт, прикрыв глаза и вспоминая всё то, что ей в больнице. Она думала, что справилась с паническими атаками ещё тогда. Очевидно, это было не так. — Откуда ты знаешь… Джулия, которая разговаривала со мной в больнице, рассказывала, как бороться с ними. Считать предметы. Откуда… Откуда ты знаешь? — Мой брат делал так, когда сёстрам было плохо. — Тихо прошептал младший брат капитана АПП, съежившись и не глядя ей в глаза. Его голос был дрожащим, испуганным, и подросток легко догадалась, что в его словах было немало личного опыта, о котором он старался не рассказывать. — Когда мы были в Японии, они часто начинали паниковать, когда видели воду, или огонь, или трупы, и… Я запомнил. — Мгновение тишины, и… — Давай, Тейлор, нам надо вставать… Я понимаю, что тебе тяжело, но… — Уже? — Тихо пробормотала она, но затем медленно, покачнувшись, опираясь на руку Мицуко, выпрямилась, покачнувшись на дрогнувших ногах. — Как ты? — Раздался другой — обычно грубый, но сейчас почти нервный, голос. Кен аккуратно отворил дверь в коридор — за его плечами уже болтался огромный рюкзак (остальных в помещении не было — отметила для себя девушка каким-то далёким краем сознания). Мгновение тот помедлил, а затем внезапно, и в первую очередь для неё, покачал головой. — Прости, Эберт. — За что? — Хрипло прошептала она, всё ещё держась за его младшего брата, чтобы стоять ровно. Силы в ногах становилось больше, но ту всё ещё потряхивало от пережитого. — За то, что я долбаёб и не увидел, что тебе хреново сразу. Если бы я не ругался на тебя, а постарался успокоить… — Ответил японец, помрачнев. — Неважно. Давайте валить отсюда. Как ты вообще согласилась сюда вернуться? — Я… — Тейлор негромко начала — лишь затем, чтобы смолкнуть и сделать неуверенный шаг к выходу. — У меня не было выбора. Я думала, что всё будет хорошо. У меня не было такого уже больше месяца, и мне показалось, что… — Что вернувшись сюда, ничего не случится? — Ворчливо пробормотал Кен, аккуратно взяв её за руку и, помогая идти, быстро повёл к выходу. Мицуко быстро шёл за ними, нервно вертя головой во все стороны. — Это была твоя парта? — Да. Младший Сато издал тихий звук, больше всего похожий на смесь поражённого вздоха и всхлипа, но старший лишь мрачно кивнул самому себе. — А я то думал, почему ты мне такой знакомой кажешься. Тебя, значит, они… — Замолчи. — Прошептала Тейлор, прикрыв глаза и чувствуя, как внутри рождаются слёзы злости. Она же почти справилась! Почему она не могла подождать всего пару часов, пока всё бы не закончилось, и только тогда дать волю эмоциям?! Какая же она всё же была слабая… — Ладно. — Парой секунд позже согласился Кен, помогая ей натянуть маску на лицо. — Идти сама сможешь? — Наверное. — Тихо пробормотала Эберт, стараясь не отставать от мерного шага капитана АПП. — А другие два рюкзака? — Уже отнёс в фургон, пока вы там сидели. — Сидели? — Ухватилась за это слово девушка. — Но… Прошло же всего… — Почти десять минут. — Тихо подал голос идущий позади Мицуко. — Я… Я не хотел, чтобы это случилось. Правда! Если бы я знал, то никогда бы не… — Я знаю. — Нашла в себе улыбнуться подросток. Если что-то в произошедшем и придавало ей пусть и немного, но сил — то именно та странная смесь восхищения от младшего и неохотного уважения от старшего братьев. Только это позволило ей прийти в себя — пусть и совсем чуть-чуть. Это было достаточно. Они уже закончили. Тейлор Эберт больше никогда не вернётся в Уинслоу. Больше нет. Слишком много слишком тяжёлых воспоминаний, один намёк на которые сломал её хрупкую броню нормальной жизни, что девушка отчаянно собирала последнее время, с тех самых пор, как приняла решение бросить это поганое, дрянное место. — Хочешь, сожжём тут всё нахер? — Внезапно произнёс Кен, остановившись перед задними дверями школы, позволив Мицуко творить его магию с отмычками. — Что? — Почти с истерикой в тоне хихикнула Тейлор от безумия поступившего предложения. — Ну а что, сигналка пожарная тут только в туалетах работает, как мелкий мне только что сказал. Ща подожгу пачку сигарет, зашвырну в какой-нибудь класс, и завтра тут одни головешки останутся… — Не вздумай. — Нервно облизнулась та, прикрыв глаза и вздрогнув. И затем куда тише, но уже искренне, добавила. — Спасибо, Кен. — Не за что. — Отмахнулся бандит АПП, оттеснив младшего брата, победоносно махнувшего в воздухе отмычкой, в сторону, и выбираясь в ночь. — Ты одна из наших, пусть только на эту вылазку. А если захочешь потом присоединиться на постоянке — я за тебя словечко замолвлю. — Я не азиатка. — Впервые почти пожалела об этом Эберт, бросив последний взгляд на массивного тёмного исполина за её