Королева Деэскалации

— Слушаем меня внимательно, оба. — Отрывисто выдохнул Кен, быстро распахнув переднюю дверь фургона, мгновением позже резко захлопнув ту за собой. Огляделся, нервно сжимая и разжимая кулаки, и зашагал вперёд, выходя из переулка. В этот раз они припарковались с противоположной стороны от той, где останавливались пару часов назад. Японец довёз их до Уинслоу всего за десять минут, и теперь быстро двигался к школе, продолжая говорить по пути. — Мы входим быстро, проверяем только два грёбаных класса и валим отсюда так быстро, как можем. Если ты решишь задержаться, я тебя нахер там брошу, поняла? — Да. — Коротко кивнула Тейлор, следуя по пятам за капитаном АПП, послушно кивнув и почти на бегу поправляя съехавшую на бок белоснежную маску с золотым тиснением. Признаться, девушка почти не слушала, что он говорит, лишь уловив общий раздражённый тон. — Лучше бы так оно и было. — Прорычал старший Сато, коротким жестом махнув Мицуко. Младший брат подскочил к калитке в кирпичном заборе, начав быстро орудовать набором отмычек. Секунда, вторая… Щелчок замка был музыкой для ушей троицы взломщиков, что совершали глупейшую ошибку новичка — возвращались на место преступления. — И почему тебе это так надо узнать именно сейчас? Не завтра, когда это будет уже не наше собачье дело? — Нервно проворчал Кен, осмотревшись по сторонам — и быстрым шагом, чуть пригнувшись, побежал к зданию Уинслоу. Вокруг всё ещё было темно, часы едва преодолели рубеж трёх по полуночи, и до рассвета оставалось больше трёх часов. С огромным запасом достаточно, чтобы проверить её гипотезу. — Завтра тут будет больше полиции, чем капель в море. — Быстро ответила, не без труда пытаясь отдышаться от короткого спринта, Эберт, облокотившись о старый сырой кирпич задних стен. Их троица молниеносно преодолела пустырь до здания школы — и Мицуко уже привычно завозился с пожарным выходом. На сей раз им не придётся идти через второй этаж — ведь всего то и надо, что отпереть уже дважды открываемую за эту ночь дверь. — Мы должны успеть сейчас. Если они не изменили себе, то следов осталось предостаточно… А вот завтра их может уже не быть, потому что на месте будет полно полиции, для которой, как обычно, сделают красивую картинку. Не говоря уже о том, что охрану обязательно усилят... — И что ты с этими следами собираешься делать? — Прервал её Кен, выдернув из ножен длинный нож и принявшись не без лишних нервов протирать лезвие, чуть затупившееся от сотен спутанных проводов, заполнявших ныне уныло выпотрошенные системные блоки. — Пока не знаю. — Честно ответила подросток, проигнорировав яростный взгляд, которым её одарил старший Сато. В её словах звучала слепая уверенность фанатика, готового погибнуть за свои идеалы. — Но я больше не могу ничего не делать, понимаешь? — Ага. — Тихо пробормотал Мицуко, бросив на неё взгляд слишком короткий, чтобы девушка успела его расшифровать. — Да хрен ты что понял. — Хмыкнул его старший брат, ещё раз оглянувшись. — Долго ещё? — Совсем чуть-чуть… — Судорожно пробормотал младший, закусив нижнюю губу и надавив на что-то внутри замка. Замер на мгновение, облизнувшись — и затем внезапно надавил, с хрустом и скрипом распахнув пожарный выход Уинслоу. — Готово! — Спасибо. — Благодарно прошептала Тейлор и, не дожидаясь Кена, ринулась внутрь, на ходу оглядываясь по сторонам и торопливо минуя тёмные коридоры — направляясь в сторону покинутого ими часом ранее второго этажа. — Стой, идиотка! — Каким-то образом умудрился шёпотом заорать бывший глава рэкетиров, нагнав свою спутницу и резко схватив её за плечо. Та вывернулась и бросилась дальше, позабыв о необходимости вести себя хоть сколько-то осторожно. Всё, что занимало её голову — надписи, смысл которых она не могла угадать неправильно. Но почему Эмма позволяла издеваться над собой?! Её бывшая подруга никогда не была той, кто была готова молча сносить