Королева Деэскалации

      Утра бывают разными.       Хорошими.       Плохими.       Обычными — таких было большинство. И даже если день впереди ждал ужасный, почти невыносимый — все равно очень редко дело начиналось с самого утра. Те страшные сутки, когда мама и папа разругались — и самый близкий Тейлор человек уехала, чтобы просто… не вернуться… начинались совсем не так ужасно.       На самом деле утро то прошло чудесно — мама испекла прекрасные блинчики и залила их каким-то абсолютно невероятным количеством кленового сиропа. Папа, глядя на это, только весело хмыкнул и поинтересовался, «не слипнется ли у его любимых женщин что-то от такого блюда», на что мама закатила глаза и уверила супруга что нет, ничего не «слипнется». Все изменилось ближе к вечеру — когда родители поругались.       Но утро было чудесным.       Ровно как и то утро первого сентября полтора года назад — в тот первый осенний день, когда воодушевлённая прекрасной летней поездкой в лагерь Тейлор Эберт так и мчалась в школу с горящими глазами — пылая желанием рассказать своей лучшей подруге о том, сколь многое та пропустила в своем решении остаться в Броктон Бэй. Тогда кошмар начался раньше — уже после первого урока, когда Эмма на перемене старательно делала вид, что не знала свою лучшую подругу, а затем просто раздраженно бросила ей «отвалить и не мешаться под ногами».       Следующая за тем днем неделя была чудовищной — с самого утра до вечера. Но конкретно то утро прошло вполне неплохо.       Чаще всего все самые ужасные дни Тейлор начинались неплохо.       Но этот?       Этот злосчастный день был исключением из этого правила.       Он начался неважно, продолжился так себе, а закончился и вовсе — катастрофой.       Личной.       Социальной.       День, что сейчас встречал Броктон Бэй, этот город запомнит навсегда. Утро наступало мрачными тучами с запада, несущими с собой кучевые дождевые облака, громоздящиеся в небесах чудовищными свинцовыми массами, и несло с собой похолодание — пусть на носу было начало марта, на улице разве что снега не было — но температура упорно стояла около нуля, что вкупе с пронизывающим ветром намекало каждому, что в это воскресенье стоило оставаться дома. Вовсе не удивительно для ранней весны — и уж точно непогода не могла стать причиной, по которой многие запомнят этот день. Нет, причина для того будет куда прозаичнее и, в то же время, куда более мрачной и жестокой.       Хотя говорить о единственной причине было бы неправильно.       Причин было несколько.       О каких-то будут знать все, кто зайдет спустя два дня на форумы, кипящими от прошедшей Войны Банд.       О некоторых — станет известно лишь непосредственным участникам событий.       Но все причины будут на руках лишь у тех, кто разыграет грядущую мрачную пьесу по своим, лишённым привычной логики, мотивам.       Много позже, стараясь сложить в голове единую картину произошедшего и пытаясь понять, когда именно вся её жизнь полетела под откос, Тейлор неуверенно могла бы ткнуть пальцем именно в этот злополучный день. Находясь в заключении, у неё было много времени подумать о допущенных ошибках, что и приведут её к самой низшей точки её жизни. Их было много — настолько, что однажды она потеряет им счёт.       Но то, что она сделает в этот день, не будет ошибкой.       Это будет следствием уже совершённых.       Каких?       До сих пор, даже спустя долгих пять месяцев после тех бесконечных суток, она думала над этим. Что она могла сделать лучше? И могла ли вообще, если уж на то пошло?       Ответа не было.       Как бы то ни было — тем утром уже было поздно что-то менять. Слишком много противоречий накопилось в самом неблагополучном районе города, слишком много ниточек человеческих судеб сплелись в один Гордиев Узел, который совсем скоро будет рассечен мечом приближающегося конфликта. А потому оставалось лишь следовать неминуемой судьбе, отдаться её воле — и жить дальше в проклятом мире, который они сами и создали. И всё же — думая над своим долгим путём в ретроспективе, о том дне Тейлор Эберт не жалела. И пусть ростки грядущей бойни и падения Фонда проклюнулись именно в тот день, даже надели её какая-то неведомая сила способностью возвращаться в прошлое, этот день она бы не изменила. Это было невероятным противоречием — но вся судьба Гуанинь, Света Восточного Побережья, оставалась таковой с тех самых пор, как она приняла решение притвориться кейпом банды с нелепым именем.       Хотя, это была неправда.       Была одна вещь, которую Тейлор бы предпочла изменить.       Она бы хотела, чтобы Мицуко Сато, запустивший костяшки домино своим телефонным звонком, набрал ей не в пол-четвертого.

