Часть 14
30 октября 2022 г., 10:47
— Это… Господин Генрих. — с неким замешательством произнесла служанка.
— Отец?! — Рован подпрыгнул на месте. Когда служанка кивнула головой, подтверждая его слова, мальчишка сразу же понесся к двери. — Что же ты стоишь, открывай дверь скорее!
Служанка беспрекословно, но с немым неодобрением во взгляде, поднесла руку к дверному замку.
Стоило только двери открыться, как Рован радостно воскликнул:
— Отец!
Раздался хохот, а затем мужской голос прогремел:
— Ха-ха, а вот и мой маленький чемпион! — мужчина подхватил Рована и поднял его над землей, да так высоко, что мальчишка радостно вскрикнул. — Как же ты подрос, скоро уже не смогу тебя так легко поднимать.
«Так это и есть Генрих Абцент? Не так я его себе представляла».
Когда я читала о нем в книге, мне представлялся крепкого телосложения, закаленный боями блондин с бородой. На самом же деле он оказался высоким и довольно-таки худым. Несмотря на то, что он с легкостью мог поднять и подкинуть ребенка, у него не было никакой видимой мышечной массы. На его лице красовались пышные, со слегка закрученными кончиками, усы темно-коричневого цвета. Собственно, и волосы выглядывающие из-под его шляпы были такого же оттенка.
Внешне Генрих не был похож на своих детей, и я бы, наверное, даже не догадалась, что они — родственники. Но даже так, наблюдая за Рованом и Генрихом, я чувствую между ними ту самую связь отца и сына.
Я невольно улыбнулась. Уют долгожданного воссоединения наполнил дом. Однако семейную идиллию прервал равнодушный голос горничной:
— Добрый день, господин Генрих, — она поклонилась. — Мы не ожидали вашего визита.
— Прошу прощения, что без предупреждения, — Генрих слегка усмехнулся, а затем продолжил, — У меня были дела в этом районе, и я подумал, что могу ненадолго заскочить — поздравить сына с долгожданным получением наставника.
Генрих положил руку на плечо Рована.
— Знаешь, — тот немного потупил свой взгляд в пол, — Если у тебя еще осталось время, ты мог бы зайти и познакомиться с ней, а я попрошу подать чай.
— Ну… Думаю, что у меня достаточно времени, чтобы выпить чашечку чая, — Генрих поглядел на наручные часы. — Да, у меня есть еще час.
Рован засиял от счастья. Генрих захлопнул за собой дверь и начал раздеваться, но когда горничная вытянула руку, чтобы принять одежду, он сказал:
— Я сам повешу, — Генрих принялся снимать обувь.
— Тогда я пойду оповещу госпожу Викторию о вашем визите.
— В этом нет нужды. Я же совсем не надолго, да и отвлекать её от работы как-то не хочется.
— Да, сестра очень занята и не любит, когда ее отвлекают от дел, — Рован слегка кивнул, словно для большего подтверждения своих слов. — Лучше пойди завари чай из розеллы.
— Ха-ха, ты помнишь мой любимый сорт чая. Только называется он каркаде.
— Ну… Как по мне, розелла звучит красивее.
«Господину Генриху нравится Каркаде? Какое совпадение. Так, они направляются сюда. Нужно постараться произвести хорошее впечатление». Господин Генрих выглядит довольно приятным человеком. В его речи и действиях нет высокомерия и надменности. Он явно старается вести себя учтиво и галантно, даже избавляет служанок от их прямых обязанностей. Думаю, поладить с ним не будет стоить больших усилий.
Так почему же я не знаю, что сказать?
С тем же Валлером мне никакого труда не составило поздороваться, хоть он сразу мне не понравился. «Наверное, это от того, что он не был отцом моей хозяйки и моего подопечного. Так, не об этом сейчас думать надо!»
К моему счастью, Рован решил этот вопрос за меня:
— А вот и моя наставница, Сафия, — воодушевленно заявил он.
— Генрих Абцент — отец Рована, — Генрих протянул руку в знак приветствия.
— Сафия Акрам, — ответила я на рукопожатие.
Сейчас, когда мужчина стоял прямо передо мной, я обратила внимание на его глаза.
«Ярко-голубые, прямо как у господина Рована».
— Сафия… — повторил моё имя Генрих, садясь на диван рядом. — Какое необычное имя. Откуда вы родом?
— Я родом из Амадины, город Урфа.
— О Амадина, — с интересом повторил Генрих, — Я много наслышан об этой стране.
— Надеюсь, что только хорошее, — слегка усмехнулась я. Мне стало легче говорить.
— В основном, — ответил Генрих с такой же усмешкой. — Культура вашей страны поистине уникальна, а обычаи заслуживают отдельного восхищения. Уверен, вы многому сможете научить моего сына.
— Хах, я постараюсь оправдать ваши ожидания.