издевательства не то что над собой, но хоть над кем-то близким ей! Чёрт возьми, в начальной школе Барнс даже сама пару раз бросалась в драки просто потому, что какой-то мелкий придурок сказал хоть что-то неправильное по отношению к её семье, близким... И к Тейлор тоже. Разбитый нос хулигана, надумавшего пристать к тихой и скромной девочке в очках и с книгой в руке, не даст соврать. Резко мотнув головой, девушка обогнула короткий отросток коридора и помчалась вверх по лестнице, минуя по несколько ступенек за раз. Никогда за всю свою жизнь она так не торопилась куда-то — одетая в белое фигура в плаще рассекала мрак Уинслоу так, словно имела на это полное право — и всегда только и делала, что проникала на охраняемую государством территорию. Шаги позади — семенящий топоток и чеканный, уверенный топот — братья Сато, несмотря ни на что, следовали за ней (хотя и могла только догадываться, какими словами они крыли её прямо сейчас). Убедить их оказалось куда проще, чем она ожидала. Да, пришлось потратить не меньше двух десятков минут, и единственная причина, по которой они всё же присоединились — Мицуко, пообещавший, что пойдёт за ней, даже если это означает, что придётся идти пешком. Будь она чуть спокойнее, то непременно задалась бы вопросом, «почему так?». Ведь, на самом деле, у них действительно не было ни единой причины участвовать в этом безумии — а всю опасность затеваемой авантюры Эберт понимала прекрасно. Не просто проникнуть на охраняемую территорию — но сделать это дважды, бросив вызов всему тому, что Уинслоу называла системой безопасности. И пусть эта самая система была откровенно неудачной, их троицу назвать профессионалами нельзя было даже с большой скидкой. И тем не менее, младший брат Кена пообещал, что обязательно ей поможет — с таким серьёзным и уверенным выражением на лице, что она не могла не расплыться в улыбке и мягко поблагодарить его за рвение. Это было странно и даже немного неуютно. Что она сделала, чтобы заслужить такую преданность от него? Быть может, младший Сато просто хотел ещё раз попасть в школу, которая была для него предметом мечтаний и которой тот был лишён много лет назад? Или и вовсе, желал подобным образом увеличить её долг перед ними, чтобы в будущем убедить девушку присоединиться к АПП? Хотя, скорее всего, была какая-то очень простая и рациональная причина, которую Тейлор просто не понимала, потому что была слишком взвинчена и все ресурсы её мозга уходили на разрешение совсем другой загадки — мучавшей её много лет. Больше, чем сестра. Эмма Барнс, лучшая подруга, предавшая её полтора года назад, травившая и унижавшая её много месяцев подряд, игнорируя все попытки своей самой Тейлор хотя бы понять причину происходящего. Эмма Барнс, что была в числе исполнительниц весёлого блядь розыгрыша, включающего в себя богами проклятый шкафчик. Эмма Барнс, лично доставшая её из наполненного отходами, грязью и насекомыми ящика, дотащившая бывшую подругу в Центральную Броктонскую и не отходившую от своей подруги и, вместе с тем, жертвы, до тех пор, пока Панацея не закончила своё чудесное исцеление. Эмма Барнс, занявшая роль Тейлор в качестве школьной парии. Это было невозможно. Это было единственным реальным объяснением происходящего. Это было… Ничего в голове девушки не складывалось в единую картинку. Если она всё же осознала, пусть и так поздно, что натворила — то почему осталась в Уинслоу и позволила издеваться над собой? Если это была какая-то хитрая схема, чтобы вновь ударить Тейлор в уже и так исколотую ранами спину, то почему Барнс даже не попыталась выйти с ней на контакт, несмотря на то, что определённо смогла бы найти Тейлор — в конце-концов, её папа до сих пор очень тепло общался с Аланом и Зои. Что происходило? Непонимание, смятение, абсолютная растерянность — но и ярость, перекрывающая всё это. Барнс очень постаралась, чтобы заставить Эберт ненавидеть себя до