Королева Деэскалации

— Мы разделимся на три оперативные группы.       Голос Ли звучал сухо и деловито — так, словно он всю жизнь только и занимался тем, что организовывал поисково-спасательные работы в городах. И это, если честно, было единственным, что вселяло хоть немного уверенности в сидящую в кресле и нервно грызущую ноготь большого пальца Тейлор. Она даже подумать боялась о том, что было бы, не будь рядом с ней всех остальных — наверное сошла бы с ума, не иначе. Даже подумать, какой невероятный груз ей бы пришлось нести в одиночку — ну или только рядом с Энн… Было невозможно представить, как она бы справилась с этим. Наверное просто пошла бы в Доки — искать незнамо кого, даже без малейшего намека на осознанность и конкретный, подробный план.       План, который у них теперь был — благодаря стоящему в центре кабинета кейпу, который продолжал свой спокойный, размеренный инструктаж собравшимся в этот час людям. Людей тут было немного — но в каждом она могла быть уверена.       Мицуко занял диванчик в углу комнаты. Приставка, с которой он не расставался последние пару дней (если Тейлор все правильно поняла, то Кен где-то достал её в подарок брату, отчего младший был в абсолютно детском восторге) сейчас была выключена и спрятана в чехол на поясе. Взгляд Сато был серьезным, и лишь самую малость нервным — куда менее нервным чем у неё самой, честно говоря.       Его старший брат, как и этим утром, подпирал спиной дверь, выглядя как никогда сосредоточенным и даже откровенно мрачным. Не просто так — все же члены именно его банды были теми последними, с кем видели пропавшую в Доках почти три недели назад Эмму. И пусть Гуанинь прекрасно знала о том, что их банда не была монолитом, но старший Сато уже выглядел так, словно был готов выбивать ответы из своих подчиненных. Возможно, даже ногами.       В противовес ему сидящая за партой, которую приволокли из ближайшего учебного кабинета, Энн Барнс выглядела как никогда воодушевленной и взволнованной. Её руки чуть потряхивало — и это порождало волны ряби на поверхности растворимого кофе с тремя ложками сахара в небольшом пластиковом стаканчике. Получившаяся смесь скорее была сахаром с кофе, нежели наоборот — однако измотанной и до конца не восстановившейся после четырех дней бессонницы девушке это было нужно — и она то и дело бросала короткие благодарные взгляды на Кена. Он, собственно, кофе ей и сделал.       Она сама сидела за директорским столом — и могла лишь догадываться, как выглядит со стороны. Взъерошенная, с неухоженными и вихрящимися на голове волосами, спешно уложенными в прическу а-ля «взрыв на макаронной фабрике», Тейлор Эберт была не очень похожа на Гуанинь, решив пусть на время, но отказаться от своего супергеройского (или, если точнее, суперзлодейского) амплуа. Как справедливо заметил её учитель — поиски Эммы могут привлечь слишком много внимания, если она поднимет АПП в роли лейтенанта парачеловеческой банды. Как минимум потому, что территория, где Эмму угораздило пропасть, принадлежала не только АПП — а проходила ровно по границе их владений с Барыгами. А потому, до поры до времени, на первом этапе их плана ей была уготована роль той, кто лучше всего в этой комнате знала пропавшую.       Технически, такой должна была быть Энн.       На практике, учитывая обстоятельства исчезновения, это все же была Тейлор.       Поняв, что отвлекается, Эберт быстро схватила жестяную банку с газировкой и сделала большой глоток, позволяя шипящей жидкости взбодрить её. Ли даже не посмотрел в её сторону, но почему-то ей показалось, что он осуждал выбор ученицы в напитках… — С тремя принципиально разными задачами, — продолжал тот вещать. — Первая. Сато Мицуко, Сато Кен. — Хай! — мгновенно отреагировал стоявший у дверей старший. — Вы выдвигаетесь на пересечение Семьдесят Шестой и Сорок Третьей, — отдал он приказ. — Нам нужны записи с камер магазинов вокруг. То, чего есть у нас — недостаточно. Нужны записи с камер вокруг, я изучил планировку, вокруг есть по меньшей мере четыре подходящие локации, которые ведут круглосуточное наблюдение за миром вокруг. Кроме того, найдите камеру, с которой была сделана