***

      Телефонный звонок вырвал Гуанинь из объятий сладкого сна, в который та провалилась меньше трех часов назад. Прошлый вечер был полон переживаний, так что закончить она его решила в тёплой кровати, вместе с огромной чашкой чая и целой миской крекеров в виде морских звёздочек. Папа нашёл их незнамо где — и, учитывая что Тейлор с самого детства обожала эту чуть солёную хрустящую закуску, она все же смогла отвлечься от неудачных переговоров со своим боссом.       Пусть Дракон запретил ей сотрудничать с героями, Эберт все же смогла расслабиться и отдохнуть в чудесной компании Двух Башен — с интересом читая про злоключения Фродо и Сэма в компании нелюбимого отцом второго наследника наместника Гондора, командующего обороной Осгилиата. Её всегда захватывала судьба Фарамира — одного из самых трагичных героев всей книжной трилогии, возможно потому, что в отличии от Братства Кольца он был самым обычным смертным с не самой простой судьбой, который, несмотря ни на что, всё же сражался против зла, пусть далеко не так ярко, как его старший брат.       В общем, лечь рано ей было не суждено. Её хватило до часу ночи, и только когда запасы чая иссякли, Тейлор с огромным недовольством оторвалась от любимой книги и выключила светильник над головой, на всякий случай проверив мобильник — на котором не было пропущенных. Оно и неудивительно, учитывая, что в телефонной книжке контактов было всего ничего. Папа, сёстры Даллон, братья Сато (у которых был один номер на двоих), Ли (который имел неприятную привычку звонить ей ночью с вопросом по социальному взаимодействию — перестал он так делать только после того как она очень настойчиво попросила так не делать) и Лунг, который ни разу не инициировал их общение (и слава богу). С таким коротким списком можно было не бояться настойчивых звонков посреди ночи, а потому она легла спать в твёрдой уверенности, что проспит до следующего обеда.       Могла себе позволить, учитывая насколько непрозрачно вчера намекнула на то, что всё под контролем, мисс Обучи!       Заснула она, стоило голове коснуться подушки — и, по ощущениям, проснулась где-то через секунду.       За окном было темно, единственный работающий фонарь на всю улицу эпилептично мерцал желтым, словно в припадке — что было для него вполне нормально. Что было НЕ нормально, так это надрывающийся истошными трелями телефон на прикроватном столике.       Издав стон, похожий на вой раненной антилопы, Тейлор Эберт вовсе не героически попыталась спрятать голову под подушкой, проклиная того, кто попытался привлечь её внимание столь рано утром. Получилось — телефон на мгновение перестал звонить, быть может на минуту или две, за которые подросток уже успела лечь нормально и почти заснуть.       А потом телефон зазвонил вновь.       На этот раз стон был громче — сквозь слезящиеся от выступивших слёз недосыпа глаз Гуанинь попыталась нашарить телефон, но случайно столкнула его, и тот, продолжая издавать мерзкие трели, рухнул на прикроватный коврик. За ним отправились и очки, которые тоже были задеты неловким движением руки — одна из дужек, примотанная скотчем, отвалилась от падения на пол, заставив Тейлор проклясть ещё и свое дурное зрение. И лишь после того, как телефон смолк во второй раз, лейтенант АПП все же вслепую нашарила тот на полу и поднесла почти вплотную к себе, чтобы разглядеть того, кто рискнул нарушить её ночной покой.       