Heart in the cage of Westfall

      Монотонное тиканье часов, почти догоревшая свеча и ещё целая тонна бумаг. Такое ощущение, что после моего возвращения в кабинет их стало только больше.       Издав рычащий вздох, что из-за акустики звучал как рев раненого зверя, я откинулась на спинку сидения и, потерев пальцами уже ноющие глаза, пробормотала:       — Как же удобно, когда есть на кого скинуть свою работу… — в тишине мой голос показался очень громким.       Открыв глаза и моргнув пару раз, я посмотрела на настольные часы. «Почти одиннадцать — Рован наверняка уже спит. Может и мне пора?». Я с вожделением посмотрела в сторону кровати, на которой соблазнительной горкой высились мягкие, недавно взбитые подушки. «Да уж, а ведь раньше идея совместить кабинет и спальню казалась мне хорошей. Вроде кровать близко, а спать всё равно пойти не сможешь пока не закончишь дело». Меня и столь желанный уют постели разделял стол, заваленный отчетами.       «Ладно, немного осталось.»       Отлипнув от спинки кресла и приняв рабочее положение, я уже взялась за перо, как вдруг за дверью послышались глухие шаги. Затем в мою комнату постучали. «Видимо, служанка. Товар уже должен быть прийти». Не отрываясь от письма, я сказала:       — Можешь войти.       Дверь с тихим скрипом отворилась и затем захлопнулась с более громким щелчком.       — Госпожа Виктория, прошу прощения за столь поздний визит, — голос Сьюзан звучал приглушенно и неуверенно. — У меня для вас не очень хорошие новости.       — Что-то случилось с посылкой? — озвучила я догадку.       — Да, — Сьюзан переступила с ноги на ногу, — Нам сообщили, что сегодня несколько кузнецких домов было ограблено, пропало больше трех сотен орудий.       От подобных новостей мне захотелось взвыть. «Да сколько уже можно?!» На протяжении всего этого месяца, я только и делаю что борюсь с этими бунтовщиками без продыху. «Если бы я только знала, кто за всем этим стоит…»       — Хорошо, спасибо, что проинформировала. Можешь идти.       — Спокойной вам ночи, госпожа Виктория, — снова послышался щелчок.