видеозапись и проверьте, кому она принадлежит. По возможности — войдите в контакт с владельцем и запросите для проверки полную версию. Быть может, мы заметим что-то, чего нет на изначальной видеосъёмке. По словам мисс Барнс, запись ей предоставили?.. — В полиции, — быстро ответила она. — Я обратилась к ним на следующее же утро. Они ответили только позавчера, пригласив в участок. Показали видео, на котором было не разобрать номеров машины, но… Но там точно была Эмма! Она сама села в машину… Я не очень разбираюсь в них, но не очень обычную. Серебристый седан, с черными стеклами. И там точно было несколько человек внутри — все с повязками, как у вас. — Угол обзора зафиксирован — снимали со второго этажа, в кадре была видна вывеска «Сименс&Партнеры», — добавил уже Мицуко, деловито и стараясь звучать как можно более профессионально. Это было мило и немного забавно, но Тейлор оценила его старания. — Мы приедем, поймем что это за камера, узнаем кому она принадлежит и узнаем все что можно! — Именно так, — коротко кивнул Ли. — Связь каждый час. Рассматривайте местность как ограниченно-враждебную. В качестве приоритета ставьте собственную сохранность. Нас слишком мало, чтобы терять человеческие ресурсы на первом же этапе. В случае возможности столкновения — отступайте, и оповещайте меня.       Тейлор проглотила старающееся сорваться с губ возражение про «ограниченность ресурсов», ведь всего пару часов назад он лично отказал Славе, которая могла очень им помочь! Но, впрочем, это вряд ли привело бы хоть к чему-то, кроме ненужного и абсолютно вредного здесь и сейчас конфликта, и лишь ободряющего кивнула. Кен хмуро махнул головой в ответ, а Мицуко просиял и исподтишка, чтобы не увидел Ли, показал ей большой палец — понял, мол. Она очень постаралась сохранить на лице серьёзное выражение. — Вторая группа. Учитель и мисс Барнс. Вы направляетесь обратно — в дом Эммы. — Почему? — мгновенно вскинулась Тейлор. — Мы же… — Потому что эта история содержит несостыковок больше, чем россказни Протектората об уязвимости моего Господина, — коротко оборвал её Ли. — Откуда Эмма Барнс в своем сообщении знала имя Гуанинь — кейпа, который дебютировал менее чем за сутки до её исчезновения? Почему, если вы предполагаете, что она не собиралась заманивать свою сестру в ловушку, она не сказала точно место, куда направляется, а ограничилась расплывчатым «в Доках»? По какой причине сразу не отправилась туда не в одиночку? Почему полиция ждала три недели до предоставления записей с камер видеонаблюдения? — Может, они долго искали… — слабо попыталась вмешаться Энн, но замолчала, стоило Ли повернуться к ней. Её отношение к нему перешло от страха до признательности, как только она поняла, что он собирается помочь ей и при этом не собирается требовать в ответ никаких сомнительных услуг, но робость от разговора с лейтенантом опаснейшей парачеловеческой банды никуда не делась и Тейлор прекрасно её понимала. — Сомнительно. Из того, что я вижу, я предполагаю два возможных варианта. Первый — её исчезновение является частью её собственного плана, который должен привести к тому, что и учитель, и вы окажетесь в Доках. Тем не менее… — тот опередил уже возмущенно набравшую воздуха в грудь Тейлор. — По вашим словам, это не соответствует психологическому профилю пропавшей. Следовательно, второй рассматриваемый мною вариант — похищение. — Но письмо… — Не доказывает ничего. Я могу найти множество возможностей сфальсифицировать чужой почерк, даже не прибегая к использованию парачеловеческих сил. Кроме того, её могли вынудить написать данное сообщение. Вы отправитесь к ней в дом. Изучите её комнату, личные вещи, найдите что-то, что может подсказать, зачем она отправилась в Доки. Факт того, что она самостоятельно подошла к машине с членами нашей банды явно свидетельствует либо об отсутствии физического принуждения, либо о влиянии на неё высокорейтингового мастера. Таких в Броктон Бэй, в данный момент нет, значит мы предполагаем, что, как минимум, данный путь она преодолела по своей воле. — Поймем, зачем она туда пошла, и тогда поймем, где её искать… — тихо прошептала Тейлор. — Верно, — коротко кивнул Ли.       