Честно говоря, она думала что это Ли, со своим очередным вопросом.       Куда больше её пугала вероятность, что посреди ночи её мог искать Лунг.       Папа спал в соседней комнате за коридором, и вряд ли стал бы звонить ей, будь что-то срочное.       А сёстры Даллон и братья Сато были достаточно адекватны, чтобы дождаться утра, если только не случилось что-то абсолютно экстраординарное.       И всё же чутьё подвело её — ведь «пропущенных вызовов» было два — и оба от «М/К Сато», а именно так в её телефонной книжке были обозначены беглецы из Японии. Давя в себе желание проигнорировать эти странные ночные звонки и притвориться, что никакой Гуанинь часов до восьми утра не существует вовсе, Тейлор все же вслепую набрала кнопку обратного звонка и, широко зевнув, приложила тот к щеке, накрывшись сверху одеялом. В комнате было холодно — так и не закрытое с вечера окно за несколько часов сна впустило внутрь леденящий океанический бриз, так что худая девушка отчаянно куталась в одеяло. Протерев глаза рукавом ночнушки, Эберт поёжилась и мрачно зыркнула в темноту.       На вызов никто не отвечал.       Если они разбудили её для того, чтобы не ответить на встречный вызов… — Привет! — раздался с той стороны ненавистно-бодрый голос Мицуко. — Ой, мы тебя ведь не разбудили?! — Да, — невпопад зло буркнула в трубку Тейлор, ещё раз зевнув. — Или разбудили… — даже сквозь телефон было слышно, как нервно хихикнул с той стороны мальчик. — Эм… Гуанинь-доно. Нам нужна ваша помощь. Ну или не совсем нам, тут, в общем, есть одна девушка, и она ищет кое-кого, но мы согласились ей помочь, так что помощь скорее нужна нам, и… Эй! Отдай! Да я сам все расскажу! — Отдай трубку брату, Мицуко, — отчаянно давя в себе желание зевнуть в третий раз, пробурчала псевдокейп АПП, абсолютно верно расценив причины борьбы с той стороны.       Она всё же поднялась в кровати и, прижимая телефон к щеке плечом, руками попыталась пригладить распушенные от ночного сна волосы, что огромной непослушной копной лезли в глаза. Слова её, видимо, сломили сопротивление младшего брата, и спустя всего пару мгновений трубка ожила — говоря на этот раз более грубым, но, вместе с этим, даже как будто более уважительным тоном. — Доброе утро, госпожа Гуанинь. — Что случилось? — у неё не было никакого желания разводить политесы, учитывая количества сна за последние сутки. — Встретили в Доках девушку. По её словам — ищет пропавшую на нашей территории младшую сестру, — коротко отрапортовал тот. — Потерялась две недели назад, судя по всему отправилась гулять с кем-то из наших. Я уже поспрашивал знакомых, но они ничего не знают. Я могу спросить и у других, но для этого нужно ваше личное разрешение. — Конечно, делай, — мгновенно отреагировала Тейлор, прикрыв глаза, даже немного взбодрившись от этого короткого и в то же время полного доклада. — Я присоединюсь к вам через… Когда посплю ещё чуть-чуть. Не возражаешь?       