глубины души. Тейлор не справилась с этим. Честно пыталась — десятки и сотни раз изо всех сил желая, чтобы ядовитые и злые слова Эмма никак не затрагивали струн её души, отпустить свою бывшую подругу, дать ей умереть в её сознании... Но слишком уж глубока была их связь, слишком многое они пережили бок о бок. Ближе, чем сестра. И ей причинили вред. Той, кто когда-то помогала ей, тратила сотни часов на разбитого, осиротевшего ребёнка, подбадривала потерявшую самого ценного человека на свете дитя — прямо сейчас над ней издевались так же, как когда-то — над ней самой. На каком-то изощрённом уровне это могло считаться справедливым — ведь обидчица наконец-то получила то, что заслуживала, почувствовала вкус собственного лекарства, да… И всё же — Тейлор Эберт была в ярости, слепящей, всёпоглощающей, абсолютной — сметающей любые барьеры самоконтроля и самообладания. Но на кого эта ярость была направлена — она не знала и сама. На Софию и Мэдисон, ставших зачинщицами новой травли? На Эмму, что никак не могла дать Тейлор хотя бы шанс понять происходящее вокруг? Или на саму себя, что узнала о том, что её лучшую подругу планомерно мучали так же, как и саму Эберт, лишь по глупой случайности, не потрудившись узнать о том, что происходило в Уинслоу после того, как это перестало быть личной проблемой одной лишившейся матери и лучшей подруги девушки? Замерев перед классом информатики, девушка сделала глубокий вдох, резко повернувшись к нагнавшим её Мицуко и Кену. — Куда ты… Стартанула… — Прохрипел Кен, резко втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. — А если бы тут были копы? Или ещё кто, похуже, а?! — Тут пусто. — Резко возразила девушка, махнув рукой. — Ты же сам говорил, что мы не можем ждать, так? — «Не можем ждать» и «херачить вперёд, не разбирая пути» — две разные вещи. — Злобно осклабился бандит АПП. — У нас есть достаточно времени, чтобы проявлять базовую осторожность, а не ломиться, как грёбаные лоси! — Пожалуйста, не ругайтесь… — Тихо прервал их Мицуко, нервно переводя взгляд с брата на старшую девушку. — Давайте сделаем это после того, как выберемся отсюда, хорошо? — Не влезай, блядь. — Взбешённо прорычал Кен, заставив брата съёжиться и, пискнув, сделать короткий шаг в сторону. Затем перевёл взгляд на Эберт. — Я тебе лично сказал слушать меня и не лезть. Но вместо этого ты прёшься вперёд как конченная идиотка! — Прости, забыла, в какой момент ты стал главным?! — Не выдержала Тейлор. Нервное напряжение внутри бурлило, лишало её выработанной за многие годы вежливости и желания искать компромиссы. Внутри подросток действительно понимала, что слишком торопится и ведёт себя неосторожно — но это уже не имело никакого значения. Единственное, что занимало её мысли — жгучая жажда узнать правду. Подтвердить или опровергнуть свои страхи и надежды. Двадцать томительных месяцев она умоляла всех богов, чтобы Барнс одумалась. Сначала — каждый день. Потом — раз в неделю, в месяц… Но эта мысль — яркая, дающая надежду, и несбыточная, словно мечты о воскрешении мамы, была с ней все эти годы. Что Эмма вернётся. И впервые с тех пор, как какой-то пьяный ублюдок выскочил на встречную дорогу, врезавшись на полной скорости в машину уважаемого доцента университета Броктон Бэй, на её молитвы был дан ответ. Не такой, какой она ждала, и в тот момент, когда это было уже не столь важно, как раньше — но… Сейчас её не остановит никто. Ни охрана Уинслоу, ни даже Кен, которому она была обязана очень многим, пусть и изначально оказалась в этой ситуации лишь только из-за него. — Так что замолчи и действуй, как тебе было приказано! — Выдохнула Тейлор. — Бакуда назначила меня главной. Не тебя. — Мы уже получили всё, что было необходимо. — Холодно, почти с ненавистью, взглянул ей в глаза старший Сато. — И то, что мой брат решил тебе помочь, не означает, что я буду подчиняться тебе. Мы закончили наши дела. Здесь и