— На самом деле, Сафия уже много чего мне рассказала, — вставил слово Рован. — К примеру, знал ли ты, что на праздниках в их стране…
И он начал увлеченно пересказывать все, что узнал от меня. Господин Генрих увлеченно слушал то, что, по-видимому, уже знал (об этом можно было догадаться по его реакции). Однако он не отнимал у своего ребенка возможности рассказать о чем-то новом. Про меня тоже не забыли: господин Генрих также интересовался моими умениями и мной в целом.
И вот, когда нам уже наконец-то принесли чай, господин Генрих невзначай произнес:
— Честно говоря, меня все еще слегка поражает тот факт, что на роль наставника Рована была выбрана женщина, — Генрих взял одну из трех чашек, что уже были наполнены чаем.
— Да? Почему же? — в моих словах не было никакой обиды, только искренний интерес. Я тоже взяла чашку, безотчетно повторяя его жест.
— Обычно альфам как наставников выбирают тоже альф. Ведь другие полы слишком легко поддаются их воле.
— Ну, я уж точно поддаваться не буду, — снова усмехнувшись, сказала я.
— Хах, понимаю вас, — с неким снисхождением сказал господин Генрих. — Это ваш первый опыт в наставничестве, и вы уверены в своих силах. Но не стоит недооценивать инстинкты.
Он сделал глоток чая и красноречиво посмотрел на меня.
— Нет, вы неправильно поняли, — меня немного задели слова господина Генриха, но, чтобы избежать еще большего непонимания, я решила пояснить, — Наверное, мои феромоны все еще слишком слабы, но я не бета и, тем более, не омега.
— Простите? — снисходительная улыбка сошла с лица господина Генриха.
— Видите ли, — от смены атмосферы я немного растерялась, — Я тоже альфа.
Лицо господина Генриха потеряло свой доброжелательный вид и приняло задумчивый. Тишина, воцарившаяся в комнате, не была неловкой. Нет, она скорее была угнетающей. Рован, уловив смену настроения отца, с присущей ему неловкостью уставился в чашку. Служанки, до этого безмолвно стоявшие у стены, казалось, и вовсе затаили дыхание. Мне стало неуютно, и я попыталась прояснить атмосферу:
— Вас… Что-то не устраивает?
— Нет, что вы. Я просто задумался, — господин Генрих отставил чашку с каркаде на столик. — Женщина альфа — довольно редкий феномен. Я бы даже сказал — удивительный.
Данные слова не внушали мне никакого доверия, мне стало не по себе. Генрих вновь взглянул на часы:
— У меня еще осталось немного времени. Сафия, что вы думаете насчет небольшого спарринга на мечах?
***
— Госпожа Виктория! — Дана ворвалась в мой кабинет. — Дана, — мой голос звучит ровно, без упрека, — Я же просила всегда стучать перед тем, как войти. — Прошу прощения, госпожа, но это срочно, — «М-да, это я уже поняла». — Я была против, но не могла ничего сделать. — Дана, — сказала я с нажимом: меня насторожили её слова. — Не медли, что случилось? — Господин Генрих в поместье, и сейчас он собирается драться с Сафией на мечах!***
«Вотчертвотчертвотчерт, зря я согласилась». Мне казалось, что сразиться на мечах будет лучше, чем выставить себя трусихой перед Генрихом Абцентом. Но сейчас, смотря на то, как умело он разминается с деревянным мечом, я уже не просто сомневаюсь. Я в ужасе. Да с саблями мои руки знакомы отлично, но меч я держала только однажды! Да и то, умудрилась порезаться… Лучше отказаться, пока не поздно. Но… нет, нельзя — он решит, что я струсила! Я прерывисто вздохнула, обеими руками держа перед собой меч. «Если выложусь по полной, то, возможно, у меня есть шанс не опозориться. Главное — ничего случайно не разбить». Спарринг решено было проводить прямо здесь, в гостевом зале. Служанки освободили место, раздвинув мебель к стенам. — Ну что ж, пожалуй начнем. Правила таковы… Не успел господин Генрих закончить, как на втором этаже послышались быстрые шаги. Они становились все громче и громче, пока на лестничной площадке не показалась госпожа Виктория. Вид у нее был спокойный, но глаза её метали молнии. — Вы что здесь устроили?! — она направилась вниз. С одной стороны меня пугает то, что у госпожи такое плохое настроение. Но с другой — раз она спустилась, значит спарринга не будет. — Виктория, ты как раз вовремя. Мы решили немного поспаринговаться, надеюсь, ты не против? — Вы серьезно спрашиваете, не против ли я? — Виктория медленно направилась к отцу. — Вы без каких-либо оснований заявляетесь в мой дом, приказываете прислуге не оповещать меня о своем приходе, так еще и без моего ведома решаете устроить спарринг. Прямо. Здесь, — подойдя вплотную к мужчине, госпожа скрестила руки на груди и холодно спросила: — Как вы собираетесь оправдать свои действия? Господин Генрих смотрел в глаза возвышающейся над ним госпожи Виктории. От напряжения, возникшего между ними, стало словно сложнее