Эберт кивнула, но неприятное ощущение, что её учитель намеренно выбрал ей самое безопасное место во всей операции, никак не могло покинуть её душу. С одной стороны его аргументы звучали, как и всегда, логично. Но с другой? Она никак не могла отделаться от мысли, что пока окружающие будут рисковать ради неё, ей, той кто больше всех (кроме Энн) хотел найти Эмму, дали самое простое задание. — А третья группа? — уточнила Энн, закончив пить кофе и, повертев головой, прищурилась и одним коротким движением швырнула стаканчик в стоящую в другой части комнаты мусорку. Кен, проследив за ним взглядом, хмыкнул и с каким-то опасливым уважением покосился на выглядящую абсолютно безобидно Барнс. Тейлор чуть улыбнулась краешком рта — она-то знала, что за такую меткость стоило благодарить несколько долгих лет в баскетбольной секции, куда старшая Барнс регулярно ходила в детстве. Судя по всему, за столько лет навыки не пропали… — Состоит только из меня, — коротко согласился Ли. — Я отправлюсь к Господину.       Воцарилась гробовая тишина, в которой было видно, как непонимание на лице Энн сменяется испугом — который перерос в решительную хмурую маску. Заметив это, Ли быстро добавил. — Это не потребует от вас никакого… дополнительного нетрадиционного убеждения, — затем подумал и на всякий случай добавил. — Традиционного тоже. — Спасибо, — тихо пробормотала она, чуть прикрыв глаза. — Это… м-м… радует. Но почему вы думаете, что… Я ведь правильно понимаю, что ваш Господин — Лунг? — Абсолютно верно. — Но я могу ошибаться… — нерешительно обвела она взглядом комнату. — Я знаю, что не стоит судить о людях поспешно, но ведь Лунг известен как один из самых… влиятельных и опасных паралюдей восточного побережья? — Я уверен, что мой Господин согласится выделить дополнительные ресурсы на поиски вашей сестры, — никак не ответив на её пассаж, произнес Ли. — Вы, безусловно, правы в своих оценках касательного «влиятельности» и «опасности», однако с вашей стороны неверно забывать, что кроме этого мой Господин щедр и благосклонен к ищущим его милости просителям. Вы же не будете спорить с этим фактом? — с напором закончил тот.       Тейлор за его спиной нервно и отчаянно замотала головой, Мицуко сделал пару движений около горла, как бы намекая на последствия неправильного ответа, и лишь Кен закатил глаза, наблюдая за этой пантомимой. Взгляд Энн последовательно оценил каждую из реакций и затем остановился на Ли. — Конечно, нет, — с лучшей из возможных улыбок ответила она. — Как я могла в этом усомниться?       Ли, ещё пару секунд посверлив её взглядом, удовлетворенно кивнул. — Некоторые люди, услышав ложные слухи о моем Господине, могут делать преждевременные и несоответствующие действительности выводы, — пожалуй, это было самое близкое к извинениям, что могли получить те, кто не был Лунгом или Тейлор. — Поэтому я должен был убедиться, что мы на…       Он на секунду нахмурился. — Одной волне! — подсказал Мицуко. — Одной волне, — спокойно подтвердил Ли, что последнюю неделю работал над расширением и «очеловечиванием» своего лексикона, благодарно кивнул засиявшему от этой благодарности мальчику. — Таким образом, повторюсь. Я отправляюсь к Оядзи-доно. Если у меня получится, то мы сможем охватить поисками любую часть Доков за эту ночь. — Звучит как план, — подумав, кивнула Тейлор. — Встречаемся тут через четыре часа для подтверждения итогов, верно? — Абсолютно, — согласился кейп, в последний раз оглядев собравшихся цепким взглядом. — И помните. Минимизируйте любой возможный риск. Любые отклонения от плана должны быть предварительно утверждены со мной. При любой нештатной ситуации абсолютным приоритетом должно быть мгновенное отступление. Это всем ясно?       Многоголосый хор нестройно дал согласия и кейп, напоследок окинув их взглядом, резко развернулся и быстрым шагом почти вылетел из кабинета, оставив после себя лишь тишину, в которой Энн робко откашлялась и задала вопрос, который, судя по всему, мучал её с самого начала разговора. — Мне ведь не одной показалось, что Ли… Господин Ли… немного… ну… Странный?       Тейлор с тихим стоном уронила голову на скрещенные руки.