сейчас, я помогаю Мицуко, а не тебе. Уверена, что хочешь повыёбываться своим положением, а, Эберт? — Тогда заткнись и вали отсюда. — Резко ответила Тейлор, толкнув его плечом на пути в разрушенный класс и ворвалась внутрь, проигнорировав начавшуюся сразу после её слов перебранку между братьями. Быстро миновала свой угол, где провела больше часа, наблюдая за синхронной работой японцев, подросток миновала ряды столов и быстро подошла к той самой, заляпанной соком и покрытой надписями, парте. Жадно вчиталась в текст, с хирургической точностью вычленяя самые важные оскорбления. Те, что позволили бы идентифицировать жертву. Оскорбления вроде «грязной дрянной шлюхи» не могли дать почти ничего для установления личности жертвы. Но вот «съебись за свой лесбоподружкой из Доков»… Почему-то именно это заставило Тейлор недовольно поморщиться. За годы травли её много раз называли лесбиянкой (что было очень грязным приёмом, учитывая наличие рядом учеников, что в будущем планировали в качестве первого действия после выпуска присоединение к банде парачеловеческих нацистов), но предположение о ней и Эмме?.. Их отношения были чем угодно, только не романтикой. И вообще, ей нравились мальчики! С чего они вообще взяли, что она по девочкам? Резко мотнув головой, вздыбив черную копну волос, Эберт продолжила чтение, с каждой секундой чувствуя, как тугой узел под сердцем начинает ослабевать. Да, внутри поднимались все новые волны злобы и непонимания, но… Ошибки быть не могло. Тейлор резко выскочила из класса, заставив всё ещё переругивающихся на японском братьев вздрогнуть и, не обращая на них никакого внимания, резко распахнула дверь соседнего класса. Четвёртая парта второго ряда — Эмма всегда предпочитала находиться в центре внимания, метафорически и буквально, даже отсюда была явно различима и отличалась от остальных. Надписи, пусть и без липких пятен, как это обычно бывало. — Ну что? — Нетерпеливо проворчал Кен. — Мы можем уже валить? Узнала, что хотела? — Узнала. — Пробормотала себе под нос Тейлор, нервно постукивая обтянутыми перчаткой пальцами по поверхности соседней парты. Что теперь? Если только в школе не было другой рыжей дочери адвоката, учащейся на параллели с Тейлор, что должна была уйти вслед за своей подругой из Уинслоу, сидящей за партой её некогда лучшей подруги… Одной из первых книг, что прочитала Тейлор в своей жизни, были рассказы про гениального английского детектива. Аннет Эберт обожала сэра Артура Конана Дойла, и эта любовь перешла к дочери вместе с молоком матери. А потому сначала девочка, а затем и молодая девушка всегда помнила один из самых важных уроков, которому учили те рассказы — «Отбрось все невозможное, и ответ, сколь бы невероятным он ни был, будет правдой». А потому… Игнорируя злобное ворчание Кена, взволнованный голос Мицуко, завывания ветра за окнами — отрешившись от мира вокруг, Тейлор сделала несколько шагов по классу и остановилась перед второй с конца партой последнего, самого близкого к окну, ряда. И, отодвинув стул, рухнула на него, закусив губу и закрыв глаза. О чём говорили факты? Первое. Кто-то вытащил её из шкафчика в тот вечер. Этим кем-то точно не был уборщик Уинслоу. Более того, это была ученица с её потока (о чём говорила форма на девушке и то, что та успела вовремя добраться до запертой пленницы, что было бы невозможно, не учись эта кто-то в одном с ней классе). Эта кто-то была рядом с ней, она была рыжей и её отец отпустил незнакомку, когда понял, кто перед ним. Второе. Кого-то травили вместо Тейлор. Этим кем-то был ученик с их потока, судя по оскорблениям, обладатель рыжих волос, большого эго (так как называть себя королевой красоты мог лишь кто-то с очень адекватной или и вовсе, завышенной самооценкой) и родственниками юристами. И подругой, которую называли лесбиянкой, родом из Доков. Отмести невозможное. Это не мог быть другой человек. Но она не верила, что