Ладно. Возможно, они не совсем уж и зря разбудили ей. — Конечно нет. Отдыхайте, босс, — довольно хмыкнул Кен. А затем добавил, обращаясь к кому-то с той стороны. — Слышала? Давай, хватит мельтешить. Босс сказала, что поможет, а она человек слова. Найдем мы твою дуру малолетнюю.       Кто-то что-то неразборчиво ответил отчётливо женским тоном. — Вы сейчас в школе? — уточнила Тейлор на всякий случай, опустившись обратно на подушку, уже закрывая глаза — ровно для того, чтобы как только звонку прекратиться, мгновенно заснуть, ведь, судя по всему, следующий день будет весьма насыщенным на события. Возможно, три недели назад она бы сорвалась искать потерявшуюся девушку прямо сейчас, даже не тратя время на сон — но если ученичество у Ли её чему-то и научило, так это умению взглянуть на ситуацию со стороны. Девушка пропала две недели назад, и сейчас четыре часа уже мало что поменяют — а вот она будет куда более продуктивной, если позволит себе нормально выспаться. — Ага, — подтвердил старший Сато. — Решили, что лучше места не найти. У нас же тут оперативный штаб поисков, ёпта. Все силы банды сейчас потратим на эту дуру. — Утром все расскажешь, — улыбнулась одними краешками губ Тейлор. — Сейчас успокой её, предложи поспать, у нас в лазарете есть кровати. И сами поспите. А там я подъеду с самого утра и разберемся, договорились? — Да я бы с радостью, да только она бешенная совсем, — недовольно фыркнул Кен своим лучшим пренебрежительным тоном. — Твердит и твердит, что надо торопиться. И ревёт. — Дай я с ней поговорю, — сдалась Тейлор, закатив глаза, примерно понимая навыки общения Кена с девушками.       Нет, у её заместителя в АПП были положительные качества — он был верным, сильным, и… Э… Заботился о брате ещё! Но в списке его талантов однозначно не было умения спокойно и обходительно разговаривать с пострадавшими. Уж она то знала! Даже когда ей стало плохо в Уинслоу, помогал ей Мицуко — но он, судя по всему, сейчас был на вторых ролях. А потому она приняла решение самой быстро поговорить с той. — Уверены, босс? — озабочено переспросил Сато. — Давай ей трубку, — вздохнула она вновь.       Шуршание, стук — и нервная, напряженная тишина. — Это… Гуанинь, правда?       Голос был… Надтреснутым. Хрупким — почти ломающимся. Через плохие динамики слышно было не идеально, но даже этого было достаточно для того, чтобы уловить отчаяние и страх говорившей. И почему-то Эберт казалось, что она когда-то уже слышала его… А, быть может, это был обман уставшего от недосыпа разума. — Да, это я, — постаравшись звучать максимально уверенно, ответила Тейлор. — Люди, которых вы встретили — мои подчиненные. Сейчас вы в безопасности. Пожалуйста, отдыхайте. Следующим утром я лично встречусь с вами и помогу найти, э… — Эмму, — быстро ответила трубку. — Эмму Барнс. Я… Спасибо! Вы не представляете, как я рада. Я… Я отплачу за это, не переживайте! У нас достаточно богатая семья, и у меня есть доступ к нашему трастовому фонду, так что… — Все в порядке, — улыбнулась Тейлор, постаравшись звучать настолько мягко и участливо, насколько могла. — Это не вопрос денег. Я знаю, что у АПП достаточно дурная репутация среди обычных людей, но лично я стараюсь помогать тем, кому могу. Мы найдём её. Сейчас отдохните — вас проводят в медпункт. Выспитесь, и завтра с самого утра начнем поиски. Договорились?       