***

— Эберт-сан? — её остановили уже на цокольном этаже школы, когда она была готова опрометью помчаться в сторону центра Броктон Бэй — туда, где располагалась резиденция Барнсов. Откуда три недели назад вышла, чтобы раствориться в ночной тьме, её подруга. И все же голос, спокойный, уважительный, прервал её на полпути. — Обучи-сан! — едва ли не застонала Тейлор, развернувшись. — Простите, я… Я заполню все документы завтра, хорошо? Извините что забыла, просто… — Не стоит оправдываться, — азиатка сделала пару шагов поближе и с любопытством остановила свой взгляд из-под седых бровей на Энн, которая перетаптывалась на месте и явно хотела поторопиться. — Не возражаете, если я украду вас на несколько минут? — На самом деле… — Эберт бросила короткий взгляд на двери за её спиной. — Мы немного торопимся… — Я не задержу вас на слишком долгий срок. Кроме того, я взяла на себя ответственность вызвать такси в счет резервного бюджета Фонда, созданного для непредвиденных обстоятельств. Как я понимаю, вам требуется срочно добраться в город? — Да, но… Как вы узнали? — с откровенным изумлением пробормотала юная директриса. — Полагаю, вам стоит установить дополнительный слой звукоизоляции на стены вашего кабинета. — Любезно посоветовала её заместительница. Её лицо нисколько не изменилось, однако Тейлор была готова поклясться, что в глазах собеседницы промелькнула искорка веселья. — Особенно когда соседний кабинет — это учительская. — Вы… подслушивали нас? — обескураженно пробормотала Тейлор, даже не зная, как реагировать на подобное откровение. — Это слишком громкое слово, — взмахнула рукой та. — Тем не менее, по счастливой случайности я выяснила, что женщина, ответственная за существование и функционирование данного места планирует подвергнуть себя серьёзной опасности. — Я… — Тейлор огляделась по сторонам, но увидела только комично распахнувшую глаза Энн, которая из всего диалога явно услышала главное — часть про «ответственная за существования этого места». И почему-то подросток не сомневалась, что Юко сделала это намеренно. — Хорошо. — Замечательно, — кивнула она. — Барнс-сан, вы можете подождать в большой комнате справа по коридору, это столовая. Я уже отдала распоряжение сделать вам с собой кофе с сахаром, пожалуйста, не забудьте забрать его перед отъездом. Эберт-сан, прошу за мной.       И, развернувшись, сделала пару шагов к ближайшему запертому классу и коротким движением достала связку ключей и распахнула запертую доселе дверь. — Подожди, так это правда? — тихо наклонилась к ней Энн. — Эту школу… Правда построила Гуанинь? Я слышала про это, когда собирала о тебе информацию, но думала, что это просто, не знаю, пропаганда АПП? — Это долгая история, — нервно пробормотала Тейлор и быстро заскочила в кабинет.       Юко, бросив неизменно вежливый и намекающий взгляд на стынущий в столовой кофе в сторону Барнс, резким движением закрыла дверь за спиной собеседницы. Наступила тишина, в которой директриса, чувствующая себя словно вновь в кабинете Блэкуэлл, вынужденная отчитываться о том, что она опять намусорила в своем шкафчике (это было ещё до инцидента…). И, как обычно и бывало, вместо попытки выиграть игру в гляделки, Тейлор обвела взглядом помещение — которое, судя по всему, было чем-то вроде… студии рисования? — Это кабинет изобразительного искусства, — вторя её мыслям, спокойно заметила Юко, сделав пару шагов к центру и спокойно обводя помещение серьёзным взглядом. — Один из бесчисленных кабинетов, которые существуют в этой школе. — Эээ… Круто, — не очень содержательно протянула Тейлор, не очень понимая, к чему был этот внезапный экскурс. Тем более, что она и так прекрасно знала расположение кабинетов — в конце-концов это именно она две с половиной недели назад утверждала их расположение. — Согласна с этой оценкой, — холодно, но учтиво кивнула Юко. — Мне нравится это место. Мы нашли учителя искусств, бывшего профессионального скульптора с Тайваня. У него есть небольшие проблемы с общением со своими учениками, однако они все равно находят общий язык. В основном, язык жестов.       