Эмма позволила бы… Не важно, веришь ты или нет… — Раздался в её голос фантомный, сухой и строгий голос учителя, наставлявший её во время тренировок фразами, сколь мудрыми, столь и абстрактными. — Мир не подчиняется твоему представлению о нём. Ты должна быть готова адаптироваться к новым обстоятельствам, чтобы дать им адекватный отпор. Нет. Что, если взглянуть на ситуацию шире? Кто мог обладать достаточным влиянием, чтобы покрывать действия не только этой троицы против Тейлор, но и против Эммы, чей отец был куда более влиятельным человеком, нежели фактический заместитель главы профсоюза Докеров?.. И лишь тогда — подобно вспышке молнии, паззл сложился. Все те странные детали, несоответствия в поведении Эммы и всего сучьего Трио, неведение учителей… Такое было невозможно в Аркадии, где были герои. Но здесь, в Уинслоу?.. — Спасибо, учитель. — Прошептала Тейлор, чуть улыбнувшись и откинув голову назад, глядя в тёмный потолок. Теперь перед ней стоял последний, главный вопрос. Проявляй инициативу. — Напомнил ей тот же голос. — Когда твой враг кажется непобедимым, а задача — невыполнимой, действуй первой. В худшем случае, ты проиграешь, что произойдёт в любом случае, если позволишь своему врагу атаковать первому. Но в лучшем случае у тебя появится шанс. — У меня есть предложение. — Резко произнесла Эберт, рывком поднимаясь со стула и коротко крутанув затёкшей рукой. — Нет. — Агрессивно ответил Кен, и даже Мицуко, виновато поглядывающий на неё, явно не был настроен на сотрудничество. — Нет, и мне насрать, что ты хочешь предложить. — А если я предлагаю вытащить твоих сестёр из Японии? Наступила гробовая тишина. Мицуко громко ахнул и сделал короткий шаг назад, глядя на неё так, словно она только что отрастила крылья за спиной. Кен лишь замер, а с его лица сошли все краски. Его кулаки судорожно сжались, когда он не попросил — приказал, тихо, но угрожающе. — Повтори. — Ваши сёстры остались в Японии. — Спокойно, расчётливо и математически выверенно ударила Тейлор в ту единственную точку, которая не могла не задеть их струны души. То, что она собиралась сделать дальше, было ещё большим безумием, чем предыдущие их проникновения — и ей нужен был аргумент более надёжный, чем «приказ Бакуды». И была лишь одна вещь, которую она могла бы им предложить. — Билет оттуда стоит десять тысяч долларов, и то, это даёт лишь шанс на то, что вам пойдут на встречу. Вам нужна репутация и деньги. Репутация после этого ограбления у вас будет. А ещё я… Мы можем достать денег. И завтра к вечеру они будут у вас. Столько, сколько будет нужно. — Как? — Только и мог, что нервно выдохнуть Кен. Его глаза пылали алчным огнём, когда японец сделал шаг вперёд, смотря только на неё. То, что она запланировала… Это был не поступок хорошего человека. Это был поступок злодея. Тейлор Эберт понимала, как её мама и папа отнеслись бы к такому поступку — но горькая правда заключалась в том, что когда первая умерла, а второй ушёл в пучины горя, с ней была третий член её семьи. Ради которого она была готова на всё. А ещё — её окрыляла власть. С этим было глупо и лицемерно спорить, и подросток могла признаться, пусть и самой себе, что ей нравилось ощущения влияния на других людей. А ещё она хотела отплатить им двоим. Это тоже была правда — которую признать было куда тяжелее. Эти двое членов жестокой банды убийц, рэкетиров, наркоторговцев и насильников, были человечнее почти всех её одноклассников, игнорировавших жестокость по отношению к забитой девчонке. Мицуко согласился отправиться за ней в эту школу — вновь, помог составить план — и спас её всего пару часов назад, когда всё та дрянь, что произошла в стенах Уинслоу, в один момент обрушилась на неё неудержимой лавиной. Кен был мудаком — но у него были свои резоны вести себя так. И, как бы не хотелось утверждать обратное, за эти сутки они сблизились так, будто знали друг друга целые