***

      Со вчерашнего дня, мысли о Бетриуме не давали мне покоя. Сначала Валлер мне показался просто высокомерным, но после того, что я прочла про их род, мне стало неясно, как вообще они смогли занять позицию главного дома по заключению договоров.       Род Бетриум долго злоупотреблял статусом одной из 9-ти императорских семей. Без каких-либо подозрений, они смогли внедрить в систему Вестфаля множество нелегальных предприятий, начиная от игровых домов, где можно было ставить что угодно, заканчивая услугами по удалению меток. Бетриум отрицал участие во всём этом, однако они ничего не могли сделать против доказательств, выставленных семьёй Абцент. Если бы не усилия семей Абцент и Мерло, неизвестно, как долго бы длился этот произвол. В итоге Бетриум был лишен статуса императорской линии и потерял титул одной из управляющих 9-ти семей. После чего был заменен семьей Шардоне.       «И несмотря на все их нарушения, они легко отделались». Стоит мне только подумать об этом, как мои руки сжимаются в кулаки. «Такие, как они, не заслуживают того места в обществе, которое сейчас занимают».       — Сафия, с тобой всё в порядке? — голос Рована снова вытягивает меня из пучины мыслей.       — А, что? — непонимающе спросила я, поворачивая голову в сторону мальчишки.       — Ты до сих пор не притронулась к еде.       «А, вспомнила».       Как обычно мы пришли в столовую на завтрак. Рован, как и в предыдущие несколько дней, начал рассказывать о том, что он собирается делать. Что точно он говорил, я уже не вспомню, так как слушала его в пол уха. Мы сели за стол и ждали когда нам вынесут еду. Я заранее взяла в руки ложку, а затем…       Выпала из реальности.       Разжав кулак, в котором я держала ложку, и обнаружив, что благополучно её погнула, я вздохнула и, пытаясь выпрямить несчастный столовой прибор, сказала:       — Извините, я просто задумалась кое о чем.       — Судя по тому, какое у тебя было выражение лица, ты думаешь об этом с самого утра, — в голосе Рована прозвучала обиженная интонация. Я же опустила взгляд на тарелку.       — Ещё раз прошу прощения, — я зачерпнула каши и нехотя начала есть.       Рован ещё пару секунд молча смотрел на меня, а затем задал очень меткий вопрос:       — Это связано с Бетриумом?       «Эта интонация, делающая вопрос утверждением, точь-в-точь как у госпожи Виктории».       — Как вы догадались? — все ещё краем сознания думая о Бетриуме, задала я наивный вопрос.       — Хмф, до их визита ты не была столь задумчивой, — Рован немного отпил из кружки, что стояла рядом с его тарелкой. — Да и что ты о них задумалась?       «О том, почему их до сих пор не казнили».       Я проскользила взглядом вдоль стены, медленно, всё еще находясь в своих мыслях.       — Сафия! — Рован неожиданно прикрикнул на меня, затем он, словно опомнившись, добавил, — Даже если тебя мало кто понимает, не стоит говорить подобное.       С начала до меня не доходило к чему была сказана эта фраза, а когда дошло — мне захотелось провалиться под землю. «Так, я уже как-то слишком теряюсь, раз озвучиваю свои мысли. Сафия, тебе нужно собраться». Но, как ни странно, Рован, переключившись на Криптид, продолжил:       — Хотя я могу согласиться с таким негодованием, — говорил он с неким упреком, что сбивало меня с толку. — Знаешь, почему они лишились статуса императорской семьи? Они проделывали нелегальные вещи, начиная от продажи людей до услуг по удалению меток! Метка очень ответственный шаг, люди должны понимать всю ответственность этого решения. Бетриум же хотел сделать метку просто очередной обыденностью. Им еще хватало наглости отрицать свои действия, — Рован начал загораться, — Как же хорошо, что отец разоблачил их, иначе бы им все это могло сойти с рук.       «Отец господина Рована — Генрих Абцент. В книгах про него много что написано. Один из приближенных людей императора, что однажды спас его жизнь. Так же был тем, кто помог семье Мерлен разоблачить Бетриум. Наверное, он великий человек. Хотелось бы с ним встретиться… Хм, а почему бы не спросить о нем у самого Рована?»       — Господин Рован, Можно ли поинтересоваться? — Рован, помешивая кашу в тарелке, утвердительно кивнул. Я продолжила, — Скажите, почему вы живете со своей сестрой, а не отцом?       Рована мой вопрос застал врасплох. Он, хоть и пытался выглядеть не затронутым, но в меру своего характера и возраста не очень хорошо скрывал эмоции.       — Ну, были определенные обстоятельства, — Рован немного виновато посмотрел в сторону. — Не думаю, что вам будет интересно.       Не ожидала, что Рован обратится ко мне на «вы».       «Неужели ему так неприятна эта тема? Хотя, нет это скорее связанно с чем то другим». В памяти у меня всплыла его фраза о том, что он не хочет расстраивать сестру, а затем я подумала, что, кроме всего прочего, мы еще и находимся в комнате, полной прислуги. «Так вот оно, что. Тогда лучше сменить тему».       — Да, вы правы. Сейчас меня скорее интересует то, что вы собираетесь делать на выходных.       Рована это очень даже обрадовало. Он с энтузиазмом в глазах уже собирался начать рассказ, но одна из служанок, стоящая рядом, монотонно произнесла:       — Господин Рован, ваша еда скоро остынет.       Рован слегка раздраженно посмотрел на нее, а потом махнув рукой сказал:       — Ладно уж, у нас еще полтора часа впереди. Я тогда и расскажу.       Оставшуюся часть завтрака мы провели в тишине.

***

      После завтрака настало время совместного урока по языку. Рован, как и обещал, начал рассказывать о том, как он предвкушает соревнование по верховой езде, и о том, что именно он займет первое место. Затем разговор плавно переместился на тему лошадей, он снова начал расспрашивать меня о моей стране. Я рассказала ему, что у нас были не только лошади, но и верблюды. Его реакция на мои слова о том, что в моей стране люди пьют верблюжье и лошадиное молоко была просто уморительной.       Где-то спустя полчаса разговоров, я смогла привлечь Рована к выполнению заданий по грамматике. Сама же я решила тоже продолжить обучение Мортианскому по книге.       Но вот, в дверь парадного входа постучали.       «Кто это, неужели очередной незваный гость?».       Рован задался тем же вопросом:       — Вроде бы сестра никого не ждет сегодня. Да и до прихода мистера Рональда еще целый час, — Рован обратился к служанке, что всегда следует за ним. — Дана, пойди посмотри, кто там.       Служанка беспрекословно направилась в сторону двери. Она со спокойным видом отодвинула крышку, закрывающую глазок, и посмотрела в него. Удивленно ахнув, она отпрянула.       — Кто там? — всполошился Рован.       — Это… Господин Генрих.