Трубка что-то тихо и благодарно всхлипнула, что Гуанинь верно расценила как «да».       Нажала на кнопку окончания звонка и с чувством выполненного долга опустила телефон на столик, рухнув в постель и укрывшись одеялом. Сон быстро заявлял на неё свои права — и даже распахнутое окно, откуда сочился лёгкий холодок не мог помешать ей отдохнуть.       Тейлор Эберт прикрыла глаза и улыбнулась, покрепче обняв вторую подушку и свернувшись вокруг неё калачиком — лишь для того, чтобы спустя пару секунд вздрогнуть всем телом. Глаза резко распахнулись, а сама она, не обращая внимания на хруст оправы под ногами резко сорвалась с кровати, опустив ноги на ледяной пол. Её рука метнулась к телефону, когда Гуанинь отчаянно замолотила пальцами по панели вызова. — Да? — чуть удивлённо переспросил Кен. — Кто?! — отчаянно выдохнула в трубку Тейлор. — О чём ты? — хмуро переспросил тот. — Дай ей трубку, — приказала Гуанинь, чувствуя, как внутри нарастает что-то… неподдающееся описанию.       Мрачное. Тёмное. Холодное.       У неё было чувство, словно она падала в огромный бездонный лишённый даже намёка на свет колодец, отчаянно махая руками, не способная зацепиться за его стенки. Желудок неприятно скрутило, когда она отчаянно ждала, пока Сато с той стороны линии окрикивал девушку.       Нет.       Не просто девушку.       Знакомый голос, пусть и искаженный неидеальной связью и всепоглощающим отчаяньем. И всё же Тейлор прекрасно знала её. Они не были подругами, нет, старшая сестра Эммы очень много времени проводила у себя в комнате, готовясь к поступлению в один из лучших университетов в Америке с самого раннего детства. Слишком взрослая и серьёзная, чтобы проводить время с ними.       И всё же Тейлор помнила этот голос. Её разуму потребовалось преступно много времени, чтобы сопоставить имя Эммы и пропавшую две недели назад девушку.       Две недели… назад?       Нет.       Нет-нет.       Нет-нет-нет, нет, пожалуйста, это не может быть правдой, это же просто грёбаный кошмар, ей просто снится это… — Да?       Это был голос Энн. — Внешность, — выдохнула, все же смогла отчаянно выдавить из себя Тейлор. — К-как… — Рыжие волосы, зеленые глаза. Невысокая, метр шестьдесят три. Красивая. Была одета в легкую куртку, серую, джинсы… — зачастила старшая сестра пропавшей, даже не задаваясь вопросом, почему ей перезвонили спустя пару секунд после того, как сказали идти спать.       Гуанинь не слушала. Энн Барнс, старшая сестра её лучшей подруги (впервые за полтора года Тейлор забыла добавить «бывшей») что-то говорила и говорила, но она её не слышала. В голове стоял громкий, оглушительный звон, похожий на дрель школьного звонка. Оглушительный, разрывающий барабанные перепонки — подросток просто оцепенело смотрела в пустоту, отчаянно сжимая телефон правой рукой — так сильно, что пластик почти скрипел под её руками.       Она не слушала.       Рыжих волос было достаточно.       Две недели назад.       Нет.       Нет, это не правда.       Это не может быть правдой.       Это шутка, это грёбаная шутка, ложь, просто очередной её ёбаный розыгрыш, она не пропала, она не...       Она не...       Она не могла.       Она бы этого не сделала.

...почему бы тебе просто не пойти и не сдохнуть в Доках?!