годы. Это, правда, не отменяло того факта, что он был колоссальным придурком… И всё же именно он попросил Бакуду пощадить её, пусть и из чистого эгоизма, а затем помогал реализовывать безумно опасный план. Они были обязаны ей, и этой повторной вылазкой с лихвой окупили этот долг. Она была должна им — и могла вернуть этот долг. Даже обязана. — В этой школе есть ученица, которой с рук может сойти всё, что угодно. Издевательства над сверстниками, попытка их убийства, и даже травля дочери видного адвоката — и этому может быть лишь одно объяснение. — Тейлор обвела их взглядом и яростно зарычала, стараясь не перейти на крик. — Блэквелл покрывает парачеловеческого бандита. Скорее всего — из Барыг. Единственный вопрос — кто из них двоих? Нет… Клеменс была слишком мягкой, податливой, и, что самое важное, присоединилась к Трио уже после того, как эта поганая парачеловеческая тварь запустила свои когти в Эмму. — Что? — Опешил от внезапной смены темы Кен. — С чего ты… Нет, похер, даже если так, как нам это помо… О. — О. — Мрачно, угрюмо улыбнулась Тейлор. — София Хесс — парачеловеческая злодейка. И Блэквелл это знает. Все детали складывались идеально. Её постоянные отлучки на «команду по легкой атлетики», после чего в газетах часто писали о столкновениях с бандами. Её вседозволенность, ведь если Хесс — часть банды, то никто и ничего не сможет сделать, не привлекая Протекторат. Почему этого не сделали? София угрожала свидетелям! В конце-концов, именно она попыталась заперла её в шкафчике, быть может, если были свидетели, она могла сделать что-то схожее… Или и вовсе, убить на месте. Более того, она часто дралась против бугаев из Империи и членов АПП — но никогда против Барыг! Да, может она считала их слишком слабой целью, но истина заключалась совсем в ином… Это всё, вкупе с постоянно ходящими слухами о том, что в Уинслоу точно есть несколько паралюдей, что было слишком на слуху, чтобы быть обычными досужими размышлениями, несколько характерных травм хулиганов, которых отстраняли на целые недели, чтобы восстановиться после драк… — Мы остановим её. — Выдохнула Тейлор, внезапно осознавая масштаб. Она нашла парачеловека с лице своего злейшего соперника. И не просто парачеловека — но самого настоящего злодея, терроризировавшего целую школу. Вполне возможно — опасного убийцу, которая сейчас угрожала Эмме. — Как это поможет нам вернуть сестёр? — Жадно вперил в неё взгляд Кен. Ему было наплевать на сложные планы, которые строила их напарница — единственное, что интересовало японца — желание вытащить своих близких из далёкого затопленного и гниющего трупа некогда великого государства. — Мы проникнем в кабинет Блэквелл. — Спокойно ответила Тейлор, наслаждаясь ошарашенным видом. — Заберём её компьютер и найдём всю нужную информацию. Затем — я получу доказательства, чтобы помочь Эмме и посадить Хесс так далеко, как это возможно. — А мы? — Прищурился Кен. — Материалы для шантажа. — Тихо прошептал Мицуко. Эберт повернулась к нему — и замерла. Знакомый ей ребёнок неуловимо изменился, внимательно глядя на свою собеседницу. Знакомый холодный и расчётливый взгляд — который был привычен Кену… У его младшего брата Тейлор видела впервые. — У неё много денег? — Найдёт, если хочет остаться на свободе. — Презрительно выдохнула подросток. — Сокрытие личности злодея-парачеловека — серьёзное преступление. — А если она не знала? Или и вовсе, ты ошибаешься? — Поинтересовался Мицуко, все ещё хмуро что-то обдумывая. — Значит, мы найдём что-то ещё более невероятное. — Тихо ответила Тейлор. — Они опустили в шредер моё заявление о школьной травле. Заставили полицию принять то, что произошедшее было розыгрышем. И главное — они позволили себе мучать дочь адвоката с федеральной лицензией. На это способен только парачеловек. И София Хесс — чёрная американка, явно не член АПП или Империи. И уж точно… — Тут подросток ухмыльнулась. — Не герой.