Тейлор фыркнула, а затем быстро попыталась вернуться к своей серьёзности, но даже Юко чуть подняла уголки губ, показывая, что это была одна из её редких шуток. — Вы… делаете больше, чем я могла надеяться, — тихо призналась Тейлор. — И я понимаю, что ничего из этого бы не было без… Ну… Вас. — Глупости, — отмахнулась она. — Для этого, собственно, я и привела вас сюда. Вот, например… Юмико-тян нарисовала вот это позавчера, на заключительном занятии предыдущей недели. Тема задания была — изобразите вашего героя. Предлагаю вам ознакомиться. Возможно, это будет для вас… Познавательно.       Гуанинь с интересом подняла лист бумаги и вгляделась в на удивление красивый рисунок. Он не был выполнен профессиональным художником, а в резких мазках акварели явно читался задор начинающего, но даже так — этого было достаточно, чтобы точно понять, что именно было изображено на рисунке. Первое, что бросалось в глаза — темный фон всего изображения. В этой темноте были отчетливо видны вертикальные полоски дождя и бушующий океан. Разрушенные остовы зданий, выбитые окна, обрушившиеся груды щебня и бетона — и перспектива кадра была такой, словно ты прямо сейчас барахтался, захлёбывался в этой бесконечной мутной соленой морской воде.       Но самым страшным было не это, а высокая фигура с четырьмя асинхронно расположенными на уродливой морде, светящимися пронзительными изумрудами глазами. Ей не надо было даже смотреть на Юки, чтобы понять, кого именно нарисовал незнакомый ребенок.       У него было много имен.       Тиамат — так его звали жители Бразилии после того, как весь Сан-Паулу был смыт огромной приливной волной, а страна навсегда погрузилась в пучину хаоса и раздора, за семь часов потеряв почти всю армию, брошенную в сражение против непобедимого чудовища.       Харибда — после того, как Санторини, новая Атлантида, ставшая в начале века одним из мировых центров культуры кейпов, где проживало больше двух сотен технарей всех возможных специальностей, грезящих о решении всех мировых проблем силой своих неестественных способностей. В тот день погибло всего немногим больше десяти тысяч человек, но до сих пор считается, что та трагедия была самым серьёзным ударом по мировому сообществу кейпов с момента смерти Героя.       Ёрмунганд. Второй.       У них в стране он был известен как Левиафан.       Но взгляд Тейлор был прикован не к чудовищу — а к тому, кто противостоял ему.       Сначала она не поняла — ошибочно приняв фигуру, объятую сиянием белоснежного пламени и золотых молний, словно в тон красоте её костюма, за Славу — но быстро осознала свою ошибку. Длинный плащ, облегающий доспех и золотая маска с иероглифом — нарисованным даже более старательно и красиво, нежели реальный. — Богиня Каннон в традиционной мифологии не обладает тем, что сейчас принято называть «прямой силой», — мягко заметила Юко, с интересом наблюдая за словно загипнотизированной простым детским рисунком директрисой. — Её инструменты — молитвы. Договора. Чудеса. Она не Аматерасу, у которой есть сторона воительницы, не Сусаноо, известного своей излишней жестокостью. Нет — она богиня милосердия. И все же… — Что вы хотите сказать этим? — тихо пробормотала Тейлор, с трудом отрываясь от рисунка и нервно закусывая губу. — Не больше того, что вы и сами поняли, Эберт-сан. Это не единственный пример, но, быть может, самый показательный. Вы, а если точнее — Гуанинь, заслуженно или нет, но стали героиней для этих детей. Не для всех, признаюсь. Но большинство связывает то, что теперь у них есть место вроде этого… — Юко показательно обвела класс вокруг рукой, но было ясно, что подразумевает она куда больше. — Только благодаря вам. Кроме того, я и сама во многом благодарна вам за проведенную работу. — Я все ещё не понимаю… — Вы понимаете, — впервые за время из разговора резко оборвала её Обучи Юко, вмиг сделавшись словно бы выше. Её серые глаза были скорее похожи на сталь, а черты лица стали столь острыми, что о них словно можно было порезаться. — Не притворяйтесь более глупой, чем вы есть. Это дурная привычка. Я могу понять, что вы, возможно, не занимаетесь оценкой общественного мнения, не следите за еженедельными публикуемыми социологическими опросами, проводимыми местными газетами, в