      Это не правда.       Это не правда.       Это не может быть...       Не может... — Полчаса, — хрипло прошептала Тейлор, вдавив кнопку сброса и оставшись в полной темноте.       Уже далеко не такой уютной и тёплой, как каких-то пять минут назад. Мир вокруг неё сжимался — стены комнаты давили на неё со всех сторон, сжимаясь подобно прессу, стремящемуся сломать ей кости, размолоть в прах внутренности, превратить её в однородную массу... Дыхание сбивалось.       Она пыталась дышать.       Огромный ком в груди разрастался, занимая все лёгкие — выдавливая из неё тихие хриплые глотки воздуха, которые Тейлор делала скорее против воли. Её душила цепкая, разрывающую душу паника. Совсем другого рода, чем тогда, в Уинслоу — нет, то, что сейчас обрушилось на неё, она чувствовала лишь раз.       Когда лицо папы, готовящего ужин, смертельно побледнело — словно в одно мгновение лишившись всех красок. Когда на её вопрос, когда мама уже приедет, он посмотрел на неё. Дэнни тогда сказал, что она не приедет.       Сначала она не поняла — как сейчас, из-за усталости нет, какой к чёрту усталости, просто отказалась понимать.       А потом поняла.       Как поняла сейчас.       Нет.       Пожалуйста.       Ну пожалуйста, блядь, пожалуйста!       Только не опять. Она не выдержит.       Пальцы заметались над панелью набора номера. Даже сейчас, полтора года спустя, она помнила его лучше любого другого — цифры оказались набраны в одно мгновение. Тейлор стиснула левой рукой покрывало, дыша часто, прерывисто, стараясь впустить в непослушные лёгкие хоть немного кислорода — но, тщетно.       Она ответит.       Эмма сейчас ответит.       Недовольно фыркнет и скажет, что не собирается говорить с кем-то вроде неё.       Нет, даже лучше! Она сейчас ответит и они вдвоем поговорят. Нормально поговорят. Тейлор узнает, почему Эмма спасла её из шкафчика нет, она уже знала, тогда нет. Они просто поговорят. Нормально. Как бывшие подруги, у которых есть что обсудить. Как те, кто ближе друг другу, чем сестр-

почему бы тебе просто не пойти и не сдохнуть в Доках?!

— Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети.       нет — Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети.       Нет. — Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети.       Она не это имела в виду. — Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети.       Она не хотела этого. — Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети. Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети. Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети. Аппарат...       Слёзы появились внезапно.       Зрение туманилось, но пальцы продолжали и продолжали набирать один и тот же номер — раз за разом, десять, пятнадцать, тридцать раз подряд — с одним и тем же отсутствием результата. И всё же она не могла прекратить, просто не могла заставить себя сделать что-то ещё.       Она просто...       Просто хотела поговорить с ней.       Она не хотела...

почему бы тебе просто не пойти и не сдохнуть в Доках?!

      Руки остановились.       Тейлор стиснула зубы — крепко, так, что послышался хруст — и мгновением позже изо всех сил вцепилась зубами в собственное запястье. Острая, яркая ошеломительная вспышка боли заставила её застонать — и на короткое мгновение прояснило рассудок.       Её всю трясло, словно от озноба — и виной тому было вовсе не распахнутое окно.       На лбу выступил холодный пот, а дыхание даже не думало приходить в норму.       И всё же... — Ответь мне, ну же... — пробормотала Тейлор, неловко поднявшись на ноги и не обращая внимания на уныло хрустнувшую под ногами дужку. Её руки набрали совсем другой номер — на этот раз из списка контактов.       Секунда.       Вторая.       Гудки продолжались.       И, мгновением позже, превратились в недовольный заспанный голос. — А? — Виктория, — облегченно прошептала Тейлор. Попыталась что-то сказать... Но лишь бессильно распахнула рот в немой просьбе. — Тей? — Мне нужно срочно добраться до фонда от моего дома, — наконец коротко произнесла Гуанинь. — Что прои- — Расскажу по пути. Жду тебя, — коротко отрезала Тейлор, бросая трубку и уже набирая следующий номер. В отличии от Славы, он ответил мгновенно — так, словно только и ждал звонка. — Эберт-сенсей! Полагаю, случилось что-то экстраординарное, если вы пренебреги протоколами социального взаимодействия и позвонили мне в столь раннее время. — У меня проблема, — коротко ответила учительница Они Ли, все же поднимая ногу и почти недоуменно глядя на окончательно развалившиеся под ногами очки. — Это может быть непросто, но это... Важнее всего. Даже важнее того ограбления. Ты... Ты сможешь мне помочь?       Ли не стал задавать никаких вопросов и мгновением позже тишина в трубке мгновенно сменилась коротким, но уверенным: — Конечно, Эберт-сан. Что мне надо сделать?