спиной. — Прости, если разочаровала. — В АПП есть не только азиаты. — Отмахнулся капитан рэкетиров одной из двух опаснейших банд Броктон Бэй, широким шагом увеличивая расстояние до Уинслоу, постепенно удаляющейся от них. Впереди уже был фургон, тёмный, притаившийся сразу за забором — уже готовый отвезти их в безопасность. Тейлор нервно огляделась, ожидая… Чего угодно. Кого угодно. Но было пусто. — Было бы классно! — Энергично добавил Мицуко, всё ещё виновато поглядывая на неё, обогнув забор и запрыгнув в распахнувшуюся заднюю дверь фургона. — Мы бы могли столько всего сделать! Ты такой классный план придумала с этой школой, и всё так хорошо прошло! — А ну не каркать. — Недовольно буркнул Кен, аккуратно сгрузив рюкзак в задний отсек фургона. Огляделся, закрывая его, и лишь потом обогнул машину и рухнул за водительское кресло, заводя транспорт. Мотор закашлялся, зарычал — и затарахтел на одной низкой ноте. Машина тронулась, и, отъехав к переулку подальше, вновь застыла на месте. — Двигатель погреется и поедем. Тейлор обессилено откинулась на мягкую спинку кресла. Она облажалась. — Нет. — Внезапно ответил Мицуко — и щёки Эберт вспыхнули, когда она поняла, что высказала последнюю мысль вслух. — Ты была очень храброй! Я бы… Я бы никогда не вернулся в Токио. Даже если бы… — Нас могли поймать из-за меня. — Тихо пробормотала девушка, всё ещё отказываясь поднимать взгляд. Груз пережитой ответственности вдавливал её высокое тело в пол, заставляя горбиться и стараться показаться меньше, чем она была на самом деле. — Всех нас троих. — Но не поймали же. — Отмахнулся Кен, выруливая на дорогу и медленно поведя их машину в сторону оставшегося позади Кафе. — Не поймали! Могли, да, но хер у них что получится. Тупорылые легавые даже не поймут, что это были мы! А больше мы в этот Уинслоу не сунемся. Завтра там все будут на ушах стоять — как же, столько всего вынесли… — Это точно. — Невесело улыбнулся младший Сато, прислонившись лицом к стеклу. — Только я всё ещё не понимаю… Про ту парту. Я… Могу спросить? — Нет. — Резко рявкнул Кен. — Да. — Мгновением позже ответила Тейлор, покачав головой. Ей была приятна эта странная, противоестественная забота от человека, который всего сутки назад хотел ограбить её (и даже однажды вполне успешно это сделал!), но суть от этого не менялась. Меньшее, что она могла сделать — ответить на их вопросы про произошедшее. Даже если это будет тяжело. — Почему они тебя так ненавидели? — Даже не подозревая, какой нарыв в душе Эберт вскрывает, задал вопрос Мицуко. — Я не понимаю! Ты же, ну… Ты же совсем не такая, как там написано! — Потому что когда хулиганы травят тебя… — Тихо прошептала Эберт, откинувшись на спинку фургона. — Им не важно, что писать. Правду или нет. Они могут говорить, что ты заучка, а затем — что ты идиот. Или называть шлюхой, а потом уверять, что у тебя нет парня. Их главная и единственная задача — повторить свою ложь тысячу раз, сделав её правдой. Ведь неважно, кто ты такая на самом деле, единственное, что важно — что о тебе считают окружающие. — А ты говорила, что это был хороший класс… — Едва слышно виновато пробормотал младший Сато. — По сравнению с другими… — Устало пробормотала Тейлор, чувствуя, как последние остатки сил покидают её расслабившиеся мышцы. Теперь ей оставалось лишь отдохнуть, выспаться, часов двадцать к ряду, потом поговорить с папой и Эми, ещё немного отдохнуть… Передать Бакуде электронику мог и Кен. Подросток не была уверена, что справится с разговором с лейтенантом АПП. Лучше бы поговорить с Ли… Вдруг он сегодня приходил в её Кафе, и не дождался хозяйку? Всё прошло куда лучше, чем могло бы. И лишь странное ощущение неправильности на периферии её сознания мешало ей заснуть прямо здесь, в этом пропахшем сигаретами и дешёвой лапшой быстрого приготовления фургоне. Но что? Ей было лень искать ответ — только не в таком состоянии. Но всё равно что-то внутри заставляло её напряжённо анализировать произошедшее. Она оставила следы, по которым можно выйти на владелицу неприметного Кафе в Доках? Или, быть может, они собрали меньше электроники, чем надо? Кто-нибудь мог их заметить? Или, быть может, её беспокоит реакция миссис Нотт, когда немолодая уже женщина откроет разгромленный компьютерный класс, увидев весь тот бардак, что оставила её бывшая ученица? Этого было жаль больше всего, ведь учительница информатика всегда старалась помогать ей по мере сил… — Приехали. — Хмыкнул Кен, остановившись перед тёмными дверями Кафе и повернулся к Эберт. — Тут мы и подождём госпожу Бакуду, передадим ей всё, а затем пойдём по домам. Тейлор молчала, застыв в одном положении. Её глаза распахнулись