которых впервые за последние пять лет АПП была оценена как меньшая, нежели Империя, угроза городу, но не оскорбляйте свой интеллект. Вы прекрасно знаете, о чем я говорю. — Это… — Тейлор набрала воздуха в грудь… А затем выдохнула, поникнув. Когда она заговорила, её голос был тих. — Вы ошибаетесь. Я имею в виду… Да, я оказалась в нужном месте и в нужное время. Но я не делала ничего особенного! Просто исполняла свою роль — так, как делал бы любой хороший человек. Это… Школу помогли построить другие люди. А насчет опроса… Наверное, люди просто рады слышать, что АПП тратят деньги на что-то более безобидное. Или это что-то вроде временных колебаний… Статистика не всегда отражает то, что люди правда думают, так что… — Не надо читать мне лекции о том, как работает статистика, Эберт-сан, — раздраженно выдохнула старшая женщина, отчего крылья её носа угрожающе затрепетали. — Я полагаю, что достаточно компетентна в этом. На моей должности было бы тяжело удержаться, если бы я не знала, как работает общественное мнение в демократических странах. Люди всегда покупают две вещи — страх и надежду. Мой бывший коллега всегда потрясающе справлялся с первым. Но второе? После определенных событий в его жизни мне сложно представить, чтобы Кента-сан задумался о том, чтобы дать кому-то надежду. Это один из его серьёзных недостатков. Недостатков, которых нет у вас.       Тейлор чувствовала, что её словно кто-то припечатал многотонной бетонной плитой. Юко же не закончила. Прищурившись и удостоверившись, что её слова дошли до адресата, она продолжила, на этот раз уже куда мягче. — Знаете, почему я всегда предпочитала внушать страх, а не надежду?       Тейлор отрицательно мотнула головой. — Потому что страх куда сложнее развеять, — закончила Обучи Юко, скрестив руки на груди. — Вы, Гуанинь-доно, в данный момент являетесь не кейпом. Не человеком. Вы — символ, с которым очень многие связывают свои надежды. — Но я этого не хотела! — наконец взорвалась Тейлор. Она резко и упрямо вскинула голову, когда в её глазах вспыхнуло яркое пламя. — Вы думаете, мне что, нравится это?! Конечно, я поняла о чем вы! Что люди просто от отчаянья, от… От отсутствия хоть каких-то альтернатив верят, что Гуанинь придет и решит их проблемы! Но… Но как я могу это сделать? У меня даже нет никаких способностей, о чем вам прекрасно известно! Вы просите меня оправдывать ожидания сотен людей, которых я не знаю! — Вы ошибаетесь, Гуанинь-доно, — спокойно поправила её Юко. — Не сотен. Тысяч, по обе стороны океана. Вы можете этого не понимать, но ваш фонд уникален как по масштабу, так и по влиянию, которое он уже успел оказать. — Люди не могли так быстро узнать об этом, — отрицающе помотала головой Эберт. — Если только не предположить, что им не помогли об этом узнать, — кивнула Обучи-сан. — Помо… — голос Тейлор прервался, а затем она в ужасе подняла взгляд вверх. — Что вы сделали?.. — Лишь привлекла внимание нескольких независимых журналистов к интересной теме, ничего больше, — улыбнулась Юко, когда её глаза вспыхнули ярче, чем когда-либо до этого. — Ведь это, Эберт-сан, замечательная история. Неизвестная героиня с именем богини милосердия открывает фонд помощи беженцам, собственную школу, в которой учит детей. Использует свои таинственные навыки не для создания конфликтов, но договаривается с окружающими. — Вы… пытаетесь сделать из меня какой-то символ, — обвиняюще пробормотала Тейлор, в ужасе глядя на собеседницу. Внезапно ей стало абсолютно понятно, почему Лунг относился к той именно так. Почему звал не иначе, как паучихой. — Верно, — даже не отрицая этого, кивнула Обучи-сан. — Вы должны были сказать мне, — прошептала подросток, чувствуя, как ладони холодеют, а сердце начинает биться в горле. — Вы… Вы не имели права делать это без… — Без предупреждения? — склонила та голову набок. — И все же у меня не было выбора, кроме как действовать оперативно. Видите ли, Эберт-сан, не все были довольны вашим стремительным возвышением. Не говоря про Империю, даже среди АПП есть те, кто недовольны вашим новообретенным влиянием. — Влиянием, которое я обрела только благодаря вам! — Вы заслужили его своими силами, — коротко