дышать. Генрих, разведя руки, сказал: — Ну, что же ты так реагируешь? Причина моего визита… Нужна ли мне причина, чтобы навестить собственного сына? — говорил он легко, но отчего-то госпожа Виктория напряглась. — Хотя нет, причина все-таки есть. Как-никак у Рована наконец появился наставник. Признаться, я слегка огорчен, что узнал об этом от Бетриумов и то только вчера, когда настал момент регистрации. Хочется узнать, на что способна Сафия. Да и она сама согласилась на спарринг. Обещаю, мы будем максимально аккуратны. И опять же, ты же не против? Мимолетное чувство облегчения тут же испарилось. — Ладно уж, только не переусердствуйте, — госпожа Виктория, качнув головой, отошла к дивану и заняла позицию наблюдателя. — Так, правило простое. Кто первый выбьет меч из рук противника — тот и побеждает, — Генрих принял стойку. — Готовы? «Разумеется, я не готова!» — истерично пронеслось в моей голове. Я даже не знаю, как его правильно держать! Что ж… буду делать, как умею. — Да, готова, — я взяла меч в одну руку и приняла базовую стойку, как если бы готовилась сразиться на саблях. — Один, Два… — Генрих выдержал паузу, отчего я подобралась, готовая защищаться, — Три! Генрих сразу ринулся в атаку, нанося резкий рубящий удар сверху. Я отскочила, уворачиваясь. Генрих крутанул в руках меч и, сделав выпад в мою сторону, поочередно нанес два удара. От первого мне удалось уклониться, а вот второй пришлось блокировать мечом. Я сжала зубы, стараясь удержаться. Хотя господин Генрих не выглядел силачом, удар у него был мощный. Страшным усилием я отвела скрещенные мечи в сторону и попятилась. «Так, ну пока я держусь. Хотя он явно дерется не в полную силу. Буду уклоняться и тянуть время». — Да, неплохо. Но мне больше интересно, как вы будете вести себя в атаке. Покажите, что умеете, — Генрих опять крутанул в руках меч. Нет уж, я не поддамся на эту провокацию. Держа меч наготове, я начала переходить в сторону. Генрих снова нанес удар, на этот раз боковой. Я выставила меч для блока. Но не удержала его на этот раз, из-за неудобного положения рук. Деревянный меч упал на пол, как назло издав слишком много грохота. — Мда уж, довольно посредственные навыки. Вам бы самим следовало поучиться, прежде чем быть чьим-то наставником, — «Да что на него нашло» — Отец, хватит, — госпожа Виктория прервала господина Генриха. — Да, Сафия плохо владеет мечом, но у неё много других навыков, которым она может научить Рована. — И чему же она, интересно знать, может научить его? Исходя из моей беседы с Сафией, я могу с уверенностью сказать, что навыки, которые она может дать Ровану, ему или уже известны, или вовсе не пригодятся. Произнеси эти слова кто-либо другой, я не приняла бы их близко к сердцу. Но сейчас меня пронзил стыд, а к горлу подкатил ком горечи. Я уже испытывала это чувство и теперь снова, как тогда, попыталась найти поддержку в лице единственного человека, что может повлиять на эту ситуацию. Госпожа Виктория поймала мой взгляд и, глубоко вздохнув, обратилась к Генриху: — Вы только сегодня встретились с Сафией. Как вы можете говорить об ее навыках, опираясь только лишь на слова и на короткий спарринг с профессиональным мечником? Да, Сафия не владеет навыками, которые в нашем обществе считаются нормой, но так же и мы не знаем многого о том, что у меет она. К тому же, я сомневаюсь, что она рассказала вам о себе все. Я благодарно взглянула на госпожу, но она этого не заметила, так как опять сцепилась взглядом с отцом. Неизвестно, сколько бы длились эти озлобленные гляделки, если бы не вмешался Рован: — Отец, разве тебе уже не пора идти? Генрих первый отвел взгляд, посмотрев на настенные часы. — Я совершенно забыл о времени. Пожалуй, мне действительно пора откланяться, — Генрих положил меч на тумбу. — Не смею больше вас задерживать, — учтиво сказала госпожа Виктория. — Дана, передай нашему гостю его верхнюю одежду. Служанка тут же направилась к вешалке. — Я и сам мог ее взять, — сказал Генрих, направляясь к двери. Дана передала ему вещи. — Дайте прислуге выполнить их работу. Генрих хмыкнул, надевая шинель, шляпу он взял в руку. — Хорошего вам дня, господин Генрих, — поклонилась Дана. — До свидания Отец, хорошего тебе дня! — доброжелательно сказал Рован. — Удачи в вашем деле, — произнесла Госпожа Виктория, не двигаясь с места. — До встречи, — после этих слов, Генрих скрылся за дверью. Я смогла вздохнуть спокойно, но тотчас ко мне вернулось чувство стыда. «Ну, молодец, Сафия, ты снова не смогла за себя постоять. Снова кто-то говорил за тебя». Мои руки начали сжиматься в кулаки. «Тебе пора расчехляться, ты же альфа, черт возьми!» — Сафия, — меня аж передернуло от неожиданности, — Пройдем со мной в кабинет.