***

Над городом сгущалась ночь. Рассвет был ещё неблизко, и самое тёмное время суток было пристанищем для злодеев всех мастей. Обычные грабители, выискивающие жертв на тёмных полуночных улицах. Воры, скрытно взламывающие двери и окна, проникающие туда, где их быть не должно. Полноценные злодеи — ведущие свои бои в отдалённых кварталах города, разрывающую ночную тишину рёвом огненного дракона и противостоящего ему владыке металла… И троица незадачливых взломщиков — которые только что аккуратно отворили дверь кабинета директора Уинслоу, принявшись быстро перебирать сотни папок и бумаг вокруг в поисках хоть чего-то, что помогло бы им достичь поставленных амбициозных целей. И пусть они были аккуратны, а охрана Уинслоу демонстрировала вопиющую даже по своим, не самым высоким стандартам, некомпетентность, кое-что они всё же не учли. Это была незначительная ошибка, которую допускали любые злодеи, пусть даже по неволе. На каждого преступника находился свой страж порядка. Два грабителя замерли, когда сияющий метеор врезался перед ними в асфальт, подняв ввысь сотни осколков камня, а полутёмный переулок заполонил сияние девушки со сверкающей диадемой на голове и в золотом плаще. Группа воров, вскрывающих ювелирный салон, замерли, услышав звук ховерборда, на котором к ним спешил Страж, готовый остановить преступление. Схлестнувшиеся в схватке Кайзер и Лунг одновременно повернули головы, услышав знакомый рёв мотоцикла Оружейника, что спрыгнул с металлического скакуна и одним резким движением вскинул вспыхнувшую смертоносным сиянием алебарду. Троица взломщиков, в свою очередь, ничего не заметили. Ведь потревоженная ими сигнализация превосходила всё, что имело находиться в этой старой школе — но реакция на это была мгновенная. И в высшей степени соразмерная — ведь проникновение группы, выкрашенной в цвета АПП, которую вел человек в маске на территорию школы Уинслоу, требовала серьёзного и быстрого ответа. Ответа пусть не занятого Протектората — но всё же тех, кто обладал силами, выходящими далеко за грань человеческих возможностей.

***

— Ребят, вы тут? У нас тут проникновение со взломом, в двух кварталах от вас. — Энергичный и весёлый голос Стояка разогнал шелест ночного Броктон Бэй, обратившись к двум фигурам, замершим в процессе патруля. — Что случилось, Консоль? — Устало вздохнул куда более серьёзный, взрослый, но, вместе с тем, молодой и даже сейчас, в четвёртом часу ночи, безукоризненно вежливый и учтивый голос. — Какие-то придурки забрались в кабинет директора Уинслоу пару минут назад. — Хмыкнул герой с самым вызывающим именем в Броктон Бэй. — Все большие парни заняты разборками в Доках, так что сходить и выгнать их придётся вам. Справитесь? — Конечно. — Вздохнул всё тот же серьёзный голос. — Что грабители забыли в Уинслоу, интересно... Поведёшь нас? — Нет нужды. — Третий, куда более резкий и энергичный голос, разорвал тишину. Предвкушение в нём смешались с азартом охотника, который только что обнаружил, что добыча сама забрела в любимые охотничьи угодья. Высокая фигура в чёрном плаще крутанула арбалет, вкладывая его в аккуратное крепление за спиной и уверенно поведя плечами — так, словно готовилась к спринту. — Я поведу. — Удачи. — Хмыкнул новичок в Стражах, напутственно постучав по наушникам. — Дайте знать, если понадобится помощь. Картинки пока нет, но судя по аудио, они ищут деньги или ценности, или вроде того. Связь там дерьмовая, когда поймаете их, тогда и узнаем, что им там понадобилось. — Принято. — Коротко ответила героиня, оборвав соединение и скривившись от словоохотливости сидящего за консолью собеседника. Затем взглянула на замершего напротив в массивном силовом костюме, серебряному с аквамариновыми светящимися линиями, юношу напротив и вскинула бровь. — Ну что, мы идём? — Идём. — Коротко кивнул Рыцарь, обратив свой взор в сторону Уинслоу, скрытой от них массивом низкоэтажных кирпичных зданий. Мощный порыв ветра никак не повлиял на закованного в тинкертех воина, и Дин Стэнсфилд коротко улыбнулся под забралом шлема. То, что им предстояло, вполне могло стать возможностью лучше интегрировать в команду Стражей самого независимого их члена, которая, судя по ауре эмоций от неё, не могла сдержать своего восторга и предвкушения. — Веди, Сталкер.