возразила Обучи-сан. — Я частично усилила его, пусть меньше, чем могла бы. Но неужели вы действительно думаете, что это влияние вам не нужно? Будь вы влиятельнее, для поиска подруги вам потребовалось бы лишь щелкнуть пальцами — и её нашли бы в одно мгновение. — Это… — Тейлор резко стиснула кулаки и выдохнула. Замолкла. Надолго, почти полминуты она молчала. А когда заговорила, её голос ничуть не уступал в холоде и жёсткости тону собеседницы. — Это не имеет никакого значения. Я вас услышала, Юко-сан. Однако больше я не хочу, чтобы вы делали что-то подобное без предупреждения. В противном случае я… буду вынуждена отказаться от нашего сотрудничества. Чего мне бы очень хотелось избежать. Юко вскинула бровь… а затем медленно кивнула. — Это справедливо, — спокойно резюмировала женщина. — Тем не менее, если вы продолжите рисковать собственной жизнью, то я буду вынуждена вмешаться. И вам может не понравиться, как я это сделаю. — Моя жизнь принадлежит мне! — Ваша жизнь принадлежит ей! — внезапно почти прорычала Юко Обучи, резким движением ткнув детским рисунком Тейлор в лицо, словно приговор. — Ей и ещё сотням детей, которых вы взяли под своё крыло. Которых собрали под именем богини милосердия. Вы взвалили на свои плечи груз надежд моего народа. И я не позволю вам его сбросить, похоронив под ним тех, кто на вас надеется.       Тейлор смолкла… а затем опустошенно покачала головой. — Я понимаю, почему Лунг так о вас говорил, — тихо пробормотала она. — Вы действительно паучиха. — Вы с ним похожи больше, чем желаете признавать, — кивнула та. — И я осведомлена о своих недостатках. Тем не менее, Эберт-сан, я предупреждала вас, когда мы встретились. Я нахожусь здесь для той же цели, что и вы — улучшение жизни моего народа. Не своего благосостояния или вашего счастья — а для тех, кто надеется на вас. Кто надеется на этого глупого дуболома, которого до сих пор ждут те, от кого он сбежал в Китай. Кто надеется на меня. Ради них я готова быть паучихой, злодеем, монстром — или тем, кем потребуется.       Тейлор молчала. Затем, прикрыв глаза, вновь качнула головой, даже не зная, что ответить на это. Юко тоже не спешила нарушать тишину, умиротворенно дыша после внезапной для неё вспышки эмоций. — Вы можете считать, что ваша подруга стоит жизни Тейлор Эберт, — наконец тихо произнесла та. — Но никто сам по себе не стоит жизни Гуанинь. Не забывайте о той ответственности, что взяли на себя. — Я не могу бросить её, — коротко, но твердо ответила она. — Это невозможно. Есть… Есть цена, которую я не готова заплатить. Она — эта цена. Я не жду, что вы поймете, или одобрите, или… Но это неважно. Я не жду вашего одобрения. Или позволения. Я сделаю то, что буду считать правильным. Так же, как и вы. — Достойный ответ, — несколько секунд тишины спустя все же изрекла её собеседница. — Не тот, на который я надеялась. Но достойный. Что же, в таком случае… Возьмите это. Я подозреваю, что это пригодится вам, учитывая специфику сложившейся ситуации. Аккуратно, он достаточно тяжелый.       Её руки залезли в небольшую сумку на поясе и достали небольшую, шесть на шесть сантиметров, черную коробочку, которую та вручила в руки чуть охнувшей от тяжести Тейлор. Простой небольшой кубик из какого-то непонятного, но приятного на ощупь материала, вроде металла — куда более ощутимый, чем должен был, для своего небольшого размера. Она могла ошибаться, но весил он словно бы килограмма три, а может и все четыре — что для такого малого объёма было очень непривычно. Стоило её пальцам коснуться поверхности, как та на короткое мгновение завибрировала, словно внутри сидел мурлыкающий кот, но это ощущение продлилось недолго, и парой мгновений позже вибрация прекратилась. — Что это? — ее смогла сдержать любопытства подросток, изучая странный кубик, оттягивающий ладони. — Последний шанс, — Обучи пожала плечами. — Но ведь это не ответ, — нахмурилась все ещё вертящая куб в руках Тейлор. — А я думаю, это он и есть, — серьезно ответила Обучи Юко и, неглубоко поклонившись, повернулась к двери. — Желаю удачи, Эберт-сан. Найдите свою подругу. Я молюсь за то, чтобы цена вашего решения не оказалась слишком высока.