в немом шоке, когда все детали — десятки мелких зацепок, накопленные ею за последние пару дней, внезапно выстроились в единую картину. — Эй. — Пощёлкал перед её лицом пальцами Кен. — Заснула что ли? Девушка продолжала молчать, лишь медленно сцепив пальцы перед собой. И, когда она заговорила, оба Сато изумлённо перевели на неё взгляд. Ведь речь была короткой, отрывистой, командной — ничуть не напоминавшей о той слабости, демонстрируемой их временной начальницей всего с час назад. — Мицуко. Что там было написано? — А? — Непонимающе нахмурился мальчик. — Ты… Про парту? Я не уверен, что… — Это была не моя парта. — Но ты говорила, что… — Я думала, что это моя парта. — Коротко ответила Тейлор Эберт, сцепив пальцы перед собой. — Но я ошибалась. Я всегда сидела на предпоследней парте последнего ряда во всех учебных аудиториях, но миссис Нотт позволяла мне садиться не на своё место, а на первое свободное. Как раз для того, чтобы такого не произошло. — Выбрали другую жертву. — Пожал плечами Кен. — Всегда должен быть изгой. — Не просто изгой. — Тихо пробормотала подросток. Её колотила крупная нервная дрожь, пальцы тарабанили по приборной панели, дыхание вновь участилось — но в ней не было страха. Лишь нервное возбуждение и злоба. Нет. Внутри было нечто куда более сложное и комплексное, где почти не было места обычной злобе. В душе девушки клокотало нечто куда-то более глубокое, тяжёлое, и противоречивое — в которой сплелись в а капелле грусть, разочарование, расстройство, ностальгия, обида и пришедшая мгновением позже — всепоглощающая, слепящая и затмившая всё ярость. — О чём ты? — Серьёзно задал вопрос Кен. Мицуко, сидящий сзади и уловивший состояние своей временной предводительницы, тоже притих, прислушиваясь к разговору. Дыхание Тейлор стало тише, размереннее — а её разум, как это обычно и бывает, вспыхнул с энергией мириада сверхновых — как бывало всегда, когда кому-то из её знакомых угрожала опасность. Память услужливо препарировала воспоминания, вычленяя услышанные оскорбления. Теперь, когда она находилась в безопасности, вдали от темноты Уинслоу, на её территории, Тейлор Эберт легко вычленяла несоответствия между теми, что писали ей, и тем, что было написано на той злополучной парте. Но почему произошло что-то столь невероятное?! Это было невозможно! Или?.. Сколько раз эта школа видела, как нерушимая дружба, куда более крепкая, что была между членами Трио, была выброшена по каким-то неведомым причинам? «Даю юридические консультации по бытию тупой сукой» Мой папа — лучший адвокат на свете! «Королева шлюшьей красоты Уинслоу» Ты жульничаешь, Тей! Я хочу быть королевой красоты нашего класса! Нечестно делать такую красивую причёску! «Заносчивая пизда-коротышка» Да ты просто за нас двоих такая высокая! Куда ты растёшь, мне отдай пару сантиметров! «Съебаться за своей лезбиподружкой из Доков» Ты — моя лучшая подруга, Тейлор Эберт. Я обещаю, что всегда буду на твоей стороне. И я знаю, как тебе плохо, больно и обидно, но не знаю как тебе помочь. Но… Но я всегда буду рядом, честно. Если есть хоть что-то, чем я могу помочь, любая вещь, что уменьшит твою боль… Я сделаю это. Барнсы и Эберты — вместе навсегда! Просто… Просто не забывай этого, хорошо? Эти воспоминания пронеслись перед ней чередой вспышек — но всех их заслонил голос Амелии, сказавшей что-то, уничтожившее её понимание мира таким, каким он был. Слова, что были произнесены всего двое суток назад. Она притащила тебя в больницу — и попыталась сбежать, но её остановил охранник на выходе. Я думала, ты знаешь?.. Честно говоря, сначала, говорят, думали, что это она и была виновата в твоём состоянии, но потом приехал твой отец — и её отпустили. Эта… Эта безумная, тупая, бредовая идиотка! Ну уж нет. Больше никаких недомолвок. Никаких компромиссов. Она узнает, что, чёрт возьми, происходило в те месяцы, что её не было в Уинслоу, начиная с того дня, когда её запихнули в ящичек — и сделает это сегодня ночью. Если понадобится — выбьет ответы силой. И затем, после восстановления полной картины произошедшего, примет решение, поступит так, как посоветовал Кен всего пару часов назад — придёт в дом, который не навещала полтора года на разговор, который должен был состояться давным-давно. Ей надо убедиться, что она не ошибается. И добыть доказательства — что будет невозможно, как только их ограбление обнаружат. Если только… — Я возвращаюсь в Уинслоу. — Отрывисто выдохнула Тейлор, сжимая руку на рукояти дубинки, решительно повернув голову к изумлённо вытаращившемуся на неё Кену — и склонила голову в интернациональном жесте, понятном любому разумному. Просьбе. — И мне нужна ваша помощь.